Я - язычник. 5. Португальский

Начало: http://proza.ru/2026/03/29/2124
Предыдущая глава:http://proza.ru/2026/05/26/1447

5.  Сегунда фейра

     Португальский. Если спросить, какое существует самое эффективное средство коммуникации, то ответы наверняка были бы разными: телефон, мобильная, спутниковая связь, интернет с его разнообразными мессенджерами,  оптоволоконные сети. Однако, на мой взгляд, самым эффективным является сарафанное радио...

      Сперва я не придала особого значения обычному звонку по мобильнику – мне нередко звонили по вопросам о переводах или обучению иностранным языкам. Поэтому я не слишком удивилась такому вопросу: «знаю ли я португальский»? Нет, не знаю, до свидания.

     Однако так просто от назойливого собеседника отделаться не удалось. Через несколько дней звонки повторились, причем звонящий, а представился он каким-то там менеджером нашего автобусного завода, казалось, пытался прямо-таки убедить меня в том, что португальский я все-таки знаю. Причем, даже не просто по каким-то причинам пытаюсь скрыть этот факт, а, вроде бы, даже и сама не подозреваю о наличии у меня такого, явно крайне важного для говорящего, знания. А, может, он втайне надеялся, что за неделю я, к его вящей радости, успела освоить этот язык?

     В том, что это – не мошенники, я убедилась буквально сразу, так как настырный менеджер немедленно назвал, от кого получил мой номер. Вот он как раз и воспользовался безотказным каналом связи в виде сарафанного радио, чтобы отыскать меня, как он сам выразился, в качестве «спасительной соломинки».

     Дело в том, что наш завод заключил договор с одной известной престижной бразильской компанией о создании совместного предприятия по сборке и производству автобусов.

     Все детали, после долгих сложных переговоров,  удалось согласовать, и в скором времени должна была приехать группа бразильских специалистов для осуществления, совместно с местными умельцами, этого благородного начинания.
 
     И вдруг оказалось, что не учли такой досадной мелочи: бразильцы, понятное дело, говорили по-португальски и само-собой внезапно возник вопрос о том, а каким же образом они будут общаться со здешними, да и вообще, обустраиваться, налаживать быт. Ведь работа, по самым оптимистичным меркам, явно должна была растянуться даже не на месяцы, а на несколько лет.

     Кинулись лихорадочно искать переводчика. И, что бы вы думали? Организовать совместное предприятие оказалось куда проще, чем отыскать в нашей, далеко не маленькой области, знающего португальский! Не легче, чем, например, обнаружить  бананы на березе. Ну, не водится  в наших краях подобная экзотика!

      Спешные запросы в Москву (а именно там находилось головное предприятие) тоже не дали никакого результата. Тамошние редчайшие экземпляры были полностью заняты на московском производстве.
 
     Короче, тут-то «сарафанное радио» и сработало, хотя и не совсем корректно. Одна из моих бывших учениц сообщила мои контакты. Она почему-то решила, что если я знаю испанский, то и с португальским легко справлюсь. К тому же, может, до кучи,  вдруг я вообще им владею.

      Чтобы меня все-таки заарканить, хитрый менеджер искусно закинул «удочку» с  очень даже заманчивой наживкой в виде жирненькой зарплаты.  Приманка  выглядела чрезвычайно привлекательно, ведь  моя дочка как раз заканчивала школу, а расценки на получение высшего образования  поражали воображение и доводили  прямо-таки до полуобморочного состояния!  К тому же, коварный «телефонный соблазнитель» настойчиво приглашал меня на завод, чтобы я сама поговорила с бразильцем-«первопроходцем», который куковал у них уже пару недель, и воочию убедилась, что меня ожидает у них прямо-таки «работа мечты»!
   
     В общем,  я решилась отправиться на разведку, впрочем, абсолютно уверенная в том, что наконец-то поставлю в этом деле точку, убедив автобусостроителей в своей полнейшей профнепригодности. Бедный бразилец, видимо, настолько ошалел от навалившегося на него «счастья» в виде нашего автобусного завода, «беглого» английского тамошних спецов, горы чертежей, что, увидев меня, буквально вцепился мертвой хваткой.

