Нить ариадны

НИТЬ  АРИАДНЫ

ПРОЛОГ
               
Никто не знает жизненный полёт,
Когда во времени тот завершится.
Со смертью – Суд ВСЕВЫШНЕГО  грядёт,
И в приговоре РАЙ  иль АД  случится!

Минувшее – историю вершит.
Текущее – фрагменты обобщает.
Лишь будущее этим не грешит,
Чем цену жизни ловко набивает!

С Душой  на свете в связке мы живём.
Сей факт ни чуточки не раздражает.
При этом Дух Души  наш обращён
В бессмертие, чем всех объединяет!

Душа – абстрактна, в жизни не видна,
Хотя смеётся, плачет и страдает.
Ей горечь пить приходится до дна,
Когда грешим, иного не бывает!
 
Своя Душа для нас самих светла,
Зато чужая – издавна потёмки.
С проступков может выгореть дотла,
И до Суда не сохранить обломки!

На белом свете обитаем миг.
Один раз или нет, никто не знает.
Как на вулкане от людских интриг.
Спокойствия бесспорно не хватает!

Честь с совестью в борьбе за наше «Я»,
Пока живём людьми на бренном свете.
При солнце, отдавая всё, и вся,
Душа потом пред ГОСПОДОМ  в ответе!

Бессмертие Души не в тягость нам:
Свой крест у каждого, своя планида .
Оставить память, что построить храм.
Не приведи ГОСПОДЬ с Душой коррида !

Живя, нить Ариадны  всем нужна:
Из лабиринта выбраться на волю,
И вознестись на Небо, где весна,
Чтоб в вечности порхать в РАЮ и вволю!

  ГЛАВА ПЕРВАЯ
   Потусторонний мир ч.1
               
Неизбежность реальна, как выбора нет.
Неизвестность пугает, обычно вначале.
Ожидает в загробном что мире, секрет,
И когда день последний наступит в финале!
 
Лишь от зла смерть спасенье, отнюдь не от благ.
Избирательна память в фрагментах  отменно.
С криком первым «Уа…» БОГ вручает нам флаг,
Что несём до Суда, почитай, неизменно!
 
О душе промолчим, у неё путь иной.
Смерть всеобщий закон, бесполезно брыкаться.
Не болезнь же она, с кой дерёмся порой.
Зато кается нужно, и с душой, как прощаться!

Ко мне смерть – прикоснулась, вершится конец.
Я аминь прошептал, ещё раз встрепенулся:
Промелькнула вся жизнь, все года из колец,
Да в туннель  очертя с головой окунулся!

Сколько время прошло, трудновато сказать,
В темноте во вращенье один я помчался.
Тьма закончилась – свет, что нельзя передать,
Ибо был весь цветной, словно радугой стлался!
               
Сквозь прозрачные стены увидел себя,
Медсестра мне ладонью глаза закрывала,
Зарыдала жена. «Ты чего? Вот он, я!» -
Но она крик души мой уже не слыхала!

Раздвоился на части, и Там был, и здесь,
Без души моя плоть и душа вся без тела.
Мир загробный бурлил в благочестии весь,
От чего моя суть даже песни запела!

А жена при слезах, была в трауре вся:
Ей себя бы жалеть, для неё солнце скрылось.
У меня – торжество, не злословлю зазря,
Душе счастья такого при жизни не снилось!

Жаль, жене – не помочь, ни потом, ни сейчас,
Нас стена от НЕБЕС  на века разлучила.
Даже время застыло отнюдь не на час:
Передышку душа до Суда получила!       
                ч. II

Меж землёю и небом нельзя горевать.
Ожидать, подгоняя, не лучшая скука.
Кайфа нет одному без друзей пировать.
Не получится гвозди вгонять в гроб без стука!

Увидал СВЯТОЙ ДУХ , что меня изучал -
Сама высшая МУДРОСТЬ , ни капли порока.
От грехов же своих сам себя презирал,
Провалиться на месте готов был до срока!

Но на Суд не вели, сорок дней не прошло,
Скрупулёзно досье в микроскоп изучали.
Факт, что счастье при мне и ещё не ушло:
Мои бывшие души в дверях ожидали!

Так я стал не один, многоликость впитал:
Посчитать, душ за восемь пришли ненароком.
Это души людей, когда раньше бывал
На Земле, проживая в гостях прежним сроком!

Сразу вспомнил о Спарте , где  воином был,
Как волхвом  по Испании с перстнем скитался,
Слыл корсаром  в морях и отшельником  жил,
Вавилонской блудницей  несносной считался,…!

Как одна, мои души шагнули за дверь.
Очутились мгновенно в ЭДЕМОВОМ  царстве:
Красота несравнимая, верь, хоть не верь,
Поневоле забудешь о бренном мытарстве!

Там ни ветер не дует, ни дождь не идёт,
Светляками горят поминальные свечи,
Даже солнце – в опале, луна не взойдёт,
Одни сумерки в сутках и с тенями встречи!

Время чохом застыло, нет просто его:
Благодать и блаженство, страстей нет в помине.
Да, плюс равенство сплошь, где не ждёшь ничего,
Что могло бы нервировать души отныне!

Если быть откровенным и прежде с собой:
В НЕБЕСАХ обитать презанятная штука.
Но зреть в корень, однако, не знаю в какой,
Эта пресность есть также вселенская мука!

                ч. III

Да, живя на Земле, все попасть, хотим в РАЙ.
То стремление ясно, разумно, не спорю.
Но не надо спешить бы. Живя, понимай,
Смерть всегда  изначально сподручница горю!

В НЕБЕСАХ по-другому, там души – одни,
Все без плоти родимой чуток одиноки.
И родства никакого – с былого огни,
Сплошь одни шалаши, в перспективе чертоги!

Мне же близких хотелось в лицо лицезреть,
Жене письма писать без цензуры, запретов.
Постараться родным, что грядёт, подглядеть,
Их спасти, если можно, от гнусных наветов!

С тех желаний моих НЕКТО локти кусал,
Засучил рукава, чтоб со мной пообщаться. 
САТАНА  это был. По незнанью – послал,
Ибо, что до Суда ко всему приобщаться!

В целом, хватит о грустном. В РАЮ – один РАЙ,
Несравнимо в садах млели райские кущи.
Даже яблоки зрели, хоть месяц был май.
Все в неведение, но в событиях гущи!
               
В крыльях ангелы  шмыг: то туда, то сюда,
Никаких поручений, в безделье при деле.
Что по меркам земным – несравненно беда.
Плохо ж – дней никаких не бывает в неделе!
 
Довелось встретить души родных и друзей,
Бедолаги спешили, не стали общаться.
Моя тётушка только и матушка с ней,
Как, завидев меня, захотели обняться!

Но нельзя было вместе, прижавшись, стоять.
Мы тепло распрощались, теперь уж навечно,
Дабы порознь по РАЮ без цели гулять,
И о прожитых жизнях судачить извечно!

Лишь сестрицу не встретил, как ту ни искал.
Наш СОЗДАТЕЛЬ куда-то бедняжку отправил.
Ну, а я, навсегда, путь к Земле, потерял,
Так как нить Ариадны в туннеле оставил!
            
                ч. IV

Так без дела слонялся, Небесный Суд ждал,
Приговор в кулуарах в проекте верстался.
Было всё интересно, и я не скучал:
Ведь с грехами от жизни по РАЮ шатался!

В сыск отправился в АД. Там две души мои
В несравнимых мученьях прощенье просили.
Им помочь был не в силах, грехи же свои
Аж руками в огне вместе с пеплом месили!

Где не скучно случалось, так это в АДУ,
Ведь в компании тамошней лихо не лихо.
Духотища, жара, не в пример, что в Саду,
От стенаний повсюду не очень-то тихо!

Несомненно, грешны были души мои,
Но хотя на Земле не найти, кто безгрешен.
Все грехи от других не таил я свои.
Сознаюсь – напоследок был сладко утешен!

Да, скрывать свои чувства, увы, не по мне.
Всласть к беднягам от жалости лбом прикоснулся.
И в тех душах моих, что горели в огне,
Будто внутренний мир невзначай содрогнулся!

Ну, хвостатым  оскоминой оный пассаж :
Сразу, ишь – ультиматум, а БОГУ – депешу.
Ну, меня ж понесло: родне близкой – массаж.
Не предвидел тогда, чем себя я подвешу!

А лукавых – удар, скулы напрочь свело.
Брань такую в АДУ отродясь не слыхали:
При грехах кто, ласкать! Мне же крупно везло.
Ибо демоны, видно, в тот миг заседали!

Эх, отрадно предаться безумию там,
Пропустить где по рюмке бывает уместно.
С того боком назад побыстрее к САДАМ,
Пока всем о проступке не стало известно!

Тьфу, закон был сухой  и в РАЮ не поддать.
Куража, не отметив, – печальное  дело.
А ещё, что нельзя, почему-то страдать.
Как же стресс изгонять, коль внутри всё кипело?

             ГЛАВА ВТОРАЯ
Возвращение на бренную землю ч. I

Ох, суетный «день» мне в «подарок» достался.
Пока наплаву. Быть точней на мели.
В рубашке рождён, коль из АДА смотался.
«Костей» не собрать, если б Там замели!

Итак, вновь на НЕБЕ свой Суд ожидаю,
В душе после АДА чай кошки скребут:
Столь дров наломать! От того не мечтаю
По РАЮ гулять, меня в АД отдадут!
 
Тут слух: с ПРЕСПОДНЕЙ, мол, души сбежали.
Мне плохо, а вдруг бедолаги мои.
Как в воду глядел! Из кустов вылезали
Родные сиротки, до боли свои!
 
Они возбуждённо меня заклинали,
Не вздумал, чтоб в ПЕКЛО назад сам идти.
При этом резонно со смыслом считали,
Из РАЯ, мол, в АД не бывает пути!

Побёг таки в АД, но в «Подвал» не пускали.
Нечистые словно – с цепи сорвались.
Ревизию видно к себе поджидали,
Гуртом до единого вверх подались!

Тогда в авангарде Блудницу поставил,
Глядишь, побыстрее дела все решу.
«Щербатый » из серых рога мне наставил,
Его невзначай как за «хвост» укушу!

И сразу назад, наверху отдышаться,
В РАЮ с этим делом всегда благодать.
Теперь я – блудница, в испуге признаться:
«Щербатый» стал евнухом , что тут сказать!

Чего ж откусила, в РАЮ тотчас сбыла:
Там ангел один почти силой отнял.
При том наказал, чтобы в голос не выла,
На ухо о бартере  что-то вещал!

Вот это дела! Прямо страсти земные.
В диковинку «сервис », чего уж скрывать.
Упрячут меня за поступки такие.
Прощения глупо теперь ожидать!

                ч. II

Да, блат – хорошо на Земле, не на НЕБЕ:
На БОГА надейся, а сам не плошай,
Везде самому нужно думать о хлебе,
Иначе светить будет АД, а не РАЙ!
 
Фу, трижды за раз я судьбу испытала.
По правде сказать – налицо перебор.
В интригах – промашка: всех правил не знала.
На Землю с НЕБЕС – под замком «коридор»!

И только успела подкрасить ресницы,
Приказано было до БОГА сойти.
Меня, увидав, Он в обличье Блудницы,
С НЕБЕС приказал с глаз долой вон уйти!

На Землю спровадить поспешно решили,
Пока продолжался весь этот сыр-бор.
Глаза у СПАСИТЕЛЯ молча корили:
Меж РАЕМ и АДОМ трещал договор!

Но я ненароком успела подметить,
Доволен наш БОЖЕ раскладом таким.
Подчас ПРЕИСПОДНЯЯ, надо заметить
Его раздражала бедламом своим! 

Ура! До Суда отправляли на Землю.
Такого не помнил загробный весь мир.
В дар – нить Ариадны! Ушам я не внемлю:
Вкусить предстояло земной снова пир!

ВСЕВЫШНИЙ беглянок в сторонке поставил,
Им тоже на Землю перстом показал.
А всех остальных восвояси отправил,
Знакомого ангела вслух распекал!

Вот в этот момент я и глупость свершила,
В туннель, окунувшись, что вёл в мир земной.
Ведь душу одну из своих прихватила,
Которая в жизни была сиротой! 

Не знаю, заметил ли сам БОГ уловку?
Скорее был в курсе, ан, вида не дал.
Себя похвалила за эту сноровку -
На Землю с грехами спешила на бал!
                ч. III   

Пока век двадцатый  был  точкой отсчёта.
Со старта уйти, нужен тоже расчёт.
А раньше иль позже – возможность начёта,
Но вовремя если – в кармане зачёт!

Туннелю конец и Земля верой дышит,
Я в чреве живу по-людски для себя.
ГОСПОДЬ порадел, не скрываю, пусть слышит,
В хорошее место устроил меня!

Прелестное время резвиться в утробе,
Тепло и вода, есть еда – красота.
Ни в чём нет нужды. Шик! Довольны мы обе,
Естественно, мама, да, я – простота!

Конечно, мамулю тошнило частенько,
Анализы, кровь приходилось сдавать.
Ну, прочие мелочи, так что раненько
Пришлось о себе мне ей вести давать!

Волнения, мысли от мамы ловила,
И в курсе её интересов была:
Работала где та, чего не любила,
Певуньей отличной мамуля слыла!

Обида – тук-тук. Вдруг родная не знает,
Де, я – состоялась не в снах, наяву.
Казалось, в заботах о службе витает,
Не ведает вовсе, что я в ней живу?

Нет, было не так. Мама мною гордилась,
Играла на струнах, напевно шутя.
В бездонных глазах счастьем свечка светилась:
Желанное ж в ней пребывало дитя!

Поняв, кувыркнуться решила я срочно:
Идею хорошей, неглупой нашла.
Что с матерью было! Она, это точно,
От радости чуть и с ума не сошла!

Сильнее любви нет в природе начала -
Впервые в утробе нутром поняла.
Мамулины песни подряд все урчала,
И нишу для счастья тогда заняла!

                ч. IV

Девятый шёл месяц, в утробе жить тесно,
На свет появиться пора мне пришла.
С трудом родилась. Повстречал мир нелестно,
Орала взахлёб, пока грудь не нашла!

Вершины сияли в спокойствии вечном.
Природа красива во все времена.
И звёзды ночами все в отблеске млечном, 
От горной речушки воды стремена!

Снега облаками на склонах белели.
Да, детство моё проходило в горах,
В зелёных равнинах, где крыши краснели,
Где воздух целебный, плюс синь в небесах!

Назвали меня, как прабабушку, Лара,
Характер уживчив, без всяких каприз.
Мы с мамой на редкость хорошая пара:
Не раз получали на праздниках приз!               

Вот с папой – в разлуке, считался в «разъездах»,
В помощниках были нам сёстры отца.
Жилось же неплохо, случалось в наездах
В гостях пребывать у святого отца!

На пастбище часто в горах мы бывали:
И мама, и я, пастухи у костра.
Во тьме ненароком на звёзды гадали,
Падёт сколько оных чертой до утра!

Взирая на небо, глаза мне казались,
Смотрели что с черни зловеще в лицо.
Никто их не видел, хотя и пытались,
На всякий же случай чертили кольцо !

Шло всё чередой, и ничто не смущало
Неспешный от жизни семейный уклад.
Не знали мы с мамой, что нас ожидало,
Ушли в монастырь бы, а души - в заклад!

Сам взгляд этот мучил сильнее с годами,
Но я не сдавалась, хотела понять, 
В чём дело? Возможно проблемы с глазами?
Нет. Что-то иное, душе если внять!

            ГЛАВА  ТРЕТЬЯ
            Становление  ч.I

Хоть жизнь – не злодейка, но чаще с обманом.
Стремись быть надёжным, кто верен тебе.
Впрямь этот девиз стал моим талисманом,
Живя, изменять не хотелось себе!

Росла и взрослела, а с полом ошибка:
Ухватка бульдога, драчуньей слыла,
У пропасти края – в лице лишь улыбка,
Свистела в два пальца, смышлёной была!

Сорвиголова! И костры жуть любила.
Покоя мне взгляд между звёзд не давал,
Язвительный был.  Я смеялась, дерзила,
Но холод у сердца на нервах играл! 

Судьба аксиомами  жизнь проверяла,
Пока удавалось мне с честью пройти.
Опасность от взглядов ночных угнетала,
Боялась с дороги житейской сойти!

О том не болтала, и слёз не казала,
Но в церковь сходила вопросы задать.
Покаялась как, себя, словом связала,
Что в бденьях ночных взгляд не буду ругать!

Исповедаться сердцем – азбучно чудо,
Мир внутренний если, при этом не месть.
Само по себе растворяется худо:
А знать, нет нужды на рожон пока лезть!

И, правда, душевней, спокойнее стало,
Как маме сказала, а та поняла.
Но время прошло и ни много, ни мало,
Когда беда снова свой пост заняла!   

Она не дерзила, чуть в шею дышала.
Событий не стала и я подгонять.
Мыслишка ж засела, в печёнку запала,
Сей гордиев узел  самой развязать!
               
Не раз и не два в храмы с мамой ходили.
Молились усердно при свете свечей.
С известным священником вновь говорили.
Однако же взгляд становился наглей!
                ч.II
 
Но всё по порядку. Шли годы, не крались.
Учиться – чуть-чуть, когда – гром, началось.
Картины видений в прошедшем купались:
Пиратствую будто. Такое стряслось!

Во сне я при этом браниться пыталась.
Мамуля моя, разобрав, что кричу,
В слезах от расстройства позднее призналась,
Как плохо ей стало с того, что несу!

Она поняла, хоть язык был испанский.
В бреду её дочь – настоящий пират,
И грабит корабль, не иначе голландский,
Где золото, камни на много карат !

От страха очнулась. Была мама рядом,
Спросила о сне и здорова ли я.
Ей не раскрылась, что ночь стала адом,
В пуд сон проклятущий замучил меня!

Под вечер мамуле, как есть, рассказала.
Тогда та прослушать мой голос дала.
Мне жуть интересно, чего же кричала?
Узнав, перед Образом  свечку зажгла!

Ну, вскоре и днём наваждения  стали.
Мне вспышка в мозгу – будь, случилось вчера:
К какому-то берегу ночью пристали -
Сокровища прятать надёжней с утра!

Чуть солнце взошло, трюм, открыв, разгрузили:
Монеты златые, затем – серебро.
Пещерку я помню, куда всё втащили,
Поклажу поставить пришлось на ребро!

Раз мёртвый свидетель делиться не просит:
С отравой вино – всех пришлось опоить.
Нечистый на жертву исправно глаз косит:               
Знакомства в АДУ с ним пришлось заводить!

Картины ж  из АДА – мурашки по коже,
Лукавые, где  изгалялись всерьёз.
В виденьях один одного да – по роже
Случайно задел, был занятный курьёз!

                ч. III   

Уйти невозможно, не двигаясь с места.
В движениях память судьбу ворошит.
Всем хочется знать, из какого он теста,
Почто рок в кошмарах уйти не спешит?

Чего только в грёзах своих не видала.
Аж дрожь пробирала от этих картин.
Мне стыдно сознаться, частенько рыдала:
Подушка сырой была с оных причин!

Повторно во сне мир загробный открылся:
«Где сад, видно РАЙСКИЙ, разверзся в красе.
Нежданно фантом  вдруг из АДА пробился -
То души бежали с огня в колесе!

Ох, поздно бояться, СПАСИТЕЛЬ на взводе.
Не зря ж САТАНА свои ногти грызёт.
А я, вдруг, – Блудница, не мерзкая вроде,
Обидела серого жёстко, и в лёт!

С грехами открыто в АДУ флиртовала.
ГОСПОДЬ не доволен, не скрою, в глаза».
Теперь мне понятно, когда сплоховала,
С чего может грянуть внезапно гроза!

Раскрылась и тайна, кого вдруг «достала»:
Свалилась на голову крепко напасть!
Неужто реально в АДУ побывала,
Где душам родным помешала пропасть?

Проблемы в АДУ, стало быть, заимела,
Хотела схитрить, ан случился прокол.
Мой выбор спонтанен , себя и нагрела:
В офсайде  забила умышленно гол!

Мне мудрая мама молчать наказала
О взглядах из тьмы, о виденьях в бреду.
А я же испанским в момент совладала,
Родным был язык, видно, мне на роду!

У карты разменной судьба незавидна:
Шестерка в натуре не туз козырной.
Мне роль отведённая, впрямь не обидна, 
Быть белой вороной давно не впервой!

                ч. IV

Пролог  прошмыгнул, эпилог  не родился,
Златая средина судьбу свою ждёт.
Мой сон с ПРЕИСПОДНЕЙ раз сотню резвился.
Увы, без причин, сердце болью не жмёт!

Не в радость любое несчастье бывает,
За горло, когда нас спешит подержать.
Одежды нахально о прошлом срывает,
Нет сил мрачных мыслей поток удержать!

Что делать, куда нам обеим податься,
И маме, и мне? Кто беду отведёт?
Решили во власть мы событий отдаться:
Авось, гром не жахнет, с грозой пронесёт!

Сходили к святому отцу за советом:
О снах рассказали лишь часть от всего.
Просил нас позднее придти за ответом.
В душе удивились с не знаний его!

Тут школе конец, и себя я – царица.
К нам век двадцать первый грозился зайти.
Скрипела от жизни одна половица -
В вопросах. Ответы мечтали найти!

Надумали с мамой развеять виденья,
Чтоб душу мою от проклятий спасти.
В Испанию вместе проверить сомненья
Поехать решили, покой обрести!

Хотели постигнуть смысл грусти, печали,
Стремились поставить все точки до «И»!
Не вышло. Дурёхи! Беду привечали:
Не точки, кавычки встречались в пути!

Пред самым отъездом вновь в церковь сходили,
Святому отцу свои планы открыть:
Видения дабы с ума не сводили,
О них, по возможности, тему закрыть!

Вояж не помог, и вопросы остались.
Ответ был один, не гневить никого.
Роптать бесполезно, на этом расстались.
Жаль, легче не стало с совета того!   
         
         ГЛАВА  ЧЕТВЁРТАЯ
         Испанские мотивы  ч.I

Что будет завтра, оно завтра и случится,
А ждать сегодня этого, резона нет.
Случается, что и вчерашний день стучится,
По-разному, и в виде фарса , тет-а-тет !

Меня достало наваждение «солидно»:
Эффект от оного давно за минус крыл.
Да, тут ещё язык испанский очевидно
Всех изумлял, поскольку «раритетом » слыл!

Что говорить, последнее всерьёз сразило,
Но больше маму даже, нежели меня.
На путешествие серьёзное подбило,
Вдвоём отправиться, решив, волну гоня!

Куда же именно, вопросом не стояло.
Подсказка в наваждениях, чего искать:
Испанское засилье в оных «умиляло».
За Пиренеи  предстояло путь держать!

Семь зайцев мыслили «на отдыхе» отведать:
В краю Сервантеса  хотелось побывать,
О здешних мифах и легендах всё разведать,
С души мой камень, скинув, нечисти отдать!

Пилюлю наваждениям в «дарах» подбросить:
Лелеять страх в себе, уже нет больше сил.
Не дать себя, как карту с кона, сбросить,
Понять: на мельницу когда, кто воду лил?

Испанию мы ощутили в Барселоне .
Практически вопрос удумали решать:
Машину на прокат приобрели в салоне -
Судьбу с колёсами удобнее пытать!
 
И я, и мама в Каталонии  впервые,
Дурёхи две, в чьих головах засел туман.
Как в зеркала, смотрели мы подчас кривые,
Пытаясь выяснить, где, правда, где обман!

Ох, и красивая страна, апрель резвился.
У нас проблем житейских не было почти.
К тому ж язык знакомый, и народ постился -
Кругом под Пасху  БОГ в особенной чести!
                ч.II

Любому действию сопутствует причина.
Не только результат, приятен и процесс.
В наградах всякое: и взятая вершина,
Пустышка в фантике, а то гляди, абсцесс !

Не всё приятное с полезным совместимо,
Но проявленье любопытства – не порок.
А вот стремленье наше с мамой объяснимо.
При том, не навреди – мудрейший есть зарок!

Без настроения – тоскливо как-то ехать:
Раз мы в Испании всё надо осмотреть,
В Андорру  вырваться, хотя б на день заехать,
И в Барселоне галерею посмотреть!

На местности видения в лицо «проведать»,
Вина и «кава » перед ужином испить,
Уху и курицу с лангустами отведать,
Ещё крем «Каталана » на десерт вкусить!

Паэлья  – шик: моллюсков в рисе сочетанье.
От «Ахобланко » были с мамой без ума.
Суп-крем фруктовый под сыры – одно мечтанье.
Ан, для желудка объедение – тюрьма!
 
С красот избытка голова не раз страдала.
Вся Каталония прелестный уголок,
Где необъятность ширью на корню «съедала» -
Жаль, не завяжешь свою память в узелок!

Архитектура от истории – гордыня.
Прогулки  по морю, музеи, вернисаж.
Веков осколки мавританские  - святыня,
И улицы – незабываемый пейзаж!

Да, Барселону осмотреть, недели мало,
Нет времени. С того – в машину и «в полёт».
От массы впечатлений сразу лучше стало,
Спокойствие в душе – вестимо, не гнетёт!

Мелькали города и горы, и равнины,
Лазурь от моря и цветущие сады,
Леса растущие, речушек вод стремнины.
Хвалили удовольствия на все лады!

                ч.III

Блажен, кто верует – ему грехи прощают.
Случайность в маске если, с ней на Вы судьба.
Что будет завтра, им пророчески стращают.
Увы, людская жизнь – и день, и ночь борьба!

Факт, на желаньях наших строилась надежда,
Найти ещё суметь, чего не может быть. 
Кто вещим снам не верит, темнота, невежда.
Мы знали, коль пожар, колодец поздно рыть!

Андорру посетив, решили к Югу ехать,
В монастырях в пути старинных побывать,
В Малагу  обязательно потом заехать, 
Спокойно о преданиях всё разузнать!

Я в тайне на костёр надежду возымела,
Вдруг взгляд, как ранее, зацепку мне пошлёт.
Но мама ночью у огня быть не хотела:
Боялась, что беда случайно снизойдет!

Чего тут возражать? Дразнить судьбу не стоит:
Нам неизбежного и так не миновать.
Пока раз мы в догадках, кто нам «крышу» кроит,
У неизвестности опасно занимать!

Сейчас же путь наш пролегал вдоль кромки моря.
Погода – сказка, неизвестность впереди.
Весна-голубушка, в красе с собой не споря,
Несчастья напрочь оставляла позади!

Идиллия в умах, а сердце что-то ноет,
Хотя для этого нет видимых причин.
Дан старт, мотор кабриолета  тихо воет,
Дорога понеслась, чтоб поддержать почин!

Экзотикой нам белоснежные селенья,
И рощи цитрусов, оливок на холмах.
Природа вся благоухала от цветенья,
Синь неба и воды – история в веках!

Невольно страхи постепенно растворились,
От впечатлений разных – кругом голова. 
Жизнь не противилась тому, что исхитрились,
Решать больной вопрос в Испании сперва!

             ГЛАВА  ПЯТАЯ
               На круги своя 
               
В безмолвии время из бездны несётся,
И в бездну, туда же, удрать норовит.
Крылом лет прошедших своим, как коснётся,
То таинством мига живых серебрит!

Мы днём на колёсах, под вечер в отелях,
Спешим, не спеша, дабы всё осмотреть.
За день намотаешься, ночью – в постелях
Во снах впечатленья горим досмотреть!

Пока – без эксцессов и солнце игриво,
Фламенко  в Гранаде  триумфом неслась.
Нас край Андалусии встретил дождливо:
В Малаге впервые к нам чернь занеслась!

Опять - заморочка: виденье приснилось,
На том будто СВЕТЕ с грехами одна.
Ужасное что-то в АДУ приключилось:
Пред БОГОМ склоняет меня САТАНА!

Лукавого вроде всерьёз укусила,
Посмешищем стал фрукт на РАЙ весь и АД,
Суда избежала, чем смуту вселила,
И душу украла, которая – клад!

Сама недостача – не тайна, открылась,
Лукавый – «калека» старался не зря:
Награда за выслугу разом накрылась,
С обиды старался, «с ума» всех сведя!

В грехах – до рожденья: такое узнала.
И с Ангелом будто на сделку пошла.
Впрямь шорох немалый на НЕБО нагнала,
С чистилища АДА дорожку нашла!

Но я-то во всём этом, чем виновата?
Тем паче и мама, она тут причём?
Нам явно обеим за что-то расплата.
Понять бы, тогда и концы все найдём!
 
