Виталий Николаевич Коценко род. 1963, протоиерей

Виталий Николаевич Коценко (род. 1963), протоиерей, настоятель храма Петра и Февронии города Каширы и Татианинского храма поселка Новоселки Каширского района Московской области
Родился 4 марта 1963 года.
В 1981 году окончил железнодорожный техникум.
В 1991 году уволился из Вооружённых сил СССР.
28 июля 1991 года рукоположен в сан диакона в храме князя Владимира г. Актюбинск (Казахская СССР).
27 декабря 1992 года рукоположен в сан священника епископом Уральским и Гурьевским Антонием (Москаленко).
В 1995 году возведен в сан протоиерея.
В 1996 году перевёлся в Оренбургскую епархию.
В 1998 году перевёлся в Московскую епархию и 31 марта того же года назначен клириком Раменского Троицкого храма [1].
3 июня 1998 года назначен настоятелем Казанского храма города Раменское [2].
В 2002 году окончил Коломенскую духовную семинарию.
В 2003 году переведен в Каширское благочиние и 17 июня того же года назначен благочинным церквей Каширского округа и настоятелем Успенского собора города Каширы Московской области [3].
С 17 августа 2004 по 12 мая 2008 года был настоятелем Преображенского собора города Каширы [4].
С 9 октября 2007 по 23 июля 2008 года временно исполнял обязанности настоятеля Флоро-Лаврского храма города Каширы [5].
11 декабря 2008 года назначен настоятелем Никитского храма города Каширы [6] и Троицкого храма деревни Вослинка Каширского района Московской области [7].
С 16 апреля по 1 сентября 2010 года был помощником председателя Епархиального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями по вопросам казачества.
В 2011 году окончил Московский государственный открытый педагогический университет имени М.А. Шолохова.
5 декабря 2011 года освобожден от обязанностей настоятеля Троицкого храма села Вослинки Каширского района Московской области.
13 июня 2012 года назначен настоятелем Александро-Невского храма деревни Ледово Каширского района Московской области с оставлением в прежней должности [8].
5 октября 2012 года назначен настоятелем храма Петра и Февронии города Каширы Московской области с оставлением в прежней должности [9].
15 июня 2015 года освобожден от обязанностей настоятеля Никитского храма города Каширы Московской области.
20 августа 2015 года освобожден от обязанностей благочинного церквей Каширского округа [10].
1 марта 2016 года освобожден от обязанностей настоятеля Александро-Невского храма деревни Ледово Каширского района Московской области с оставлением в прежних должностях.
21 июля 2019 года освобожден от должности настоятеля храма Петра и Февронии города Кашира с оставлением в должности настоятеля Успенского собора города Кашира Московской области [11].
9 июля 2020 года назначен настоятелем Татианинского храма поселка Новоселки Каширского района Московской области с оставлением в прежней должности [12].
5 февраля 2021 года по состоянию здоровья освобождён от должности настоятеля Успенского собора города Каширы с выражением благодарности за понесённые труды и назначен настоятелем храма Петра и Февронии города Каширы с оставлением в должности настоятеля Татианинского храма поселка Новоселки Каширского района Московской области [13].
День тезоименитства - 5 мая.
Награды
Церковные:
• набедренник и камилавка (1994)
• наперсный крест (1994)
• грамота митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия "2000-летие Рождества Христова" (2000)
• орден святого благоверного князя Даниила Московского III степени (2001)
• палица (2002)
• орден преподобного Ильи Муромца (2005; Украинская Православная Церковь)
• орден святого Димитрия Донского (2006; Украинская Православная Церковь)
• наперсный крест с украшениями (2007)
• орден "1020 лет Крещения Киевской Руси" (2008; Украинская Православная Церковь)
• орден преподобного Нестора Летописца (2009; Украинская Православная Церковь)
• орден святого Андрея Первозванного (2010; Украинская Православная Церковь)
• грамота (2010, за усердные труды на ниве духовно-нравственного просвещения и образования)
• орден преподобного Сергия Радонежского III степени (2011)
• митра (2012)
• медаль "В память 200-летия победы в Отечественной войне 1812 года" (2012)
• патриаршая грамота (2013)
• медаль "В память 1000-летия преставления равноапостольного великого князя Владимира" (2015)
• служение с открытыми царскими вратами до "Херувимской" (2017)
• медаль «За усердное служение» III ст. (2018)
Светские:
• знак губернатора Московской области «Благодарю» (8 апреля 2013)
• почетный знак Московской областной думы «За трудовую доблесть» (7 февраля 2013)
• почетная грамота Московской областной думы 929.04.2011)
• благодарственное письмо Московской областной думы председателя Аксакова В.Е.
• благодарственное письмо губернатора Московской области В.Б. Громова (16.06.2011)
• грамота администрации президента и наградной крест «За заслуги перед казачеством России» I степени от председателя совета атаманов войсковых казачьих обществ советника президента РФ Г. Трошева
Использованные материалы
• Профиль на официальном сайте Московской Митрополии Русской Православной Церкви:
o https://mosmit.ru/eparhy/kliric/1_416/

________________________________________
[1]  Указ № 426 от 31.03.1998 г.
[2]  Указ № 792 от 03.06.1998 г.
[3]  Указ № 1490 от 17.06.2003 г.
