Бердяев. Духовный свет

               
 «Философия свободного духа»

Бердяев Николай Александрович – русский религиозный и политический философ, социолог, представитель экзистенциализма и персонализма. Автор оригинально концепции «философии свободы», а после двух войн – Первой мировой и Гражданской - автор еще и концепции «нового средневековья».
«Новое средневековье» - философское сочинение Н. А. Бердяева, опубликованное в 1924 году в Берлине в издательстве «Обелиск».
Был семь раз (1942 – 1948 гг.) номинирован на нобелевскую премию по литературе.
Годы жизни – 1874 – 1948 гг.

***
Пара слов о понятиях.
Экзистенциализм, если сильно не заморачиваться, это та часть необъятной философской мысли, которая дает право думать, что человек сам определяет свою судьбу, сам наделяет жизнь смыслом и при этом несет ответственность за свои решения. Само слово заимствовано из латинского словаря и означает «существование».
Персонализм, говоря попросту, это смелая и обнадеживающая идея о том, что в центре всего, что нас окружает, стоит личность человека, то есть человек – это главный герой в любых обстоятельствах и условиях.
Так выглядит основополагающая философская мысль персоналиста Н.А. Бердяева.

***
На рубеже 1900 годов Бердяев, подобно Булгакову С.Н., находился под воздействием идей марксизма и неокантианства, какое-то время примыкал к легальному марксизму, но со временем, полный разочарования, повернулся лицом к религиозной философии. И как следствие, сначала подпал под влияние Ф.М.Достоевского (1821 – 1881 гг.), потом под абсолютный идеализм немецкого философа Георга Гегеля (1770-1831 гг.), следом за этим под философский романтизм немецкого философа и теолога Франца фон Баадера 1765-1841 гг.), а позднее увлекся идеями немецкого протестантского мистика и философа Якоба Бёме (1575 – 1624 гг.), прозванного «тевтонским философом».
Почему «тевтонским»?
Потому что в те отдаленные времена немецкий мистицизм нередко назывался «тевтонской философией». И хоть Бёме не был философом в строгом понимания этого слова, но его учение, мало сказать, что оно «выглядело оригинальным», оно представляло собой некую смесь мыслеобразов как философского, религиозного, так и мифопоэтического толка. Причем мифопоэтика Бёме, замешанная на лютеранских исторических традициях, не гнушалась ни оккультизмом, ни каббалистикой, ни алхимией.
Впрочем, следует признать, что Бёме не был безграмотным дикарем. И будучи в повседневной жизни сапожником, он проводил большую часть времени в странствиях, выучив наизусть не только Библию, но и обогатив свои знания мистическими сочинениями швейцарского алхимика Филиппа Парацельса, немецкого философа Эрхарда Вейгеля и других авторов.
Следует признать, что учение Бёме имело большой успех и оказало значительное влияние на немецкую религиозную философию, особенно в лице Георга Гегеля – автора абсолютного идеализма и Фридриха Шеллинга – автора классического идеализма.

***

Пара слов о понятиях.
Понятие – это такая вещь, которая сбивает всех с толку.
Самыми главными понятиями в вопросе сотворения мира, которое напрягает философов всех мастей являются в чистом виде два.
Первое — это меон, что в переводе с греческого означает «небытие» или «несуществующее», но понимается как разновидность неоформленного бытия или бытия, которого еще не было и мир был стерильно чист. Другими словами – это Архе, самое начало. Именно этим термином пользовались и Платон, и Аристотель, развивая понятие о «материи».
Второе – это укон, тоже греческое слово, которое еще стерильнее, чем небытие, а следовательно это абсолютное отрицание бытия в любом состоянии – ничто.
Из этого двоичного образа бытия вырисовываются два подхода к его пониманию, где меон – это потенциальное творческое небытие, а укон – абсолютное пассивное небытие.
Было ли религиозным мыслителям прошлых веков от подобной мистики легче? Сомневаюсь!

***
И в самом деле…
Уже в 1927-1928 годах Н. А. Бердяевым была написана «книга бытия» с привлекательным названием «Философия свободного духа». Это одна из ключевых его работ, в которой он развивает концепцию единства «духа, свободы и личности».
Свобода, по мнению автора, первична по отношению ко всякому бытию.
Источник свободы находится вовсе не в душе.
Свобода формируется в духе.
При этом душа, по мнению автора, материальная категория, вызывает те или иные эмоции и принадлежит конкретному человеку, тогда, как дух, это нечто иное, тонкое, не поддающееся описанию и принадлежит всему божественному миру. При этом, хоть бытие и способно изменяться, но оно не обладает творческим началом, потому что только божественная природа способна создавать новое из ничего.
Что касается основы материального мира, то, с точки зрения автора, он пронизан символами, через которые в этот материальный мир проникает мир духовный.
Впервые, после недолгого увлечения Кантом, автор критикует его за то, что тот игнорирует конкретного человека и живую реальность духа.
«Философия свободного духа» — это ключевой мотив в творчестве Бердяева, в котором отражается все разом – и персонализм автора, и экзистенциальная направленность, и страстная проповедь свободы.
Личность в концепции автора представляется как средоточие всех духовных и душевных способностей человека, его внутренний экзистенциальный центр, осуществляющий связь человека с миром творчества и свобод.

***

Однако автор, в своих размышлениях следует дальше, развивая передовую по тем временам мысль о конфликте между личностью и объективацией, когда нечто внутреннее приобретает внешнюю форму.  И это - главное содержание учения Бердяева о человеке и обществе. Объективация — это процесс, в котором что-либо или кто-либо превращается в объект или в объектную форму существования.
Что это значит?
По мнению автора, это значит превратить готовую и сформированную духом личность -единственную в своем роде и оригинальную - в подобную остальным. Отсюда следует вполне логичный вывод о том, что только преодоление объективации предполагает главенство личного начала над коллективным.
Не сложно предположить, что первооснова этого заявления появилась в «философии свободного духа» вовсе не из ничего, а была выстрадана автором, как человеком думающим, интеллигентным и творческим.
С другой стороны, понятие объективации, как «ниспадения» (отсутствие) свободы в «здешнем мире», связано с гегелевским понятием объективации, как отчуждения. Однако, по Бердяеву, мир объектов, лишенных духовности и свободы не идеален и искажен, потому что полон страдания, разочарования и ему не редко свойственны рабство, унижения и зло. И только в противовес ему творчество способно преодолеть любое отчуждение, потому что творящий субъект несет мир в себе, в своей душе, чем и наполняет свою внутреннюю жизнь, преображая ее.
Смысл истории, по мнению автора, заключается в избавлении мира от объективации, которая незримыми нитями связана с неустранимыми свойствами здешнего бытия. По мнению Бердяева, само историческое время, а именно существование разделенных между собой - прошлого, настоящего и будущего – есть, по мнению автора, очевидный «распад времени», что само по себе является следствием объективации.
Проявление данного смысла объясняется автором в мистической философии, как конец истории, как радикально иной мир, как вечность за пределами исторического времени, что отождествляется автором с евангельским царством божием, с миром «свободного духа».