      Мы проболтали часа два, не умолкая ни на секунду. И отпустил он меня, только когда полностью убедился в том, что с крючка я не сорвусь, так как пришпандорена к будущему совместному предприятию, как бы это сказать, прямо-таки анкерным креплением!

      А тот менеджер смог, наконец-то, выдохнуть, ведь вопрос с переводчиком вполне можно было считать окончательно и бесповоротно решенным.

     Наверное, вы можете резонно поинтересоваться, а как же это нам удалось так болтать, если португальского я совершенно не знала? Да очень просто: бразилец проработал несколько лет в Колумбии и отлично говорил по-испански. Он крайне умело повел разговор так, что я на этот факт как раз особого внимания и не обратила.
 
     А когда, вернувшись домой, вдруг запоздало сообразила, в какую ловушку угодила, «мышеловка» уже захлопнулась, ведь буквально на следующий день приезжала группа бразильцев, при которой мне предстояло выступать в роли переводчицы языка, на котором я уверенно могла сказать лишь одно слово: «obrigadо» (спасибо). Да и то, по правилам грамматики, женщинам следовало говорить «obrigadA», а я ведь даже и об этом не подозревала...

     В общем, авантюра оказалась еще та! Вся эта история достойна отдельного повествования, но пока я расскажу все-таки именно об изучении языка, общении и переводе.
 
     Практически все иностранные языки я учила совершенно против общепринятых правил, однако, освоение португальского привнесло такие коррективы, что с лихвой переплюнуло весь прежний, казалось бы, достаточно экзотический опыт.
 
     С одной стороны, вроде бы, имелось так называемое «погружение в язык»: сначала мне пришлось иметь дело сразу с восемью не говорящими ни на каких других языках «носителями португальского», потом число их беспрестанно увеличивалось. Конечно, этот своеобразный контингент  не сравнить с «бушующим океаном», когда просто оказываешься в другой стране. Это далеко не «морской залив», ни даже  мало-мальское «озеро», куда тебя бухнули для обучения «плаванию»!

     Скорее,  шустрая горная речка, с извилистым руслом, гигантскими подводными камнями, то вольготно разливающаяся по равнине, то бешеными потоками несущаяся по булыжникам с резкими перепадами, водоворотами, а порой  вообще теряющаяся среди густой водной растительности. И чтобы вконец не запутаться, следовало вообще выползти на сушу, волочь на себе «лодку», чтобы плюхнуть ее наконец-то в знакомую безопасную заводь. А она вдруг внезапно проявляла коварную прыть, вырывалась за ближайшим поворотом и увлекала тебя со всей дури к огромному водопаду!
 
     Причем эти ощущения я со всей полнотой вкушала на протяжении довольно долгой работы (три года!) с бразильцами. «Обучение плаванью» (читай: изучение португальского!) не прекращалось все это время.
 
     Хотя поначалу я никак не могла отделаться от мысли, что в одночасье превратилась в персонажа известного анекдота, когда пациенты сумасшедшего дома радостно  сообщили о том, что им сделали бассейн, в котором они отлично учатся плавать и нырять. Причем, если они будут хорошо себя вести, им пообещали в него налить и воды!

     Дело осложнялось еще тем, (особенно поначалу!), что в нашем городе полностью отсутствовали словари и вообще какие-либо  пособия по изучению португальского. Так что не оставалось ничего другого, как постоянно носить с собой блокноты и ручку, записывать огромную массу информации, создавая рукописный кустарный разговорник. Гораздо позднее из Москвы нам все-таки прислали парочку словарей, но «доморощенный» технический словарь все равно оставался в приоритете.

     Кроме того, я довольно быстро с ужасом поняла, что помимо абсолютного незнания португальского,  я не имела понятия  как  и на русском называются разнообразные детали и компоненты, в общем, «вся начинка» автобусов, а также окружающие их создание всякие технические премудрости!
 