[4]  "Указ № 2316 от 17 августа 2004 года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2004/08/17/357/
[5]  "Указ № 3401 от 9 октября 2007 года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2007/10/09/2057/
[6]  "Указ № 4365 от 11 декабря 2008 года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2008/12/11/2979/
[7]  "Указ № 4369 от 11 декабря 2008 года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2008/12/11/2980/
[8]  "Указ № 1932 от 13 июня 2012 года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2012/06/13/5104/
[9]  "Указ № 3387 от 5 октября 2012 года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2012/10/05/5265/
[10]  "Указ № 3613 от 20 августа 2015года", официальный сайт Московской епархии: http://www.mepar.ru/documents/decrees/2015/08/20/6895/
[11]  "Указ № 3853 от 21 июля 2019 года", официальный сайт Московской епархии: https://mepar.ru/documents/decrees/2019/07/
[12]  "Указ № 2609 от 9 июля 2020 года", официальный сайт Московской епархии: https://mepar.ru/documents/decrees/2020/07/09/121902/
[13]  "Указ №1004 от 5 февраля 2021 года" // Московские епархиальные ведомости, 2021 г., № 2, стр. 7. Официальный сайт Московской митрополии: https://mosmit.ru/documents/decrees/2021/02/

Я воин – воин Союза Советских Социалистических Республик. Начиналась моя воинская служба осенью 1981 года в ЮГВ (южной группе войск) в Венгрии и закончилась в 1991 году в КСАВО (Краснознамённый  Среднеазиатский Военный округ) в г. Актюбинске Казахской ССР. В этот промежуток времени  со мной случилось ещё одно немаловажное событие, которое изменило мою жизнь. В 1990 году после очередной командировки я      попал в госпиталь в г. Оренбурге, пролежал около месяца. Возвратившись домой к семье в город Актюбинск к своей благоверной супруге Татьяне и к своим маленьким деткам (Вове было 3 года, Александру 2 годика), я радовался, как ребёнок. Помню и слёзы, и смех, и  подарки, и праздничный стол. Но самое главное – разговор с супругой. Таня работала швеёй в ателье, шила одежду на заказ. В советское время это было повсеместно и нередко, ведь тогда не было, как сейчас, так называемых брендов. Всё было проще. С ней работала единственная подруга Ангелина Кокина. Как я узнал позже, мама Ангелины, Нина Сергеевна Конобеева, была верующей женщиной. Ангелина рассказывала, что она ходила в церковь и даже занимала там какую-то должность. Конечно, я не мог тогда знать, что в церкви есть певчие, просфорницы, ризницы, свечницы, регенты, прислужники и т д. Для меня церковь была чем-то недосягаемым, неизведанным, непонятным, ведь мы жили в безбожном государстве, где было принято считать, что Бога нет. Но в  то же  время мне открылось, что есть и другое мнение и есть другие люди – верующие, несущие искорку Божией любви, любви к Богу, любви к ближнему. Но это всё впереди, всё в трудном процессе. Бога нужно  было принять душой, а не только своим разумением. Таким учителем в моей жизни и  стала  Нина Сергеевна. Вернемся к разговору с супругой. После встречи, когда я вернулся из госпиталя. Таня мне сказала: «Виталий, тебе надо креститься. Ты военный, все жизни может быть. Профессия твоя небезопасна. Вот в госпиталь попал. Я не могу в церкви даже свечку поставить. Батюшка сказал, что за некрещеных записку о здравии подать нельзя. Да и дети у нас некрещеные. Если любишь меня, сделай для меня это – покрестись и детей покрести». Да, после такого разговора раздумий было много, было над чем поразмышлять. Конечно, мне было неизвестно, что дружба моей жены с Ангелиной была очень тесной. Таня приходила к ней домой,  и Нина Сергеевна часами с ней разговаривала на религиозные темы. Как говорится, наставляла на путь истинный, на путь спасения себя и своей семьи. Понимаю сейчас, что она советовала сделать всё, чтобы я крестился. Нина Сергеевна в дальнейшем мне об этом рассказывала. КРЕЩЕНИЕ Конечно, я очень любил супругу, любил своих детей. И слова Тани «Если любишь – крестись» постоянно звучали у меня в голове. На этот момент мне казалось, что всё это так сложно. Но думаю, это был страх. Страх перед неизведанным, страх перед таинством. Я был воином и ничего в жизни не боялся. Но тогда я понимал, что что-то со мной происходит, именно в душе, в разумение, в понятии чего-то другого, мною еще  не изведанного. Сказать, что я был совсем безграмотный в религии – ничего не сказать. Я много читал, преимущественно приключения и фантастику. Более всего был увлечён журналом «Наука и религия».  Кстати, в этом журнале часто рассказывалось о храмах, молитвах, иконах, об укладе церковной жизни. Журнал  человеку мыслящему и разумеющему помогал отделять зерно от плевел. Но всё это применять к себе, испробовать на себе, а самое главное, во всё это верить и верить не умом, а душою я был не подготовлен. А теперь о суетной стороне происходящего. Как мне объяснила Таня, нужно найти крёстного для себя и для мальчиков. Кто будет крёстной, даже не обсуждалось: это должна была быть Ангелина, дочь Нины Сергеевны. «А крёстного выбирай сам», - так решила моя благоверная. Мне тоже не пришлось долго выбирать: друзей было много – друзья детства, одноклассники, однополчане. Но я считал, что самый настоящий друг – это друг детства Александр Лысенко. Отлично помню, как состоялся разговор о кумовстве. Са
13:34
Переслано:
 
Татьяна
ша был начальником ЖКХ 3-го Дома Управления города Актюбинска. Я нашёл его в одном из подвалов многоэтажки, где он командовал сантехниками. Моё  предложение – стать крёстным, он принял с удивлением: «Как так, я же сам некрещеный!» Ему отвечаю: «Всё продумано, не беспокойся, будем креститься вместе. Так можно!» Был назначен день, назначено время. Крещение должно было проходить в Храме князя Владимира города Актюбинска, да и по-другому не могло быть, ведь церковь была одна, старую церковь взорвали безбожники в 30-х годах, а это был дом, переделанный под церковь. В то время такое было распространено.  