Свихнуться с «букета» впредь запросто можно,
Но коль без Суда, не с руки горевать.
БОГ так рассчитал, САТАНЕ даже сложно:
Законы нигде не дано нарушать!
             ГЛАВА  ШЕСТАЯ
             Коса на камень  ч.1

Туман в пути дорогу не спрямляет.
Незнание – топорный аргумент.
Пример, жаль не всегда мозги вправляет.
Понятнее – живой эксперимент!

Из-за меня БОГ с САТАНОЙ схлестнулись,
Большой крик, шум и коромыслом дым.
Но об закон все доводы споткнулись:
«Суда» же не было, с того и «Гымм..»! 

Понятно кое-что теперь мне стало,
А в целом, непонятно ничего.
Проблем с рождения итак немало,
Боль головная явственней всего!

Проснувшись, матери всё рассказала,
Столкнулась с чем, что видела во сне.
Мне это сделать совесть подсказала,
Чтоб не гореть обеим нам в огне!

Её реакция в ответ смутила:
Не ставить крест, шум в НЕБЕСАХ – нам лесть.
Экспромтом  этим здорово взбодрила,
Перчатку бросить, постояв за честь!

Резон – бодрил, амбиции  играли.
Марбелья  в плане на визит была.
Езды и часа нет, вещей не брали. 
Нас интуиция «взашей» гнала!

Отъехали чуть-чуть, машина встала.
На аварийке  отвезли в ремонт:
Искра исчезла; следом я упала
На корте, развлекался, где бомонд !

На вывих мой мне шину  наложили –
Крестовый шёл, как видно интерес.
Мы с мамой карты сразу разложили,
Подсказкой заручиться от НЕБЕС!

Увы, не знаешь где, на чём споткнёшься.
В несчастье с счастьем может повезти.
Редчайший случай, как с таким столкнёшься,
И, что искал, нежданно обрести!
                ч.2

С подобным случаем, судьба столкнула
Меня и маму. Повезло как есть,
Не сразу, правда. Поначалу – пнула.
Потом уж от фортуны в крыльях весть!

Пока же мы в расстройстве пребывали.
Одно несчастье кралось за другим.
И истину гаданьем добывали,
Здоровьем даже жертвуя своим!
 
По картам испытания грозились:
Бой рукопашный, вслед казённый дом.
Неясности в стенаниях «бодрились»:
Шестёрка треф в конце – за снежный ком!

Авто забрав, решили вон не ехать.
Врач обещал на завтра шину снять.
В ночной здесь бар надумали заехать,
Чтоб эту сторону у жизни  внять!

Сев в уголке, глазами не стреляли,
Говядину отведали с хренком.
Шум за спиной. Зараз глаза подняли:
Стоял мужчина рядом под хмельком!

Мразь, мафиози, без году неделя,
Приехал из России шиковать.
Подумал, что мы с мамой из борделя,
И к нам по-хамски начал приставать!

Не брит, взгляд сальный, долларами крутит.
Меня решил, как шлюху, заказать:
Ко мне полез. Ну, видя, что не шутит,
Ша! Соусом решила наказать!

Ядрён испанский соус «алиоли»,
И роль свою он мастерски сыграл.
Подонку в глаз попал, хам взвыл от боли:
Чеснок и уксус спесь с него согнал!

Ушёл, ругаясь матерно словами.
«Козлом плешивым» в спину назвала.
Со слов таких «споткнулся» телесами:
Со смеха мама чуть не умерла!

                ч.3

Имеет кто, тому дано и будет,
А не владеет – потеряет, что имел.
Не помнящий родства, себя забудет,
Прошедший день сегодняшний напел!

Ещё одна загадка объявилась,
Язык мне русский, вроде, был родной.
Не меньше матери я удивилась,
Впрямь чудом разум не свихнулся мой!

По-русски пьяного в дуплет  отшила.
У мамы с языком тем, ни гу-гу.
Ей о «козле» сказала, что спустила,
Но в чём здесь соль, сама и не пойму!

Из-за скандала мигом «отрезвели»,
На нас коситься стали и галдеть.
В смущении невольно покраснели:
Бандит! Смог нашу всё же честь задеть!
 
Уйдя, купили «кава» - всё прекрасно.
С шампанским – я, а мама – за рулём.
Через квартал подрезали опасно:
Гад русский был с приятелем вдвоём!

Расчёт – вернейший, мелочь помешала:
Пока хмырь из машины к нам бегом,
Бутылку я невольно открывала -
Нам «кава» стала подлинным ружьём!

За дверь как взялся, пробку отпустила.
Ему та в глаз бабахнула, шипя.
Струя шампанского лицо залила.
Шарахнулся, второго с ног валя!

Бутылкой в сторону их запустила,
А мама – газ, машина понеслась.
Момент погоня верный упустила,
Причина для спасения нашлась!

Ну, прямо детектив с кино случился.
Зависла жизнь, считай на волоске.
Сюжет отличный, в присвист, получился.
И мы к спасению неслись в броске!

                ч.4

С рождения приходиться сражаться:
Все камни разбросав, их собирать.
С действительностью каверзной общаться.
День будущий для жизни нанимать!

Несчастья по отдельности не ходят.
БОГ, если в помощь, счастье, а не блат.
Вопросы и ответы порознь бродят.
Об этом убеждаешься  стократ!

Полиция возникла перед нами:
Фортуна сделала нам реверанс.
Не лыком с мамой были шиты сами,
Испанский всем приятен ренессанс !

Мы этих русских знатно поперчили,
И у полиции – свой интерес:
Чрез Интерпол  тех в розыск объявили.
Так с мамой разыграли политес !

Но ночь несладко быть не лёжа - «стоя»:
Удобств в казённом доме никаких.
Мы, супостатов – мафиози, кроя,
Смекнули сами, дело, что не в них!

Вопросов больше, нежели ответов:
Игра по-крупному, видать, пошла.
От САТАНЫ опасно ждать приветов:
«Коса – свой камень» невзначай нашла!

День наступил, моя нога «в ажуре»,
Врач, осмотрев, так прямо и сказал.
Экзамен с мамой сдали в первом туре,
А будет ли второй, никто не знал!

Назад - в гостиницу, юрк за вещами.
В Малаге оставаться не резон.
Сюда не заманить нас калачами.
В ушах стоял от приключений звон!
 
Признаться, напрягли донельзя «кочки».
Малага оставалась позади.
Как оказалось, первые цветочки,
А ягодки нас ждали впереди!

        ГЛАВА  СЕДЬМАЯ 
            Перстень   ч.I

Нас с детских лет прельщает плод запретный.
У всякой логики есть интерес.
Кто самый первый, более заметный.
Леченьем яд бывает, даже стресс!

Запомнился курорт Фуэнхирола .
Он в планы посещений не входил.
Марбельи знак маячил ореола,
Но случай нам иное предложил!

А может, провидение сыграло:
Мяч – в аут  не на нашей стороне.
Идти ва-банк  наверно предстояло,
Жизнь на кону, ответственность вдвойне!
 
Руины замка в городке прельстили,
От вида – полоснула в сердце боль:
Знакомое. Видения «польстили»:
В них – я парнишка нищий, словом голь!

В стене от замка, будто крестик прячу;
Мор на родителей, всё с молотка;
В Алору  уезжать – слезами плачу;
Жизнь сироты горька и коротка!

По сторонам невольно оглянулась:
Да, изменился замок, ниже стал.
Стена, где схорон, с ветхости прогнулась,
Туда в момент невольно взор упал!

Родное по наитию сыскала.
Тряслась в ознобе, будь на сквозняке.
С трудом из кладки камень расшатала -
Не крестик был, а, перстень в тайнике!

Вот это, да! Боюсь, литавр  не будет:
На острие придётся гарцевать.
Ведь САТАНА подарка не забудет.
Он не упустит шанс «полинчевать »!

Одно искали, а нашли другое,
Что и не думали никак найти:
Старинный перстень. С нами шок. Такое
Из колеи нас выбило, с ума сойти!
                ч.II

Глаза у страха велики от страха
В неведомое делать первый шаг.
Гарантом БОГ от жизненного краха,
А тот, кто против, далеко не враг!

Находка перстня суть не объяснила,
Но помогла ряд бед нам избежать,
В моей истории фон замутила:
Нить Ариадны тяжко удержать! 

Фуэнхиролу покидали к ночи.
Алора – в нескольких часах пути:
Приспичило, дождаться дня, нет мочи:
Две бабы-дуры – с нами не «шути»!

Дорога – чрез горы. Едем тихо,
Но в указателях, как «зюзя» тех.
В тупик заехали, где очень лихо
Скрутили злыдни нас, аж курам «смех»!

Невольно вдруг я начала ругаться
Отборным слогом в трёхэтажный дом.
Грабители не стали изгаляться,
Замолкли, словно проглотили ком!

Меня же понесло, я – русским матом:
Гром от испугу трахнул в небесах.
Слова отменным эти стали блатом –
Воришки извинились второпях!

А мама враз моя без чувств свалилась,
Такой экспромт, услышав, брань мою.
Очнувшись – к Небу. Сразу помолилась,
Чтоб БОГ простил меня, что в слух «пою»!

Когда спасаешь рьяно свою шкуру,
Все средства без разбора хороши.
Ругалась не осознанно же, с дуру,
Однако поимела барыши!

Грабители без шума растворились.
Не тронув нас, приняв, как за своих.
Промеж себя мы с мамой удивились.
Такой расклад бы тронул и глухих!

                ч.III

Пути ГОСПОДНИ неисповедимы,
Людские стёжки чаще мглу сулят.
Мирские души все неповторимы,
Но одинаково в АДУ горят!

О смысле жизни нас вопрос не мучил:
Раз обошлось, и продолжался бал.
Живот от страха, правда, малость жучил,
Затылок мокрым, не скрываю, стал!

Хоть гости и сантима не забрали,
Тряслись в ознобе руки, голова.
Ещё замучило, что означали,
Откуда знала «крепкие» слова?

Об этом маму шёпотом спросила.
Она, вопросу искренне дивясь,
Молчала, пальцем у виска крутила,
При этом мною втихаря гордясь!

Сил никаких, чтобы в Алору ехать.
Луна светила, звёзды в тишине.
Видение решило вновь подъехать:
Добром взор излучался в вышине!

Впрямь голос ангельский я услыхала:
Мол, перстень разрешалось мне одеть.
В ущелье – рейс, поездка предстояла,
Потом Алору, посетив, иметь!

Ущелье – под названием Гарганта,
На диво тихий, дикий уголок.
«Путь короля», он в качестве гаранта
Сулил сдержать нависший молоток!

«Путь короля» - из дерева дорога
Над пропастью, над скалами вокруг.
Достичь должны там некого порога,   
Поменьше бед, чтоб выпало на круг!

А перстень в пору прямо мне пришёлся.
Его боялась раньше примерять.
Свой в доску кто-то в НЕБЕСАХ нашёлся:
Тут поневоле будешь доверять!

                ч.IV

Терпенье - горько, плод его же сладок.
Во всех желаньях суть от «Я» лежит.
На дармовые зрелища мир падок.
Удача – за удачливым бежит!

Вновь случай спас. Ему хвала и слава:
Гроза не свиделась, гром не сразил.
Мне стыдно сознавать, что я – шалава ,
Побила бы, кто этим наградил!

Мы – в путь, когда нас солнце увидало.
Ущелья рядом, впрямь, рукой подать.
Предчувствие несчастьем не пытало,
Не выдержав, решили погадать!

Колоду сдать мамуля мне велела.
На мастях черви – не предвидится конфуз:
Фарт, это хорошо. Душа запела,               
Глядишь, «Путь короля» сойдёт за туз!

Красиво здесь, немного страшновато
У пропасти на волоске стоять.
От шороха нам стало жутковато,
Неужто приключение опять?

Ба, впрямь знакомые предстали лица,
Что ночью нас хотели пощипать.
Ни мы, ни те не ожидали блица,
Вторично, чтобы встречу повторять!

Мой перстень на руке как увидали,
Пожухли сразу прямо на глазах.
Прощение просить смущённо стали,
Себя, ругая искренно в сердцах!

Представились они. Мы разузнали:
Жизнь – не ахти, коль нарушать закон.
Подробно о себе им рассказали.
Открыть, откуда перстень, не резон!

Ей БОГУ в перстне видно тайна скрыта:
Из глубины веков в пыли следы.
Не удивлюсь, страница как открыта
На НЕБЕСАХ о нём при отблеске звезды!

           ГЛАВА  ВОСЬМАЯ 
              В фаворе   ч.I

Изменчиво всё в нашем мире бренном.
Бич – суетность и в малом, и в большом.
Ваяет БОГ на уровне нас генном,
Мешая новь и старое – в одном!

Итак, мы не одни, с друзьями стали,
«Путь короля» роль главную сыграл:
Случайности тайм-аута  не брали,
Мой перстень нрав впервые показал!

По курсу замаячила Алора.
Вопрос запутанней, с интригой стал.
Дружки от утра, истинно – Аврора.
Не зря нить Ариадны БОЖЕ дал!

На трёх машинах в город покатили,
Друзья – за гидов, в этом знали толк.
Там замок мавританский посетили:
Туристов много, словно целый полк!

Когда обедали, подсел к нам старец.
Представился, в глаза мне посмотрел.
Внимание привлёк его мне палец,
Там перстень схожий в искорках горел!

Рука моя, впрямь таинство свершила:
Случайно перстень к перстню поднесла.
Бах! Молния из них всех озарила,
Чем мне и старцу радость принесла!

Все ойкнули с испуга, изумляясь.
В момент от старца испарился страх.
Глаза – в глаза, слезинки появляясь,
Катились вниз и недоверью – крах!

Проверку иль экзамен вновь держала,
А сдать блестяще верно БОГ помог.
Я вечности величие прознала:
Преодолён был знаковый порог!

Подозреваю всё же, в перстне дело.
Нутром аж чувствую, что это так.
Ну, а в душе моей, конечно, пело
На горизонте чисто, как никак!
                ч.II

Мне старец с перстнем – до сих пор загадка.
Не в силах оную я разгадать:
Наверно запредельного порядка.
Спокойней – голову, как не ломать!

Вопросов никому не задавали:
Зачем, откуда, для чего, куда?
И мы с расспросами не докучали,
Мозги все набекрень – сюда, туда!

Взаимный интерес в прок изгалялся,
При этом страх не покидал порой.
Секретом свыше перстень представлялся,
А в целом, ВО! Чего кривить душой!

Когда все вместе замок посещали,
Видение пришло, считай на миг:
Что в НЕБЕСАХ спокойствия желали,
Наметился там позитивный сдвиг!

От этого могло быть лучше, хуже.
Меня забыть, а может быть и сдать.
Больней, как пояс затянуть потуже,
Но загодя волос не стоит рвать!

В АДУ спрос в недостачу упирался,
Списать её, иль, чем ни будь закрыть.
Их ГЛАВНЫЙ – САТАНА, в кровь возмущался.
БОГ предлагал «топор войны» зарыть!

Класс - компромисс: «Калеку» наградили,
Укус в насмешках явных не склонять,
Скопцу  в «погонах лычки две пришили».
Взамен ревизию не учинять!

Война, как силы равны, бесполезна:
То – аксиома, понимали все.
Не нова мысль, но всё же интересна.
Мы в светлой с  мамой пребывали полосе!

И океан в видении видала -
Теперь к Атлантике, знать, путь держать.
Алора за спиной грозой сверкала:
Железо, гретое верней ковать!

                ч.III

Не торопясь, но торопиться нужно,
Прошедший день не удлиняет век.
Когда за дело все берутся дружно,
Способен горы сдвинуть человек!

Мы за друзьями мчались младшим братом.
В Испании – вина не избежать.
Меня просили вслух ругнуться матом,
Слова на практике де изучать!

Товарищи, а «с дырочкой носочек»:
Удумали, чтобы ругалась вслух.
Я помянула ласково, в «платочек»,
Они писать – в печёнку их и в пух!

В Марбелье отдых сделать предстояло:
И в наших планах, у друзей – дела.
Чутьё во мне настойчиво вещало:
Второй экзамен, чтоб при всех сдала!

На вилле поселили, у знакомых:
Хозяин руку мне сам целовал.
Не знаю, с мыслей он, каких ведомых,
Но жизнь в РАЮ БОГ хуже предлагал!

И с перстнем вскоре старец объявился,
С десяток два наехало гостей.
Вдруг заговор на головы свалился?
Нам не хватало только их страстей!

Но обошлось, ура, без криминала.
Я с перстнем есть главнейшее звено.
Толпа гостей назойливо мечтала,
Внять у меня, что прочим не дано!

Не дура! Поняла, что им  хотелось:
Прознать, имею ли особый дар.
В глазах желанье явное виднелось,
Свидетелями стать волшебных чар!

За жабры взяли, и не отвернёшься.
Вот только с чудом явственный прокол,
Где бы занять. От этого свихнёшься.
Наверно проще изменить свой пол!

                ч.IV

Азартны мы, пока живём, играем -
На всё: на счастье, жизнь, на интерес.
Хандрим, бывало, дурака валяем,
Иль прыгаем с удачи  до небес!

А не везёт, естественно, страдаем.
Клянём весь свет, потом уже себя.
В надежде отыграться, вновь играем,
На БОГА сетуем, себя любя!

Чему бывать, не может не случиться:
Все гости потянулись в казино,
И мы без умысла там отличиться:
Быть всем в компании, заведено!

Профаны с мамой, за версту же видно,
Молва - «удача - к новичкам», верна.
Нам повезло, всем остальным – обидно:
Своё же пить приятнее до дна!

Спектакль при этом с мамой разыграли,
Хитря, мол, в простофили подались.
На самом деле ведьму повязали:
Играть и супротив – к нам не садись!

Я про себя на перстень вновь грешила,
Что это он везение ковал:
Любую карту «на зеро » тащила,
Какую, кто б на спор не называл!

Рулетка  многим – повод для рыданий,
А мне везло на числа и на цвет.
Свершилось чудо без возни гаданий:
О даре дан желательный ответ!

Ещё один экзамен. Я – в фаворе.
Марбелья пала, вся у наших ног.
Забыли мы, как пребывать в миноре:
Звучал в событиях мажорный «слог»!

Проблемы канули, мы отдыхали.
Дамоклов меч  пылился в «колчане».
Весны разгул, блаженствуя, вдыхали,
Забыв, что АД построен на огне!

          ГЛАВА  ДЕВЯТАЯ 
             Несчастье   ч.I

Любая старость временем звана.
Весть тайная с рождения плутовка.
Природы чудо – жизнь, что нам дана,
А смерть – скорей рождения уловка!

Найдётся повод важный сплоховать,
Чужое ежели своим стучится.
В игре приходится и блефовать .
Не всё, что сердце радует, годится!

Марбелья в яви – райский уголок,
Пришла пора со сказкою прощаться.
Приблизился вплотную эпилог,
С ним у барьера носом в нос встречаться!

Сон смутный в колокольчик позвонил:
Мальчишкой в нём себя я увидала,
За попрошайничество вшей кормил.
Никак вновь мистика залезла в покрывала!?

Опять загадкой взбудоражил сон,
На круги прежние, всё возвращая.
Спокойствие в момент сбежало вон,
Грядущее, в кошмары превращая!

Усталость навалилась как-то вдруг,
А может плюнуть, да домой уехать?
Там обстановка, стены даже друг,
Здесь – в колее, не вывернуть, не съехать!

Нелёгкая ж на запад нас гнала,
Туда, где солнце в океан садилось,
При Трафальгаре  битва, где была,
Несчастье инков, майи зародилось! 

С тех мест к Америке дороги пролегли,
Когда с Колумбом  корабли поплыли.
По ним назад богатства потекли,
С земель, что вместо Индии открыли!

Залив Бискайский синевой манил,
Этап испанский эпилогом метил.
Осталось чуть, но финиш засбоил,
Последний час в трагедии отметил!
                ч.II

Кто знал бы, где «перинку» подстелить,
А главное, вот обо что споткнёшься.
Ни РАЙ, ни АД не думали гневить,
Но от судьбы своей не отвернёшься!

Эскорт  наш и надёжен был, и крут.
Теперь мы Ронду  посетить хотели.
Случайности в предчувствиях не врут,
Дни – сочтены: минуты в ночь летели!

На родину корриды  держим путь,
Чтоб по пути с горами пообщаться,
Познать фламенко пламенную суть,
Близ замка Альбакара  прогуляться!

Дорога змейкой на подъём бежит,
И Серрания  вскорости встречает.
Река внизу ущелья серебрит,
В туманной дымке Гибралтар  сверкает!

Поля и рощи – заповедный парк,
Цвета свои по волшебству меняли.
Фламенко памятно, по сердцу шарк,
Супы «гаспачо » с хересом пленяли!

Да, о фламенко частый разговор.
В одно сливались песни, танцы, ритмы,
А также жизнь и честь, и наговор,
Любви несчастной, смерти алгоритмы !
 
Мой перстень палец на руке не жал,
Став талисманом, верой, правдой служит.
Финал не за горами, рядом ждал:
От ожиданий рок уже не тужит!

Известность в неизвестности мила.
Про Ронду много слышали, читали.
Романтика реальностью брала.
Сомнения не ныли, не пытали!

Вопрос в правдивости видений был:
Не всё в них совпадало. К сожаленью?
Как знать! Противоречий дух в нас жил,
Что не способствовало к снисхожденью!

                ч.III

Разумно, что неведома судьба,
Фатальность предрассудка – неизбежность.
В живом и неживом идёт борьба,
Блаженству больше верит безмятежность! 

Друзья, как раньше, гидами опять,
По Ронде нас в усердии водили.
В ней время словно повернулось вспять,
Мы по истории веков бродили!

А это – арки, коим сотни лет,
В ад лестница, что так в веках прозвали,
Дворцы, сады и лепестковый цвет,
Арену, бани, тоже показали!

Старейший город в ожерелье гор:
Знавали финикийцы, римляне и греки.
Мотивы мавританские в упор
Всем в восхищении бодрили веки!

По древней лестнице – туда, сюда:
Ступенек было – дней в году не меньше.
Внизу – прохладно, тень и есть вода,
Ну, бесконечной суеты поменьше!

Тяжёлый путь не только вверх и вниз,
Мы будто в преисподнюю спускались.
Был мой то не эмоции каприз,
Приметой мне зловещей показались!

«О ГОСПОДИ», шепнула про себя:
«Прошу, будь милостив в своём прощенье».
И круг воздушный перстнем очертя,
Сознания лишилась на мгновенье!

Сил нет. Меня друзья наверх внесли,
В глазах у мамы капельками слёзы.
Мои все страхи вскорости прошли,
Но тёмные в душе скрывались грёзы!

Не знала я ещё, чего нас  ждёт.
От перстня тоже не было подсказки.
Что на роду, - случится, не уйдёт.
Конец хорош обычно лишь у сказки! 

                ч.IV

Вся наша жизнь есть длящийся урок,
Который не меняется с годами.
Ни от чего нельзя давать зарок.
Поступками всё мереям, делами!

Пещеру, замок в планах осмотреть,
В рывке последнем океан «отведать».
Что сняли фото, дома досмотреть,
Отца святого, навестив, проведать!

Ногами город за день обошли,
Вдоль, поперёк. Невольно сокрушаясь,
Что войны в кровь в столетиях вошли,
Над душами преступно изгаляясь!
 
Пещеру не хотелось посещать:
Внутри протест всерьёз вершился.
Виденья под землёй – бр-р... навещать -
Рассудок с этого в наклад двоился!

Тавромахии  дань не поднесли:
Изюминку в корриде не видали.
Друзьям обиду этим нанесли,
И им в Севилью  съездить обещали!

Сезон – открылся, у корриды бал:
В Севилье представленье намечалось.
Вопрос, поехать как туда, не встал:
Лететь средь облаков нам предлагалось!

Друзья арендовали самолёт,
Малюсенький – всего на две персоны.
По времени – час длится весь полёт,
Внизу – равнины, горы и каньоны!

Я – каюсь, захотелось к облакам.
Мамуля полететь не возражала.
Шутя, мечтали ближе быть к богам.
Накаркали: беда и прибежала!

Машиной – наши, мы – с небес смотреть.
Туман меж тем внезапно объявился.
Да, не сбылось до места долететь:
За гору самолёт вдруг зацепился!

       ОПЯТЬ КОНЕЦ  ВСЕМУ
        (или немножко о мистике)

Опять конец всему! Хотя, как знать:
Ответ сбежал, а эпилог метался.
На спор опасно за рога жизнь брать
Тому, кто смерти на крючок попался!

Пред бездной сызнова и в круге ночь,
Но на концовку вроде не похоже.
Дух мистику не прогоняет прочь.
Необъяснимое в загадках схоже!

Реально таинства снуют вокруг:
Их поведение не объяснимо.
Связующим звеном на каждый круг
Имеем в чуде мистику не зримо!

В сомненьях к БОГУ оная живёт,
Её все выходки, как пить, легальны.
Предвидеть от чего в разнос пойдёт,
Утопия! Условности формальны!

У мистики  и в Вере – схожа грань,
Но вот добро у первой на задворках:
Взимает ПРЕИСПОДНЯЯ так дань,
С чего от мистики, как на иголках!

Боимся мистики мы наяву,
Питая уважительный к ней трепет.
Её дразнить, равно зазвать беду,
Неся при этом несусветный лепет!

Мгновенье, вечность с духом заодно,
Вновь мой вопрос на НЕБЕСАХ решался.
Спор с серыми, как встарь: где верх, где дно.
Я аллилуйя  к БОГУ, чтоб вмешался!

Судьба чертой не стала ставить крест,
Не веря жизни, видно, скоротечность.
Идти в болото, нужен длинный шест:
Чуть не забыла, проявив беспечность!

Тыс.с…, мистика сошлась на интерес,
Кто прятался за ней, теперь узнала.
С последних сил держала политес.
Душа ж при мне – она не улетала!


НИТЬ  АРИАДНЫ
                (книжка вторая)

ПРЕДИСЛОВИЕ
                ч.1

Несчастье поймёшь, коль своё испытаешь.
Исправно платить надлежит по счетам.
С поступков не сразу последствий узнаешь.
Полезно смотреть, кто идёт по пятам!

Любые проклятья влияют не зримо,
С них чёрная аура  душу гнетёт.
Воистину в яви, а вовсе не мнимо,
Анафема  счёт свой победный ведёт!

Идти в раскоряк наше время не склонно,
При том, убегая, не смотрит назад.
К грядущему, правда, оно благосклонно,
Прошедшему, жаль, норовит дать под зад!

«Трубить» на Земле – презанятная штука,
Что будет, не знает никто до конца.
С собой разобраться большая Наука,
Чего ж говорить об ученье ТВОРЦА!

Да, время у жизни бывает на время,
На круги своя суета из сует.
А что не свершится, наверно не бремя:
У каждого свой есть закат и рассвет!

Пассивность пугает не только вначале.
Фатальность фатальна, как выбора нет.
Они очень схожи обычно в финале:
Их кредо  одно – лотерейный билет!

Всем с БОГОМ общение лестно наверно,
Приватно бывает, но только в РАЮ.
Душе на Земле обитать очень скверно,
Когда суждено очутиться в АДУ!

В мир бренный вернуться, проблема большая,
Желающих много, не всем повезёт:
В страстях кувыркаться – мечта голубая.
Ведь зависть оставшихся вечно грызёт!
               
Надежду лелеем, чтоб та пособила,
Дыхание смерти на время унять.
И если костлявая вдруг отступила,
В молитвах нам БОГА с колен восхвалять!
                ч.II

Но хватит об этом, важнее другое,
Раз время бежит не назад, а вперёд.
Вернуться к аварии, дело святое:
Понять, наконец, где же я, и что ждёт?

Ну, помню полёт, даже маму под боком.
Внезапный удар, а затем тишина.
Видения разные, будто с упрёком,
И явно врачей, медсестёр голоса!

Знать, я не на НЕБЕ, и солнце в движенье:
Очнувшись от боли, сие поняла.
Но тут же невольно закралось сомненье:
Вдруг всё это сон, не беда обняла?    

Жаль, память – злодейка меня не спасает,
Всю правду в деталях сулит рассказать.
Хрясть, в омут с размаха нарочно бросает,
Мне проигрыш верный лицом показать! 

Не взял к себе БОГ, САТАНА и в накладе.
Хотя, как сказать, я почти сирота:
Ведь мамы не стало. Была, знать, в закладе.
Так горю пришлось открывать ворота!

Расплата! За что? Сны изрядно стращали,
Понять, дав, - несчастьям ещё не конец.
Своими виденьями в сердце попали.
Сломалась! Поруху мне ждать на венец!

Померк белый свет, ибо тыла не стало.
Депрессия ! Сложно вопросы решать.
Намёки пошли и ни много, ни мало,
Мол, занавес жизни пора опускать!