     С транспортом я имела дело исключительно в качестве пассажира, а самым сложным  родственным ему «механическим устройством» был велик. Но он по конструкции, вообще-то отличается гораздо большим, чем иным количеством колес.

     Да что там автобусы. Хотя мне и показали огромное помещение, где уже с нетерпением ожидали своего часа сборочные комплекты, до них еще было далеко! Первым делом бразильцы вообще категорически забраковали гигантский сборочный цех! Сперва пришлось ломать стены, перекрывать несущие колонны, перемещать здоровенные балки, словом, спешно осваивать сразу на двух языках «матчасть» строительного дела и инженерных конструкций и коммуникаций.

     Помимо производства существовало просто море самых разных бытовых вопросов. Вот уж поистине мне пришлось на своей шкуре прочувствовать всю «прелесть» поговорки: «и швец, и жнец, и на дуде игрец»! Приходилось постоянно крутиться в массе всяческих дел, касающихся, если можно так выразиться,  «нормального существования»: размещение, питание, медицинское обслуживание, отдых и развлечения и полным-полно всякой всячины.
 
     Смартфонов тогда ни у кого не было, но всем бразильцам выдали простенькие  кнопочные телефоны, которые они, из-за языкового барьера, использовали почти исключительно для связи со мной. Это было, конечно, ужасно – они звонили днем, а порой и почти ночью (ну, мало ли что могло случиться!).  Вначале особенно сложно было понять вообще, где они находятся и что там у них приключилось. С фото- и видеосвязью было бы все в разы легче!

   Им приходилось  либо подлавливать какого-нибудь русскоговорящего, находящего поблизости, чтобы я могла хотя бы в самых общих чертах понять ситуацию и попытаться ее разрулить, либо, особенно в рабочее время, требовалось мое личное присутствие.  А предприятие-то было вовсе не маленьким: гигантский цех и двухэтажное офисное здание, и, понятное дело, бразильцы работали вовсе не вместе, а находились в разных местах всей этой территории, в соответствии со своей специальностью.
 
      Мне до сих пор забавно слушать разговоры об усиленных тренировках в тренажерном зале. Самый эффективный тренажер – вот то совместное предприятие:  там и кардио, и силовые упражнения, и растяжки, и пробежки, а порой – и йога вкупе с медитацией...

    Русский язык, по правде говоря, бразильцы практически не осваивали. Во-первых, на смену одним специалистам приезжали другие, особенно такая ротация ускорилась после определенной наладки производственного процесса. Потом, именно в практической работе, они пытались общаться с местными специалистами буквально «на пальцах».
 
     Представляете, как своеобразно проходило у меня обучение португальскому?  Среди сварочных аппаратов, на стапелях, на сборочной площадке, в смотровой яме... Порой, где-нибудь на крыше кузова или под днищем автобуса, пользуясь блокнотом и ручкой, приходилось записывать названия, слова и выражения (попутно отфильтровывая непарламентские), вытягивая их непосредственно у бразильцев и русских, работающих рука об руку.
 
     Кстати, работяги зачастую  пользовались своими, только им понятными словечками.   Но мне-то приходилось осваивать все, включая как русский, так и португальский  «производственный жаргон».

     Можно только представить себе, насколько усложняла задачу такая словесная эквилибристика при переводе, например, разных инструкций, отчетов или оформлении заказов на запасные части, да и просто переводах разговоров  с официальными лицами. Ведь сленговые термины значительно отличались от «научных названий»  деталей, компонентов и оборудования. К примеру, «лыжи» - это вилочный погрузчик, «кастрюля»- корпус воздушного фильтра, «горшок» - цилиндр двигателя, «весло» - зеркало с ручной регулировкой, «лягушка» - датчик педали тормоза, «гидрач» - гидроусилитель руля, «торпеда» - панель инструментов  и многое-много другое...