Кстати, она до сих пор существует и действует. Я, Александр Лысенко, Ангелина Кокина, дети мои Вова и Саша приехали в церковь принять таинство крещения. В разговоре со священником представил крёстных. Ангелину он, конечно, знал: она ходила в церковь, исповедовалась, причащалась, выполняла послушание. Я задал вопрос батюшке: - А мне, взрослому, крёстные нужны? У меня их нет. Как тут быть?» - Ну, хочешь, крёстным буду я? – ответил батюшка с улыбкой. - Вы? А что так можно? - удивлённо спросил я. - Можно, - ответил священник. - Здорово! А крёстную где взять? -  А вон молится послушница Нина. Нина Сергеевна, подойди к нам. Будешь крёстной воина Виталия? Как сейчас помню, Нина Сергеевна с опущенной головой, со смирением, шёпотом говорит: «Как благословите, батюшка, на всё воля Божия. Семью я эту знаю: дочки моей друзья. Слава Богу за всё, я за них молюсь, а сейчас родственниками станут. Ещё больше молиться надо, души их спасать». Намного позже этот разговор стал мне понятен. Он остался в моём сердце навсегда. И сейчас в своих молитвах я прошу Господа продлить дни живота её. Знаю: её молитвы спасают меня от бед и невзгод. Так свершилось великое таинство крещения в августе 1990 года. ИСПОВЕДЬ. ПРИЧАСТИЕ  За всё Слава Богу, крестился, принял Бога, уверовал. Жене сделал приятное. Как говорят, стал на путь в Царство Небесное, да и самому приятно – я воин Христов. Так сказал мне батюшка, который меня крестил и стал моим крёстным, Валерий Анатольевич Щербаков. После крещения отец Валерий сказал, что теперь надо  исповедоваться и причаститься, чтобы всё было, как положено. А что положено? Жена просила – я крестился, про другое она мне не говорила. Нина Сергеевна смиренно попросила не спорить с батюшкой: - Он ведь теперь твой крёстный, а значит духовный наставник. Надо его слушаться и делать, что говорит.  Найди время в воскресенье, приди на службу, исповедуйся и причастись. А детей Ангелина с Таней причастят. Понятно? Конечно, понятно, что ничего не понятно. Всё сразу, всего много, книг для чтения нет, что объясняют – не запомнить. Молитвы, пост… Где их взять, как понять? А потом оказалось, что  когда твои  духовные наставники, крёстные, священник и благочестивая православная христианка Нина рядом, ничего не страшно. С Божией помощью всё случилось быстро и незаметно. Крёстная дала почитать молитвы, объяснила, что такое пост перед причастием и заключила: «Трудно впервые, но нужно для спасения души!» В ближайший выходной я  исповедовался  и причастился. Не буду лукавить, сразу понять, что ты соединился со Христом причастием, было трудно. Однако благодать ощущалась. Завязалась дружба с батюшкой. Я стал частенько приезжать в церковь, привозить стройматериалы, делился военным сухпайком. В советское время военторг работал превосходно. Стали с Таней чаще бывать у Нины Сергеевны. Получалось так, что мои крёстные опекали духовно в этой непростой грешной жизни, в безбожьем государстве. Теперь было не страшно, что моя Земная жизнь не закончится здесь раз и навсегда. Жизнь-то  вечная. Я это стал принимать как умом, так и душой, и сердцем. Я стал задумываться над многим, понимать, что такое грех. Постепенно шла работа над собой: молитвы переписывал в блокнот (он у меня до сих пор сохранился). Помню, как сложно было  учить Символ Веры. К тому же я служил в армии, исполнял свой гражданский долг защитника Отечества, часто бывал в командировках. ВЕНЧАНИЕ. Однажды
13:34
Переслано:
 
Татьяна
во время беседы отец Валерий Щербаков неожиданно спросил меня: — Долго ли ты будешь ходить блудником? Я замер в недоумении. В каком смысле? Я ведь совсем недавно крестился, регулярно исповедовался, причащался… И вдруг — такое слово. Отец Валерий, заметив моё замешательство, начал говорить спокойно и мягко, словно подводя меня к важной истине: — Ты же знаешь, что у нас есть семь таинств. Одно из них – таинство Венчания. Каждый православный христианин призван сочетаться со своей супругой перед лицом Бога, закрепить союз в брачных узах не только на земле, но и на небесах. — Но батюшка, — возразил я, — я ведь уже расписан в ЗАГСе, у нас с женой двое детей, я ей не изменяю… Не успел я договорить, как в разговор вступила моя крёстная, Нина Сергеевна: — Не спорь с батюшкой, Виталий, не ищи оправданий. Он ведь хочет, чтобы ты стал настоящим православным христианином, чтобы шёл прямым путём  в Царство Небесное. Венчание –  одно из важнейших событий в жизни верующего человека, если, конечно, он не избирает монашеский путь. Я задумался. В душе роились сомнения, и наконец я решился высказать то, что казалось мне самым ощутимым препятствием: — Батюшка, а если я захочу венчаться… Мне же нужен костюм. А у меня его нет. Я военный. У меня есть парадная форма, повседневная, полевая, «афганка»… А из гражданской одежды – только джинсы да трико. И покупать ради одного дня новый костюм… Да я в свадебный-то давно уже не влезаю. Отец Валерий улыбнулся и ответил твёрдо и уверенно: — Виталий, ты воин. Так и венчайся в военной форме. Так даже почётнее. Воины испокон веков венчались в форме. Это знак верности и ответственности перед Богом и перед семьёй. Слова батюшки запали в душу, но тревога не отпускала. — А если узнают в части? — тихо спросил я. — Последствия могут быть нехорошие… С этими мыслями я ходил несколько дней, пока не решился рассказать обо всём крёстной. Нина Сергеевна внимательно выслушала и мягко, но твёрдо спросила: — А ты кого боишься — начальства или Бога? — Да никого я не боюсь, — ответил я, — просто последствия… Вдруг кто-то узнает? Она вздохнула и сказала: — Есть такое понятие: «На всё воля Божия». Что будет, то будет. Думай о спасении своём не только телом, но и душой. В тот момент я ещё не умел так молиться, как сейчас. Сегодня я бы сказал: « Господи! Дай мне мудрости, дай терпения, помоги всё происходящее принять сердцем и душой…» Но тогда я только делал первые шаги в познании вечного, в постижении Божественной воли. И это познание началось с того, что я стал двигаться вперёд  по напутствию отца Валерия и моей крёстной Нины Сергеевны. И вот настал тот самый день:  светлый, счастливый, незабываемый. День моего венчания. Я стал мужем своей жены не только по паспорту, но перед лицом Бога,  как и подобает каждому православному человеку. Сегодня я молюсь за этих удивительных людей –  отца Валерия и крёстную Нину Сергеевну. Они изменили мою грешную земную жизнь, помогли встать на путь в Царство Небесное, стать православным человеком, воином Христовым! Митрофорный протоиерей Виталий Коценко.
Мы священники старой закалки
Интервью с известным священником из Подмосковья протоиереем Виталием Коценко.