Спасибо, мой перстень не дал мне загнуться:
Не знаю и как, но меня выручал.
От болей вначале давал увернуться.
Затем силы духа во мне врачевал!

Друзья помогли тут, всё, сделав по чести:
На счастье в Испании их обрела.
Домой возвратилась без стимула мести.
Разбитой, безвольной, во сне, как жила!

          ГЛАВА  ПЕРВАЯ
         Опять проблемы  Ч.1               

А хорошо, что время лечит раны.
Своей с рождения несётся жизнь стезёй.
В уме одни бывало, строим планы,
Расклад в реальности случается другой!

Полгода – вон, как вновь виденья стали:
Вот стервы, в наглую сбесились. Их потом
Чрез перстень шуганула. Враз отстали,
Себя для верности перекрестив перстом !

Чего терять? Я АДА не боялась,
Его, как говорится, знала изнутри.
Вторую душу жалко, с кой связалась
На НЕБЕСАХ, что прихватила по пути!

ГОСПОДЬ ультимативно не сердился,
Особый взгляд на происшествие имел.
Ответ догадкой вроде серебрился,
Но домыслами будоражить не хотел!

С отцом своим контакта не случилось.
Представлена была себе сама во всём.
Донельзя в корне жизнь переменилось
С вины: впрямь, будто опалённая огнём!

Последствия от катастрофы были.
Им должное вниманье сразу придала.
Ко мне душа и дух «подкоп» не рыли:
Что я читать чужие мысли начала!

Испанские друзья не забывали.
Их удивляла прозорливостью своей.
Мой новый дар бесспорно признавали,
Проблемы к счастью разрешались с ним скорей!

Плюс недуги различные лечила,
Но получалось это только на свету:
Свой дар одна из двух, душа явила,
Наверно та, что прихватила на лету!

Таланты постепенно открывала.
Их в утешение ГОСПОДЬ никак послал.
Способности спонтанно развивала.
Однако в мыслях хорохорился развал!
                ч.2

Мы полагаем, БОГ располагает.
Дух тянет к Небу нас, зато душа – к Земле.
Прошедшее примером возбуждает.
Началом жизни нашей и концом – во мгле!

Что перстень? Тот и на ночь не снимала:
Моя теперь – судьба, а также – талисман .
На пару с ним втихую горевала,
Из-за него не получался и роман!

Поклонников отпугивал наверно.
Все думы знала кавалеров наперёд.
Хоть не сказать, что это очень скверно,
Черёд их мыслей мне не нравился полёт!

В храм БОЖИЙ, честно, редко заходила.
Святой отец, казалось, избегал меня.
Глазами видно было – боль чинила, 
С того крестился он, как САТАНУ гоня!               

О том я в мыслях у него читала.
Разубеждать не стала, ибо смысла нет.
О будущем своём и не мечтала,
Чего уж тут! Внимать не мило белый свет!

Могилу мамы ежедневно чтила,
С душой её общалась по ночам во сне.
Она мне наставления дарила 
Перед побудкой, словно титрами из вне!

В молитвах я благодарила БОГА,
Что ОН пожить оставил, память не забрал,
И для души менять не стал чертога,
Через видения связь с мамой разрешал!

Родные Альпы, снежные вершины,
Вкуснейший воздух и спокойствие кругом.
Но временно всё – до лихой годины,
Приход несчастья чуяла своим нутром!

Со дня трагедии год завершался,
Апрель календарём вступил в свои права.
Как вдруг «случайно» случай в жизнь вмешался,
Мой дар целителя, всеобщая молва!

                ч.3

Чему сегодня, завтра не случится
На завтра в планах что, сегодня не видать.
Текущее до нас по-разному стучится.
Проблемами подчас стремится попытать!

Так вот. Явился как-то посетитель
За помощью, мол, сон его совсем пропал.
Иконе с образом, где наш СПАСИТЕЛЬ,
Рукой из-под полы свой кукиш  показал!

Мне совесть раскусить его велела.
Не получилось сходу, ибо сердца нет.
На месте же души огонь узрела,
Но не костра, ГЕЕННЫ полумрака свет!

Нечистый был, кого я укусила.
По АДУ вспомнился его «щербатый» рот.
«Больного» лже на кресло усадила,
А у самой по телу капельками пот!

Невольно энергетикой прикрылась,
По голове его, когда рукой вела.
Тут молния из перстня объявилась,
И в гостя моего. Такие вот дела!

«Щербатый» сходу понял – раскусила,
На пальцах запросто меня не проведёшь.
В довесок молния в хлопке взбодрила,
Удел – того гляди, костей не соберёшь!

Ох, завизжал, со рта слюну роняя,
Точь-в-точь, когда в АДУ он евнухом, ш-ш, стал.
Потом помчался, вещи все швыряя.
То басом, тенором с испугу причитал!

Исчез, как будто вовсе не бывало.
За ним вдогонку и не думала бежать.
Не до того. Ведь всё внутри сковало.
Одно, увы, повторных встреч не избежать!

Без сил я опустилась на приступок.
Итак, война объявлена, пришла напасть.
Ругать бессмысленно за сей поступок,
Жаль, тыла нет, одной не мудрено пропасть!

                ч.4

Родные стены – не всегда спасают,
Мой дом, увы, не крепость, а простой шалаш.
От страха мысли справно закисают,
С чего приходится кричать одно - «шабаш»!

Не зря щербатый «Евнух» объявился,
Судьбой обиженный вконец, с того и злой.
Пассаж по кругу новый приключился,
Как собственных ушей, мне не видать покой!

Неравны силы, козыри открыла:
За перстень опасаюсь, злыдень что упрёт.
Ославила в АДУ, и здесь «взбодрила».
Такой обструкции  и ангел не снесёт!

Ох, влипла, но теперь на бренном Свете,
Победа Пиррова , какое торжество?
На Небо бы, желательно в карете:
С «Щербатым» сладить чтобы, нужно божество!
 
На мать свою надежду возымела.
А вдруг, подскажет, может быть во сне чего.
Надеяться на большее, не смела,
Вот и соснуть пораньше я легла с того!

На руку с перстнем щёку положила.
Провал – во сне прямёхонько спустилась в АД.
Депешу якобы там подменила,
И боком шмыгнула быстрее в райский Сад! 

В РАЮ, я помню, с мамой говорила.
Досталось крепко, между прочим, за подлог,
Нечистого письмо, что подменила,
В котором заменён был «кулинарный» слог!

Знакомый ангел также мне приснился,
Де, в курсе БОГ, дал в удивлении понять.
При крыльях шибко весело резвился,
Тогда, как от всего, мне самое – рыдать!

Вот триллер ! Но об этом попозднее.
От мамы на вопрос ждала прямой ответ.
Та на словах велела быть смелее:
«В Париж, в Испанию» - запомнила совет!

        ГЛАВА  ВТОРАЯ 
          Ну, и дела   ч.1

Что кофе пролито, не кофе, грязь.
Нельзя обидеть горькими слезами.
У смерти с жизнью – крайностями связь,
Когда скулишь в кулак меж жерновами!

Совет был дан – Испания, Париж.
Ну, что ж, не скрою, было, удивленье.
Но мама есть незыблемый престиж ,
Который улучшает настроенье!

Из дому согласилась путь держать:
Спасенье от меня не отвернулось.
Мечта – проблемы узелком связать,
Дабы неясное не увернулось!

Родные встретили отъезд в штыки,
Решение им было не по нраву.
Сказать, как есть, конечно, не с руки:
Мне тайну матери хранить по праву!

Испанские друзья, о том прознав,
С восторга, несомненно, ошалели.
Свой искромётный показали нрав:
Мои два уха чудом не слетели!

Ещё признаться, мучил и подлог,
В АДУ, что якобы я совершила.
Так, правда или нет? В мозгах – заскок:
Рука не ведала, чего творила!

Но коль железно это, время есть:
«Щербатый» как ответ чудной получит,
В разборке с АДОМ отодвинет месть.
Там бюрократия  всех также дрючит!

И верно, посетитель мой пропал,
Сквозь землю не иначе провалился.
В тартАр побёг, где голос и сорвал,
Понять, пытаясь, в чём же провинился!
 
Мне уезжать, возможно, навсегда.
В таком раскладе карта говорила.
Покинуть дом тоскливо завсегда,
Но не сама ж «овсянку» заварила!
                ч.2

В последний раз я на могилку шла.
От, отчего пора съезжать порога.
Мне на глаза от слёз спустилась мгла,
Маячила с вопросами дорога!

Побыв чуть-чуть, прощаться, стала я.
Спиной знакомый голос услыхала:
Святой отец. Окликнул он меня,
И по щекам его слеза сбежала!

«Прости меня, ничем не смог помочь.
Тебе быть у надгробия – страданье.
Уехать лучше и скорее прочь» -
Такой его совет был на прощанье!

В ответ я не сказала ничего.
На сердце нудно и тревожней стало.
Бессмысленно мне обижать его,
Когда без этого – забот немало!

Почти с пелёнок знала, с малых лет,
А мама много раньше. Прочь сомненья.
В мозгу мысль всполохом – ярчайший свет:
С греха его стыд моего рожденья!

Невольно руку с перстнем подняла,
И мысленно душой своей спросила:
С запроса дёрнулся. Я подошла,
Своим вопросом в лоб до слёз смутила!

«Вы мой отец?» И он ответил:«Да!».
К нему своей прижалась головою,
И затряслась навзрыд от плача вся:
Месть с АДА мне – грядёт его судьбою!

Грехи к грехам! А может в этом суть,
Всего того, со мной что приключилось?
Не вышло выбирать по жизни путь,
Прошедшее изнанкой навалилось!

Прощаться было тяжело с отцом,
Ведь я ему всего сказать, не смела.
О, как же с ним похожи мы лицом,
Однако пред сутаной я робела!

                ч.3

Душе за жизнь с рожденья отвечать.
Из века в век в роду проклятья бродят.
Их сердцем не годится привечать.
Кто крайние, те в виноватых ходят!
   
Отлично БОЖЕ партию сыграл,
В грехах к грехам меня из РАЯ сплавив.
Чем САТАНУ в смущение вогнал,
За место точек, запятых наставив! 

Любовь священника есть грех тройной:
Страдает Вера, женщина, ребёнок,
Опять же АДУ урожай большой,
Дамоклов меч над головой с пелёнок!

Такой расклад вновь вышиб из седла:
Война – вблизи, мне дальняя дорога.
Беду на близких чохом навлекла,
За настоящего отца тревога!

В Париж решила прежде полететь,
Где ненадолго сделать остановку.
Сам город и предместья посмотреть,
Пора к тому же сделать рокировку !

Почуяла, предвидится удар:
На картах выпал, вот что нагадала.
«Щербатого» приход – ухи «навар»,
Вновь потрясенье сердцем ожидала!

Испания ещё своё возьмёт.
Гостиница в Париже у Монмарта .
Красивый город, весело живёт:
«Бузить» не запрещается со старта!

О настоящем мысль моём отце,
Меня из головы не отпускала.
Чего аукнется ему в конце?
Та ситуация, жуть, напрягала!

Он продолжал покойную любить:
Страсть к матери со временем не пала.
Родной же дочери не мог простить:
Считал, что я причиной смерти стала!

                ч.4

Устроен гадко, склочно бренный мир:
За жизнь кругом борьба, покой пылится.
Не зря же пахнет в «мышеловке сыр»:
С приманки этой аж в глазах двоится!

На набережной Сены рой людской:
История, как праздник, красовалась.
В ней Эйфелева башня  высотой, 
И строгостью конструкций выделялась!

Дом Инвалидов, Лувр и Мулен Руж  -
С ума сойдёшь от кучи впечатлений.   
На фоне этом, вдруг «холодный душ»
Мне кайф спугнул с идущих развлечений!

У «Мельницы » поймала дерзкий взгляд,
Потом я облик парня весь узрела.
Был симпатичен с головы до пят,
В нём удаль молодецкая горела!

Артур! Вскружил мне голову в момент,
Под натиском его я растерялась.
Париж кругом! В любви амурных лент
Открыто через час с ним целовалась!

Затмение – воистину  напасть.
Свою невинность в мыслях провожала.
И только крепости моей, чтоб пасть,
Неясная тревога задержала!

Бишь, аура смутила чуть его:
Поникшая и скошенная вроде.
Ну, я - к душе, чего верней всего.
Облом! Под «пломбою» была та, в коде!

Вот это да! В комок вся собралась.
Артура биополем усыпила.
Двумя руками за него взялась,
И перстнем душу ловко обнажила!

БОГ, мой, его душа моей крови:
Одна из двух, в АДУ, что я узрела.
Кровосмешение – одной родни,
Вот, сила тёмная, чего хотела!

          ГЛАВА  ТРЕТЬЯ
       Проблема новая   ч.1

Кто не любил, по сути, не страдал.
Реальность – нереальности страшится.
Кто не хотел, в желаньях опоздал.
Что на роду написано, свершится!

Артура в чувства еле привела.
«Ромео » был подавленно смущённый.
О жизни разговор с ним завела,
Но он молчал, как рыба, оглушённый!

На вскидку видно сразу, плохо с ним,
Душа его натужено кричала:
Испуг в глазах воочию был зрим.
И у самой кровь об виски стучала!

Раскис подлец. В свой номер отвела:
Не выяснив, бросать Артура глупо.
Беспечность – было, чуть не подвела,
Опустошённость чувств и в мыслях тупо!

Довеском новая проблема шла,
Впрямь, будто прежних оказалось мало.
Довольна тем, что в ребусе не мгла,
С того чуть на душе спокойней стало!

Себе льщу! Нюх, что кто-то помогал:
Не пасть и парня раскусить игриво.
Страх исподволь лениво отпускал.
«Хлюст » спал, а мне невесело, тоскливо!

Напрягшись, прокрутила целый день,
Артура, где и как я повстречала.
Припомнила, крутилась рядом тень,
Опасностей она не излучала!

На вид мужчина вовсе не старик.
Одет, увы, не по последней моде.
Шик – волосы, я думала парик.
Пел арии иль что-то в этом роде!

Солист! Пока же главным был Артур,
С ним разобраться, дело есть святое.
Пора пройтись на пару в «танце тур ».
Факт, ждёшь одно, случается другое!
                ч.2
 
Сомнений не было, чьих дело рук:
Мой кавалер – на поле вражьем пешка.
То АДА – «ход», чтоб свой срубила сук,
Но я же – жох , из крепкого орешка!

Артур проснулся вскоре, страх в глазах.
Сказал, что ПРЕИСПОДНЯЯ приснилась.
С пережитого ералаш в мозгах,
Ежу понятно, раз напасть свалилась!

На улицу моментом собрались,
Где ветер ласково играл с ветвями.
До Сакре-Кёр  пешочком поднялись,
Париж внизу искрился весь огнями!

Своей рукой Артура я взяла,
Его в деталях сон пересказала.
Тому впрямь плохо, в сердце, как игла.
Нельзя шутить со мною показала!

Он тёпленький, всю правду рассказал:
Откуда родом и зачем в Париже,
Чтоб совратить меня, кто заказал:
Цена вопроса – тысячи не «ниже»!

Знакомый почерк. «Евнух» деньги дал.
Почуяла, нагрел на сделке руки.
Вопрос, коль в ракурсе  интимном встал,
Ответный ход – свои придумать трюки!

Артур, Артур! Что делать мне с тобой?
Прогнать долой – не поступить отважно.
Душой был, к сожалению, родной,
Да и «Щербатого» «обуть» мне важно!

Комедию в натуре разыграть.
В развязке деньги АДА в РАЙ отправить.
Ревизию с проверкой, чем наслать,
Нечистый чтобы впредь не смог подставить!

Ещё Солист некстати тут возник.
Чего вдруг около он стал вертеться? 
Не верится, что «Евнуха» двойник.
Была бы мама, можно осмотреться!

                ч.3

Вот точно что, сдаваться не по мне.
С чего никак не может быть двух мнений.
Пусть даже суждено гореть в огне,
Считаю, время не пришло для прений!

Что хорохорюсь, может быть и зря.
Кто я? Девчонка, человек и только.
Но Серого взбодрило всё же я.
И тем не опечалена нисколько!

Пока по правилам, не напролом
Из ПЕКЛА собирались счёты справить.
Когда простой применят в деле лом,
Зараз в помин придётся свечку ставить!

Захочет, сможет ли Артур сыграть,
Вопрос? Рискнуть в попытке всё же стоит.
И тайного помощника б сыскать,
Моё, который будущее кроит!

Артура в тёмную нельзя вводить,
Но и деталей раскрывать излишне.
Хоть мышке гору не дано родить,
Соломки всяко подстелить нелишне!

Составили примерно план такой:
На людях вроде разыграть влюблённых,
По городу ходить вдвоём с толпой,
Искать средь встречных нам людей палёных!

Не прятаться совсем, контакта ждать,
Который обязательно случится.
С кнутом галопом лошадей не гнать:
Развязка с кознями челом стучится!

Дом Инвалидов, башня Монпарнас,
Шайо и Пантеон , и вернисажи,
Музеи – всем, естественно, для нас,
Плюс магазины модные, пассажи!

Париж! Я – без ума, верней, без ног.
Очарование вокруг витает.
Не верилось, что рядом бродит рок,
Мне приговор неправедный клепает!

                ч.4

Свершивший, да несёт, что сотворил.
Побед без риска – чаще не бывает.
Живя, кто дел неверных натворил,
Того судьба на НЕБЕ попытает!

Решила деньги «Евнуха» изъять. 
А чтоб Артур с того не впал в закрутку,
Такую ж сумму на «рулетке» взять.
Мы - в казино за «счастьем» на минутку!

Не скрою, волновалась, и не чуть,
Вдруг оконфужусь я, да сяду в лужу.
Но обошлось, был верным выбран путь:
Бежать не выпало мне «голой в стужу»!

Везло – равно в Испании везло.
Артура пот прошиб с переживаний.
А я над ним шутила, но не зло:
Волнения унять из-за желаний!

Все деньги Серого я забрала.
Взамен Артуру с гаком куш вручила.
О бартере немножко соврала.
В прибытке был, обида не точила!

Шаг первый есть, но это лёгкий шаг.
Другой – сложней, иголка в стоге сена:
Помощник явно был, возможно, маг:
В судьбе с которым не должно быть «крена»!

Вскользь говорила, мол, крутилась «тень»,
Мужчина, что без фальши петь пытался.
В глазах «Солист» маячил целый день,
Когда Артур пленять меня старался!

Ведь «сродника» «сват-Евнух» заводил,
И не сносить бы головы реально.
Но кто-то же бесчестье отводил,
На радость мне, для нечисти – печально!

Да, жалко будет, Супостат придёт,
Солист – мираж. Опухну от рыданий.
От кары АДА перстень не спасёт:
Во мне двум душам – полоса страданий!

          ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
      Помощник объявился   ч.1

Не плакал кто, да радость не поймёт.
Учителя нет лучше, чем несчастье,
А случай – и не знаешь, с чем придёт,
Чего прихватит: солнце иль ненастье?

Пока же штиль , но мой задраен люк.
Опасно перед бурей парус ставить.
Из-за «кулис» - слушок. За якобы мой «трюк»
«Щербатому» мозги желают вправить!

Причём здесь я? Чего-то не понять!
Потом уже в деталях разузнала.
«Хмырь » требовал судом меня «пронять»,
Мол, донесение вновь поменяла! 
 
Из АДА лучше видно, где и как.
В доносе «Евнуха» не всё сходилось.
Подвох «блудил»: чего-то здесь не так.
Коль с компроматом странное творилось!

«Щербатый» же решил права качать.
Его в АДУ, конечно, осадили,
И предложили вновь игру начать.
Командировку с этого продлили!

Мой «Евнух» ордена наверно ждал,
А получил по шее очень звучно:
Кровосмешение бездарно сдал -
Не мог в инстинкте поступать научно!

В моих расчётах значился Артур:
Событий в центе дабы оказался.
Та плата выходила за амур –
С нечистой силой коли сам, связался!

Артур не знал о планах ничего,
Их от него, естественно, скрывала.
Что Недруг мой пропал, сильней всего
Боль в голове без устали терзала!

Конечно, зла была я на себя.
Поспевшим кипятком под пар бурлила,
И оборону заняла, любя,
Свет белый. Да, судьба пока темнила!
                ч.2

Торнадо  – жуть, не приведи «курьёз»,
Когда внезапно вепрем он ворвётся.
А ждёшь злодея загодя, всерьёз,
То и ему без прибыли придётся!

Так вот, с Артуром я в обнимку шла,
Центр Помпиду  модерном выделялся.
Вдруг взгляд перехватила, полный зла.
Артур увидел, «в стельку» растерялся!

Струёй кровь хлынула к вискам моим,
Внутри меня пружина будто сжалась.
Не знаю, миг подобный, с чем сравним -
Ну, точно тигра тень, что сзади кралась!

В мгновении узрела – мой клиент,
Кого из перстня молнией лечила.
В экспромте видно, улучив момент,
Непроизвольно перстнем погрозила!

«Щербатого» ударил словно ток.
Моментом скрылся за фонтан Невинных .
Артур – тюфяк, как есть. С испуга – шок.
Ох, маловато душ совсем безвинных!

Что есть, знать есть, теперь уже пора.
Мы ноги в руки – на метро быстрее.
Проблемный день настал, не как вчера.
Дай Бог, чтоб завтра было мудренее!
 
Версаль  – на очереди с Лувром был,
Но с рандеву , Париж весь под вопросом.
«Щербатый Евнух» приставучим слыл:
Опасность шмыгала «под самым носом»!

Нечистый – скалился, Солиста нет:
Ошибка видно умозаключений.
Взяла я карты получить ответ:
Избавиться вчистую от сомнений!

Бывает всяко, что и карты лгут,
Но джокер  выпал из колоды сразу.
Проныра. Подмигнул бесстыдно, шут.
Со мной такого не было ни разу!

                ч.3

Нить Ариадны каждому нужна,
Пусть даже не в пещере если бродишь.
Её упустишь и при солнце тьма:
Ну, прямо в прятки с дураками водишь!

Давили стены, в мыслях суета.
Сидеть и просто ждать – большая мука.
Во рту с переживаний сухота,
В кафе сходить резон - там хоть не скука!

Отель с Артуром только как прошли,
Из-за угла мужик ко мне рванулся.
Втроём мы в столкновение вошли:
И нос мой – в  землю мокрую уткнулся! 

Я шлёпнулась с размаху во весь рост.
Нахал по странному сам завалился,
Но на меня. Тут разглядела «хвост»:
Так поняла, «Щербатый» объявился!

Артур – чудак, он даже не орал.
Смотрел болван, чем дело завершится.
Не схваченным мерзавец утекал,
А «братец» мой считал, ему де снится!

С меня Лукавый лихо перстень снял.
В бега. А я же «воевала» с бредом.
Решению рассудок – быстро внял:
За ним  вприпрыжку поскакала следом!

«Стой егоза, не мчись сейчас за ним.
Твой перстень завтра точно обменяем,
Он будет вновь по-прежнему твоим,
А «Евнуха» мякиной попытаем!» 

От этих слов споткнулась, и опять
Я растянулась вновь, содрав коленку.
Наверно время потянулось вспять –
Солист в тени мурлыкал летку-енку ! 
 
Глаза смеялись у него чудно:
По доброму, участливо – занятно.
Хотя от боли было не смешно,
На сердце стало истинно, приятно!

                ч.4

Сомнение – шаг к мудрости порой.
Без силы – гнев в своей основе тщетный.
Родней родных случается чужой,
Когда огонь с души идёт ответный!

Солист помог: меня с земли поднял.
Спокойствие его не раздражало.
Считай, за плечи ласково обнял,
С чего сердечко, ёкнув, задрожало!

Артур – квашня, ощипанный петух.
Руками стал махать, словами «кроит».
Солист прикрикнул, «родич» мигом стух:
Теперь понятно, кто чего здесь стоит!

И в незнакомце душу не нашла,
Но свет божественный из глаз светился.
Виктория  случайная пришла,
Сам Ангел, ибо до меня спустился!

Что это Ангел был, сомнений нет,
Его я вспомнила, считай, по РАЮ -
О бартере вещал на Божий свет:
С видений прошлых не иначе знаю!

«Андрэ»- представился кивком Солист.
«А ты – ЛаЛа, мне больше так по нраву».
Я брякнула: «Неужто аферист ,
Вы пристаёте, по какому праву?»

«Сначала – руку, следом сердце дай?»-
Андрэ спросила женственно, лукаво.
Тот стал похожим на испитый чай.
В экспромте пошутила я коряво!

Вину загладить – не говеть опять.
Втроём пошли в кафе, как намечали.
Пора нам для приличий маски снять,
СердцА раз мысли дружно привечали!

Артур надулся – видно всё на нём.
Поплёлся, проклиная нас, наверно.
Виновник – он и прежде сам во всём.
Мне бы реветь, но на душе не скверно!

             ГЛАВА  ПЯТАЯ
        «Военные будни»   ч.1

Достоинства, как галстук, не видны,
В глаза быстрей бросаются пороки.
Все люди при рождении равны,
Зато потом не избежать мороки!

В кафе у «Мельницы» душой светя,
С Артуром говорили без умолку.
Андрэ, лишь слушал, изредка шутя:
Дай Бог, чтоб было с разговора толку!

Свой я рассказ варила на «воде»:
От правды родственничек мог свихнуться.
Коленка ныла, почитай к беде,
Устала и домой пора вернуться!

Но не смогла идти, коленке – швах:
Синяк. Нога распухла, двигать больно.
Меня – в больницу, передышке крах.
Мужчины подле были. Им я – «вольно»!

«Щербатый» – уникум и тут поспел:
Войдя в палату, думал, козни справны.
Ан, Ангела в Солисте как узрел,
Впервые внял умом, что силы равны!

Удар нежданный в «поддых» получил.
Придя в себя, хотел ретироваться.
Андрэ ему дорогу заступил,
По-своему давай с тем объясняться!

Потом они обои вышли вон.
Их долго не было, я – волноваться.
Час ночи. Тут-то под курантов звон,
Вкатил Андрэ, и я с ним – обниматься!

От этого – опешил, красным стал:
Ха-ха! Знак неплохой на самом деле.
Ура, так бастион  пред мною пал.
Артур от зависти сдержался еле!

В любви мир тесен, небо подавай,
Что поняла, от чувств, когда взлетела. 
Летаешь если, лучше не зевай:
Одна из душ моих к Андрэ влетела!
                ч.2

Не зря всё видит и всё знает БОГ,
Хотя вне РАЯ души не подвластны.
Пробел исправить при желанье мог,
Но с этого все стали бы несчастны!

Не жалко, что душа во мне одна,
А вот Андрэ с «гостинцем» кувыркался.
Ему всей горечи – не спить до дна,
С расклада аж идейно растерялся!

Потом вняла, в чём заключался толк,
Что Ангела в любимом погубила.
Коль человеком стал, жизнь – сразу волк.
Дров, наломав, проблему породила!

Андрэ смотрел с укором на меня,
Подарок – душу раскусил мгновенно.
Замешкался, решая для себя,
Остаться иль на НЕБО непременно!

Уйти – предать и БОГА подвести,
А не уйти – закон, обряд нарушить.
И, смертным став, в миг к АДУ подгрести,
Бессмертие на муки там порушить!

Дилемма , выбор в целом не велик.
Решать сейчас, а завтра будет поздно.
Найдя или стащив чужой парик,
За свой бывает выдать крайне сложно!

Пример на ум из библии пришёл:
Адама с Евой выгнали ж из РАЯ,
Но не прокляли. БОГ на твердь сошёл,
Потомков САМ их, в Веру обращая!

Авось, глядишь, в дальнейшем пронесёт.
В веках честь – вещь, в почёте пребывает.
Не сохранишь, РАЙ даже не спасёт.
За честь ГОСПОДЬ вдвойне людей прощает!

Андрэ я мысли прочитала в миг:
Душа – своя, к тому же дар имела.
Свалился камень с плеч – на сердце сдвиг,
Навзрыд считай, белугой заревела!

                ч.3

В глазах моих немой вопрос застыл,
С «Щербатым» что, где «Субчик» затаился?
Отсюда, опасения за тыл,
Не сильно ли Андрюша провинился?

Уставшим шибко выглядел Андрэ,
В довесок я с душой ему в нагрузку.
Сложить проблемы вместе – ну, «амбре »,
Хоть добровольно попросись в кутузку!
 
Но сердцем чуяла, что ничего.
Андрэ мою раз душу не отринул.
Возможно, проучил он кой кого,
Глаза – довольные, впрямь цепи скинул!

Эффектно руку запустил в карман,
В руках его свой перстень увидала:
Равно – среди пустыни и фонтан.
Давно от радости я не кричала!

