Беглецы планеты Аренум. Глава 4. Отчет шпиона

Адмирал Солан сидел в глубоком кресле своего кабинета, затерянного в лабиринте пещер Аренума. Перед его глазами в полумраке колыхалась мягкая синяя проекция виртуальной книги: «Геометрия пустоты: тактика малых флотов в условиях нестабильных систем». Автор: адмирал Солан.

Он медленно, движением пальца, перелистнул последнюю страницу. Эти строки он писал двадцать лет назад. Тогда, будучи на пике своей славы, он искренне верил в каждое слово о «чести Директората» и «необходимом порядке». Теперь эти идеалы казались ему кодами к замкам, которые он сам же и планировал взломать.

Виртуальные страницы растаяли в воздухе, когда в дверном проеме бесшумно возникла темная фигура.

— Ты опоздал на два часа, Ник, — не поднимая головы, произнес Солан. Его голос был ровным, но в тишине кабинета он прозвучал пугающе холодно.

Шпион вошел, его невзрачный дорожный плащ еще пах космической окалиной. Лицо Ника было бледным от усталости.

— На «Зените» усилили досмотры, адмирал. Станция гудит, как растревоженный улей, — Ник подошел к столу и осторожно положил на металлическую поверхность крошечный инфо-кристалл. — Вы были правы. Директорат больше не верит, что грузы с Кайроса исчезают случайно.

Ник коснулся кристалла, и над столом развернулась масштабная трехмерная голограмма. Огромная стальная конструкция в форме нескольких вложенных колец медленно вращалась вокруг сияющего лазурью земного шара.

— Они достроили пятое кольцо, — тихо начал Ник, указывая на мерцающий сектор. — С тех пор, как вы видели «Зенит» в последний раз, он полностью подмял под себя все транспортные потоки в радиусе миллиона километров. Три миллиона жителей. Чиновники, высший командный состав, аналитики... вся элита Системы теперь там.

Солан подался вперед, свет голограммы лег на его суровое лицо резкими тенями:

— Пять колец власти... Они всё-таки сделали это.

Ник коснулся панели, меняя масштаб. Картинка приблизилась, и на ней расцвели невероятные, почти забытые краски. Огромный зал, утопающий в живых цветах, женщины в тончайших шелках, меняющих цвет от прикосновения, мужчины в парадных мундирах, расшитых настоящим золотом. Они танцевали на открытой террасе, а на заднем плане в черном небе сверкали огни «Зенита».

— Это «Фестиваль Первого Солнца», — пояснил Ник, и в его голосе проскользнула едва заметная горечь. — Они устраивают его каждый месяц. Живут ярко, ни в чем себе не отказывают.

Тратят энергию целых звезд, чтобы удерживать это мнимое равновесие.

Пальцы Солана невольно сжались в кулак, когда в центре голографического кадра возник Вариус. Сухой, подтянутый Директор улыбался, держа в руке бокал с янтарным напитком, и что-то шептал на ухо Мадам Ксилии, чье платье переливалось всеми оттенками заката.

— А что на самой планете? — тихо спросил адмирал, не сводя глаз с Вариуса.

— Терра-Прим превращена в заповедник, — ответил шпион. — Идеальные сады, очищенный океан, тишина. Никакого производства. Только белые виллы Совета Пяти среди вечных лесов. Оттуда они спускают приказы на «Зенит». На планете живут только те, чей социальный индекс выше девяноста пяти. Остальные тридцать миллиардов человек расселены по колониям и рабочим станциям.

— Совет Пяти... — Солан наконец отвел взгляд от сияющего праздника. — Всё те же лица?

— Почти, — кивнул Ник. — Глава Директората — всё еще Вариус. По нашим данным, он прошел очередную процедуру глубокого омоложения. Он одержим идеей «Великого Равновесия». Всё, что за пределами их контроля, объявляется «хаосом». На «Зените» сейчас готовят новую военную доктрину. Они называют её «Нулевая зона».

— Хотят полностью зачистить крайние сектора от «диких» поселений? — догадался Солан.

— Да. И Аренум в их списках на первом месте.

Ник увеличил изображение центрального модуля «Зенита». Там, за бронированным стеклом, пульсировало мягким светом сердце Системы — главный квантовый сервер, обрабатывающий жизни тридцати миллиардов людей.

— На станции царит абсолютная дисциплина, — продолжал Ник. — Люди передвигаются как тени, строго по расписанию. Никаких случайных встреч, никаких эмоций. Даже воздух там... стерильный. Пахнет ничем. Они уверены, что достигли идеального порядка.

Солан  медленно поднялся с кресла и подошел к голограмме. Он провел ладонью сквозь светящееся изображение исполинской станции. Светлые пиксели на мгновение разлетелись от его пальцев, словно золотая пыль.

— Совершенства не бывает, Ник. Это ловушка. Они построили самую дорогую клетку в истории Вселенной и назвали её домом.

Адмирал обернулся к шпиону. Холодный блеск его глаз заставил Ника невольно выпрямиться.

— Двадцать лет назад я верил, что «Зенит» — это щит человечества. Теперь я вижу, что это ошейник. Они тратят колоссальные ресурсы, чтобы удерживать эту иллюзию стабильности, но система уже трещит по швам. Что еще слышно на станции? Говорят ли они об аномалиях в нашем секторе?

— Пока только шепотом, адмирал. Но они чувствуют, что их «Равновесие» где-то дает сбой.

— Кто возглавил операцию по поиску источника сбоя? — спросил Солан.

Ник на секунду замялся, прежде чем ответить:

— Арис.

Имя прозвучало в тишине кабинета как выстрел. Солар на мгновение замер.

— Официально его назначили «Куратором аномальных зон», — быстро продолжил шпион. — Но неофициально ему дали полный доступ к архивам вашего сектора. К тем самым, которые считались уничтоженными после битвы при Тангейзере.

Солан горько усмехнулся. Его пальцы коснулись края стола, там, где под деревом скрывались шрамы от старых ранений.

— Значит, Вариус отправил за мной моего лучшего кадета... Мальчик вырос и теперь будет искать своего адмирала.

— Есть еще кое-что, сэр, — тихо добавил Ник.

— Арис запрашивал личные дела сотрудников био-лаборатории пятилетней давности. Он ищет женщину. Майю.

В кабинете стало так тихо, что было слышно, как шуршит песок за пределами подземного убежища. Лицо Солара превратилось в каменную маску.

— Сложнее всего спрятаться от того, кто ищет именно тебя, — прошептал он, и в его голосе проскользнула опасная, стальная угроза. — Что ж, Ник. Пусть ищет. Мы позволим ему найти Аренум. Но это будет последнее, что он найдет в своей жизни.