 
Сегодня гость редакции - протоиерей Виталий Коценко, настоятель храма святых Петра и Февронии города Каширы Московской области и Татианинского храма поселка Новоселки Каширского района. Несколько лет был благочинным церквей Каширского округа, настоятелем Успенского кафедрального собора и Преображенского собора в Кашире, настоятелем сельских храмов.
Первая наша встреча с протоиереем Виталием Коценко была летом 2007-го. В те дни отец Виталий по благословению Митрополита Самарского и Новокуйбышевского Сергия привез в Самару и выставил на поклонение в Воскресенском мужском монастыре много святынь - частицы мощей, иконы… «Надо делиться радостью!..» - эти слова батюшки дали заглавие нашему с ним интервью. Но особенно «зацепило» тогда известие о том, что здание старинного Никитского храма в подмосковной Кашире… выставили на продажу с молотка! Отец Виталий и его единомышленники вступили в неравную борьбу за храм.
В год своего шестидесятилетия отец Виталий недавно проездом посетил Самару, приехал в редакцию «Благовеста», мы договорились о новом интервью.
Битва за монастырь
- Так все же - удалось вам отстоять Никитский храм? - спрашиваю протоиерея Виталия Коценко.
- Когда я приехал в Каширу, мне показали разрушенный и изуродованный перестройками собор, а рядом - чулочная фабрика с хозяйственными постройками и мастерскими, двух-, трехэтажные жилые дома. Эта огромная территория принадлежала раньше Никитскому монастырю, здесь был старинный храм, игуменский корпус, монашеские кельи. Из монастыря открывался великолепный вид на Оку. Но... 20-е годы прошлого века, монастырь закрывается. В разгромленном монастыре открыли чулочную фабрику… А в 90-х эту территорию продали в частную собственность. То есть вернуть эти здания Церкви практически было невозможно. И уже не в атеистическое советское время, а в наши дни, когда возрождались порушенные храмы и обители, вдруг выставили на торги «производственное здание бывшей чулочной фабрики» - храм в честь великомученика Никиты!
Мы подняли общественность, ударили во все колокола. Как-то у нас снимали фильм, и я перед телекамерой встал на фоне этого разрушенного храма и твердо сказал: «Возродим этот храм, пригласим сюда Святейшего Патриарха - и возродится Кашира!» Сказал и о том, что людей переселим из этих восьми домов - из игуменского корпуса и монашеских келий. Корреспондент возразил: «Батюшка, да вы что! Это же миллиард нужен!» - «Вот не я буду, если не добьюсь этого!»
Были судебные процессы - 24 судебных заседания! Мы нашли очень сильного адвоката, Владимира Ильина - запишите это имя, Царство Небесное ему. Прокуратура, судьи… - все говорили, что у нас нет шансов. Прокурор района сказал: «Понимаю, на твоей стороне Бог. Но я тебе как юрист говорю: никогда вы не заберете свой монастырь!» А мы не сдавались. Были молитвенные стояния, Крестные ходы. Мне пришлось тогда познакомиться с НТВ, Рен ТВ, ОРТ.
 
Несколько лет шла нелегкая битва за храм мученика Никиты и весь Никитский женский монастырь в Кашире.
Но противостояние было мощным! И не только в суде. Представьте: мне даже намекали, что могут «отблагодарить» деньгами, если отступлюсь. Не подействовало. Вскоре в машине кто-то подрезал тормозной шланг… Не знаю, насколько случайно это произошло. Да много всего было: не лезь в эти дела! Ну видите - я живой-здоровый. И Никитский женский монастырь действует. В июне 2018 года Митрополит Ювеналий освятил Великим освящением Преображенский и Никитский храмы, а через месяц Святейший Патриарх Кирилл провел службу в Преображенском соборе монастыря.
- Как вам удалось сделать невозможное?
- Ну как… С Божьей помощью.
Есть у меня нехорошая привычка - идти напролом. Однажды в храме стоят и разговаривают наш Владыка, в ту пору им был Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий, известный и старейший церковный иерарх, и тогдашний губернатор Московской области Борис Всеволодович Громов. И тут я - какой-то обычный поп! - подхожу и, перебивая их разговор, с места в карьер:
- Владыка, ну что же делать с монастырем, а?.. Ничего же не получается!
Владыка опешил - и говорит Громову:
- Борис Всеволодович, ну уж помогите батюшке! Вот видите какой он… щепетильный!
Громов повернулся к своей свите, и распорядился: «Слышали, что Владыка сказал? Работаем!»
Вот тут-то дело и сдвинулось. В итоге нам разрешили по остаточной стоимости всё выкупить, а Губернатор Московской области выделил на это 4 миллиона рублей.
Ну а потом… меня не позвали даже на торжественную службу в монастырь. Там было вручено множество наград - медали, ордена. Получили их все, вплоть до водителей, уборщиц. А мне потом, и уже не в торжественной обстановке, а за праздничной трапезой дали медаль «За усердное служение» III степени. Награды мне и так уже можно на спину вешать. Не в этом дело. Правда, везде написали: трудами отца Виталия здания возвращены Церкви. Самое главное - цель достигнута, молитва услышана. Зато Владыка Ювеналий на праздничной трапезе подозвал меня и тихо, на ушко, сказал: «Спасибо тебе за монастырь!» Это ли не награда?! Дороже многих орденов.
И еще, на двадцать лет раньше, была у меня от Владыки Ювеналия тоже незабываемая награда. Я служил в Раменском, ожидали приезда Святейшего Патриарха Алексия II в новый, только что построенный храм Блаженной Матроны Московской - первый храм ее имени. Владыка Ювеналий приехал посмотреть, как мы подготовились к встрече Святейшего Патриарха. Посмотрел: что это на тебе ряса плохонькая, нет ли другой? А я же недавно только перевелся из глубокой провинции в столичный регион. Денег на покупку новой рясы не было. «Как же ты Святейшего встречать будешь!» Владыка снял с себя рясу и отдал мне: на, носи! Представляете, какие необыкновенные награды у меня от Владыки! Сейчас он уже на покое, дай Бог Митрополиту Ювеналию доброго здравия!