     Кстати, при освоении португальского я в очередной раз убедилась что уровень знания языка вполне можно определить и без всяких контрольных, тестов и академических оценок. Когда говоришь еще плохо, носители языка тебе всячески подсказывают, помогают, учат и очень бережно поправляют ошибки. А вот когда в один "прекрасный" день вдруг ляпнешь, особенно, если получится что-то двусмысленное или забавное – и целая группа окружающих закатится от хохота – это значит, язык ты уже знаешь вполне прилично, в тебе видят не «косноязычного иностранца», а ржут от души, как если бы кто-нибудь из своих что-то брякнул, толком не подумав.
 
       Я уже проходила такой  своеобразный «экзамен» с испанским! Жестоко, конечно, но, надо сказать, это – лучший стимул намертво запомнить правильное слово или выражение. А как на это реагировать? Да быстренько проглотить «горькую пилюлю» и постараться посмеяться вместе со всеми!

      Конечно, врать не буду, все-таки португальский похож на испанский гораздо больше, чем, например, на английский. Чтобы иметь приблизительное представление, наверное, можно сравнить похожесть русского и какого-нибудь славянского языка. Правда, с большой натяжкой и с учетом того, что испанский мне все-таки тоже не родной...
               
       К тому же, говоря про схожесть испанского языка с португальским, стоит отметить, что многие слова вообще звучат совершенно одинаково, а вот смысл у них – абсолютно разный! Это, так называемые, «ложные друзья переводчика». От этого случаются забавные казусы.  И таких случаев было немало.

   Когда бразильские специалисты только приехали, и я внезапно окунулась в португальскую речь,  я здорово забеспокоилась, так как они постоянно твердили: mala, mala. А ведь по-испански это означает «плохо». И всячески пыталась выяснить, что же там плохого-то случилось. Ну, откуда же мне было знать, что «mala» - это всего-навсего значит «чемодан».

   Largura  по-испански означает «длина». И когда мне обозначили этот размер в 2,5 метра, я очень удивилась. Что это за автобусы такие короткие! Прямо лилипуты! Оказалось, что  largura – ширина, а длина – comprimento.
 
   На одном совещании, которые мне тоже пришлось переводить довольно скоро (вот оно, катастрофически быстрое освоение языка!), русское начальство поинтересовалось, когда же будет собран и готов к обкатке первый автобус. Бразильцы ответили: pronto. Прекрасный ответ… Ведь на испанском «pronto» означает скоро. Прямо, можно сказать, точная дата. Скоро – это когда? Мы пытались уточнить и так и сяк. Но бразильцы не поддавались и твердо стояли на своем: pronto! Пока случайно не выяснилось, что pronto – это готов! Пробный экземпляр был уже собран! А ведь на испанском «готов» – listo...
 
   Казалось бы, все такие недоразумения было очень легко разрулить с помощью интернета и всяких онлайн переводчиков. Но вся история – практически пятнадцатилетней давности, к тому же, на заводе интернет был под строгим контролем, так что сначала приходилось пользоваться только бумажными словарями. Правда, потом все-таки пришлось поставить вопрос ребром, и, скрепя сердце, мне обеспечили нормальный выход во всемирную паутину.
 
   Кстати, с этим тоже стоит вспомнить один забавный случай, который, хоть к португальскому языку и не относится, но тоже связан с переводом.

   Для сравнения с нашим автобусом (а мне – и для точного технического перевода!) приходилось пользоваться описаниями других подобных транспортных средств. Конечно, в основном это были тексты на русском (порой и на английском), а тут попались подробные инструкции по эксплуатации украинского автобуса Богдан. Прямо отличный автобус! И замечательные детальные описания всех его характеристик! Но - на украинском…

     И что же? Да, в принципе, все понятно!  Впрочем, смеяться я уже начала, когда мне попалось прекрасное: кiлькiсть – количество пассажиров. Я так и представила себе набитый автобус: людей – как килек в бочке! Удивительно точно. Но добила меня вот такая характеристика: скорость 60 километров в год…  Да уж! Флагман автопрома! Любую улитку шутя обгонит. Я далеко не сразу сообразила, что просто сократили слово «година» - час!
 