От боли, правда, застонала чуть,
Теперь не страшно, перстень вновь со мною.
Цена вопроса главное. Вот – суть.
Вдруг перед БОГОМ жертвовал собою?

Андрэ же ангел, мысли мог читать.
Сказал, смеясь, оформили, мол, бартер:
Щербатому, достоинство отдать,
С чего на НЕБЕСА проделать чартер !
 
Редчайший случай, как довольны все.
В РАЮ, в АДУ все развели руками.
За честь на смерть шли люди на земле,
Мериться не могли, считай, годами!

Наш «Евнух» перестал быть таковым:
Теперь с достоинством, как раньше было.
Наверняка остался центровым,
Хоть и лицо щербатостью светило!

Обмен сей, в НЕБЕСАХ происходил.
Позднее, Серый на доклад остался.
Андрэ спешил, сам к БОГУ не сходил,
Вот то-то день не с той ноги занялся!

                ч.4

Чем только в сытость волка не корми,
Разбойник в лес с тоскою, воя, смотрит.
Себе кумира разумом твори.
Не всякая оплошность дело портит!

Понять Артуру правду – не дано,
Но в курсе я: зачем, чего, откуда.
Стресс снять верней, сгодилось бы вино,
Шарм испытать раскованней от чуда!

С больницей рядом супермаркет был.
Артур принёс шампанского и водки.
В своих мечтах по грёзам каждый плыл.
Жаль, вёсел не было у нашей лодки!

Артур наклюкался – в свинячий визг,
Андрэ  поспать с устатку завалился.
А я порхала в лунном свете брызг,
Как «без изъяна» Серый объявился!

В миг у Андрэ он душу разумел.
Был шибко рад, ведь счастье подкатило.
С подарка оного осоловел:
Чай солнце днём луною засветило!

Андрэ, проснувшись, понял, де, пропал.
Артур в истерике немой забился.
Все деньги Серого, что «брат» мне «дал»,
Андрэ забрал, с чем к БОГУ заявился!

Мой милый – гений, умница такой:
Не скрыть, рак на безрыбье – рыба тоже.
Он - в НЕБЕСА с той суммой «целевой»,
Шматок хоть шанса маленький, но всё же!

Казённых денег Супостат зажал:
В РАЮ-АДУ на этом прихватили.
Андрэ с душой на карандаш попал.
С того БОГ с САТАНОЙ промеж решили:

«Героев» тех анафеме предать,
Хоть не было признания по сути. 
Андрэ – разжаловать, с НЕБЕС сослать,
И с ним «Щербатого», чтоб меньше мути!

        ГЛАВА  ШЕСТАЯ
      Любовь пришла    ч.1

В беде несчастья жаль не миновать,
Случайное случайно к нам заходит.
Упрямство в состоянье блефовать,
Обычно, как по срокам переходит!

Артур сбежал по-тихому, всерьёз,
Об этом мы совсем не горевали.
Андрэ – со мной, хороший был курьёз,
А Чёрта в домовые записали!

В конторе АДА очередь своя:
«Щербатый» – без диплома унижался.
Париж светил, огнями весь горя,
Андрэ, хоть старше, жизни удивлялся!

Мы всё пешком, моя нога прошла.
Андрэ был сказкой, что во сне бывает.
Так счастье после мамы я нашла:
Прошедшее в идущем роль играет!

Испанские друзья – звонков три в день.
Им я сказала, вскорости приедем.
Самой звонить не так что было лень,
Не знала даты я, когда поедем!

Святой отец, мой тятя, позвонил,
В Париже по делам – срок очутиться.
Достойно встретили. Андрэ пленил:
Отец стал докучать, пора жениться!

О Церкви спорили до хрипоты:
Дискуссии о Вере поражали.
Я не была раздором правоты,
Они мне с просьбами не досаждали!

Летело время и отцу – домой.
Могилу наказала я проведать.
Мне расставаться вроде не впервой,
Но знак у горла – горечи отведать!

Андрэ усёк, неладное со мной.
О страхе возле сердца я сказала.
Не возражал любимый мой, родной,
Его стеречь отца, чтоб подвязала!
                ч.2

Любая осторожность не вредит,
Когда с умом она – пол дела в шляпе:
Равно «под будущее» взять кредит,
Иль нечисти самой закрыть рот в кляпе!

Через Лион, Женеву  лежал путь,
Отца пришла я проводить к отходу.
Шла по перрону с ним: спиной, о жуть,
Учуяла «Щербатого» породу!

Он – в Домовых , невидимый совсем,
Но с биополем же была в разладе.
Раз местом думает опять не тем,
Есть шанс оставить Серого в накладе!

Андрэ – шалун, хоть Ангел по крови.
Я по мобильнику ему сказала.
Спектакль устроил, голову сорви,
Потом от смеха целый час стонала! 

Родной свой облик круто изменил,
Но в виртуальном смысле и не боле.
Своим он к Домовому подкатил,
«Щербатый» и расслабился на воле!

Рюмашку за рюмашкой – не слабо,
Ну, развезло, стошнило с непривычки.
Из ничего полилось вдруг дерьмо
При звуках, с запахом и без таблички!

В купе монашки ехали в Лион,
Им злоключение в конфуз  свалилось.
Все в обморок, когда на них – «бульон».
В кошмарном сне такое и не снилось!

Придя в себя, монашки в крик и в вой.
Народ в проходе шибко негодует.
Шум из купе, что рукопашный бой:
Тошнотный запах, ругань салютует!

С позора Домовой в окно сбежал.
Отец живым до дому смог добраться.
Актёра лавры мой Андрэ стяжал:
Причина есть с Испанией брататься!

                ч.3

Любовь, она в случайностях чудна,
Бывает часто не в ладу с часами.
Живя, нам не испить её до дна -
Ни капли не меняется с годами!

Я с Ангелом сошлась, мне это льстит.
Он вдвое старше, а совсем ребёнок.
Не против – БОГ, а САТАНА, он мстит,
При чём – заранее, считай с пелёнок!

Андрэ – не только грех, мой царь, мой трон,
Моя судьба, надежда и отрада,
Конечно тыл надёжный, дивный сон,
Гневить мне некого, я только рада!

Мужчина красен чем, всё есть при нём:
Смешлив, умён, ответственен и скромен.
Спешил, не торопясь в делах, во всём,
Участлив был, ко мне предельно ровен!

Мудрец – Андрэ, отлично понимал:
Мужи в ошибках женщин виноваты.
Не знаю больше что, любил иль уважал:
Нас не страшили жизни перекаты!

Касаемо постельных дел, молчу:
Счастлива я, чего и всем желаю.
Бывало ночью, я зажгу свечу,
И за Андрэ при бликах наблюдаю!

Потом, как плюхнусь на него лицом,
Уткнусь в плечо его, а он обнимет.
Подробности не важно, что потом:
Лучами солнце утром нас разнимет!

С родной душой второй любовь пришла!
Грех – он же грех, будь даже и в подмене.
Тропинку в АД сознательно нашла,
Но ей не уличить меня в измене!

Да и Андрэ расклад весь понимал:
Раз о грядущем в НЕБЕСАХ не бредил.
Он каялся, и БОГА восхвалял:
Проклятием ВСЕВЫШНИЙ не отметил!
               
                ч.4

Незваный гость родит переполох.
Желания рождаются от факта.
Кто вшивый, завсегда рассадник блох.
От злости не родится много такта!

В дорогу скоро, как возник Артур.
Стал обвинять, его, де обманули,
Скандал грозил поднять до верхотур,
Желал, карман к нему, чтоб повернули!

Андрэ в Лионе утрясал дела:
Монашки там, в больнице находились.
С расстройства «дебет с кредитом свела»:
Черты бойцовские мне пригодились!

Артур бесспорно мог накликать бед,
В семье, случается, не без урода.
Ему решать вопросы здраво – бред:
Дурная со стяжательством порода!

Я с ним и так, и сяк. Не вразумлю!
Осатанел, впрямь, как с цепи сорвался:
Терпенье лопнуло, себя срамлю,
До носа перстень с кровушкой добрался!

Душонку чуть не вырвала его,
Вселил мой перстень знатно в него страху.
Артур бежал в позоре без всего.
Вот, что врагом он стал, дала здесь маху!

Зато Андрэ – ну, прямо молодец.
К монашкам  в «одеянии» притопал:
С подарками в сутане, как святой отец. 
До слёз вниманием своим растрогал!

Срок уезжать. Вчерашнее ушло.
В прощанье по Парижу побродили.
Час пробил звонко, время подошло,
Воздушных замков мы не городили!

Летело время, завершался – май,
Не так и много, но событий столько:
Галопом скачем прямо в АД, не в РАЙ, 
В запасе времени не знаем сколько!

        ГЛАВА  СЕДЬМАЯ
        Опять Испания   ч.1

Наш путь в Испанию – след затерять,
В Париже жить – уже житья не будет.
Зато друзья не станут проверять,
С того и бед, надеюсь, не прибудет!

Вся Франция меж окон пронеслась.
Вот горы Пиренеи показались.
Граница в даль незримо унеслась.
Испании с Андрэ мы навязались!

Ещё Париж сознание будил,
Где счастье не случайно повстречали.
Андрэ не сам себя же подрядил,
Им НЕБЕСА вначале управляли!

Но с душами я шорох навела,
Чем контригру  расстроила вчистую.
Интимную интригу  завела.
Проблему, в общем, родила большую!

Андрэ поздней подробно просветил:
Прокол – быть ангелом в такой «раскраске».
Но не жалел, в грехах, что наследил.
Порой и РАЙ нуждается во встряске!
 
Чего забыла вовсе рассказать:
Андрэ был штатным полиглотом  верно,
На будущее не любил гадать.
Ему – нельзя, как Ангелу, наверно!   

В глазах Испания неслась опять.
Кругом – по-прежнему. Я – изменилась.
Жаль время навсегда уходит вспять:
Не то бы мама мною возгордилась!

С Андрэ одобрила б любовь и связь,
Нам никаких препятствий не чинила,
Благословила, заслонила грязь,
Слезу от сердца к сердцу обронила!

Естественно, хотелось очень знать,
В ближайшем времени что ожидает.
Судьбу за жабры надоело брать.
За гибель мамы боль не отпускает!
                ч.2

Чего скрывать, обманчив лунный свет.
Ночь ловко, в темноте грехи скрывает.
Старей становимся с прибавкой лет,
Прошедшее на мудрость уповает!

Страницам новым уже время быть,
А тут со старыми не всё в порядке.
Видения на время потеряли прыть.
Стервозной роль их виделась в разрядке!

Андрэ сам многого не понимал:
Из-за души связь с РАЕМ прекратилась.
Мои видения перечитал:
С душком картина маслом получилась!

Ковался интерес на НЕБЕ свой,
Где зло и БОЖЬЯ благодать столкнулись.
Из АДА слышался протеста вой,
Договорённости с чего прогнулись!

Никак разменной картой могла стать,
Андрэ в интригах – дога, разбирался.
Жаль взятку некому на НЕБЕ дать.
К нам тихой сапой  недруг подбирался!

Из окон – Сарагоса  позади,
Кастилия  под солнышком встречала.
Мадрид скрывался где-то впереди, 
Я про себя о будущем мечтала!

Соскучилась о всех друзьях своих,
Что изготовились с цветами встретить.
Андрэ мечтал напротив, за двоих,
На должном уровне себя отметить!

Ну, и чудак! Раз – Ангел, всё при нём,
Друзей в момент, конечно, очарует.
Он полагался на себя во всём.
Не зря душа в поступках озорует!

Мне детство вспомнилось и взгляд ночной,
Чего же в жизни только не бывает.
Язык закроешь на замок – герой:
Молчанье женщину, впрямь, украшает!

                ч.3

Бессмысленно о прошлом горевать,
Когда с текущим-то не всё понятно. 
Важней за будущее воевать.
Мечтать в желаниях всегда занятно!

И так! Мадрид, вокзал, перрон, друзья,
Цветы, улыбки, радость и веселье.
Андрэ – под взглядами и рядом я:
«На багаже» справляем новоселье!

Знакомый старче тоже с перстнем был.
Обнявшись радостно, сошлись руками.
Из перстней всполох молнии и в тыл,
Где в ожидании Родной стоял с вещами!

В спокойствии Андрэ ладонь поднял,
И молния на звёзды развернулась. 
«Ну, вы даёте!» - Ангел в слух сказал.
История пикантно обернулась!

Все в изумлении открыли рот.
Со старцем даже нервный срыв случился:
«Господь сошёл сам к нам! Смотрите, вот!»
К Андрэ в колени первый повалился!

Друзья за ним все дружно в ноги бух:
В линейку на колени рядом встали.
Толпа кругом в момент, и разный слух.
Нежданно в переделку мы попали!

А молодец Андрэ, друзья – у ног!
Доволен, вижу, субчик, несомненно,
Впрямь, правда, будто снизошедший БОГ.
Губами – я. Он понял всё отменно!

Нам шум такой на людях ни к чему.
Друзей – не шёпотом, а вслух послала.
Ещё б! Предел же должен быть всему,
Но в лицах их блаженство прочитала!

В конце концов, они пришли в себя,
В гостиницу поехали гурьбою.
К Андрэ щекой прижалась я, любя,
Ночной Мадрид шумел, подставь прибою!

                ч.4

Сама, как по себе, жизнь хороша,
Видения, ежели не докучают.
Иначе разрывается душа.
Дерзя, в ознобе мысли посещают!

Друзья не спали, ибо сон не шёл,
История их с молнией сверлила.
Зато ко мне сон в лицах снизошёл,
Где матушка, шепча, до слёз смутила!

Понять и я вначале не могла,
Престранно молния у звёзд пропала.
Она спиралью – в рейд, на АД сошла.
Бабахнув, до печёнок всех достала!

Мне мама в плач поведала во сне,
Детально в лицах рассказав, как было.
Я поняла одно: гореть с Андрэ в огне,
Пора готовить сухари и мыло!

В кровати вздохи, охи развела.
Андрэ, толкнув, сказала о виденье.
Что делать, разговор с ним завела,
И где найти убежище, спасенье?

«ЧеПе – не ЧЕ! «Допрос» не миновать,
А значит, время есть и утро наше.
Нет, раз нужды, не стоит занимать.»-
Умён. Ответ Андрэ его был краше!

Но всё же вышли в холл. Друзья все там.
Совет устроили, когда поехать.
Экспромт! Решили лучше, чтобы нам,
Сейчас на побережье и уехать!

В помин – в Утреру . Место навестить:
Погибла мама, где меня спасали.
Печальное с полезным совместить,
Пока в АДУ с Андрэ мы не застряли!

Ну, коль «карга с косой» не заберёт,
Марбелья виделась с порога снова.
Заранее поверила вперёд,
Андрэ прелестнее не видел крова!

          ГЛАВА  ВОСЬМАЯ
       Неймётся кой-кому   ч.1

Автобус у парадного ждал «под парами».
Мадрид подсветкой несравнимой исходил.
В ней город расцветал безумными ночами,
Историей веков, разя, с ума сводил!

Кругом центр города изъездили сначала,
На перекур сыграли в казино одном:
Победа кушем нас немереным встречала,
Её на радостях отметили вином!

В музей мы Прадо , к сожаленью, не попали:
Увы, ночь на дворе была, как ни крути,
Но памятникам дань заслуженно отдали
Всем тем, которые встречались по пути!

Мадрид за окнами по-тихому простился.
Рассвет – на отдыхе, ещё не наступил,
Прокол с колёсами, когда вдруг приключился.
Наверно Домовой на вахту заступил!

С Андрэ от этого мы напряглись невольно,
Ударил гром от всполоха, гроза пришла.
Мне жутко сделалось внезапно, очень больно,
И даже память на минуточку ушла!

Глаза открыла, место, где Андрэ, пустое.
Друзья не в состоянии понять чего.
Они – свидетели, в диковинку такое.
Не по себе. Им стало плохо от всего!

А тут ещё нежданно грузовик вцепился:
Он по касательной прилично нас задел.
Автобус – набок, от удара завалился,
Но загореться, слава БОГУ, не посмел!

Пока мы стёкла выбили, и вылезали,
Виновник скрылся, красный зад свой показав.
В рык обстоятельства наглядно доказали,
Ох, неспроста: прокол с аварией – в едино увязав!
 
Под нами неприятности землицу рыли,
Сродни, что разъярившийся осиный рой.
Мы живы, на ногах. Ушибы малость ныли.
Жаль, убежать нельзя, принять придётся бой!
                ч.2

Чего стряслось, быть не случившимся не может.
День по прошествии сподручнее ругать.
Беда, как с близкими, до смерти гложет.
Страх больше любит неизвестностью пугать!
 
От злоключений все мы пребывали в трансе.
Интрига явно набирала оборот.
Подспудно мне чутьё подсказывало в шансе,
Возможно, к лучшему случится поворот!

Да вот ещё. Душа Андрэ ко мне рванулась.
В момент негодницу прогнала с глаз долой.
Тогда беглянка от расстройства в АД уткнулась,
Мой – в ангелах, где ждал  расправы над собой!

Подарка лучшего Андрэ не мог предвидеть.
В миг не подсудным стал, коль Ангел и с душой.
Мечтала я, хотя бы в щёлочку увидеть,
Как САТАНА решит куснуть за локоть свой!

Конечно, был не промах, гений злой, однако.
Не зря ж решил пилюлю БОГУ сам отдать.
С Андрэ возможно было поступить двояко,
Но лучше, ежели свои начнут вязать!

Андрэ – из ангелов, а вдруг с душой связался,
Потом кровосмешение «плут» допустил.
Что преднамеренно, не скрыл, во всём сознался,
Считай, осознанно сам веру опустил!

От «подношенья» недруга БОГ не сердился,
Как бы ни странно показалось. Вот вопрос!
Андрэ, естественно, невольно ободрился,
Хотя и ожидал с пристрастием разнос!

Хулить не жаждал БОГ, доподлинно известно:
Устоев веры, зреть, никто не нарушал.
За связь меж душами карать в РАЮ уместно,
Но на Земле такого же никто не запрещал!

Связь с древности любовью та зовётся,
На этом держится весь мир земной.
Менять местами, так «котёл» взорвётся.
Земля не вынесет в разгон устав чужой!
               
                ч.3

При теле и с душой на НЕБЕ не уместно.
Душа в бессмертии должна Там пребывать.
Что демоны перестарались, жуть прелестно.
Мой милый никого не думал предавать!

Ведь он за ГОСПОДА готов идти на плаху,
Пускай в РАЮ, хотя б и дело завели.
Издержки, что Андрэ чуть не поверил страху: 
Под белы ручки – как по АДУ провели!

Для воспитания, да чтоб не зазнавался,
И в назидание, ну, как тут без него.
Родимый оправдаться в пику не старался,
Готов принять был наказанье без всего!

Решение одно – навечно вон из РАЯ:
Андрэ бессмертие на бренность поменял.
СПАСИТЕЛЬ приговор, без пафоса читая,
Перстом на Землю ему с грустью показал!

Не афишируя, с почётом провожали.
У многих зависть поверх виделась в глазах.
Андрэ по-тихому связь с НЕБОМ обещали, 
Причём в деталях и с курьером на крылах!

Да, время, что в РАЮ, безудержно стояло,
На Матушке-Земле часы текли и дни.
Случайность в НЕБЕСАХ день будущий ваяло,
В котором вера – путеводные огни!

Каким Андрэ исчез, таким пришёл обратно.
Три дня земных числом вчистую потерял.
Зато вопрос решился для него внештатно,
Часы свои, а не чужие он сверял!

И в курсе был: аварии, чего там с нами.
Радел: чрез маму весточки в снах посылал.
Наказывал, чтоб никого не кляли сами,
Случайно САТАНА, да в дамки б не попал!

Без лжи друзья дивились про себя чрезмерно
Спокойствием моим, что тяжелей всего.
Промеж – считали чёрствой, чокнутой наверно,
А я ждала Андрэ и дождалась его!
 
                ч.4
Звезда удачи солнцем рождена взошедшим.
Колени, преклонив, её за это чтим.
Грядущее подчас повязано прошедшим,
Чего воочию мы каждодневно зрим!

Я твёрдо верила, молчала, не сдавалась,
Всех мыслей уйму, волю, сжав в один кулак.
Во власть фортуны безгранично отдавалась,
Полёт надежды свет, увидев как никак!

Чего с аварией, в Толедо  что случилась?
Виновник убежал, а грузовик нашли.
Случайно смерть со всеми нами не случилась:
Дыханье ощутив, мы рядышком прошли!

Судьбе угодно значит сделать остановку.
Волну гнать глупо, и спешить, резону нет.
Разведать крайне не мешало обстановку,
От карт игральных, свыше, получить совет!

Увы, грешна насчёт картишек – это верно.
Ну, раз Андрэ нет рядом, можно и рискнуть.
Открылись мне на удивление не скверно,
Пришлось невольно, извиняюсь, и икнуть!

В Толедо праздник Вознесение застали:
Форпост , старинный город, крепость с давних дней.
Мы ближе к БОГУ в нём доподлинно предстали –
Духовным центром был Испании он всей!

К тому ж ещё Эль-Греко  здесь умами правил:
С его полотен дух искусства ворожил.
Потомкам на века в твореньях след оставил.
Не зря же и Андрэ им очень дорожил!

Того увидели с друзьями у картины
«Святой Иаков», что в часовне Сан Хосе.
Оригинально «жук» устроил, чай, смотрины,
Один в один финал я видела во сне!

Друзья отпали в изумлении все сразу.
Андрэ – поклон с рукой, ему я реверанс:
Потом уже такого не было ни разу.
Хорошим выдался, однако, мой пасьянс !


             ПОСЛЕСЛОВИЕ
               
Андрэ изменился, не внешне, конечно,
Он внутренне стал совершенно другим.
Родимый – не Ангел, как раньше навечно,
Он смертен и этим стал в доску своим!

Три дня его не было в обществе нашем,
А будто три года прошли без него.
Надежда возникла: лет сто, мол, попашем.
Коль раз отпустили, бояться чего?

Что дальше случилось – другие страницы.
О них пока вскользь, чтоб канву не терять.
Нужна передышка. Под скрип половицы
Приходится в слёзах же мне вспоминать!

Ну, прежде всего об Испании, верно,
Атлантики бездны в сини голубой,
О многом ещё. Жаль, грядущее скверно -
Андрэ суждено быть не вечно со мной!

С Щербатым, Артуром предвиделись встречи.
С душою второй, что из Ада «ушла».
Вести с САТАНОЙ вслух «приватные» речи.
С чего было чуть, «не до ручки» дошла!

Собака «Черныш»! Как не вспомнить об этом:
Умнейший и преданный друг был всем нам.
Сколько же раз мы к нему – «за советом».
Всегда выручал  без подсказок и сам!
 
Да, многое в жизни чего приключилось.
Об этом подробно на память пишу.
Теперь уже можно, несчастье случилось.
Все дни напролёт об Андрэ я грущу!

Увы, всему время: и плакать, смеяться,
Искать и терять, раздирать и сшивать,
Конечно, молчать, говорить, не сдаваться,
А также любить, пока БОГ дал дышать!

Конец одного – он другое рождает.
Начало любое рождает конец.
Спираль не замкнётся, ей вечность мешает:
Она земной жизни, по сути, венец!


НИТЬ  АРИАДНЫ
                (книжка третья)
ВВЕДЕНИЕ
               
Удача – мила, отрицать это – глупо.
Чем реже, тем слаще на вкус нам она.
Из капель, когда собирается скупо,
Блаженство их выпить до самого дна!

Отрада удачи – успеха вершина,
Что поздно явилась, неумно ругать.
Поймём головой, так и дел половина,
Ей толику малую вновь испытать!

Удача в прошедшем – забытая радость,
Поскольку не греет, прошёл её час.
О ней ностальгия, которая в тягость,
Отменную горечь, рождая подчас!

Все ждём сокровенно удачу родную.
Как долго не видим, с собою грызня.
И в истину жизни не верим простую,
Капризная слишком, нас тенью дразня!

Она – не луна и не солнце на небе,
А наши поступки, упорство и труд.
Лишь в действиях этих дорога к победе.
Единственно, время жаль, давит, как пуд!

Цена за везенье – нередко кусает:
Размером заоблачным, что не достать.
И если фортуна свой взгляд опускает,
Трагедию точно придётся познать!

От этого – приступ, на сердце тревожно.
Спины вид удачи несносно гнетёт:
Беде занять место с обиды несложно.
Подлянка ж с удачи мзду честью берёт!

От времени быстро удача ветшает.
На новую ставим, а вдруг, повезёт.
Бич-проигрыш грянет, удушье сжимает,
Тропинку по жизни от слёз развезёт!

Единственно, память в мазках остаётся
О всех приключеньях с ума, сводя нас.
В остатке ждёт пропасть, у финиша трётся,
Куда все несёмся, сказав жизни пас!
 
             ГЛАВА  ПЕРВАЯ
           Не всё так плохо   ч.1               

Земной мир огромен, подумать же – тесен.
Нас вера спасает, но время не ждёт.
Хмельная в дар радость – в люб жажда до песен.
Желанье дорогу и ночью найдёт!

Итак, по порядку: Андрэ объявился,
Испания в окнах, ликуют друзья.
Вопрос сам собою в три дня разрешился,
Блаженство какое, как БОГ нам судья!

Андрэ, что ты – что ты, не абы и кабы:
Эффектным для всех оказался сюрприз.
Расспросы пресечь все ненужные дабы,
Понять твёрдо дал, не его был каприз!

Мой милый одной мне шепнул по секрету:
Артур грузовик вёл, который нас сбил.
Скорее из АДА ему по навету,
Мыслишку – нас сжить кто-то в голову вбил!

Душа, что в Артуре, моей всё ж кровинки.
«Щербатый» – в шестёрках, всего не учёл.
Не зря в домовых, ибо ум – без новинки.
Досье на него САТАНА аж завёл!

От бунта души – швах, Артур растерялся,
Рука – слабину, и все планы – по швам.
Автобус – в кювет, но огонь не занялся,
«Щербатый» - впросак: разработано – срам!

Артур – руки в ноги, Хвостатому вздрючка:
Понизили в звании, место чтоб знал.
Характером стал, как последняя злючка,
Раз Лешим  теперь он отчёты в АД слал!

Касаемо нас, тут  порядок полнейший:
Проблемы усохли, Андрэ был со мной.
Хоть выбранный путь, полагали, светлейший,
Но мгла и от солнца бывает порой!

С Толедо прощались, нам снова в дорогу,
Виднелась Утрера в печали большой,
Где мама погибла, душа её к БОГУ,
Моя – у меня, коль осталась живой!
                ч.2

Поехали в ночь, чтобы утром приехать.
Однако в Кордове  застигла напасть.
Водитель на столб умудрился наехать.
В Утреру опять под вопросом попасть!

Об случай удача в ногах видно трётся.
Нас планы менять, заставляя порой.
А оный капризный, без «прикупа» прётся,
Грозится в «приязнь» подарить «геморрой »!

Но, слава! Все живы, с автобусом хуже: 
Движок медным тазом накрылся вконец.
Друзья пояса затянули потуже.
В крик ждали несчастье, как пули свинец!

Мы их успокоили быстро, без шума:
Чего пред «Щербатым» от страха вопить.
Но чтоб обойтись без истерики бума,
Поездку в Утреру пришлось отменить!

Уж дважды срывалось. Такое бывает.
Андрэ попытался чрез РАЙ разузнать.
В ответе слова – «западня ожидает».
Да, лучше судьбу лишний раз не пытать!

Резонно в Кордове всем нам задержаться,
Тем более есть и чего посмотреть.
С визитом в Утреру пока воздержаться:
В упор на опасность не стоит смотреть!

Ещё, что сказал мне Андрэ между делом,
Виденья мои посетили его.
В которых мальчишка был в саване белом, 
Тринадцать годков и не боле того!

Бежал из тюрьмы, на корабль напросился.
Потом океан, Новый Свет , острова.
В сокровища верил, но жизни лишился,
Слетела не за что его голова!

Да, ждёшь одного, получаешь другое.
Андрэ загорелся весь путь повторить.
Я тоже хотела: желанье большое
Видения в яви свои навестить!

                ч.3

Мечте и реальности вольно обняться,
Чем сердце надеждой своей всполошить.
За ними не сладко порою гоняться:
Не всякие грёзы резон ворошить!

Колонией Рима Кордова случалась,
Сенеки – философы глянули в свет.
Арабской столицей позднее считалась,
Досталось ей много за тысячи лет!

Здесь с римских времён целым мост сохранился,
И церковь-мечеть, что от ранних веков,
Поэт Лукиан, гордость Рима, родился.
Как всё рассказать – много времени, слов!