По жизни я воин
- Отец Виталий, позвольте поздравить вас с 60-летием! Помощи Божией вам в трудах, доброго здоровья! Расскажите о своем жизненном пути.
- Ваш коллега. Член Союза журналистов Подмосковья, мне журналистика близка, потому что мне Божьей милостью пришлось заниматься церковными газетами. Первая моя газета - серьезная, не «боевой листок» - была «Путь к истине», город Раменское. Газета «Казачий вестник», так как я практически с рукоположения в священство занимался казачеством. И потом я был учредителем и главным редактором всероссийской газеты «Крупицы мудрости». Чуть-чуть не хватило до ее десятилетия, мы ее закрыли, потому что я стал благочинным церквей Каширского округа. Газета «Каширский вестник», которая потом перешла в хороший цветной журнал «Кашира Православная», где можно было почерпнуть не только проповеди, но и много информации. Ну, время меняется, главы города меняются, благодетели уходят из жизни. Сейчас я уже, как многие современные люди, веду ВКонтакте свой блог.
Уже семь лет я не являюсь благочинным, но духовная деятельность продолжается - так же было и настоятельство, и строительство церквей. Общественная нагрузка несколько снизилась, особенно последние два с половиной года, когда не стало моей благоверной супруги матушки Татьяны. Господь призвал ее с онкологией, ну и я больше ушел в молитву. А в декабре прошлого года уже новый Митрополит Крутицкий и Коломенский Павел предложил мне заниматься, как и ранее, казачеством.
Вспоминается один момент из 92-го года. Ночь на Крещение Господне. Я только недавно рукоположен и прохожу сорокоуст в городе Уральске, Казахстан. Рукоположили меня в том храме, где Емелька Пугачев батюшку вышвырнул за то, что тот отказался венчать его с очередной «женой» - он так вот «венчался» чуть не в каждом селе, в каждом городе. Ко мне приходят монахи и говорят: «Иди, батюшка, Владыка благословил на Урале подежурить». - «Да мне служить утром, устал - дайте выспаться». - «Благословение надо исполнять!» Прихожу. А, чтоб вы знали, Урал река быстрая…
- С детства это помню!..
- И это происходило как раз на том месте, где Чапаев утонул. Как сейчас помню картину: сидят два казака у вырубленной во льду крестом иордани. «О, батюшка пришел - давай окунаться!» - «Не-не-не, я только дежурить пришел, благословлять на погружение!» - «Так никого же нет всё равно. А ты же не погружался?» - «Нет, и не буду!» Страх присутствует же: течение такое быстрое… «Не волнуйся, мы тебя привяжем - под лед не унесет. Окунем три раза с молитвой». Ну, уговорили казачки! Я всегда смеюсь - казаки меня второй раз крестили! Они когда погружали, то произносили: «Во имя Отца. Аминь. И Сына. Аминь. И Святаго Духа. Аминь», - это же входит в чин крещения! Надо было просто: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь», - и всё. Но, видно, Промысл Божий был такой, с тех пор во мне казачество проснулось родовое. В советское время о казачьих корнях молчали. Я был военный, офицер - с 1981 по 1991 год служил в армии. Ну и в Церкви служение тоже сродни армейскому. Еще я был корабельным священником малого ракетного корабля «Мираж». В походы тоже с ними ходил.
По жизни я воин. Всегда был воином: и в советской армии, и казачьим воином, и воином Христовым.
- Казаки вас «окрестили» второй раз. А по-настоящему крестили в детстве?
- Нет. Это покойная супруга меня креститься послала. Я был в Оренбурге в госпитале, а она пришла в храм свечку поставить. Батюшке говорит: «У меня муж был в горячей точке, сейчас в госпитале, надо за него помолиться». - «А он крещеный?» - «Нет…» - «Ну тогда сама за него молись, никакой свечки!» И она мне: «Виталик, надо тебе окреститься!» Уговорила - окрестился. Оказывается, это не всё. Надо исповедаться, причаститься. Ну теперь-то всё? - нет, надо венчаться. Полгода я откладывал венчание, потому что думал, венчание - это как заново свадьба. Костюм, галстук, невеста в фате… А батюшка мне сказал: «Ты воин, вот и венчайся в форме». И у меня есть фотография, где я в военной форме стою на венчании. В советское время! Батюшка, правда, пообещал, что на венчании никого не будет. Назначил время после обеда. И мы с Татьяной пришли вдвоем. Для нас это было… - действительно, как на небесах. Мы ничего не слышали и не замечали, кроме того, что происходило с нами, что совершалось на небесах. И когда уже батюшка благословил уходить, мы повернулись: полный храм народу! А я в форме. «Батюшка, вы же обещали!..» - «Уж прости, мы так затянули, что люди уже на всенощную пришли».
- В каком храме венчались?
- В храме Князя Владимира, город Актюбинск, Казахстан. В Актюбинске тогда это был единственный храм. Второй, в честь Архангела Михаила, уже мы восстановили. Сейчас там стоит огромный собор, величественный. В храме Князя Владимира на престольный праздник 1991 года я и был рукоположен во диакона.
Митрополит Тульский Алексий (Кутепов) - он тогда был Архиепископ Алма-Атинский и Казахстанский - приехал в Актюбинск. Приехал в плацкартном вагоне, без келейников, я взял в воинской части уазик и с отцом Валерием Щербаковым, моим крестным, его встречал. Привез в храм. Отслужили, потом трапеза. Отец Валерий, его тогда благочинным назначили, потужил, что церкви-то все разрушены и служить некому. И Владыка - он со мной много в тот день разговаривал, - отцу Валерию говорит: «Вот тебе священник, готовь его!» Ну кто же знал, что это Промысл Божий! Вот по благословению Владыки через год я стал в этом храме дьяконом, а потом стал и священником.
Еще только рукоположили, вскоре направили меня в Тургайскую область Казахстана благочинным, поднимать Православную жизнь, так как я казахский язык знаю, учил в школе. Он из группы тюркских языков, и я могу и с узбеком, и с татарином поговорить.
Спрашиваю:
- А сколько там приходов?
- Какие приходы! Нет там приходов. И храмов нет. И батюшек нет, мусульмане там кругом!