        После того, как производство было уже немного налажено, мне на подмогу прибыли еще два переводчика: один – русский работяга, сварщик, живший и работавший  в Португалии почти десять лет. Я была несказанно рада, когда он заменил меня на сварке и в смотровой яме. Другой – лингвист, московский переводчик с огромным опытом работы в Анголе. Ему досталась куча письменных переводов. Но и мне всякой работы хватало с избытком! Тем более на устных переводах бразильцы  утверждали, что понимают только меня. Зря что ли обучили-таки именно бразильскому варианту португальского!
 
      Однажды, я провожала одну знакомую  из нашего города в Москву, и на этот междугородний рейс подали новенький экземпляр как раз с нашего предприятия. Я радостно прокомментировала, что, мол, у этого прекрасного автобуса – замечательный багажник. Очень просторный и удобный. Она очень удивилась, зачем, мол, мне большой багажник-то. Неужели я с собой вожу так много вещей. Интересно, поверила ли она, когда я пояснила, что однажды, по работе, мне пришлось провести в таком багажнике в качестве переводчика целую неделю вместе с бразильским и русским электриками, и к нам еще время от времени наведывался московский специалист. И мы все там вполне нормально умещались!

        Конечно, португальский у меня прочно ассоциируетсяся с техникой, производством, автобусами и всякими  красками, горюче-смазочными материалами и запчастями. Впрочем, на какие только темы  не приходилось разговаривать! К тому же бразильцы – крайне общительны и могут болтать часами обо всем на свете!

     Все это мне пригодилось и в Португалии, куда мы с дочкой однажды съездили.  Там, как выяснилось, бесчисленное множество бразильцев. А, может, это нам так везло: услышав мой «бразильский выговор», они немедленно вступали в разговор. Никогда мне не приходилось так много общаться с совершенно незнакомыми людьми ни в одной стране!
 
     Так вот, эти бразильцы все, как один, расписывали, насколько классно в Португалии именно из-за безопасности. Мол, они себя  чувствуют совершенно защищенными, могут безбоязненно пользоваться мобильниками, носить  не только дорогую одежду, но и любые украшения (золотые, серебряные или имеющие драгоценные камни), спокойно носить сумки, не опасаясь, что кто-то их сорвет с плеча, проезжая на большой скорости на мотоцикле. И вот прямо восхищались этим.
 
     Однажды, когда мы фотографировались на фоне какой-то достопримечательности, две женщины попросили сфоткать их. Но когда они протянули нам свой смартфон, то пошутили, что, мол, надеются, что мы его не сопрем. Мы посмеялись и заметили, что они, наверное, бразильянки, которые только недавно приехали, и еще не совсем освоились.
 
     А вот и нет! Они оказались коренными жительницами Португалии! Вот оказывается  какие разные взгляды на безопасность!

    Кстати, многие испанцы, приезжающие, например, в Галисию (область Испании, практически на границе с Португалией), жаловались, что, мол, вот, в своей родной стране ничего не понимают, что говорят местные жители! Понятное дело, те говорили на галисийском. Я поинтересовалась, как звучат такие  совершенно непонятные фразы на галисийском. И, к своему удивлению, убедилась, что они говорят практически на португальском и я вполне очень даже неплохо их понимаю. Выглядела смешно: я, которая вообще ни разу не испанка, гораздо лучше, чем испанцы, понимаю некоторые наречия их страны.
 
      Кстати, чуть не забыла прокомментировать название этой главы! Когда я рассказываю свою эпопею изучения португальского, многие нередко лишь пожимают плечами: что, мол, тут такого? Ведь испанский и португальский настолько похожи, в принципе, это вообще почти один и тот же язык.

      Я никогда не спорю. Судите сами, они и вправду практически одинаковы? Ну, например, понедельник по-испански – лунес (lunes), а по-португальски - сегунда фейра (segunda feira).

   Продолжение следует.