Флирт , площадь Колумба – экзамен сноровки.
Туда по велению сердца пошли.
В тени Мальмуэрто  в обличье воровки
Ещё одну душу родную нашли!

Вначале рука ко мне плотно прижалась.
Подумала я, что мой милый шалил.
Душа со спины мне родною сказалась,
Однако Андрэ чуть поодаль ходил!

Пассаж, да и только. В серьёз растерялась:
Глянь, сумка открыта, кошель мой пропал.
По правде сказать, от души зазевалась.
Гипноз  не иначе здесь шутку сыграл!

Кругом огляделась, злодея не видно,
Андрэ позвала, в сей момент, подлетел.
С полслова всё понял, но мне как обидно,
Чтоб вор беспардонно и этак нагрел!

Деньжат – ерунда, их ни капли не жалка.
Родная душа – был мне посланный знак.
Неужто «Щербатый» ни шатко, ни валка
Сумел совершить роковой для нас шаг?

Андрэ сразу в РАЙ телеграмму отправил.
В ответ лишь «ХИ-ХИ» со смешком получил.
Не ГЛАВНЫЙ из АДА спектакль, знать, поставил.
А стало быть, вора никто не учил!

                ч.4

Что тайной покрыто, влечёт нас известно,
Где сложность сокрыта порой в простоте.
Не всё дарование светит прелестно,
И жизнь очень часто есть сплошь варьете !
 
Ответ, что из РАЯ, Андрэ озадачил,
Меня ещё больше поставил в тупик,
При этом обоих нас крепко подначил,
С того – за колоду и мне – дама пик!

Ну, с дамой понятно, а пика знать в пику.
Загвоздка – душа показалась родной.
Украла, что женщина, ясно без крику.
Расклад у картишек сложился чудной!

Искать через души воровку логично,
Друзей привлекать – верно, дело сгубить.
Всех местных с Андрэ мы проверили лично,
И сук не пришлось, где сидели, рубить!

На деле поймали. Работала – лихо:
А в жертвах – друзья, вот какой коленкор .
Цыганка – виновна, их чистила тихо.
Но наше – очко , у неё – перебор!

Факт, ловко с поличным её прихватили:
Гипнозом владела и нечего врать.
Друзья, как очнулись, нас вслух захвалили,
«Злодейку» решили полиции сдать!

Однако мы – против, пока – не хотели.
Своим рассказали, спектакль это был:
Андрэ разъяснил и друзья – не шумели.
Не зря же любимый мой умником слыл!

Тут старче ко мне и давай обниматься.
Как перстни сомкнулись и молния в миг.
Накликать беду, не ума поднабраться.
С головушкой снова чуть было не сдвиг!

Опять разбудила невольно я Марса .
Спокойствие с треском пошло в кривизну.
В любом повторении штрих есть от фарса:
Вот жаль, не на сцене, где чтят новизну!

               ГЛАВА  ВТОРАЯ
         Подруга или пронесло  ч.1

На ровном месте почему-то не везёт.
Вновь приключения немыслимо скучают.
Я понимаю, каждый камень свой несёт,
Но вот от тяжестей нервишки жуть страдают!

Увидев нас в объятиях, воровка – старт, бежать.
Из перстней молния ж вокруг неё спиралью,
И к облакам повторно небосвод «ласкать».
Хотя бы просто так – в довесочке с моралью!

Естественно, с расстройства я на землю – бух.
Цыганка ещё раньше с воплем повалилась.
В мозгах, в глазах невольно белый свет пожух –
С моей подачи снова каша, заварилась!

Беда заявится, с дороги не свернёшь.
Над этим «И» желательно все точки ставить.
В историю с душком как сдуру попадёшь,
Проблематично что-то поменять, поправить!

С беглянкой нашей, слава БОГУ, ничего,
Ну, мой Андрэ депешу в НЕБЕСА отправил.
А вот друзья довольны были от всего,
Такой концерт им удовольствие доставил!

В «артистке» душу захотелось раскусить,
Понять, с какого приготовлена та теста.
Себя чтоб в будущем случайно не корить,
В момент цыганку прокрутила в два присеста!

От результата я с ума чуть не сошла.
Не знаю, кто из нас заслуживает порки:
Душа – родная, в РАЙ  из пекла, что «пришла»,
Тьму ПРЕИСПОДНЕЙ, приневолив для разборки!

Чего же хорошо, не вышел здесь облом:
Я думаю, ГОСПОДЬ инкогнито старался,
А вот зачем, мы голову сломали в том.
Андрэ с незнания растерянным казался!

Подарок всё же был – с цыганкой повезло.
Артур – «мой братец» ей в подмётки не годился.
«Сестрицу» Суллой звали, в жизни не везло,
Зато характер, несомненно, серебрился!
                ч.2

Андрэ из РАЯ телеграмму получил.
«Не зарывайтесь, братцы!» – был совет Оттуда.
Такой расклад нас обоюдно ободрил:
Из равновесия не вышла амплитуда!

Да и в виденьях мама мне – благую весть,
С улыбкой пальцем, между прочим, погрозила.
Понять дала, чтобы с тартАр не ждали месть,
Хотя вторая молния дел натворила!

Когда впервые молния на АД сошла,
Защиту ГЛАВНЫЙ предписал поставить.
Установили, испытать пора пришла,
Вот только как, никто не мог себе представить!

А здесь вдруг молния с моралью на конце
С приветом знатно по «времянке» шуганула.
ГЛАВНЕЙШИЙ принимал работы на крыльце,
В ЕГО присутствии защита «громыхнула»!

Закоротило тотчас, искры, свет погас.
Ну, сразу паника: не РАЙ, свечей же нету.
Пришлось просить. С того в Эдеме звёздный час.
В АДУ же правых и неправых – всех к ответу!

Возник пожар внутри архива, где дела.
Его немедленно слезами затушили.
Ревизия в момент итоги подвела:
Досье сгорело, по отчёту доложили!

Новейшее, что на «Щербатого» вели.
Как оказалось, сверху всех других лежало.
Сгорело полностью, и компромат смели.
Раз так, за выслугу случайно перепало!

Потом комиссии, проверки: почему
Защита не сработала. Чертеж подняли:
Земли же нет, отвод от молний за трубу,
Архивную. Короче, не туда цепляли! 

Разгон всем ГЛАВНЫЙ дал по первое число.
Тайком за РАЙ защиту бесы зацепили.
По той причине нам опять всё с рук сошло.
Вот, что видения мне с мамой разъяснили!

                ч.3

Любая перемена – прежде новый путь,
Грядущая причина многих изменений.
Заранее поймёшь, в чём узловая суть,
И шанс появится спастись от потрясений!
 
Теперь задача нам – цыганку приручить:
Родную душу, не резон, одну оставить.
Андрэ согласен языками обучить,
В её лице к тому же мне Подругу справить!

Друзьям на пальцах разъяснили, но с трудом.
Последним любопытно, словно детям малым,
Чего вокруг воровки крутимся гуртом,
А мы душой повязаны, что ветром шалым!

Её – под локоток, силком в ближайший храм:
В пути случайности случайно не встревали.
ХРИСТА пред образом,  АД показали там,
Где души, мучаясь, отчаянно страдали!

Почто одна из них к цыганке на постой?
С того, что лично бедолагу пожалела,
Из АДА в РАЙ побег, как совершён чудной.
Не зря рука ХРИСТА на Землю повелела!
 
Вот, что узнала Сулла о себе из вне:
Увы, прошедшее – грядущего известней.
Понятно стало наяву ей, не во сне:
Рожденью на земле нет ничего прелестней!

Тут я «Подругой» Суллу стала называть.
Она – в сомнениях, не знала, чему верить.
Мы предложили ей друг друга испытать:
Друзей во времени удобнее проверить!

Для этого турне до моря совершить,
Вернуться право будет никогда не поздно.
И в выводах своих стараться не спешить,
Глядишь, ошибок будет избежать не сложно!

На том простились дружески. Уже пора.
Итак, сверх нормы мы в Кордове загостились.
День проходящий сгинул, почитай – вчера.
Логично, что сегодня в завтра устремились!

                ч.4

Умны все те, кто чтят прошедшего следы,
Уча других, невольно учимся мы сами.
Как ночь закончится без происков беды,
С утра в душе поём и тенором, басами!

От сумерек потухли звёзды, день настал.
Не мешкая, в дорогу собирались споро.
Как тут бродячий пёс к нам вежливо пристал.
С Анндрэ решили взять – не прогадали скоро!

Весьма, умнейший пёс, что видно за версту.
Команды сразу понимал, но очень гордый.
С Андрэ на пару усёкли его черту.
Очков не нужно разглядеть: калач он тёртый!

К гостинице, однако, Сулла не пришла,
Что было жаль. На удивленье просчитались.
Скорей до сердца, видно, просьба не дошла.
Но за неё в душе пред БОГОМ  рассчитались! 

Багаж в машины разместили, и вперёд.
Мы – с псом. Он без вещей, но с волосами.
Друзья – в других расселись. В пляс труба зовёт,
Где горизонт опять на встрече с небесами!

Проехали квартал, всего-то ничего,
Как тут собака гавкнула довольно сочно.
Андрэ мой рот открыл, и было от чего:
Подругу разглядел, она ждала нас точно!

С улыбкой хитрой, будто так должно и быть,
В машину Сулла нашу юркнула спокойно:
«Привет родня! Я не хочу невежей слыть»-
Пропела весело она, смеясь невольно!

«Знакомьтесь! Вот – Черныш, собака есть моя.
Решила вас на интуицию проверить.
Ну, коль с собой возьмёте друга, значит, я
Себя всю целиком с душой могу доверить!»

Довольно круто, необычно и свежо.
Друзья довольны, приключенья кувыркались.
Мустанги наши под названием Пежо
На юг неспешно от Кордовы удалялись!

               ГЛАВА ТРЕТЬЯ 
         Какое там скучать   ч.1

Наш путь – в Малагу: завернули не спроста.
Там чернь впервые мне и маме объявилась.
Знакомые весьма по прошлому места.
На диву вновь здесь обстановка накалилась!

Историю способна мелочь изменить.
У каждого не раз, наверное, случалось.
С грехов свершённых как, других да не судить.
В который раз к нам происшествие стучалось!

Андрэ – доволен, «книксен» : он впервые тут.
Подруга – ёрзала: здесь раньше промышляла.
Ну, и подумаешь, «блистала», БОГ с ним шут,
Но было видно, что в себе переживала!

И мы Подругу приодели, просто класс,
Ещё причёску новую, очки и шляпу.
Чтоб Суллу в леди превратить, ушёл не час.
Черныш, узрев свою, не сразу дал ей лапу!
   
Прокол же был: пёс «на халяву» умудрил.
В гостинице, компанией где проживали, 
Болонку в коридоре «тайно» прихватил:
Любовь в согласии открыто возжелали!
 
Хозяева болонки – истерично в крик:
Так раскудахтались, что никакой нет мочи.
Когда в скандале не на шутку грянул пик,
Андрэ, не выдержав, им «глянул» дерзко в очи!

У тех – икота, как же. Слушать ругань – смех.
Сдержаться нету сил, с Подругой застонали.
Друзья чуть ли катались, не стесняясь всех:
Таких «интеллигентных перлов»  не слыхали!

Черныш в недоумении изрядном был:
Ведь по согласию, природу не обманешь.
А то, что беспородным кавалером слыл,
Так и в болонке тоже помесь, если взглянешь!

Однако из гостиницы пришлось съезжать,
Скандал до мэрии  без шуток докатился.
Во все детали – смысла не было въезжать,
Особо из собак кто больше провинился!
                ч.2
               
В Малаге оставаться дольше, смысла нет:
Виденья - «в отпуске» пока не посещали,
В истории с болонкой щурил тусклый свет –
Её хозяева судами застращали!

Вопрос, куда убраться, в споре не стоял.
Земно – в Фуэнхиролу! Всем туда хотелось,
Особенно Андрэ. Он первый настоял:
Я поняла – моей душе в нём не терпелось!

Решив в согласии, собрали вещи в миг:
Чрез час уже дорога юзом шелестела.
С того кортеж наш быстро финиша достиг -
Где красота Фуэнхиролы обогрела!

Друзья довольны шибко, край был им родной.
К тому же мы с Андрэ и с Суллой на подмогу.
Подругу и в глаза считали мне сестрой,
Черныш – любимец общий, значит, слава БОГУ!

На съёмной вилле в городе решили жить,
В гостинице коптеть желание пропало.
В Фуэнхироле обрели нежданно нить,
Которую Андрэ по жизни не хватало!

Хотя уже и солнце скрылось, мы пошли,
Квартет: Подруга, я, Андрэ, Черныш в придачу.
Знакомые развалины в момент нашли,
Где перстень обрела с вопросом на удачу!

Почуяла нутром, любимый не в себе,
И на меня дрожь накатилась в лихорадке.
За нас Подруга испугалась, быть беде,
Решив, что с нами видимо не всё в порядке!

«Ищи Черныш, ищи» - сказала Сулла псу.
Уткнувшись носом вниз, тот вскорости дал голос.
Вот так-то, не смотря на дьявольскую мглу,
Нашла собака крестик, в целлофане волос!

Воистину разумного БОГ бережёт.
По пустякам испытывать судьбу не стоит.
У случая – свой час, его он стережёт,
При том случается, и будущее кроит!

                ч.3

Находка крестика нас сильно потрясла,
Но почему-то больше всех мою Подругу.
Она впервые своим сердцем поняла,
Что прикоснулась явно к жизненному кругу!

Друзей не посвящали вовсе, а зачем?
Андрэ депешу в РАЙ немедленно отправил.
Кроссворд. Всерьёз подумать было нам над чем:
Боюсь, проблем необъяснимых «клад» добавил!

Зато Черныш – герой, награду схлопотал:
Прощение за связь интимную с болонкой.
Андрэ всерьёз возможным даже посчитал,
Родятся, выкупить щенят монетой звонкой!

Касаемо волос присутствовал вопрос:
Зачем их прятать и какую роль играли?
Неужто не туда мы сунули свой нос,
И добровольно сами в западню попали?!

Ответ из РАЯ ничего не прояснил:
Во всём заслуга, мол, собаки, а не ваша.
Признание Черныш нежданно получил.
Касательно волос – неясности и каша!

Находку в РАЙ отправить было невдомёк.
Причин для этого вначале не видали.
Зазря! Забыли, что не слышно бродит рок,
И вскоре нервов потрясенье испытали!

Шаля, решили крестик перстнем испытать.
Формат: простым путём в касании, легонько.
Те дружка к дружке не хотели прилипать,
Хотя старались очень, в две руки тихонько!

Через огонь, прижав от свечки с двух сторон
Силком соединить в обмане попытались.
А результат один, как посчитать ворон,
Что ночью в стае, каркая, вдруг разлетались!

Сам крестик старый с виду, боле сотни лет.
Родной в натуре, оный сердцем опознала.
Весь ужас заключался в том, что адов свет
При отблеске огня случайно распознала!

                ч.4

Ну, и подарочек! Чур, прямо «от души»:
Игра по-крупному пошла, мы догадались.
Тут впрямь затылок свой чеши или не чеши,
А на крючок, что с ПРЕИСПОДНИЕ, попались!
 
Андрэ, увы, всей кухни АДА не знавал.
Мельком разок видал, приятного там мало.
Моим видениям всецело доверял.
В Аду, что крестик побывал, всем плохо стало!

Загадка явная, к тому же ход – не мой:
Из ПЕКЛА в тайнике как крестик оказался?
Кто зачинатель, главное, шарады той?
Кому в развалинах «презент» предназначался?

Его и волосы решили подменить.
Чтоб без сучка, пришлось друзей привлечь для слежки.
С моей Подругой было не резон темнить:
В игре она, Черныш – фигуры, а не пешки!

Друзья – без слов, не прочь услугу оказать.
Мы медлить с этим ни минуточки не стали.
Расчета смысл – вернейший, нечего скрывать,
Дабы врасплох пока самих нас не застали!

Красиво, творчески сыграли, как в кино.
Подруга, пёс у тайника за час крутились.
Конечно, хорошо, что было не темно.
Друзья поодаль книжно с пепси матерились!

Туристов было много, но они не в счёт.
Внезапно тип с клюкой невзрачный объявился.
Черныш: «Гав-гав»! По праву заслужил почёт,
Не зря пантерой на пришельца он взъярился! 

Мужик, естественно, поднял с испугу крик.
Подруга и Черныш неспешно удалились.
Друзья – за камеру. Вот настоящий шик:
Прекрасно сняли, аж с Андрэ мы подивились!

Ревю ! Тайник Джеймс Бонд  с подставой нашей вскрыл,
Собой потом довольный спешно удалился.
Чтоб выследить его, никто подкоп не рыл. 
Как дилетант  простой, на блюдечке раскрылся!

            ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
                Разборки   ч.1

Попал «Щербатый» в поле зрения опять.
С Андрэ увидели, когда кино смотрели,
Друзья, что в ракурсе отсняли нам с оценкой пять:
Забыть лицо Нахала напрочь, не успели!

Киношно, по шпионски объявился плут.
Комедию с ним на экспромте разыграли.
Вахлак, осёл: иметь для нас задумал кнут,
А мы подменой помыслы и обкорнали!

Единственно, волос не ясна в деле роль.
Частичку малую Андрэ послал проверить.
Ответ, когда придёт, поймём, в чём скрыта соль,
Часы по-новому давно пора все сверить!

«Щербатого» нельзя прозрение будить,
Чтоб в нём эмоции случай не озверели.
Решили волосы по-свойски прокрутить,
Но без огня, дабы случайно не сгорели!

Я волос к перстню, не снимая, поднесла:
Ожёг на палец сразу, с ломотой нагрянул.
Себе поступком глупым травму нанесла.
Андрэ аж крякнул и, как проклятый, отпрянул!

Конфуз. Рукой махать от боли мне пришлось.
Одновременно и глаза на лоб полезли.
У всех, кто рядом, - объяснений не нашлось.
Ну, кроме одного: «в чужой вигвам  залезли»! 

Случайно кончик волоска в огонь попал.
В миг я в видении взгляд ГЛАВНОГО признала,
Что на меня в недоумении взирал:
ЕГО боль с волоска наверное терзала!

Андрэ подробностей не видел этих, нет,
Однако и его внутри душа кольнула.
Когда ж в глазах моих, увидев страха свет,            
Одно он понял, пушка невзначай пальнула!

Ответ из РАЯ вскоре странный поступил,
Верней панический: «Откуда волос взяли?»
Опять на грабли видно случай наступил,
А мы и адвокатов, шляпы, не наняли!
                ч.2

Теперь понятней стал от волосков «угар».
Удар пока прошёлся мимо, вхолостую.
Ей-ей, умнее будет, отослать сей «дар»
Быстрее в РАЙ, избавившись от них вчистую!

Андрэ-мастак, опасность обойти ходок:
В два счёта волосы с курьером срочно сплавил.
А чтоб в РАЮ не сразу зазвенел звонок,
Письмо с вложением не заказным  отправил!

Но крестик, правда, мы решили придержать.
Он был моим, как ни печально то представить.
Огонь из АДА в нём позднее обыграть,
Чем точку жирную на вид в конце поставить!

Фуэнхироле же рукой пора махать.
Марбелья приютить отечески нас сможет.
И там развязку с волосами поджидать.
Почудилось, «Щербатый» может быть поможет!

Не верилось, чтоб он похлёбку заварил.
Нюанс : продуманный «конём» ход, гениальный.
Ведь козни Серый наш в своём котле варил,
Тогда как с волосом, – был  уровень астральный!
 
Что невдомёк совсем, на уши АД весь встал:
С музея адова реликвии пропали.
Земли всей обыск, странно, результат не дал,
И в РАЙ нет сведений, что волосы попали!               

Вот чудеса! Однако ГЛАВНЫЙ точно знал,
Что целы волосы, с Андрэ мы их касались.
Но срочных мер упечь, к нам принимать не стал,
Не ведал раз, куда реликвии девались!

Да, крепко наш «Щербатый» с волосками влип,
Такое редко без последствий с рук спускают.
Дурак. Сам путь закрыл себе в персоны «VIP» ,
Хотя, как водится, клин клином вышибают!

Зато в Марбелье, знаю, ожидал нас рай.
Друзья – в делах, на целый день ещё остались.
Мы вчетвером на радостях, Черныш, тот в лай,
С Фуэнхиролой безболезненно прощались!

                ч.3

Без приключений до Марбельи добрались.
Там нас с почтением, заждавшись, ожидали.
В комок у нас, однако, нервы собрались,
Вот-вот должно случиться что-то, полагали!

Я повторюсь опять. Сыр-бор от тех волос.
Что их украли из музея, мы не знали.
Обескуражил тон в ответе на запрос,
Который с нарочным вчера Андрэ прислали!

Ведь мы, естественно, не знали, какой шум
В самом АДУ стоял, что волосы пропали.
А главное, с чего вселенский грянул бум,
Не ведали в ТартАр, к кому сейчас попали!

С большим трудом я прикорнула на чуток.
Ко мне в виденье мама тотчас показалась.
Она одна пустыней шла, вокруг песок:
Увы, картина символичной оказалась!

«Ну, братцы, не даёте никому скучать!»-
Завидев, мама мне сказала, удивляясь.
По интонации не думала серчать:
Наверно про себя опять мной восхищаясь!

И больше ничего. В молчании она
Меня перстом своим без слёз перекрестила.
Потом меж нами будто выросла стена:
Впрямь разлучила как неведомая сила!

Тотчас Андрэ поведала о сне, как есть.
Полегче стало, а вопросы ныть остались.
«Щербатого» не очень нас страшила месть:
Из АДА бы за нас с кувалдою не взялись!

Чему случиться, невозможно избежать.
Самим ложиться в гроб и добровольно, тупость.
А раз в Марбелье – мы решили кайфовать,
Трястись заранее, громаднейшая глупость!

В спокойствие пожить, конечно, благодать.
Случается же в бренном мире и такое.
День начался, ночные страхи – отступать,
Нас приключение заждалось небольшое!

                ч.4

Развлечься, в море мы на катере пошли.
Черныш на чаек громко для острастки лаял.
Погода – сказка, ветер ласковым нашли.
Отсюда холодок ночного страха стаял!

Андрэ штурвал держал, а мы все – на корме.
По наглому другой вдруг катер нас подрезал:
Никак «Щербатый» объявился налегке.
Поступком этим он себя чуть не зарезал!

Какой лопух! Давай свои права качать.
Подставой нашей нам назойливо грозился.
Андрэ переговоры предложил начать.
На что в ответ, «Пистон» лишь больше кипятился!

Раздался вдруг хлопок, сам САТАНА предстал.
«Щербатый» в страхе на колени сразу рухнул,
И с корточек подставу, как вещдок, отдал.
С испугу на глазах в мгновении пожухнул!

Зато Черныш нахально тут же задом встал.
Жаль, нам нельзя, хотя до чёртиков хотелось.
Справлять об рубку он нужду нарочно стал.
За пса – я в пятнах, от смущения зарделась!
 
Подставу ГЛАВНЫЙ выкинул за борт ногой.
Меня спросил, куда я волосы девала?
Хотела толком объяснить, Андрэ же мой
Сказал, де в РАЙ сия реликвия попала!

Мол, что из АДА эта вещь, не знали мы.
Нашёл же пёс на днях в развалинах старинных.
С находкой были уважительно на «ВЫ»,
Зазря с того сердиться на людей безвинных!

Глядя в глаза, с минуту ГЛАВНЫЙ помолчал.
«А что, хороший пёс» - изрёк в момент прощанья.
Потом исчез. Черныш с обидой поворчал:
Ведь ГОСТЬ забыл сказать словами «до свиданья»!

Конечно, на Земле с грехов порядку нет,
Да и Прокрустово  в почете очень ложе.
Мудрёный выпал на экзаменах билет,
Не зря мурашки танцами по нашей коже?!

             ГЛАВА ПЯТАЯ
           Особое задание  ч.1

Щитом спасенья ради, справно служить боль.
Война приятнее, когда она в романе.
Да, мелочь малая в судьбе играет роль.
А буря не страшна, которая в стакане!

Но это только экскурс , а изюм не в том.
«Щербатый» за глаза как бы теперь «Пречистый»,
Ан, без души. Вот закавыки корень в чём:
Без оной путь один – с ухабами, тернистый!

Подруге объяснила кратко, в чём вся «лесть»:
Кто это был в гостях сейчас у нас приватно,
Какая вдруг была оказана всем честь.
В итоге складно получилось и занятно!

«Щербатый» до конца не понял ничего.
Одно уразумел, попал опять в опалу.
С расклада взвоешь поневоле от того:
Земные страсти не сравнимы по накалу!
 
Зато Черныш – вторично вновь на высоте.
Везёт! В РАЮ, в АДУ пёс плюсом засветился.
С Подругой – криз «шутил», скорей по простоте,
Хотя, чуть было срыв на нервах не случился!

Андрэ – герой, не сдрейфил, гений, молодец:
Сказать правдиво, и при этом не подставить!
Поклон земной ему от нашенских сердец.
Разумней ничего умом нельзя добавить!

Пришлось «Щербатого» брать катер на буксир.
Оставить одного здесь было не этично.
Логичнее всего пойти сейчас на мир:
Его интриги надоели и прилично!

Нас стало пятеро, отправились домой.
Друзья, приехав, с нетерпеньем ожидали.
«Щербатого» завидев с нами, было в вой,
Себя униженными малость посчитали!

Но тот хотя и Бывший – адовой крови,
Скрывать не стал, что при хвосте был и с рогами.
Друзей перепугал. Но мы же им свои:
Прикрыли, как могли всех, божьими словами!
                ч.2
 
Дни мирно потекли за днями чередой.
В земном раю с того расслабились при деле,
Тем паче время не грозилось сединой.
Мы страхи о былом держали в чёрном теле!

Друзья тепло, сердечно уважали нас,
Меня, Андрэ, Подругу, более – собаку.
И у «Щербатого» сложился равный глас,
Готов в шеренге общей броситься в атаку!   

Ещё чего, нас четверых, Черныш не в счёт,
Вопрос один, по сути, безрассудно мучил:
Касаемо волос. Чей это был расчёт,
Кто втихаря по-крупному в картишки жучил?

О том и ГЛАВНЫЙ, видимо, всё знать хотел.
Не зря «Щербатого» хитрец на нас оставил.
По должности просить открыто – не посмел,
На здравый смысл и интуицию поставил!

Бесспорно, ясно, гений! Мысль – не подвела.
Подруга первая сказать в словах решилась.
При срыве разговор со смыслом завела -
Сказав, проблема «персональная» свалилась!

То, что права была, конечно, не вопрос:
На НЕБЕСАХ игра шла безупречно, чинно.
Хотя и сунули мы не туда свой нос,
В момент по нотам отыграли в РАЙ невинно!

«Щербатый» нам ещё на катере сказал,
Что оный крестик, не его идея метить.
Касаемо волос не в курсе, кто играл,
С того подвоха в принципе не мог заметить! 

В подельниках скорей другой Лукавый был,
«Щербатого» начальник без году неделя.
ЛЕВИАФАНА  как по сплетням другом слыл,
Себе сам на уме и ГЛАВНОМУ, не веря!

Вопросы, если есть, их надобно решать.
На равнодушных БОЖЬЯ милость не спадает.
Мы – «ЗА»: всем, против кто, активнее мешать.
Накал страстей, увы, открыто вынуждает!

                ч.3

Откуда ждать удар? Вопрос ребром стоял. 
Не верилось отнюдь, оставят, что в покое.
В упор не зря из ПЕКЛА ГЛАВНЫЙ нас «пленял»:
Чего скрывать, задел серьёзно за живое!

«Щербатый» ничего о западне не знал,
В Утрере якобы, «по слухам» ожидала.
Из АДА кто-то важный супротив играл,
С кем нас судьба ещё петлёй не повязала!

Кульбит  интриги прозевали, как всегда.
Считаю правильным одно – подмену скрыли,
Под колпаком «Щербатый» «брал» тайник когда,
«Реликвии» , в котором подставные были!

О том, что крестик сохранился, мы молчок.
Потом родимый выручил, считай от смерти.
А надоумил сделать оное сверчок.
Шучу-шучу! Подсказка БОГА в круговерти!

Всей правды подлинной тогда никто не знал,
С чего к нам персонально ГЛАВНЫЙ заявился,
И лично о судьбе своих волос пытал. 
Конечно же, не наш «Щербатый» провинился!

Какой-то УМНИК  с волосами учудил.
По тёмному, видать, использовал всех кряду,
Возможно, правда, счёты кое с кем сводил:
Пока убереглись испробовать мы яду!