Пустыня там, поезда не идут. А у меня семья, дети. Приезжаем, там нас бабушка встречает. Суровая такая:
- Так, кто тут отец Виталий?
- Я отец Виталий. А вы кто?
- Раиса! Сейчас поедем…
- А это матушка Татьяна.
- Как матушка? Я же Владыке говорила, чтобы он мне монаха, только монаха дал!
- Ну, Раиса, я же не виноват, что женатый.
- Вы еще скажите, что у вас дети есть!
- Да, двое детей.
- Так у меня же жить негде!..
В доме был храм, а за перегородкой мы ютились. Бывало, спим, в окно стучатся. Ой, проспали!
Священники моего поколения другой закалки, старой закалки, другого воспитания, и к Богу приходили совсем по-другому. Нас больше всего интересовала жизнь вечная, больше волновало, как спастись. И постепенно приходили к Богу.
Сейчас все духовные книги в доступе. А когда в начале 90-х я стал священником, ничего ведь не было - ни октоихов, ни миней, ни молитвословов, ни служебников, никакого подспорья. У меня молитвы начальные были записаны на листочке. Батюшка благословил: три дня тебе выучить «Символ веры»!
В Тургае я был один священник на сотни километров. И как служить Божественную литургию? Не был совершенен в молитве, как правильно служить - не знал. И всё по телефону. Идешь на почту, на междугородний телефон, и звонишь супруге отца Валерия: «Матушка, а как это?.. Как соединить праздничную службу с простой?..» Матушка Светлана регент была и уставщик, и всё мне по телефону подсказывала.
Вот - Промысл Божий и помощь моей супруги, она подвижница была…
Итак, она звалась Татьяной…
- Матушку звали Татьяной? И храм у вас Татианинский.
- Да, в честь Великомученицы Татианы и в память матушки. И часовня в честь иконы «Всецарица», потому что матушка умерла от онкологии. Причина все-таки ковид, потому что были везде кордоны, везде карантины… И лечение онкологии в ту пору отошло на второе место. Ковид! 2020-й год, декабрь. И впервые в своей жизни я встретил новогоднюю ночь у гроба - своей благоверной супруги. Она 30-го умерла, 31-го мы ее привезли в Успенский кафедральный собор, где на то время я был настоятелем. И всю ночь я провел в соборе у ее гроба. Утром 1 января отпели. Было 32 священника, и местное духовенство, и приехали батюшки из других мест. В храме не вмещались люди, пара тысяч человек была. Так меня хоронить не будут. Матушка завоевала такое уважение! И, думаю, сейчас пред Богом она молится о нас.
Она же умирала - ангельски!
Она сидела на диване, с одной стороны сидел отец Владимир, старший наш сын, с другой стороны сидел Саша, второй сын, внизу, перед ее коленками, младший Коля. Она подозвала меня и говорит: «Ну, ты детей уведи, пусть чай пьют. Идите, чай пейте!»
Я шепотом: «Что ты их прогоняешь?» - «Виталь, я сейчас умру, а дети… Что ж прямо на глазах-то у них!..» - «Тань! Ты еще знаешь сколько жить будешь!»
Я отошел в другую комнату, еще минут 15-20, и Саша зовет: «Всё, мама умерла». - «Как?!» - «Она вздохнула, улыбнулась: ой, деточки! - так посмотрела и отошла».
Вы представляете, какая ангельская смерть была! За 30 лет пастырства я и соборовал, и видел, как умирают, - в агонии, в криках: «Не хочу умирать!» Я сам пугался этих криков. Такая у них боязнь смерти…
- Она, пожалуй, страшнее смерти, эта боязнь.
- Да, боязнь страшнее самой смерти. И вот моя супруга - мало того, что она привела меня к Богу, мало того, что она сделала из меня то, что сейчас есть, - она еще и показала пример, как благочестиво нужно отходить ко Господу. С улыбкой, с радостью. Еще и с заботой, чтобы дети не испугались. Она пред Богом сейчас молится, а я продолжаю творить свои дела.
Ой, вспомнил!.. Воспоминания, они, конечно, дают слабину души, но и укрепляют. Я всегда ощущаю любовь Бога ко мне. Я грешный, многогрешный, недостойный, но Господь бережет меня для каких-то важных дел. Уже столько раз можно было умереть от хронических заболеваний, и самолет горел, и автокатастрофы были. Живой! Тружусь. Есть желание и силы.
Я всегда себе задавал вопрос: почему сын-младенец ушел от нас?.. почему жена, почему не я? Потом думаю: значит, еще нужен. Что-то я должен еще сделать в этом мире.
Так вот в Тургае меня в Аркалык направили, потом перевелся в Оренбургскую область. Служил в Покровском храме села Кардаилово Илекского района…
- А я родилась в станице Рассыпной Илекского района… Всё, больше не перебиваю, батюшка.
- Поездил, посмотрел разные села, ну вот как-то остановился в Кардаилово. Прекрасные люди, казачье поселение - всё нравилось. Это твоя родина, и никуда ты отсюда не денешься. Но так получилось, что мои родители - точнее, мама (отец вскоре после моего рукоположения почил), родной брат с семьей и другие родственники - оказались в Подмосковье, в городе Раменском. Никого из близких там не осталось, и я тоже надумал перейти в Московскую епархию.
Каширский батюшка
Никого в Московской епархии я не знал, некому было пригласить - сам пришел и говорю: возьмите меня, пожалуйста… Архиепископ Можайский, викарий Московской епархии Григорий (Чирков, † 25 февраля 2018), Царство Небесное, мне говорит: «Слушай, батюшка, - ты, конечно, протоиерей, награжденный уже, но ты представляешь, если бы священники со всей матушки России приехали в Подмосковье служить! В провинции некому служить было бы, а в Москве священников некуда ставить». Я объяснил, что родители и все родственники здесь. «Ну возьмите, Владыка!» И почему-то Владыка Божией милостью взял меня.
Владыка Григорий… - это как будто не человек был, а ангел.
К нему придешь, подарок какой-нибудь привезешь, а он:
- Что ты мне даришь, я тут сижу, штаны протираю! Вот тебе надо подарок дарить. Ты же трудишься! - И какой-то другой подарок отдает. - Не надо тебе? А ты еще кому подари. Благодетелю своему, который тебе копеечку на храм дает.
