Редактор-уролог

В начале 90-х я пробовал свои силы в качестве журналиста-фрилансера. Иногда публиковали, иногда нет.
Но самый "тёплый" приём был оказан мне в газете "Самые правдивые вести" госпожой Иссык-Кулиевой. Тогда ещё не было электронной почты, по крайней мере, для простых смертных, а многие не знали, с какой стороны вообще подходить к компьютеру.
По прошествии месяца или двух я не выдержал и приехал в редакцию узнать, как поживает моя рукопись. На моё еврейское счастье я нарвался прямо на госпожу Иссык-Кулиеву.
Видимо, у неё в то время очень тяжело проходил климакс. На мой вопрос о судьбе рукописи редакторша разразилась целой тирадой, что, мол, нечего тут спрашивать и вообще ходить, а если их заинтересует мой материал, они со мной свяжутся.
- А если нет? - спросил я.
- А если нет, заберёте у секретаря! - рыкнула она на меня.
- Простите, вы в рыбном магазине на рынке в Бендерах не работали?
Госпожа редактор подбоченилась так, будто приготовилась идти в атаку.
- Я, между прочим, врач-уролог высшей категории. А ты кто такой?!
- Вы не просто врач-уролог, вы в законе, - попробовал её успокоить я, но сделал только хуже.
С редакторшой сделалась истерика и она стала угрожать мне охраной.
- Миль пардон, - поспешил откланяться я. - Желаю здравствовать!
- И вам не хворать! - стараясь сохранить светскость, бросила бабуля. Лицо её покрылось красными пятнами, в ту минуту она напоминала леопарда.
Я поспешил ретироваться.
На том бы истории и конец. Но..
Но в те времена я ещё не был лысым и однажды пошёл стричься к знакомому парикмахеру. Парикмахером был наш брат-репатриант, уже немолодой и всегда печальный.
Что такой невесёлый? - спросил я его. - Аденома замучила, - сказал он мне.
Действительно, пока он меня стриг, раза два отлучался по нужде.
И тут меня осенило.
-Тебе нужно обратиться к хорошему врачу, - сказал я.
- Обращался уже, - безнадёжно махнул рукой он.
- Но этот врач - особенный. Вернее - особенная. Она тебя наверняка вылечит.
Взгляд парикмахера блеснул надеждой.
- Где её найти? - спросил он.
- Искать её не нужно. Она работает в самой правдивой русской газете Израиля. Более того, она там редактор.
Да? - окрылённый, спросил он. Как-будто редакторская работа была убедительным доказательством её врачебных талантов.
Тебе просто нужно прийти в редакцию, спросить госпожу Иссык-Кулиеву и рассказать ей о своей проблеме. В её газете полно объявлений о массаже простаты, но никто не делает этот массаж лучше, чем она.
Ты пробовал?
Нет, но я писал о ней репортаж и поэтому знаю даже лучше тех, кто пробовал, - выкрутился я. - Так что, дерзай. Или, хочешь, поедем к ней вместе.
- Да, так будет лучше, - обрадовался он.
На следующий день мы, не откладывая, поехали. Я довёл его до двери и притаился как руководитель теракта за дверью, мысленно сжимая в руках пульт с кнопкой для взрыва.
Парикмахер зашёл, огляделся.
Чем вам можно помочь? - любезно спросила его секретарша.
Мне нужно видеть госпожу Иссык-Кулиеву, по неотложному делу. Это вопрос жизни и смерти!
Девица с сомнением посмотрела на него. Но в глазах парикмахера, по-видимому, была такая мольба, что девица уступила.
- Минуту, я сейчас посмотрю, если она не занята.
Она зашла в кабинет к шефине и через несколько минут пригласила войти парикмахера. Робея тот зашёл.
- Что у вас? - нетерпеливо сказала редакторша. - Говорите быстрее, у меня нет времени! - Мне сказали, что вам… нам… что вы...
- Что вы мямлите?! Говорите яснее!
Парикмахер собрался с духом и выпалил:
- Мне сказали, что вы лучше всех на свете делаете массаж простаты. Вот я и подумал....
Об этом диалоге мне рассказывал сам парикмахер. Я лично его не слышал.
- Ну а потом? - спросил я.
- Что потом?! - раздраженно огрызнулся он. - Потом она молчала. В комнате стало так тихо, что от страха я едва не намочил ей коврик. А потом... потом вдруг раздался такой вопль, какого я и во всю свою жизнь не слышал.
Это всё он мне рассказывал уже по возвращении.
Сначала бедолагу забрали в полицию, и он уже прощался с жизнью и свободой, но тут кому-то из стражей порядка в голову пришла идея отвезти его в психиатрическую лечебницу, на обследование. Там его обследовали и признали психом. Он продолжает стричь, брить и обрезать (да-да, герой этой байки подвизается и в этом), но теперь ещё получает пособие за то, что он псих. Пособие хорошее, а к нему, вдобавок, ещё куча всяких льгот.
- Я тебе так благодарен за твой совет, ты себе не представляешь! - не раз растроганно говорил мне мой сосед.
- Ну что ты, не стоит благодарности, - скромно отвечал я.