Андрэ в который раз отчёт в РАЙ отослал.
Да САТАНЕ, он попросил, была утечка.
При том ревизию никто б не зачинал,
Чтоб перемирия не гасла дольше свечка!

Нас явно – за живца, другого не дано.
В «бинокль» с загробного пусть Мира наблюдают.
Возможность есть: у каждого своё окно.
Скорей всего в АДУ проблемы возникают!

Стена к тому же в боль засела у меня,
В виденье этак, что нас с мамой разлучила.
Ну, я себя одну, во всех грехах виня,
Считала, знак какой-то этим получила!

                ч.4

Спокойной жизни, к сожаленью, не видать.
Букет проблем кругом, как осы, разлетались.
Догадки были, их решили не скрывать.
Так в кружева слова отдельные сплетались!

Андрэ ЛЕВИАФАНА всё ж упомянул
В своём отчете скрупулёзном не случайно:
Его рука. Ремень потуже затянул,
В понятии, что в серпентарий  лезем тайно!

Был мой совет ему, и нечего хитрить.
ЛЕВИАФАН нас всех хотел подставить.
Лишь Он один ход с волосами мог «скроить»,
И выше крыши неприятностей доставить!

В письме ответном нам из РАЯ: «Да, дела…»,
Предположение что наше подтверждало.
Свои догадки Сулле на ухо свела,
Да и «Щербатому» в пределах перепало!

Касаемо последних грёз – стены,  Андрэ сказал.
Скорей в виденьях мамы больше не увижу:
Контакт, кажись, прикрыт. Из-за чего не знал.
Ох, если, правда, неприятности предвижу!

Однако месяц – без проблем, за ним другой.
Тишь, благодать кругом, никто не домогался.
Андрэ в Кадис  повадился на верфь  со мной,
Вопрос об океанской яхте, где решался!

Подруга – вся в учёбе, а Черныш скучал.
Любимец общий о болонке верно думал.
«Щербатый» сносно от характера брюзжал,
С друзьями пить вино на брудершафт  удумал!

Ещё святой отец письмо мне отписал:
В могилу мамы, будто молния попала,
И о своём приезде днями сообщал,
Чтоб в скорости его в прибытии встречала!

Андрэ был рад, отец понравился ему, 
Мои ж колени с опасений задрожали.
Придали должное значение тому,
Отсюда порох подготовленным держали!

                ГЛАВА ШЕСТАЯ
                Опять Артур    ч.1

Вдвоём с Подругой собрались отца встречать.
Черныш – за третьего по дружбе увязался.
Андрэ позднее собирался к нам пристать,
Сперва решить вопрос щенячий собирался!

Аэропорт – в прищур, часа на три пути:
Наш местный – мал, сюда рейс с пересадкой – мука.
В дороге испытание пришлось пройти.
Едва на воздух не взлетели, гнить, без стука!

Отправились чуть свет и кофе, не попив.
С подругой – впереди болтали без умолку.
Ворча, Черныш, внезапно уши, навострив,
Назад смотреть стал, отчего-то вздыбив холку!
 
Перекусить хотелось, «кой-куда» сходить.
Остановились у Макдоналдса  случайно.
Черныш от нас решил отдельно походить,
Свои дела никак решил обтяпать тайно!   

Потом уже, когда к машине подошли,
Черныш, рассерженный из-за угла примчался.
Во рту штанины клок ободранный нашли,
При том от ярости наш друг чуть не катался!

Нам пёс в машине двери не давал открыть,
На днище гавкал, словно на живую кошку.
Глядим – там мина: собирались нас зарыть,
И мы застряли здесь совсем не понарошку!

Пришлось – в полицию, потом Андрэ звонить.
Его просить, отца без нас, один, чтоб встретил.
Узнав, случилось что, мой милый пса – хвалить,
А нас меж строчек только косвенно отметил!

Пока полиция, опросы, то, да сё,
Андрэ успел задуманное быстро справить.
Хватило времени естественно на всё,
Воз изумления целёхоньким доставить!

Отец в машине находился не один,
Болонка собственной воочию персоной.
Его триумф сей не забудешь до седин,
Трофей Андрэ являлся, почитай короной!
                ч.2

Мой царь с болонкой в саму точку угодил:
Стресс улетучился у всех, считай мгновенно.
Отец назойливо глазами изводил.
От нас ждал разъяснений в лицах непременно!

Болонка, сразу было видно – на сносях .
Черныш от вида гостьи крайне удивился.
Кобель какой! Небось, забыл страсть второпях,   
А может, помнить не хотел, как провинился!

Тем временем расцеловалась я с отцом,
И тут же сразу познакомила с Подругой.
Довольны, все остались мы таким концом,
Зато Черныш, болонка – радости с натугой!

Из описаний очевидцев поняла,
Артура хватанул Черныш за ягодицу.
Но для полиции другое довела:
Родню самим тащить «из дебрей на водицу»!

Андрэ руками за – «минёра» проучить,
Конечно, Сулла, я, да и Черныш – согласны.
«Щербатого» пока решили не грузить,
Чтобы тылы не стали невзначай опасны!

Отцу я разъяснила в розовых тонах:
В неведении – сон бывает знамо слаще.
Немножко приврала, мол, розы же в шипах,
А в полуправде сказанному веришь чаще!

На двух машинах двинулись теперь домой.
Собаки были порознь: чтоб без ссор и крику.
На горизонте обозначился Чужой,
Из пальцев трёх которому, вручили фигу!

Ну, что ж, на сей раз вроде бы, и пронесло.
Снаряд в воронку дважды редко попадает.
Чутьё редчайшее нас Черныша спасло.
Но вот настойчивость лукавых напрягает!

В Марбелье ожидал торжественный банкет,
Друзей подарок нам, что поняла на месте.
К тому же розы три – «великолепнейший» букет:
Чертяка, ангел и святой отец – все вместе!

                ч.3

Расселись за столом. Еда на нём – горой.
Отец доволен, напряжение упало.
Черныш с болонкой, правда, лаялись порой,
Но вскорости согласие и там настало!

Про мину мы молчок. Зачем народ пугать!
Веселье общее нам портить не хотелось.
Любуясь небом, землю нечего ругать:
Отлично за столом с друзьями же сиделось!
 
«Щербатый» в сторону по-тихому позвал,
Спросил меня, а так ли всё в порядке?
А то сигнал мудрёный с АДА прозвучал,
Совсем не верилось, что это для разрядки!

Чего уж тут! Темнить не стала я ему.
Про мину всё и про Артура рассказала.
С услышанного был расстроен по всему,
Доподлинно душа об этом подсказала!

«Артура брать за жабры надо бы самим» -
«Щербатый» трезво мыслил, явно, школа наша:
«Пока вчистую фрукт не стал совсем чужим,
И так уж в голове от наущений каша»!

Решить вопрос Хвостатый твёрдо обещал.
На этом с ним мы порешили без обиды.
Без нас, тем временем, спор с криком нарастал,
Впрямь, представление любимейшей корриды!

Взяв за грудки, щенят делили, спрос большой.
Отцу ажиотаж друзей был непонятен:
Изюминка, где скрыта здесь? Дурдом какой!
Зато бальзамом был Андрэ шум и приятен!

Друзья свели отцу на ушко – весь секрет,
Де, и в АДУ, в РАЮ о тех щенках мечтают.
У папы с головой оформился «привет»,
Вдруг помрачением, кто за столом, страдают?

Когда же и «Щербатый» это подтвердил,
Потом Андрэ и я – с ним даже плохо стало.
Отцу прозрения луч долго не светил:
Не засекала, но часов прошло не мало!

                ч.4

Внимать – делёжки шум щенков зашёл в тупик:
Пока не родились, о них излишне спорить.
Друзья поднабрались, и разум не велик: 
По пустякам их точно не хотелось ссорить!

Святой отец в толк до конца не мог понять:
Намёки вскользь на РАЙ, на АД. Мозги, кто крутит?
Не в силах объяснениям поверить, внять,
Решил, что САТАНА, наверно, души мутит!

По сану, если так, всех надо выручать.
В благих желаниях отстой, увы, бывает.
Отец на лаврах и не думал почивать,
Однако непредвиденность судьбой играет!
 
Андрэ с «Щербатым» помощь явно не нужна.
Отец, однако, к БОГУ их вернуть затеял.
Его ошибка в том была, а не вина,
В своей душе смущение всерьёз посеял!

Обои субчики – отца «под локоток»:
Ему и АД, и РАЙ «абстрактно» показали,
Себя, естественно, подробно, не чуток.
Короче, «проповедь» в картинках навязали!
 
Отец, загробный мир как в яви увидал,
Потом, придя в себя, прилично изменился,
Что даже в отношении щенка пристал.
От просьбы той Андрэ безмерно изумился!

Да, вот ещё. Отец приватно рассказал,
Как молния в могилку матери попала.
О страхе жутком, что при этом испытал:
Смерть за грехи, почудилось, его искала!

А что? До истины ей-ей рукой подать.
Скорей, конечно, попугать отца хотели.
Своих ход мыслей я не стала открывать,
Чтоб думы чёрные его не одолели!

Меж тем «Щербатый» скоренько из глаз исчез:
Артуром, занялся, как говорится, плотно.
Отчёт себе давал – зачем, куда полез:
Справлял подобное и ранее охотно!

               ГЛАВА СЕДЬМАЯ 
                Интрига   ч.1

Что вверх возносится, рождается внизу.
Где ум работает, там сердце отдыхает.
И крокодил порой пускает с глаз слезу,
Однако жалость с этих слёз не возникает!

День очень быстро пролетел, за ним другой.
«Щербатый» вскоре, слава БОГУ, объявился.
Ишь ты, Артур был с ним – озлобленный, чужой.
Черныш увидел гостя, вепрем  разъярился!

Подруга еле пса сдержала и с трудом.
Пришлось в наморднике на цепь сажать собаку.
Издержки, в общем это! Правы же – в одном:
Не зря Черныш проворство проявил на драку!

Друзья – в незнании, но это не впервой.
Естественно, отца совсем не подключали.
У нашей троицы был интерес большой,
Четвёртой – Суллу по секрету подвязали!

Артур в больнице курс леченья проходил:
Черныш того по-свойски круто обработал.
«Щербатый» тёпленьким его там прихватил.
Ну, и похитил славно, грамотно сработал!
 
«Больной» прикинуться овечкой захотел:
Сославшись, якобы его де «хата с краю».
Расчёт имел, мол, не сойдёт с рук беспредел,
Переполох – динь-динь, как прогуляет к «чаю»!

Не хватятся! «Щербатый» совершил подлог:
Хитрец! Мой опыт позаимствовал спонтанно.
В конверт записку, деньги положил в залог,
Смотрелось дабы, чтоб обыденно, не странно!

Артур, прознав, стал на последнего валить,
Мол, виноватый сам и ВЕЛИАЛ  - начальник.
Осиновый решил меж нами кол забить.
Родной, а паразит, ничтожество, охальник!

О ВЕЛИАЛЕ же хотелось разузнать:
Намёк Артура мог бы дорогого стоить,
ЛЕВИАФАНА чтобы зА руку поймать.
Под этот соус контратаку проще строить!
                ч.2

«Щербатый», было, скис, понятно от чего:
Под ВЕЛИАЛА рыть – невесело брыкаться.
Но ГЛАВНЫЙ должен в курсе быть, считай, всего,
С того ему пришлось без дураков стараться!

Подруга пленника гипнозом «развлекла»,
А я прочитывать Артура мысли стала.
Свой перстень аккуратно в помощь привлекла:
Чтобы с секретов полностью завеса пала!

«Щербатый» тайнопись, где гриф, расшифровал.
С того в интриге этой главное раскрылось,
Его и самого, и нас, кто подставлял.
Видать, кому-то премия за год накрылась!

ЛЕВИАФАН с корысти, видно, заправлял.
«Щербатого» использовал помимо службы,
Инструкции чрез ВЕЛИАЛА направлял:
Официально, то есть, не во имя дружбы!

Артура ж – в тёмную: тот ничего не знал.
Болван, для козней был он превосходной парой.
Себя до смерти с ПРЕИСПОДНЕЙ повязал,
Явившись в жизни также мне Небесной карой! 

С ним нужно было аккуратно поступить:
Нашёлся если ключ, ломать замок излишне.
Когда на хвост змее ногами наступить,
О безопасности заботиться нелишне!

Артура в дремоте свезли в публичный дом .
Воистину, «Гэ» трогать, очень дурно пахнет.
Бордель – гуманнее и лучше, чем дурдом.
Глядишь, с тех разносолов в нас удар не жахнет!

Хороший с сексом ход: с любых сторон смотри.
Мой «брат» в обиде быть, я думаю, не должен.
Того, как говорится, знала изнутри.
Но без страховки как, прокол в делах возможен!

И он случился, правда, не в один момент.
Тому нисколечко потом не удивилась.
Душою болен был давно наш пациент:
В Артуре совесть еле-еле шевелилась!

                ч.3

Нить Ариадны не теряла я из рук.
Боялась одного, а вдруг сама порвётся,
Или порвут, доставив целый ворох мук:
Вчерашний день – в один, повтором не вернётся!

Андрэ послал аналитический отчёт,
Черныш с болонкой по-собачьи тусовался ,
По менеджменту  Сулла справила зачёт,
Отец вопросами земными занимался!

«Щербатый» – в трауре, никак расправы ждал,
С чего в запое постоянном находился.
Друзья – в шелках: без кривизны час звёздным стал.
Их бизнес в полосе удачей серебрился!

Ответ из РАЯ, странно, был пустой нам лист.
Не хорошо, но и не плохо означало.
Неужто АД от грязных помыслов стал чист?
Контакта с мамой мне и очень не хватало!

Тут крестик молнией в сознании возник,
Который в тайнике Черныш нашёл случайно.
От предложенья моего Андрэ не сник,
Носить открыто ПРЕИСПОЛНЕЙ знак, не тайно!

Я повторяю, крестик этот-то и спас,
Ещё кусочек волоска, что прилепился.
Взаправду, БОГ же есть, Он охраняет нас,
И кто в грехах погряз, в них долго находился!

А было так. Мы засиделись вчетвером,
Черныш за пятого у наших ног крутился.
«Щербатому» от нас досталось поделом,
Боялись честно, чтобы «с горя» он не спился!

Вдруг гром раздался, из камина вылез тип:
В воспоминаниях толпой мурашки бродят.
Поздней сознались: каждый думал, что он влип,
Мол, в АД и без Суда прямёхонько уводят!

Вся жизнь тут пронеслась мгновенно в полный рост,
И души, будто бы с НЕБЕС в тревоге машут.
Считай, хорошее, что здесь, коту – под хвост:
Действительно, когда нет кошки, мыши пляшут!

                ч.4

Скрывать чего – незваный гость застал врасплох.
В мгновенье первое мы даже растерялись.
Не знаю у других, во мне ж переполох:
В предчувствии беды душа и сердце сжались!

Возможно, всем рискнуть, как нечего терять.
Андрэ вдруг крестик снял и передал пришельцу.
Сей знак, отбросил тот. А молния опять
Из перстня моего в злодея, да по тельцу!

«Щербатый», ойкнув в страхе, в обморок упал,
Черныш, рыча, за ногу чужака вцепился.
Подруга – кочергой прошлась, хорош запал,
А вот Андрэ внезапно очень удивился!

На нас всех цыкнул так, что и Черныш отстал.
Со злыднем же необъяснимое творилось. 
Он в ужасе смотрел на крестик, что лежал.
Не знаю почему, в моих глазах двоилось!

Почудилось, дух САТАНЫ тому грозил.
Аналогично бесу видно показалось.
Ползком, руками крестик на полу схватил,
Недоумение отчетливо читалось!

Не мы, гость в крестике часть волоска узрел,
Паролем главным для своих служил который.
От понимания бедняга окосел,
Расклад для оного был явно не фартовый!

Холуй решил – подставили, причём – свои:
И с ЛЕВИАФАНОМ вроде склока назревала,
На Землю с АДА перекинулись бои.
Вот ситуация, что в красках, рисовала!
 
«Щербатый» – точно не подмога, это знал.
Дать задний ход ему судьбинушка велела.
Шутить ни с кем естественно чужак не стал,
Раз под «копытами» вовсю земля горела!

В камин прыжком вернулся злыдень, где пропал,
А волосок он прикарманил в оправданье.
Никто, естественно, на это не роптал,
Хотя волос седых добавило свиданье!

               ГЛАВА ВОСЬМАЯ
                Всё хорошо   ч.1

Минуты длительны, а годы быстротечны -
Визит пришельца без утайки доказал.
Конечно, знаем, что на свете мы не вечны,
И всё ж пока живём, не верится в финал!

Одним их первых наш «Щербатый» оклемался,
Пить даже кончил, на глазах помолодел.
Вернуться в АД прощённым Серый собирался.
Как чувствовал, через неделю улетел!

А до того болонка в муках разрешилась:
Всего троих свет Божий увидал щенков.
Досадно, что судьба на десять не решилась,
Зато щедра, бывает в жизни для пинков!

«Щербатый» упросил щеночка для презента .
Подруга и Андрэ решили ублажить.
Тогда и я дождАлась нужного момента,
Дабы щенком отцу от сердца услужить!

Последнего из них Андрэ себе пристроил,
Хорёк! Хотел того отправить в РАЙ никак.
Он без обид друзей на нужный лад настроил:
Сумел договориться с ними и «за так»!

Назад смотреть, то в целом, поспокойней стало.
Совет – в письме из РАЯ: «Паруса держать!».
Для счастья полного не так уже и мало.
Чтоб НЕБО не гневить, не думали брюзжать!

Утрера, правда, оставалась нам загадкой:
Напасть какая-то могла, открыто ждать.
Ответ мерещился, естественно, отгадкой,
Кого-то НЕБУ предстояло видно сдать!

Проверить домысел желаний не имелось.
Зачем спешить, а быть чему – не миновать.
Всем жить в спокойствии безудержно хотелось:
Вороной белой надоело пребывать!

Меж тем сюрприз в порту Кадиса дожидался.
Нас ждал круиз : пора швартовы , где отдать.
Народ, узнав, с подъёмом спешно собирался,
Нептуну чай экзамен на пригодность сдать!
                ч.2

Любой конец зависит прежде от начала.
Восходит солнце – день дурачится для всех.
В мечтах – все в здравии собраться у причала,
Конечно, если не возникнет вдруг помех!

«Щербатый» испарился, не простившись,
В записке – вызвали его мол, отписал.
За поведение своё, не извинившись,
Сам лично за щенком позднее прискакал!

А нас труба звала: в Кадис мы покатили,
В просторах голубых опробовать «Коралл» -
То яхту нашу. По приезде – осветили. 
Устроен на борту был грандиозный бал!

И как же здорово на празднике всем было,
Тем более «Щербатый» в гости подкатил.
Ему большое счастье видно подвалило:
Поскольку орден в блёсках на груди светил!
 
Что жалко, только ночь был с нами и не боле,
Под утро со щенком до АДА укатил.
Мы с ним дружны наверно были бы на воле.
Да вот отец мой бед с ним жутких натворил!

«Щербатого» он окрестил. Я не видала.
При чём без воли изъявления того.
Черныш – свидетель совершенья ритуала,
Однако сам сказать не мог нам ничего!

Детали Сулла краем глаза увидала,
Когда отец обряд крещенья совершал.
Она мне по секрету в ушко рассказала,
Как крест на «Серого» с молитвой возлагал!
 
«Щербатый» ничего такого не заметил,
С щенком сюсюкался, на корточках сидел.
Из темноты отец «Безбожника» приметил,
И в ритуальном смысле окрестить посмел!

Накал страстей возник немыслимо острейший,
Поскольку в лоб могли столкнуться РАЙ и АД.
Этап для будущего выдался сложнейший.
На тормозах логичней отыграть назад!
 
                ч.3

С крещеньем «Серого» огласки не случилось.
Виновник в сане  был, а значит, не продаст:
Ему хранить по службе тайны приходилось.
Душа отца за то молчание не сдаст!

При проводах «Щербатый» написал два слова:
«Артур, Артур», где восклицательный был знак.
Вот где прокол! Искать знать, родственника снова,
Неумно допускать в «простейшем» деле брак!

Черныш его учуял. Золото – собака.
Артура в шутку приказали поискать,
И пёс нашёл, когда разбойник пил арака :
В Кадисе пребывал, хотел нас «пощипать»!

С друзьями живо субчика жгутом скрутили.
К себе на яхту для дознаний отвели.
Чрез крестик мой отчистить душу порешили.
Всю нечисть до последней крошки замели!

Что интересно, крестик тоже изменился,
Огонь из АДА в нём таинственно пропал.
Артура страх держал, угрюмо сторонился,
Но вот в бега удариться – исчез запал!

Кто двигал им, отгаданы давно загадки.
Зомбировали  с расстояния  его.
С того из кожи лезть не стали для разгадки,
Экран придумали, защиту для него!

Андрэ подробнейший отчёт вновь в РАЙ отправил:
Открыл, «Щербатый», мол, щеночка взял с собой.
Крестили что того, в известность не поставил;
Артур де стал почти теперь им не чужой!

Упоминая о щенке, хотел проверить,
Презент признания в РАЮ вдруг не найдёт.
«А нам?» В такой ответ не мог сперва поверить:
Быть может данный факт и в летопись  войдёт?!

Насчёт, что в летопись, чуток переборщила.
Об этом информации нет никакой.
Но в отношении щенков ни капли не смудрила.
Поклясться и сейчас готова головой! 

                ч.4

Бесспорно, от добра не может зло родиться.
Перед походом волновались все всерьёз.
Хотели очень с океаном породниться,
О чём открыто не скрывали своих грёз!

«Отдать швартовы» – наконец-то прозвучало.
Подзор  Кадису в дымке показал «Коралл».
Залив Бискайский солнце в бликах привечало,
И с непривычки в душах шуточный аврал!

Впервые в океане – берега не видно.
Там бледно-палевый цвет облаков разил.
От пены гребни серые грядой, солидно
По борту шаркали. Нептун  чуток шалил!

Болезнь морская по началу заявила:
Помучились, ого! Один Андрэ – герой.
Вся ситуация открыто подтвердила,
Никак в волнах морских он плавал не впервой!

За траверзом Тарифы огоньки явились,
Лилово-синие – на мачту забрались:
Огни святого Эльма  на грозу светились.
С того к Марокко  мы быстрее подались!

В порту шторм переждали и пошли обратно,
На Север ветер – к Гибралтару отошёл.
Но зыбь пологая качала долго «штатно»,
К зениту солнца диск пока не подошёл!

Дней семь прошло, Кадис с востока появился.
«Коралл» при входе в порт ложиться в дрейф  не стал.
Благополучно первый рейс наш завершился.
С того уже прощальный закатили бал!

Считай, что сказка на недельку приключилась.
Потом реальность её место заняла.
Проблем немереная уйма навалилась,
Волну забот до «полуюта»  подняла!

Гадать о будущем по прошлому возможно.
А вот грядущего судить, нам не дано.
О первом плавании, написав серьёзно,
Андрэ щеночка в РАЙ отправил заодно!

                ЭПИЛОГ

Не так умом, как чувствами уразумеем.
Сомненья без причин не стоит отвергать.
Не время, это мы во времени стареем,
И к юности годам – назад не отыграть!

Итоги, подведя, имели сальдо  в плюсе:
Поездка по морю прошла с оценкой пять;
Отец, в хмель рад, в его, поскольку вкусе;
Друзьям и Сулле – впору повторить опять!

А мы с Андрэ без уговоров согласились
Атлантику на нашей яхте перейти.
В одном Артуре чувства разные крутились,
Но за компанию, и он готов пойти!

Черныш – не прочь, кругом же все довольны,
Хотя за борт свалиться пёсик был готов.
Эх, кабы не дела, с которыми не вольны:
«Обуза», честно, а мирились с ней без слов!
       
Отец с щенком уехал вскоре. Проводили.
Друзья свой бизнес доводили до ума.
Подруге горы золотые посулили:   
Теперь диплом мечтала получить она!          

В пассатах  дважды чрез Атлантику  ходили.
Команда разная, всегда – Андрэ и я.
Никто, ни с кем о прошлом счёты не сводили,
Своей дорогой предначертанной идя!
               
Залив Гвинейский и Мадейра , и Канары ,
С Сахары  ураганный ветер – гарматан,
Едва тогда не загремели под фанфары: 
Андрэ сумел спасти, бессменный капитан!

Антильские все острова исколесили,
След от видений клада думали найти.
Белиз и Гондурас, Панаму  посетили,
«Сумели» если что, до точки «Х»  дойти!

Нить Ариадны в океане обронила.
Найти конец её пытаюсь, по сей день.
Андрэ в волнах морской пучины схоронила,
И сразу в жизнь мою с тоской ворвалась тень!

           ПОСТСКРИПТУМ  (P.S.)

Листа календарём декабрь год завершает.
Не всем мечтам, увы, случится суждено:
Сей постулат  примерами жизнь подтверждает,
Где под копирку ничего не сведено!

Реванш  меж тем взяла усталость незаметно:
Повисла впрямь я между Небом и Землёй.
Седые волосы открыто и заметно
В набат сигналили – неладное со мной!

Ещё бы! Столь всего на голову свалилось.
Артур по счёту первым из виду пропал:
Домой поехал, что-то там в семье случилось.
Исчез в пути и всё: к родным он не попал!

Отца инсульт настиг, приблизился к порогу.
Однако обошлось, но стал теперь чудным.
Боюсь, не вынесет к Канарам он дорогу.
Да и с собакой стал, считай, не выездным!
 
Потом Черныш погиб в Утрере, так печально.
Туда Подруга – по делам, а с ней – наш пёс.
Его машина раздавила не случайно:
Совет забыли не совать в сей город нос!

Из-за Андрэ – здоровье, нервы «заскулили»:
Но то, что смертен он, мне веры в это нет.
Напасти дорвались, прилично обложили. 
В одной мне Сулле утешением был свет!

    Где Брут  блаженствует, там Цезарь  жить не может,
Я – на Канары ближе к БОГУ: в монастырь.
Нить Ариадны уронила, сердце гложет,
А на душе один кладбищенский пустырь!

Андрэ не стало как, и с РАЕМ связь закрыта.
Шестое чувство – БОГ его, мол, отозвал.
Так что: призвал иль отозвал, где суть сокрыта?
Ответ на сей вопрос, покоя не давал!

Тепло от перстня намекало – чудо грянет,
Что милый весточку с оказией пришлёт.          
Но, вот когда? Пока же сердце тихо вянет.
Наверно не дождусь, мечты своей прилёт!

               

НИТЬ АРИАНДЫ
                (история четвёртая)

ПРОЛОГ
               
Мы, вроде, – разумны, ума ж не хватает.
Бывает, жаль, поздно сей факт сознаём.
Осмыслить со смыслом чего-то мешает.
Ошибки на шишках своих познаём!

Вокруг оглядишься, с избытком – проблемы.
Победы – случайны, их мизерный счёт.
Несладко, когда одни в жизни дилеммы:
Не всем за прошедшее светит зачёт!

В союзниках время, но с ним осторожно.
Тайком ускользает, его не вернуть.
Шутить с ним на равных едва ли возможно,
О том позабыть, легко шею свернуть! 

Да, память при нас: иль душевно спасает,
Когда о хорошем мосты городит.
А если с проступка внутри всё пылает,
Покой  в беспокойство удрать норовит!

Желать можно много, мечты не обуза,
Ан, с их воплощеньем – загвоздка порой,
Где грусть о былом, есть подспорье для груза,
Того, что мы тащим в сердцах за собой!

Знакомства, разлуки, вновь новые встречи,
И проводы в вечность, кто дорог нам был.
Сдаваться вчистую, об этом нет речи,
Но траурный марш охладит любой пыл!

Возможность с желанием в контрах бывает,
Терпимость друг к другу – успеха залог.
Судьба в любом деле роль примы  играет,
Однако и ей не сменить эпилог!

Чтоб всё хорошо, лишь концовка у сказки.
Невольно нас этим всех с детства роднит.
Живя, иногда получаем подсказки,
Зевнём, и фортуна в сарказме трунит!
   
Всю жизнь – в свистопляске одни карусели:
Нас крутит, и вертит, и в горку, и вниз.
Умрём – Высший Суд и развязкой – «качели»,
Что в РАЙ или в АД нас доставят, как приз!

             ГЛАВА  ПЕРВАЯ
                «Прелюдия»               

В тиши, вспоминая о том, что случилось,
В просторах бескрайних нептуновых дюн ,
Себя не ругаю, что так получилось.
Андрэ, как предвидел, родной Гамаюн !

Он – вещая птица, подарок из РАЯ.
Предвестник грядущего, – значит, судьба.
Родной намекал, наперёд, словно зная,
Что ждёт на роду, с тем напрасна борьба!