В городе Раменское целый большой микрорайон был без церкви. А тогда уже говорили очень много о Матроне Московской, еще не канонизированной. Я и Митрополиту Ювеналию, и Святейшему Патриарху писал, предлагал в ее честь новый храм назвать, и как только она вошла в лик святых, я сразу попросил антиминс и частицу ее мощей, и так Святейший Патриарх Алексий II в 2000-м году побывал у нас в самом первом храме во имя Блаженной Матроны Московской и привез частицу ее мощей.
 
В гостях у редакции «Благовеста» побывали сразу трое Коценко: протоиерей Виталий, его сын Александр Витальевич (справа) и работник самарской филармонии Борис Васильевич.
Вдруг через несколько лет, в 2003-м году мне сказали: батюшка, ты молодец, давай-ка, иди благочинным в город Кашира Московской епархии. Не хотелось, конечно, переходить, потому что здесь мама и родня, прикипел уж к храму и людям. Я очень прикипаю к пастве. Всегда из общей массы прихожан выделяются человек десять-пятнадцать, которые во всем помогают. У нас как, у батюшек: тебе сорок лет, а ей восемьдесят. «Баб Маня… Светочка… сестра…» - и они в администрацию съездят, всё узнают, обо всем похлопочут. Эти 10-15 жен-мироносиц несут весть о твоей строящейся церкви, и туда много-много приходит уже людей. Так и у меня было в Раменском. Ну - Владыка решил, что нужен в Кашире, в Каширском районе хороший церковный руководитель, который бы отреставрировал много разрушенных церквей, нашел священнослужителей, что возглавляли бы приходы, нашел взаимопонимание с администрацией и предпринимателями. На то время мне было сорок лет.
Двадцать лет служу в Кашире. Владыка говорил: «Два-три года, поправишь там всё - и в Москву!» Ну сейчас уже по-стариковски скажу: могила матушки, могила сыночка, родственники… - куда уж я оттуда уеду! Уже так прикипел, что ничего и не хочется.
В Кашире за эти годы восстановлен Успенский собор, Никитский монастырь, построено много новых церквей. Милость Божия, и мне пришлось потрудиться. Я привык так работать. Есть один маленький секрет: каждый год стараюсь посылать на учебу в Самарскую Духовную семинарию своих ставленников. Почему? Где просто, там ангелов до ста. Мой духовный отец Валерий Щербаков окончил эту семинарию. Знаю практически всех преподавателей, иные из которых уже и Епископами стали. Здесь выучились все мои три сына: отец Владимир, Александр и Николай. И сейчас учатся два моих ставленника - на третьем курсе и на первом курсе. Есть фильм такой - «Раменское сердце каширского батюшки», это в Каширу приезжали с телевидения - и сняли фильм о моем служении в Раменском: и о храме Матроны Московской, и другое. Я еще могу сказать: «Самарское сердце каширского батюшки». Потому что я очень люблю Самару.
История моего знакомства с Самарой началась очень давно, в 81-м году. Когда мой родной единственный брат поступил учиться в Куйбышевский авиационный институт. С отличием его окончил и по распределению попал в город Раменское. И сноха тоже с ним. Я приезжал к брату в Куйбышев и полюбил этот город. И у матушки моей самарские корни…
Вот так моя жизнь обустраивалась, и буду Господа молить, чтобы Он еще дал мне силы - и казачество возрождать, и церкви. Ну, церкви строить мне уже тяжело. Искать благодетелей…
- Но ведь сколько вы только за последние годы поднимали храмы в каширских селах! Одновременно служить в кафедральном соборе - и тянуть еще один, сельский храм.
- И сейчас тяну. Знаете, в Новоселках стоял вагончик. А в нем были прибиты ламинированные иконочки. Штук десять, наверное. Подумал я: негоже это, негоже. Взял, написал иконостас, вырезал его. Принес туда крестильный набор, сам сделал его. Разукрасил всё. Иконы сделал, как сейчас говорят, в 3D - выпуклые. Я немножко занимаюсь реставрацией… Так получилось: писатель, историк, художник-реставратор - всего понемножку. Когда ты трудишься на ниве Божией, то хочешь весь потенциал раскрыть и отдать на это служение. Я думаю, никто не рождается великим писателем или художником, всё это познается в труде. Хочешь научиться - учись, трудись. Главное захотеть. Господь человеку дает талант во всём, человек только должен этот талант развить. Знаю случаи, когда люди начинали писать иконы в пятьдесят, в шестьдесят лет. Никогда в жизни даже не рисовал человек. А, говорит, иконка была поцарапанная, ну и решил ее восстановить. И пошло, и пошло.
Никто кроме нас
- Батюшка, вы ведь много лет тесно связаны с казачеством. После страшных лет расказачивания, когда ссылали, а порой и убивали на месте просто за штаны с лампасами, сейчас казачество возродилось и стало реальной силой.
- В 1998 году я перешел в Московскую епархию и был примечен Борисом Борисовичем Игнатьевым, который и собрал Центральное казачье войско. Это было нечто новое, потому что в России исторически было десять казачьих войск, мы все их знаем: Донское, Кубанское, Терское, Сибирское, Оренбургское…
- Казаки были служивыми людьми и селились в приграничье…
- И осваивали новые территории, как казаки Дежнев, Хабаров. И воевали за Отчизну. Слава Богу, пришло понимание того, что казаки нужны России.
Не без участия правительства было принято решение образовать Центральное казачье войско. И здесь началось мое второе послушание, которое дал мне Митрополит Ювеналий, - окормлять казачество. Я был членом Синодального отдела Московской Патриархии по вопросам казачества. Тогда протоиерей Димитрий Смирнов возглавлял Синодальный отдел по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами - я с ним был в большом содружестве. Очень уважаю Митрополита Ставропольского и Невинномысского Кирилла, председателя Синодального комитета по взаимодействию с казачеством. По указу Святейшего Патриарха я был назначен войсковым священником Центрального казачьего войска. Путь был, конечно, тернистый, многотрудный - согласования, поездки по всему миру с казаками… Для меня важнейшим было духовное окормление казаков. Я уже было отошел от общественной деятельности, здоровье не то, и матушкина смерть подкосила. А в декабре получил новый указ: в Каширском районе окормлять казачество. Вначале я думал: зачем это мне, пусть молодые занимаются, а потом… - знаете, у десантников есть девиз: никто кроме нас. Мне этот девиз всегда был близок. И мой опыт тридцатилетний работы с казачеством, конечно, пригодится.