В пучине исчез, нас от смерти спасая,
На яхте, кто был. Стала я с сединой:
Печаль ворвалась. Вот Андрэ ожидая,
На память пишу, что случилось со мной!

Три тома о прошлом уже исписала.
Черёд об Атлантике слово сказать.
Трагедию страшную там испытала,
Однако и в сказке пришлось побывать!
 
Итак, по порядку. Кадис скрыла дымка.
«Коралл», наша яхта, в Атлантику шла.
В команде – Андрэ капитаном – картинка,
Друзей почти всех своим «взглядом» нашла!

Конечно, Черныш. Без него было б скучно.
Отца брать с собою опасно, нельзя.
«Сестрица» по духу, сказать как научно,
Мой «братец» Артур и, естественно, я!

Шла яхта отлично проверенным курсом.
Андрэ, тот почти был всегда наверху
В ущерб личной жизни. Не скрыть, с каким вкусом
Мне с ним приходилось отдаться греху!

Стоять приходилось и часто на вахте .
Подруга сменяла и даже друзья:
Порядки такие царили на яхте.
Мой «брат» - исключенье: поскольку свинья!

Артур – вахт страшился, боялся чего-то.
Мы знали чего, прикусив язычок.
Его окружало лукавых болото:
Нарушить защиту любой мог толчок!
               
Зато наш Черныш не робел пред стихией.
Он вахту со мной и Подругой стоял.
Бывало, как волны на нас с аритмией ,
Безжалостно гавканьем их проклинал!

Особенно всем нам вначале досталось,
В Бискайский залив как из порта вошли.
Октябрьские волны в накате метались:
Подряд три крутые за мелкою шли!

С собакой спокойней на мостике было.
Черныш во все стороны мордой водил.
Ей БОГУ ему, видно счастье валило,
Раз шквал на подходе он «нюхом» ловил!

Конечно, не нюхом, а как-то иначе.
Приборы и те подводили порой.
Нам стрелки «трезвонили» вроде к удаче.
Поверили им бы – свечу в упокой!

Нервозность собаки – барометр  отменный.
Наш пёс всем на практике – «гав», доказал.
Андрэ первый внял, и приказ дал мгновенный.
Черныш, если «ГАВ», объявлялся аврал !

На палубе, правда, нужду кабель правил.   
Ему разрешалось, в почёте никак.
Черныш у шпигатов  свой «стул»  быстро ладил,
А волны смывали к Нептуну за так!

Бискайский залив нам не виделся сказкой:
Холодный и в каверзах шибко чудил.
Он в первом лишь рейсе лукавил за маской,
Когда наш «Коралл» его гладь бороздил!

Теперь – преподнёс: злился ветер в семь баллов ,
И волны в неистовстве били в фальшборт .
Подветренный борт  в пене был без скандалов.
Погода ж, в барометр глядеть, - первый сорт!

Враньё! Но от этого легче не стало.
Назад – ещё хуже, один путь – вперёд.
Не сдрейфили мы, а как волн стало мало,
Уверились сразу, что впредь повезёт!


              ГЛАВА  ВТОРАЯ         
     Канары  (собачьи острова)  ч.1               

Чему – сегодня, завтра не случится
На завтра в планах что, сегодня не видать.
По-разному всё новое стучится,
Хотя и старое способно повторять!

Не скисли мы, хотя и подустали.
Накат закончился, а волны – балла три.
Прилично на «Коралле» отмахали:
Почти с миль  восемьсот по лагу  как прошли!

Черныш не нервничал, и все довольны.
Попутный ветер, молодец, не изменял,
Он облака гнал в темпе, те ж не вольны:
Вполне возможно их на прочность проверял!

Канары, правда, что-то задержались.
Не видели земли пять суток, почитай.
И, наконец, под вечер показались:
Сначала чайки с криком, а потом и «рай»!

Семь островов в безбрежном океане.
Причалить, к Тенерифе  было суждено.
Там побывать не только на вулкане,
Благоуханное испробовать вино!

Не столь вино, как климат был прекрасный,
Поскольку вечная царила здесь весна.
Зимой и летом вид один – атласный: 
Природа здешняя из моего впрямь сна!

И монастырь прельстил меня здесь женский.
Да-да, тот самый, где теперь я нахожусь.
Запал вначале ж карнавал вселенский,
Чему нисколько и теперь я не стыжусь!

Канарам рады были, но безмерно
Черныш. Вот по земле кто видимо скучал.
Ему морская ширь – оскоминой наверно:
От вахт и бесконечной качки нервным стал!

К тому же постоянно быть на стрёме,
Когда кругом одна вода. Ой, тяжело.
В гальюн  сходить – не побывать в истоме.
А тут – земля!  Нутро блаженство обрело!
               
                ч.2

К красотам здешним возвращусь позднее.
«Щербатого» вдруг повстречали со щенком.
Шокировал! Нам стало «веселее»:
Нечистый отдыхал, открыто, не тайком!

Сюрприз! Невольно даже стало дурно.
Никак бои опять не в шутку, а всерьёз?
Андрэ – допрос, естественно, культурно.
Млеть обошлось, как говорится, без курьёз!
 
«Щербатый» объяснил нам по секрету:
«В АДУ – без времени щеночек не растёт.
Вот и последнего – поближе к свету.
С кутёнком, что его послали, ну, везёт!»

Канары, правда, выбрал сам нарочно:
Известно, что «Коралл» близ островов пойдёт.
Хотел всех нас увидеть не заочно.
Считал, для АДА факт случайностью сойдёт! 

Андрэ в миг телеграмму в РАЙ отправил,
Подробно объяснил чего, к чему и как.
Ответ ума не много нам добавил:
Инициатором скорей был наш «Чудак»! 

«Щербатому», конечно очень рады.
Но лучше было бы не встретить нам его.
Не дураки – в АДУ, хотя и гады.
С любимым напряглись невольно от того!

Мы Сулле без утайки рассказали.
Друзьям – не стоило, зачем в них страх будить?
Они, когда щеночка увидали,
Молчанья своего не думали хранить!

Размеры удивили чрезвычайно:
Щенку по времени должно б недель быть пять,
А этому неделя (глаз не врёт случайно).
Ещё малюсенький, не может сам гулять!

Пришлось соврать, де, то другой щеночек.
Поверили друзья: другого – не дано.
Не скрою, пошептались, меж – в «чулочек».
Да, службу добрую сыграло вновь вино!
 
                ч.3

Эх, хорошо в таком «раю» напиться:
Погода – сказка. Всем комфортно, благодать.
Плюс карнавал. Ну, как не веселиться,
И Дионису  целиком себя отдать?!

Гудели славно, впрямь как малы дети.
Конечно, здорово, когда всем хорошо.
Не веришь про расставленные сети,
Но время к этому вплотную подошло!

Заметила, Андрэ печаль скрутила,
Когда он на «Щербатого» с щенком глядел.
«Случилось что?» - немедленно спросила.
В ответ насупился и в небо посмотрел!

«Аукнется «Щербатого» явленье» -
С какой-то обречённостью в глазах сказал.
Ещё с улыбкой: «И в РАЮ, теперь смятенье
Из-за щенка, небось. Чтоб кто-нибудь гулял!» 

Тогда не поняла смысл фразы этой,
О том щеночке, что в РАЮ теперь блистал.
За всё приходится платить монетой,
А также и за то, чего не покупал!

Ну, ладно. К этому вернусь позднее.
«Коралл» пока наш в Тенерифе пребывал.
И небеса не делались мутнее.
Наш экипаж на всю катушку отдыхал!

В снежки играли на вершине Тейда .
Чрез час бананы собирали, виноград.
По завершению на фрукты – рейда,
Купались вдоволь – интереснейший расклад!   

Без солнца в темноте ещё приятней.
Ведь звёзды в небе, отражением в воде.
Огни реклам и воздух попрохладней.   
Идиллия в узде – предвестницей беде!

Давно видения не посещали.
Коварный взгляд с НЕБЕС рассудок не мутил.
Из РАЯ телеграммы не пугали.
Не слышали, чтоб колокольчик зазвонил!

                ч.4

«Щербатый» нас ни капли не стеснялся.
С избытка чувств всю осторожность потерял.
По кабакам, с друзьями обнимаясь, шлялся.
Не раз, не два с щенком на яхте ночевал!

Вначале всем нам было интересно,
Воспримет как Черныш щеночка самого. 
На спор гадали, мыслям было тесно.
И даже чуточку повздорили с того!

Ан пёс не внял, что это его «дочка».
Как «джентльмен» яростно своим хвостом крутил.   
Кабель – он есть кабель, то не вопрос, а точка,
Хотя народ его по-прежнему любил!

«Дочурка» - «папы» вовсе не боялась.
Она за «маму» посчитала вдруг его.
По пузу ползать Черныша старалась:
Искала молочко, где бы вкусить с него!

Пассаж. Черныш обиделся вначале.
Чего малявка ищет, где его живот?
Оскалиться – вернее в идеале:
Для счастья, думал, не хватало сих забот!

Он, было, встал, потом вновь завалился:
Уж больно жалобно щеночек заскулил.
А к животу когда вновь прислонился,
«Щербатый» соску с молоком и подложил!

Щенок, естественно, был счастлив шибко.
Толстенным вскоре стал, ну, прямо – колобок.
Зато – Черныш, не знаю: как-то зыбко.
Запутанный явил в самом себе клубок!

Наш пёс не просто умный, он был гений,
И чувства на показ свои не выставлял.
Но вот «Щербатый», здесь не нужно прений ,
Сравнить, как самовар начищенный сиял!

Смекнул, что возвратится он героем,
Щеночка ежели упитанным вернёт.
За это не грозило стать изгоем,
Быть может, даже повышение грядёт!

                ч.5

Ну, карьерист вестимо наш «Щербатый».
Наверно осуждать за это грех большой.
Он всё ж из АДА как никак «Треклятый».
Хотя одновременно несколько – чудной!   

Звонок раздался там, где мы не ждали.
И то, что дребезжал, не поняли сперва.
Артура очень срочно вызывали.
Домой отправиться: увы, его слова!

Что «братцу» позвонили, точно знала.
Знакомый абонент – я глазом поняла.
Нервозность разговора удивляла.
К тому ж Артура вдруг икота проняла!

Всем он сказал, что дома кто-то болен.
В три короба стал врать. Невольно покраснел.
От нас уехать, был, конечно, волен:
Ну, «заболел» раз кто-то там, так заболел!

Ему от сердца помощь предложили.
Деньгами только взял и больше ничего.
Под вечер – к самолёту проводили.
С тех пор воочию не видели его!

Пропал. Мы поздно спохватились, верно.
Звонки пошли душить чернящей полосой.
Не оправдание, а всё же скверно,
Так как душа его на НЕБО – ни ногой!

Живой, скорей всего, а глаз не кажет.
В вопросе кратный содержался интерес.
Возможно, с АДА кто интриги вяжет.
Однако не слыхать подсказки мне с НЕБЕС!

Концы с концами сами, не сойдутся.
Зависит, в частности, кто жаждет их связать.
Чего скрывать, охотники найдутся,
Свой желчный нрав всенепременно показать!

А нам пора в дорогу отправляться.
«Щербатый», голося, открыто горевал. 
Щеночек напоследок заправлялся.
Исподтишка заждался нас «девятый вал» !

              ГЛАВА  ТРЕТЬЯ         
                Звоночки   ч.1               

День наступил. Как факт и это хорошо.
Гадать бессмысленно о том, что будет завтра.
Никто не знает, где, да от чего нам суждено,
И в НЕБЕСА когда – нужна кому ли, правда?

Канары в дымке скрылись, нам к Мадейре путь.
А там с Подругой предстояло попрощаться.
В её экзаменах проблемы зрела суть.
С того с пассатами, жаль, без неё встречаться!

Свидание вновь – на Антильских островах,
Где клад искать. Такие строили мы планы.
При этом главным был Черныш, не на словах:
Латинские  с ним «покорять» мечтали страны!
К Мадейре резво двинули под полный штиль.
Зыбь мёртвая «Коралл» по-божески качала.
На юг вдоль Африки прошли три сотни миль.
Однообразием погода нас достала!

Но вот под утро было, прозевали шквал.
Черныш – на вахте, с ним Андрэ стоял в придачу.
Барометр взад-вперёд «от скуки» танцевал.
Привыкли к этому, поверили в удачу!

Как пёс, вдруг гавкнул, и Андрэ кругом смотреть:
Но темнота, нет звёзд, луны, зарниц не видно.
Аврал же объявил. Тут начало светлеть,
И началось. Сравнить, в АДУ «разгул», – не стыдно!

Чего спасло, – кормой  успели к ветру встать.
Дышать нельзя, от воздуха забило горло.
Глаза сдавило жуть и брызги с волн – терзать:
Лицо секли. Тисками внутренности спёрло!

Вокруг лишь пена. Горизонт совсем исчез.
Смешались чохом вместе волны с небесами.
Вой раздирающий до сердца, в душу влез.
Что пережили, трудно описать словами!

Внезапно шквал, как налетел, так и прошёл.
Вперёд за горизонт мрак от него умчался.
Мы к югу – разворот. Страх медленно ушёл.
Вот так второй звук колокольчика раздался!
               
                ч.2
               
Ещё с аврала дрожь не улеглась в ногах,
Как новая напасть из Африки свалилась.
Была та с виду вся в оранжевых тонах.
Не сотворил что шквал, - она чуть не добилась!

Напасть сия – сухой, несносный ветер Гарматан.
С его присутствия чуть разум не свихнулся.
Звонок ещё один. Попались мы в капкан.
Не скрыть, удобный року случай подвернулся!

Ведь он не должен дуть: декабрь не наступил,
Залив Гвинейский был значительно южнее.
Прошедший шквал скорей «подарок» удружил
В тумане красном, чтоб нам стало «веселее»?

Туземцы «доктором» прозвали. Знать б за что:
Сухой без меры, жуть, с песком горячий ветер.
Ну, чем не с львами представленье в «шапитО ».
Не разобрать никак, день – к полдню, или вечер!

Ремонтником пришлось Андрэ к тому же стать:
Движок «Коралла» отказал от перегрева.
Чуть было SOS  нам не пришлось тогда давать,
Но обошлось. Не стали чьей-то жертвой чрева!

Природа  куролесила, а может не она.
Гадать зачем. Мы, главное, остались живы.
И выпить есть, я извиняюсь, где вина.
С того не мрачные выходит перспективы!

На острове Мадейра приютил Фуншал .
В архитектуре мавританский стиль здесь правил.
Курорт, он переход вдоль Африки венчал,
«Коралл» в пассаты чрез Атлантику направил!

Субтропики на острове – впрямь РАЙ земной.
Хотя случалось с Гарматаном «лобызаться».
Прощаться с ближними, - ей Богу не впервой.
Но вот душа в тоске, равно с бедой встречаться!

Как чуяла: погаснет среди нас звезда.
Черныш на материк с Подругой отправлялся.
С собакой-другом расставались навсегда:
Звоночек вновь, увы, трезвонить собирался!

              ГЛАВА  ЧЕТВЁРТАЯ         
                Пассаты               

В Фуншале – мы не долго. Сутки, двое – в путь.
Подруга сообщила – добрались нормально.
Вот только что с болонкой траурная суть:
Заразна чумка  и кончается летально!

Кощунство, может быть, но с сердца отлегло.
Конечно, честно, жаль болонку, даже очень.
Любая смерть скорей для жизни это зло.
Но в нашем случае не грустно то, что осень!

Мы на Мадейре не хотели застревать.
К пассатам, центру океана не терпелось.
Хотя вину Мадера дань пришлось отдать:
Запас солидный сделать, так как захотелось!

Когда из порта вышли, встретил полный штиль:
Будь из стекла отлитая в сини поверхность,
И солнце шпарило, могло зажечь фитиль.
Чего греха таить: заждалась неизвестность!

Пока на юго-запад под «парами» шли
До тропиков. Давно стал ветер постоянный.
Вот мы когда спокойствие для душ нашли.
Пассаты – гость, так гость, воистину желанный!

Спокойно, благодать и никаких тревог.
На воду облачка тень пятнами роняли.
От киля стайки рыб без соблюдения «дорог»,
На воздух взмыв, как по команде вниз ныряли!

Встречались аргонавты  в модных пузырях:
Цветастые. Такого раньше не видала.
А впечатленье, что они все на сносях.
Их ветер гнал, куда и нас судьба послала!

Судов других, акул и чаек не видать.
Пустынный горизонт, одни мы в водной глади.
Видения меня не думали пытать.
Андрэ – не дёргали: был в шаржах  лист бумаги!

Ночами долго не могли с красот уснуть.
В алмазах звёзды гаммами переливались.
Дорожка лунная в «РАЙ» освещала путь,
Однако же пойти по ней мы не решались! 

Наряды облака меняли под луной:
Из белых чаще на янтарные оттенки.
Моллюски в искорках туда-сюда с волной:
За «па» свои мечтали получить оценки!

«Коралл» и мы, посеребрённые луной,
На фоне звёзд в мечтах с надеждами блуждали.
Но мысли разные о суете земной
Нет-нет, платок из саржи чёрной одевали!

Что ждёт нас каждого, грехов полно у всех.
Простит ли БОГ, что натворили мы на свете.
Вдруг душам на Суде воздастся под орех?
Живя сейчас, за будущее их в ответе!

Особо сильно волновалась за Андрэ.
Ну, он-то, в принципе, с чего уж так виновен?
Ему за что гореть на адовом огне?
За службу – в жернова, такой феномен!

Касаемо меня, вопросов, в общем, нет. 
Приятны брызги с волн, вполне сойдут за слёзы.
Не танцевать со всеми, жаль, кордебалет :
С рожденья самого печальные прогнозы!

Действительно, не вижу я саму себя,
А отраженье в зеркале есть отраженье.
Умом, возможно, а не сердцем, в мир войдя,
В видениях моих одно хитросплетенье! 

С попутным ветром и в пассатах – РАЙ земной.
Доподлинно мы на «Коралле» ощутили.
За днями дни бежали в сказке чередой.
Что нет проблем, аж беспокойство ощутили!

ЭДЕМ казался рядышком, идти чуть-чуть,
Но он в другом мерцал, нездешнем измеренье.
А ширмой – космос, если пристально взглянуть,
Хотя обуревало иногда сомненье!

Цель путешествия приблизилась к концу.
Атлантику без приключений проходили.
Мы благодарны, разумеется, ТВОРЦУ,
Что нас вопросами чужими не грузили!

              ГЛАВА  ПЯТАЯ         
                Беда  ч.1
               
До островов Антильских двести миль идти,
Как сообщение Подруга нам прислала:
С моим отцом – инсульт, к  нему на полпути.
Она ж его душой безмерно уважала!

А я физически быть рядом не могла:
В открытом океане, берега не видно.
И, по большому счёту, чем бы помогла?
Подруга рядом с ним, уже не так обидно!

«Щербатый» объявился там же, ну, и плут.
Зараз двух зайцев захотел поймать, негодник.
Отца проведать, люди добрые не врут,
К тому же новый орден получить, охотник!

Он пса, что с Суллой был, по-чёрному запряг:
Щеночка на довольствие к нему поставил.
Конечно, нашему любимцу не в напряг,
Ведь молока «Щербатый» много предоставил!

На дню с Подругой говорила много раз.
С отцом своим, естественно, общалась.
От сердца делала, совсем не на показ:
К хорошему взбодрить родителя старалась!

Ну, мы решили путешествие прервать:
До островов, когда дойдём, «Коралл» оставить.
Продолжить позже, как отец начнёт вставать.
Сиделку обязательно ему представить!

Теперь нам всем уже не до красот вокруг.
На остров Санта-Крус пал выбор не случайно:
Владенье США никак, а, знать, порядок – друг.
С того «Кораллу» там остаться не печально!

В больнице у отца, что нужно, всё сполна.
Врачи – консилиум : ему получше стало.
Подруге – по делам: в Испанию – она,
Но вот куда, «сестрица» позабыть сказала!

«Щербатый» хмурился: щенок вес не добрал.
С его кормлением – не знал, лафа накрылась.
Звонок очередной отсрочки не давал.
Нежданно солнце наше тучами закрылось! 
                ч.2

Я раньше думала и думаю сейчас,
В основе зависть есть всему первопричина,
С чего Черныш погиб. Не надо тут гримас.
Сокрыта страшная в ней с мерзости личина!

В АДУ завидовали видно кое-кто,
Что у «Щербатого» с ГЛАВНЕЙШИМ  так сложилось,
И орден новый нацепил (пусть даже ни за что).
По мне, подумаешь, не первым ж получилось!

Возможно, глупость несусветную скажу,
Де, из-за зависти лишь только АД стал АДОМ.
Ведь Ангелы там правят всем, я так сужу,
Но падшие и преисполненные ядом!

Им к БОГУ зависть не давала мирно жить.
Отсюда взбунтовались, ЕВУ в грех вогнали.
Вот, правда, род людской от этого стал быть.
Без АДА и грехи навряд ли бы свершали!

Фу, кажется, немного отвлеклась.
В Испании, когда Подруга очутилась,
В Утреру по делам зачем-то собралась.
С собакой вместе в путешествие пустилась!

Трагедия оскал – у Суллы на глазах,
Как только из отеля вышли прогуляться.
Не углубляться если, в общих так чертах,
Они по зебре шли и тут фургон – примчаться!

Собаку тот колёсами, как танк, подмял.
Подруга еле-еле отскочить успела.
На скорости, не тормозя, в разгон умчал.
Крылом так Черныша мгновенно смерть задела!

Ну, грузовик чрез час по номерам нашли.
Был угнан он, потом сожжён, и не случайно.
Андрэ – запрос в РАЙ: там следы, мол, в АД ушли.
Так значит умысел. Сознать, вдвойне печально!

Уже Вест-Индия  открылась впереди,
Когда Подруга, плача, новость рассказала.
На горизонте обозначились дожди.
Вся безмятежность, растворившись, убежала!
            
                ч.3

Да, новость эта выбила из колеи.
Удар был ниже пояса, такой не ждали.
Про АД не знаю, но в РАЮ – удивлены:
Щеночка Черныша на НЕБЕ обожали!

Потусторонний мир постигнуть не дано.
Чего в их кухне варится, никто не знает.
Тем паче осуждать воистину смешно:
Понять мозгами, самолюбие мешает!
 
Итак, прошли без приключений океан.
Беда заждалась нас не в Новом, - в Старом свете .
Треклятая пошла клещами на таран,
На такт, замедлив, исполнение в дуэте!

Мартиника и Доминика  за кормой.
По курсу остров Гваделупа показался.
Его прошли, как остальные, чередой.
Подветренных вид островов не задержался!

А Санта-Крус встречал уже в кромешной тьме.
Буквально на подходе с моря шторм поднялся.
Случайно или нет, на сей раз не в «дерьме»:
Андрэ открыто, не стесняясь, удивлялся!

Без лоцмана  шмыг в порт, прокрались кое-как.
Ещё бы полчаса, пожалуй, было поздно.
За самовольство показали нам кулак,
Но доллары всё изменили виртуозно!

«Коралл» пристроили – надёжней не бывать.
На профилактике он в доке  «задержался»,
Пока в Европу ездили дела решать.
Зато потом досугом вновь «распоряжался»!
 
Как только ураган от острова ушёл,
Домой мы самолётом улетели срочно:
Наш взор отца в больнице немощным нашёл,   
Где рядом с ним Подруга пребывала прочно!

Черныш в Кордове похоронен уже был:
Ведь там его щеночком Сулла увидала,
Когда на бренный мир глаза свои открыл.
Ох, как же нам его потом не доставало!

              ГЛАВА  ШЕСТАЯ         
                Будни  ч.1

Отец, Черныш, - что, вновь объявлена война?
В сомненьях парились: спокойна обстановка.
Тогда зачинщик кто и от кого волна?
В догадках, с уст каких вспорхнула установка!

Прескверно, дабы страх повелевал уму.
Критиковать по жизни легче, чем исправить.
Нельзя и худшему врагу желать чуму,
Как бумеранг  аукнется, немыслимо поправить!

Вновь я опять, как видно, с темы отвлеклась.
Пофилософствовать – на Небо, глядя, тянет.
Моя ведь жизнь давно по камням понеслась.
Вот и ворчу пока добром, кто не помянет!
 
Ну, ладно! Прежде об отце. С ним обошлось.
Но вот служить, как раньше, вряд ли сможет.
Что хорошо, занятие ему нашлось:
С щенком! Глядишь, для психики вполне поможет!

Подрос тот здорово, уже красавцем стал.
Сравнить с другим из АДА, просто неуместно.
Про Райского молчу: наверно слишком мал.
От нас отцу такое слышать было лестно!

Когда в больнице находились у него,
«Щербатый» снова объявился со щеночком.
Расстроенный был очень сильно от всего.
Бил в грудь себя, аж съёжился комочком!

Нас убеждал, что с ЧернышОм он не причём.
Известие, мол, самому явилось шоком.
Зачем же сук рубить, когда сидишь на нём?
Пса – гибель, безусловно, выходила боком!

«Орденоносец» - верили, не в курсе был.
По почерку – от ВЕЛИАЛА исходило.
Ей-ей, «Щербатому» АД никудышный тыл.
 С расклада этого меня сильней бесило!

Из равновесия же вышла я совсем,
Когда «Щербатый» намекнул насчёт щеночка.
Чтоб взяли шефство и кормили его всем.
Какой нахал! Просить такое «без цветочка»!
               
Ну, выдала ему по первое число. 
Сказав, чтоб «орденами» срочно подавился.
Мы, значит, спину гнуть (ну, дальше понесло),
А он в начальники там у себя пробился!

От тех речей моих «Щербатый» быстро скис.
Когда про ордена в запале помянула. 
Андрэ – в ладоши громко быть, мол: «Браво, бис»,
Услышав слово орден, ибо мысль блеснула!

- «Согласны, но с условием.» Мой удивил.
Мы с Суллой на Андрэ рассержено воззрились.
Родной же мысль свою по полкам разложил.
Который раз я зоркостью его дивились!

Щербатому» озвучил чётко: - вот хотим,
С его, чтоб орденАми, мне и Сулле сняться.
Все негативы  с фото сами «приютим».
В противном случае придётся де расстаться!    

Молчок о сделке и об фото не болтать.»
Невинна просьба и «Щербатый» согласился.
Потом мы с Суллой тихо умника пытать,
Чтобы на ушко нам, как на духу раскрылся!

Андрэ нас ласково: «Дурищи» - обозвал.
- За тайного агента в орденах сойдёте!
Своей он логикой убил впрямь наповал.
- Как с крестиком тогда, спасение найдёте!

- Что блеф, никто из серых сразу не поймёт,
Поскольку ВЕЛЬЗЕВУЛ  вопросом сим владеет.
К НЕМУ, да на приём, премного сил уйдёт.
С вопросом «на ковёр», не каждый и посмеет!»

Логичный сказ («не сможет укусить комар»):
Мы с Суллой – в орденах, а фото нам на память.
Конечно, на душе противно и нагар,
Но в лес, когда идти, собакой лучше лаять! 

Мой милый будто бы в грядущее глядел.
Спасло нас фото от разборок с самим ПЕКЛОМ,
Уж после, как Андрэ на НЕБО улетел.
Добычей преждевременно не стали, пеплом!   

                ч.2

Лукавый – род мужской, а, значит, он мужик.
Ему с дитём (щенком) накладно управляться.
А женщина владеет этим делом – шик.
С кутёнком от того нам с Суллой заниматься!

«Щербатый» с радости спиртным себя поил,
Андрэ, напротив, помогал и добровольно.
Внимательно за всем, что делали, следил.
С «сестрой» открыто удивлялись мы невольно!

Зачем ему? Столь неподдельный интерес.
Процесс кормления осваивал прилежно.
Сказать по совести, был налицо прогресс.
С щенком из АДА вёл себя почти, что нежно!

С отцовым каждый день на поводке гулял:
Тот был для этого уже вполне пригоден.
С чего же интерес – в постели не сказал.
Скорей делиться мыслями был несвободен!

Подруге было тяжелей всего из нас,
Отвлечься дабы, за учебники засела.
Вкус к развлечениям с трагедии угас.
Себя кляла, что пса с собою взять посмела!

Отец мой на поправку худо-бедно шёл.
Ему помощницу-сиделку приглядели.
Ответственный период для врачей прошёл.
Ходить уже сам стал, глаза повеселели!

С домашними не виделась – дул между холодок.
К могилке мамы каждый день считай, ходила.
К родному дому, жалко, обветшал мосток:
Родня по паспорту за своеволье разлюбила!

Конечно, виновата перед ними я:
В делах по-своему и только поступала.
Вложили много и труда, и сил в меня.
С того спасибо одного наверно мало!

Деньгами – помогла, у тех глаза на лоб.
В тон отношения невольно изменились,
Теплее точно стали, и исчез «сугроб»,
А как нам уезжать, по-божески простились!

                ч.3

С отцом проблемы нет – он под присмотром был.
В пенатах  детства оставаться не хотелось.
Пора в Испанию, где мой и дом, и тыл,
К тому же Сулле возвратиться не терпелось!

Экзамены очередные ей сдавать:
Магистром , чтобы стать, учиться надо было.
Кордову посетить, дань Чернышу отдать:
В сердцах тепло о нём по-прежнему в нас жило!

Сейчас, да и тогда одолевал вопрос:
Имел ли душу пёс? Уж очень ум светился.
В намёк задал задачку трудную барбос:
С чего вдруг РАЙ и АД к нему расположился?

Встречать не приходилось точно в мире ТОМ,
Не человечьих душ – из фауны и флоры.
Мол, есть они, читала басенки о том,
Но фактов не было, пустые разговоры!
 
Мне к психиатру  видимо давно пора
С того, что я о БОГЕ без благоговенья.
Во мне брожения с лет детских, не вчера.
Виной тому мои, естественно, виденья!

Ну, понесло опять, от темы отвлеклась.
«Щербатого» щеночек выглядел в ажуре,
И сам смотритель «ВО!» История «неслась»!
Не «подгорели» пакости со зла в натуре!

А фото, где мы с орденами, так себе:
На паспортах гляделись – даже симпатичней.
«С протестом дуть не собирались на трубе».
Решили проще к делу приступить, практичней!

Мы фото спрятали почти, что у груди.
Друзьям показывать себя на них не стали.
Расспросы лишние так проще обойти.
Тем паче красотой на снимках не блистали! 

Терпенье – наша мудрость, в этом исходить.
Что не понятно сразу, это не ужасно.
Огульно никого не думали судить,
Своей судьбе на горло наступать опасно!

                ч.4
            
Без помп Испания нам распахнула дверь. 
Марбелья встретила, погода подкачала.
Не удалось нам уберечься от потерь.
Без Черныша жизнь обходиться приучала!

Теперь бы в Новый Свет конечно не пошли:
Искать без пса там клад напрасно, неразумно.
Но мы свой Рубикон  фактически прошли:
«Коралл» заждался, факт, и отступать неумно!

Кордову посетили все как есть, друзья.
И у могилки Черныша мы постояли.
Ладони к холмику прижали, где земля.
Дорожки слёзы на щеках чертить желали!

«Щербатый» даже был, ладони приложил.
Его щеночек сам по холмику прошёлся.
Андрэ о следе в АД, что Черныша сгубил,
Лукавому шепнул, виновник чтоб нашёлся!

Хотя декабрь в январь циклонами грозил,
Ан на Карибах  лето развлекалось в красках.
Пиратского нас миф о кладе – не  дразнил:
Понежиться, да в явь, хотелось снова в сказках!

Андре, как водится, направил в РАЙ отчёт.
Упомянул «Щербатого», его щеночка,
Отцовского щенка. Какой имел расчёт?
О них мне показалась явно лишней строчка!

Мой милый интерес, конечно, свой имел:
Щенок – его подарок от души и сердца.
А тот не рос, по письмам сверху, захирел.
Для профилактики нам не хватало «перца»!

Ответ из РАЯ красноречьем не блистал.
К тому же о щенках не сказано ни слова.
Андрэ от этого задумчивее стал,
И грусти с глаз так до конца не снял покрова!

Ну, что? Пора «Кораллу» якорь поднимать.
К нему втроём чрез океан мы полетели.
Упрямства с безрассудством нам не занимать,
Раз на «авось» в своих надеждах преуспели!

           ГЛАВА  СЕДЬМАЯ         
         Центральная Америка  ч.1

«Коралл» пристанище покинул на заре.
Пиратских карт о кладах вовсе не имели.
Но, если в целом как, «авось» не на песке:
Надеяться на перстень и виденья смели!

Возможно, очень глупо скажет кое-кто,
Однако в дурости ростки зерна бывали.
Не драгоценности прельщал нас, не то:
Проверить сны мои, об этом лишь мечтали!

Сам клад в раскладе этом – лишний эпизод.
Второй – мальчишка, что его искать пытался.
Ещё видения различные в разброд.
Былого душ моих – сплошь интерес касался!

Из прошлого ведёт в грядущее мосток,
След, от которого мне отыскать хотелось,
Чтоб на свету пройтись. Но бренный мир жесток:
Не дать мне шанс, кому-то очень расхотелось!

Конечно, перстень и виденья – не Черныш.
Эх, пёс живым бы был, тогда и дело в шляпе.
Кошмары мне – в ночь надоедливая «мышь», 
А перстень – золото в игре, как карты в крапе!
 
Предприняли осмотр с Виргинских островов.
Пиратской вотчиной они когда-то слыли.
Удача иногда клюёт на дураков:
Андрэ, Подруга, я вначале не тужили!

Пещерку скрытую нам удалось найти.
Похожа кажется, хотя совсем пустая.
Там пуговицу, правда, удалось спасти
От забытья: из меди вся, на вид чудная!

С мундира офицерского, лет триста ей.
Храню реликвию: приятно приключенье.
Что больше ничего, не делалось грустней.
Опасен клад: таит в себе он злоключенье! 

Затем Антильских островов черёд настал.
Исколесили все, природой восхищались:
Равно делили синь и зелёнь – пьедестал,
Коль дружка в дружке беспрерывно растворялись!
               
                ч.2

Не обошли своим вниманьем материк:
В прибрежных странах рядом с морем побывали.
Ан, результатов, если честно, было пшик.
Из-за москитов очень часто психовали!

Житья от этой твари не было совсем.
Что их в АДУ не видела, я удивлялась.
Потом уразумела, что досталась б всем:
Вот в ПРЕИСПОДНЮЮ бы их - аж размечталась!

Тут вспомнилось: в КолОн  панамский, как пришли,
Канал, откуда в Тихий океан канал «прорвался».
Протоку старую в пристанище нашли:
Проект начальный – тот, который не удался!

Французы стали рыть, канал сооружать:
Не получилось, а протока их осталась.
Вот здесь-то и пришлось с недельку куковать.
Помучились ого! От мошки всклень досталось!

Жара и воздух сильно влажный, как в парной.
Эх, искупаться бы, но это невозможно.
В воде кишат акулы, змеи за кормой,
И крокодилов столь, что сосчитать их сложно!

Как ночь, москиты «быр.р», и звуки – ух… порой:
Видать, какой-то хищник с жертвой расправлялся.
Трясло от этого, в брань билась головой.
Естественно, что сон сбежать куда-нибудь пытался!

Ну, вот опять я отвлеклась на пустяки.
Итак, клад не нашли, следов мальчонки тоже.
Его давным-давно поели червяки:
Рыть землю ежели, себе вдвойне дороже!

Единственно чего, картины островов
Мне чудились, что многие из них видала,
А также линии прибрежных берегов:
Возможно, кровь в давлении виски сжимала?!

Любуясь небом, землю нечего ругать.
Подумать о мирском, пока живём, нелишне.
Кто ищет, вынужден и в темноте блуждать.
Живя, на вечность жизни уповать излишне!

            ГЛАВА  ВОСЬМАЯ         
         Звонок опять звонит  ч.1

Домой нам пора. Месяц март завершался.   
Что в тропиках видели, долгий рассказ.
Писать, и подробно, мой дух не решался:
Звонок прозвенел. Весь вопрос, чей заказ?

Атлантику – вкось, чтоб к Канарам прижаться.
Обратный отсчёт для несчастья пошёл.
С трагедией время пришло обниматься,
Поскольку рок случай по «блату» нашёл!

Предтеча  беде – время чуточку терпит.
Подруга от горя почти отошла.
Загар ей к лицу и душа сильней теплит,
К тому же давно в нас опору нашла!

Меня же надёжно застой «обнадёжил».
Вкруг тишь, благодать, нет видений совсем.
Намёками даже никто не треножил.
Ну, впрямь никаких с горизонта проблем!

Андрэ только внешне ходил безмятежным,
Но я-то видала, что это не так!
Он был с каждым днём ко мне более нежным,
Как словно прощался. Дурной, в общем, знак!

Отчёты свои отсылал ежедневно.
Из РАЯ, однако, теперь – чистый лист.
Так месяц уже, что давило «душевно».
Его и меня раздражал этот «свист»!

Один океан чаровал красотою,
Как солнце садилось у нас за кормой.
Минуты и краски менялись чредою:
Воды и небес, поднося нам  покой!

Мы солнцу навстречу неслись безмятежно.
Барометра стрелка вела себя блеск.
Чему суждено, «постучит» неизбежно.
Во тьме, когда спали, услышали треск!

Столкнулись, возможно, с «Летучим Голландцем »,
А может с подлодкой, ну, что из того.
«Коралл» стал тонуть в лунном свете «страдальцем».
Мы к шлюпке помчались, считай, без всего!
                ч.2

С трудом еле-еле плавсредство спустили,
Андрэ побежал в эфир SOS  подавать.
Пока его не было, волны накрыли,
И рубки мгновенно не стало видать!

Со мной стало плохо, почти без сознанья.
Подруге досталось сполна пережить.
Такого не вспомнишь, чтоб без содроганья:
Лишь крохи от чувств и могу изложить!
 
В ночном океане на шлюпке болтаться:
Для душ наших женских с лихвой перебор.
Нет связи мобильной, чтоб с брегом связаться.
О смерти невольно вели разговор!

Но чуть рассвело, самолёт объявился.
Как нас заприметил – кругами летать.
Потом неожиданно вдруг приводнился:
У нас же сил не было даже махать! 

С Канар пришла помощь, там SOS услыхали:
Сигнал, что пред смертью Андрэ посылал.
Ценой своей жизни, теперь понимали,
С загробного мира он нам помогал!

На берег же вышли, себя не узнали:
Состарились внешне и волос седой.
Монахини, здесь что, приют оказали:
И кровом, одеждой, а также едой!

Друзья из Марбельи примчались все скопом.
Сам старец, что с перстнем, средь них  во главе.
Ну, он – к аббатисе  «приклеился» оком:
Монахиня голову сразу к земле!

О чём говорили, по правде, не знала.
Но взгляд стал её необычно живым:
Святую во мне чуть ли вдруг не признала.
А я ж никакая, мой ум стал «чудным»!

Сломалась от горя, и жить не хотела.
Мой перстень, да старец не дали пропасть:
В разряде от молний себя вдруг узрела,
Как перстни «решили», сойдясь, врачевать!

                ч.3
 
Хрясть шоком на шок, но в момент полегчало:
Рассудок вернулся на круги своя.
Плюс сердце в груди колотить перестало.
Мой разум вернулся, не стал для битья!

Подруга – в порядке, и съехать хотела: 
Ей нужно в Марбелье – зачёты сдавать.
Моя же душа, вдруг взбрыкнув, повелела:
Монахинь одежду всерьёз примерять!

Об этом у старца совета спросила -
Андре ж недалече отсюда погиб.
Одобрил, когда на словах объяснила.
Вот так и случился у жизни изгиб!

Друзья и Подруга домой укатили.
Мне флигель  в саду аббатиса дала.
Отнюдь не с того, что меня возлюбили:
Для всех монастырских святою была!

Ох, старец! Сказал, что видала я БОГА,
С самим САТАНОЙ пообщаться пришлось.
В глазах у монахинь виднелась тревога,
Но мест для восторга в них больше нашлось!

Ещё до отъезда – намёком мне старец.
Де, может Андрюша при БОГЕ опять,
Коль искорки в перстнях исполнили танец,
Время, в котором пошло как бы вспять!

Слова эти стали надеждой, бесспорно:
Возможно, увидеть Андрэ повезёт.
Себе ж поклялась я, что буду покорно
Всю жизнь ждать его. Глянь, и счастье сойдёт!

Без шуток, обид уповала на встречу,
Которая стала б желаннее всех.
Ан видно в подарке – проклятье, замечу,
Нести до конца от зачатия грех!

Что в Ангелах, верю, любимый мой снова:
Коль верность для БОГА превыше всего.
Андрэ –  из таких, её сути основа.
Неясен вопрос лишь, с душой что его?

            ГЛАВА  ДЕВЯТАЯ         
            Опять лукавые  ч.1

Вопрос о душе возникал постоянно:
Ко мне ж не вернулась, знать БОЖЕ забрал.
А ежели, правда, – сей факт, как ни странно,
Способен испортить верхам «сериал»!

Вторично душа в неучтённых проходит:
На Суд ей нельзя, ибо, где человек?
Да, случай подобный, ум в дебри заводит:
С Андрэ прецедент  – мозговать и не век!

Кто в прибыли – РАЙ или АД, неизвестно. 
Спокойней в разЫ недостачу иметь.
Права с ней качать и законно, и лестно,
Барыш даже можно в навар поиметь!

На нервах крутилась. Вдруг распри взрастила?
Что умысла не было, это не в счёт.
Как мысль меня эта внезапно пронзила,
Нутром ощутила, «стрелять» будут в лёт!

Сначала «Щербатый» ко мне заявился.
Его, если честно, приход я ждала:
Щеночка кормить. Сам давно разленился.
А мне и не в тягость. Тсс…, рада была!

Хотя для начала «собаку спустила»,
Чтоб знал своё место, сговорчивей был.
Затем об Андрэ я на ушко спросила.
Замялся Негодник, ишь, басом завыл!

Попотчевать перстнем, его не решилась.
Боялась Андрэ невзначай навредить.
«Щербатый» не ныл чтоб, пред ним извинилась: 
Ох, незачем злость ВЕЛИАЛА будить!

Реакция гостя надежд не лишила:
Чего-то он знал, раз решился повыть.
Щенка, разумеется, всласть накормила.
Вот слух об Андрэ, жаль, не вышло добыть!

Из АДА щенок мог бы стать, несомненно,
Защитой важнейшей, считай, от всего. 
С ним сладить не просто, скажу откровенно:
Капризный, но это ещё ничего!
                ч.2

Что плохо, мой гость с аббатисой схлестнулся.
Тому – подзатыльник, «в долг» денег дала.
«Щербатый» от серости, видно, рехнулся:
Испортила должность, иль жизнь довела!

Надеялась, долго мне глаз не покажет:
Вина на халяву попить он мастак.
А время, глядишь, чего и подскажет:
Попасть, да сейчас, не хотелось впросак!

Пришлось аббатисе всю правду поведать:
Ну, кто есть «Щербатый», откуда щенок.
Мол, он заявился, меня лишь проведать.
Для всех будет лучше, как рот на замок!

Когда аббатисе общо объясняла,
Щенок возле ног моих сладко зевал.
Она с пониманием явно кивала.
И в этот момент, вдруг, огонь засверкал!

Из АДА посланец – со мной разобраться.
Чего с аббатисой? Похоже, удар.
Бежать бесполезно, нет смысла скрываться.
Меня полонил на секунду кошмар!

Потом осенило! Чего мне бояться?
Из ПЕКЛА щенок возле ног как никак.
В лицо я посланцу решила смеяться,
Словами – в довесок, ругаться ж мастак!

Сомнений – ни капли, что он из лукавых:
Ведь их различать научилась давно.
Начальничек средний – скорей из Лягавых,
Считавший, де много ему, что дано!

Он было – ко мне, но щеночка увидел.
Узнал того сразу, в момент побледнел:
Такого расклада никак не предвидел.
От вида животного в миг оробел!

Щенок САТАНЫ! Как он здесь очутился?
А значит и я не из смертных простых.
Добавила – фото. Вот где удивился:
На нём в орденах, да ещё и в каких!

                ч.3

Чего повезло, - был «Щербатый» в отлучке.
Посланец прощенье с колен попросил.
Потом, не вставая, припал к моей ручке.
Нюанс, не охотно её отпустил!

Меня умолял, САТАНЕ чтоб ни звука,
И фото хотел с орденами «зажать».
Пришлось ублажить. С ним не жалка разлука,
Коль цел негатив: можно сделать опять!

Что думал посланец, мне это известно:
Мол, тайный агент самого САТАНЫ.
Такое в свой адрес внять, - думаю лестно.
Ему ж не врала, значит, нет и вины!

Лишь гость «упорхнул», к аббатисе прильнула.
С бедняжкой порядок, очнулась она.
Чуток для приличия носом всплакнула.
Пришлось предложить ей бокальчик вина!

С посланцем она разговор мой слыхала.
Что тип с ПРЕИСПОДНЕЙ, раскрылся секрет.
Понравилось, как я «отбрила» нахала,
Но больше всего – на коленках «балет»!

Звонком о ЧП – сообщила Подруге,
Чтоб фото посланцу, чуть что, показать.
Себя в руки взять, позабыв об испуге.
Свой норов потом, если нужно, казать!

Андрэ помянули мы снова с любовью,
В который он раз нас от смерти спасал.
Решили, погиб где, к его «изголовью»
Венки опускать, застолбив ритуал !

Ещё с аббатисой беседу имела:
Умнющая женщина, всё поняла.
Ей зла изначально чинить не хотела:
Она ведь сама мне на встречу пошла!

В конце заявила: «Конфликтов не будет.
Щенка прогуляют, накормят его:
Монахиням сделать сие – не убудет.
Взамен – не  творил, чтобы гость колдовство!»

           ГЛАВА  ДЕСЯТАЯ         
                Надежда  ч.1

В колодец не плюй, даже если напился.
Мостов никаких за собой не сжигай.
Не горе, когда без рубашки родился.
Сперва свою душу, не сердце спасай!

«Щербатый» себе повышение прочил.
При том с аббатисой стал скоро на Вы.
Щеночек смешные всем рожицы корчил.
Ослабла злой силы струна тетивы!

Посланец к Подруге наведался тоже.
Хотел по началу её запугать.
Она не сдержалась, того, да по роже,
Потом орденами на фото – пугать!

Прошло, как по маслу. Расчёт наш удался.
Раз больше из ПЕКЛА никто не грозил.
Из АДА – «Щербатый»: но он, не считался.
Поскольку щеночка за орден растил!

К отцу приезжала не так, чтобы часто.
Заметно он сдал. Ну, чего говорить.
Его же щенок отличался контрастно:
По сути, стал взрослым и мог защитить!

Но вот об уме говорить рановато:
Да, псу до отца своего далеко.
Хоть вымахал он, а в глазах – глуповато:
Нет дрессировки – стрельба в молоко!

С кутёнком «Щербатого» ведомо хуже,
Коль все САТАНЕ норовят угодить:
Балуют щенка. Вот и быть ему в «луже».
Подруга согласна, конфуз – возразить!

Что с третьим щенком? Тишина – я  не знала.
Андрэ, если с ним, то тогда ничего.
Надежды особой, прижать, не питала,
А так бы не прочь поглядеть на него!

Постыло и очень, себе признавалась,
Идущие дни без Андрэ куковать.
Пока ж аббатиса, глянь, в гости стучалась,
И Сулла: La Palma  на трёх разливать!
                ч.2

Живя, уязвимы мы прежде родными,
На тех навлекая удары судьбы.
Бывая по жизни довольно крутыми,
Порой их не можем спасти от беды!

Подруга вояж только что совершила
К отцу моему: на Канары забрать.
Однако отказ, как и я, получила:
Родитель не жаждал отнюдь уезжать!

В заботе врачей ещё папа нуждался.
Медпомощь – он дома сполна получал.
Поэтому ехать ко мне отказался.
Больным, что считали, на это серчал!

Настаивать глупо в моём положенье,
И Сулла совет – не тревожить пока.
Конечно, в душе оставалось сомненье:
Лишь время, оно ставит точки всегда!

Ещё об Андрэ вдруг надежда вселилась.
«Щербатый» не зря же чего-то темнил.
Плюс искорка в перстне престранно носилась:
Внимание старец с умом заострил!

Мне, кабы не Сулла, совсем лихо было.
Хотя с аббатисой ещё повезло.
От здешних порядков на сердце не ныло:
Ко мне относились прилично, тепло!

Бывало, одна иль с Подругой, друзьями
Венки опускала, «Коралл» где – на  дно.
В сини, голубой меж водой, небесами
Вновь слёзы бежали: судьбе суждено!

Нептун не буянил, он вёл себя тихо.
Барашки и только на гребнях творил.
Пожалуй, лишь тени вели себя лихо.
Их тучи дразнили: луч солнца шалил!

Отчёт никому о себе не давала:
Куда и зачем, для чего, почему.
Считай, аббатиса мне всё разрешала.
Как вольная птица жила потому!

                ч.3

Я к БОГУ, наверно, не так обращалась,
Хоть в храме молилась. С духовностью мрак.
Душа не абстрактна. Реалий боялась:
От прошлых видений носила «колпак»!

Духовность во мне с червоточиной словно,
Раз муть в подсознанье, в невежестве вся.
Сама виновата, причём, не условно.
Такая мне выпала в жизни стезя.

Тут ангела тень, как бы я увидала.
Подробней её разглядеть не смогла:
С щеночком малюсеньким сумка лежала.
Пока выясняла, у…, тень утекла!

Всю жизнь по итогам вершится раздача.
Терпенье – подарок, себе и другим.
И если в основе надежды – удача,
Успех неминуем рожденьем своим!

Щенок поразил внешневнутренним сходством,
Бишь аурой: как в Черныше та была.
Мой вывод, возможно, считать сумасбродством:   
Посланье из РАЯ реально нашла!

Заморыш скулил. Я его подхватила:
Подруге щенка чтоб быстрей показать.
Реакция, честно, «сестры» удивила:
Сердечные капли в стакан наливать!

Глаза, словно чайные блюдца: «Откуда?».
Узнала видать, что щенок ЧернышА.
Не ждали такого в подарок мы чуда,
Друг в дружку, уставившись, еле дыша!

В Марбелье «сестрица» отъезд отложила.
Щенком занялись на двоих мы всерьёз.
Сама аббатиса помочь предложила,
Тем самым, избавив, от лишних курьёз!

Его воспитанье – основа успеха,
Щенок, чтоб достойным родителя стал.
Для наших сердец, безусловно, утеха,
И, если хотите, почти пьедестал!

                ч.4

Внезапно, как снег, старче наш объявился,
Тот самый, что с перстнем. Один, без друзей.
Он рядом от нас в двух шагах поселился.
В компании с ним было впрямь веселей!

Считай, не спроста здесь его появленье.
Единственный кто, мысли, чьи под замком.
Мой дар был бессилен. Имел он свеченье,
Которое я наблюдала тайком!

Со старцем Андрэ мог – в команде единой:
Мой вывод – догадки, не боле того.
Чего ломать голову перед картиной,
Под слоем что краски. Концерт для чего?

Ведь точно узнал про щеночка из РАЯ.
Возиться в часы никому не мешал.
За нами с улыбкой подчас, наблюдая,
Участие в хлопотах сам принимал!

Заморыш подрос, поумнел, стал забавным.
Со старцем отправились как-то гулять.
Щеночек был с нами. День выдался славным.
Вдруг тень: дрожь в ногах не могла я унять!

Андрэ – это он: силуэт мне знакомый.
Из марева вроде, смотрел на меня.
При этом, что странно, совсем невесомый,
Молчал и глядел, точно так же, как я!

Тоску и любовь в его взгляде читала.
В моём, видно схоже чего-то нашёл.
Вертел головой, чтоб к нему не бежала.
Однако и сам он ко мне не пошёл! 

Глаза помутились, на землю осела.
Очнулась когда, только старец со мной.
Щеночка, Андрэ, чтоб вокруг, не узрела.
Мой спутник – взгляд в Небо: мол, те за чертой! 

Без слов поняла. Виски – в пульсе ломило:
Вдруг новый этап в моей жизни настал?
С трудом поднялась, как от качки крутило.
В действительном свете мне старец предстал!

                ч.5

Мои удивились, что я никакая,
А боле, что не было с нами щенка.
Подруге поведала всё, не скрывая,
А вот аббатисе – наш старче, слегка!

Итак, прояснилось: Андрэ отозвали.
Он в ангелах снова при Райских садах.
Возможность обняться с ним будет, едва ли:
В ином измеренье, к тому же в крылах!

Ещё поняла, что Марбелье заждалась.
Канары же впредь не резон забывать.
Во мне одна мысль в голове задержалась,
Что впредь аббатису есть смысл навещать!

Там с тенью любимого лучше встречаться.
К тому ж монастырь чтится БОГОМ всегда.
Сама аббатиса не будет ругаться,
Коль с РАЯ щеночка оставят когда!

За день до отлёта «Коралл» навестили:
Вернее, то место, где он затонул. 
Венки по традиции в воду спустили,
Однако на сей раз никто, не всплакнул!

Что ждёт впереди, я, конечно, не знала.
Хотя догадаться не сложно, увы.
Отчёт, что мне светит, себе отдавала:
Судьбу ожидали одни только рвы!

Где видеть Андрэ, но его не касаться:
Тепла не почувствовать с тела и рук.
Словами нельзя даже с ним пообщаться,
Биения сердца не внять родной стук!

Надежда одна в эфемерности мнётся:
Пошлют де его, чтоб щеночка растить.
На отпуск рассчитывать глупо – не бьётся:
Дважды Андрэ не дадут «помудрить»!

Четвёртую книжку писать я кончаю.
Зреть нить Ариадны давалось с трудом.
Мой перстень при мне, на него уповаю,
Не сдаст что меня  перед Высшим Судом!
 
               ПОСЛЕСЛОВИЕ               
         
Итак, я в Марбелье, там весть ожидаю,
Щенок, мол, из РАЯ, «скулит» на земле.
Отец мой при мне, хоть здесь не страдаю.
«Щербатый» в наездах, чай, впрямь, «на метле»!

Не скрою, Андрэ таки раз повидала,
Когда получила от старче намёк.
С Канарами я хорошо угадала:
Из уст аббатисы не слышен упрёк!

С родным, что был в мареве, даже общалась:
Немых изучила же жестов язык.
И мне показалось, что с ним целовалась:
Щенка из рук в руки, брала как, в притык!

В свидетелях – старец. Мой шаг не одобрил:
Нахмурился шибко, но слов не сказал.
Лишь жестом одним недвусмысленным сдобрил:
Вращение пальца в виске показал!

С Подругой щенка обработали славно:
Не стыдно на Небо назад возвращать.
Зато отдавать – без меня. Да, «забавно».
Проступок мне мой не хотели прощать!
 
Я после того локти часто кусала:
В просвет изменить, ничего не могла.
Мосты хорошо пред собой не сжигала,
Чем нить Ариадны в руках сберегла!

Щеночек из РАЯ, считай, самый умный.
Бесспорно, заслуга моя в этом есть.
Здесь сделала ход, несомненно, разумный.
Не скрою того, для меня это честь!

Наш старец исчез вместе с перстнем куда-то.
Надолго ль, не знаю. Есть мысль – навсегда.
Вот, если виновна, камней многовато:
Дорога с грехами ведёт в никуда!    

Надежда одна при душе остаётся.
Приходится ждать, но не знаю чего.
Хорошее – вряд ли, оно не вернётся:
В грядущем не выгорит с ним ничего!


Конца не бывает, когда нет начала.
У вечности нет ни начала, конца.
Судьба при рожденье «уа» всем кричала,
Кончину, пророча в сиянье венца!

В сознанье сие, как завесой прикрыто.
Так было и будет во все времена.
Белья не замочишь, коль в дырах корыто.
И всходы не все могут дать семена!

Мираж, где Андрэ, пред глазами не блещет:
Глухая стена, ей не видна конца.
А суетный мир, он не мне рукоплещет.
Я выход найти не могу из кольца!

Подруга – да, подле. Щенки остаются.
Друзья и отец – они рядом со мной.
Но этого мало – дни еле плетутся: 
Надежде – бойкот, объявляя «спиной»!

Чтоб «дров наломать», ума чуточку нужно.
Поспешность уместна при ловле чай блох.
С ошибок на сердце любому недужно.
Важнее в дыхании, думаю, вдох!

Не сказка – нас  проза от жизни прессует,
Где всё  вперемежку в разрезе полос.
Бывает удачу, несчастье «целует»,
Рождая при этом седины волос!

В раскладе таком трепыхаться надёжней,
Бежит наше время, поскольку вперёд,
Где ждёт неизвестность. С неё и тревожней.
Вопрос один мучит, куда заведёт? 

Что завтра положено, завтра случится.
Сегодня ждать этого впрямь, не резон.
Вчерашний день, правда, бывает, стучится,
Но с фарса его в голове один звон!

Надежда буксует, и выход не виден.
Грехи жизни давят, нарушив покой.
Расклад тривиален, к тому же обыден.
Всему, что случилось, сама я, виной!