Чтобы солдат стал Пересветом
- Кто-то из ваших пасомых сейчас участвует в спецоперации на Украине?
- Конечно. И дело в том, что перед вами сидит грешник, который сам ездил туда четыре раза. Первая моя поездка была в Кременную, вторая в Сватово, был я и в Дебальцево. Крестил, исповедовал, причащал, возил гуманитарную помощь. Самая длительная командировка была десять дней. И если бы не моя болезнь - хроническая полнота, диабет и всё прочее - я провел бы там больше времени, а так приходится уезжать. Я еще буду там, об этом мечтаю.
Священник там просто необходим. Не найдется такого человека - ни мамы, ни папы, ни жены, ни замполита, ни командира, - к кому можно было бы прийти и сказать: «Я боюсь стрелять. Боюсь убивать. Я боюсь смерти, боюсь, что убьют меня». Или даже: «Батюшка, он же такой же русский, как и я…» Я должен всё это объяснить. Объяснить, почему он там, на Украине, защищает в том числе ее народ от захвативших там власть «бандеровцев». Защищает и свою Родину. Объяснить, почему воины с той стороны являются нам врагами. Это одно.
Второе: попадает туда много некрещеных. Священники их крестят. Многие там причащаются - я причащал и рядовых, и майоров, и подполковников. И крестил лейтенанта, стал крестным отцом. Не только солдатики - и личный состав офицеров принимает активное участие в духовной жизни. Это всегда было, есть и будет.
Капелланство - оно было в России всегда. Замполит не может заглянуть в душу солдата. В Первую мировую шли в бой за веру, Царя и Отечество, - дух военный был соответственный! Сегодня в войска часто попадают дилетанты. Многие из них еще не держали оружия. А кто-то если и служил в армии, то автомат видел только во время присяги.
И вот его мобилизовали, а в душе страх. И как сделать, чтобы из этого человека получился воин Христов, чтобы этот человек стал Пересветом или Ослябей - великие святые земли Русской, которых благословил на ратный подвиг Преподобный Сергий Радонежский. Или таким, как святой Александр Невский, который воинской мощью и молитвой, с верой держал Отечество наше; великий святой праведный воин Феодор - адмирал Ушаков, который не знал поражений. Это мы говорим о известных русских святых, которые защищали с верой наше Отечество. Сколько их было, только Бог знает. Вот мы знаем о подвиге Александра Матросова, который бросился на амбразуру вражеского дзота, - а ведь их было много, таких солдат, которые тоже своими телами закрывали дзоты противника.
И таких, как Зоя Космодемьянская, как другие славные герои - их было множество. Так же и святые. Нам известны немногие - как пример. И вот я думаю, чтобы поднять дух наших солдат, нужны примеры. И священник должен собственным примером показать это. Конечно, не схватить пистолет, выбежать из окопа и поднять всех вперед идти, - а с крестом. Были в российских войсках священники, которые брали крест и шли вперед. И гибель их есть гибель «за други своя».
Но статистика не очень хорошая. Многие священники сейчас даже гуманитарку в помощь воинам не собирают. У них «свой взгляд» на эти события.
Честь и хвала тем священникам, а их тоже немало, которые идут туда, «за ленточку», это настоящие пастыри.
- Наши самарские священники - отец Дионисий Толстов, отец Михаил Советкин - уже много раз побывали в местах сражений…
- Знаю о них. Нас посылают туда ненадолго: на неделю, на две, на месяц. И каждый батюшка хотя бы раз съездил бы туда - попробовал, посмотрел, послужил, воодушевил солдат и офицеров, показал, что он воин Христов.
Это было казачье братство
- Удивило, что у вас много наград Украинской Православной Церкви…
- Награды… - ну что, на Украине любят награждать. Каждое мероприятие было с награждениями. Я 15 лет был представителем украинского казачьего войска Запорожского в России. Был походный священник. И тогда, до 2014 года, было всё хорошо. Это было единое боевое братство. Потом эти друзья, которые воевали вместе с русскими в Афганистане, в Чечне - они перестали общаться с боевыми товарищами в России.
Весной 21-го почил гетман, Верховный атаман Запорожского казачества Дмитрий Иванович Сагайдак. Вот он говорил в одном интервью: «Мы, запорожские казаки, все крещены в канонической Православной Церкви, и менять ее на какую-то раскольническую группировку не будем. Время, которое мне отпущено Богом на земле, нужно прожить, делая максимум добра, и служить нашей Православной Церкви». Он был очень прорусский человек - можете писать смело, потому что его уже нет и гонений на него не будет. И когда на Украине был посол России Виктор Степанович Черномырдин - он наш земляк, с Оренбуржья, из Черного Отрога, - они очень дружили, я тому свидетель, мы часто были вместе. Я ездил в Киев два-три раза в месяц.
Моя миссия была содружество России и Украины в отношении казачества. Но потом, когда на Украине началось смутное время, с их стороны были прерваны отношения между казачьими войсками. Мне хотелось проповедовать о любви, о братстве, о том, что мы единый народ, - но они уже так не считали. Я всегда говорил, что была единая святоотеческая Русь и был единый русский народ. От меня многие друзья отвернулись: «Ты сам с украинской фамилией - а говоришь, что такой нации нет». Да, я говорю, что это вымышленная нация. И со словами «мы дружественные народы» не согласен. Мы один народ, искусственно расколотый. Я прекрасно говорю по-украински, и меня понимают, - но так же говорю и на казахском. И от этого не перестаю быть русским человеком.
И когда спрашивали: ты же русский священник, зачем ты идешь к этим украинским казакам, к их генералам… Цель-то какая? Цель? - вот я объясняю им, что мы один народ. На этом стоял и буду стоять. Тем более, фамилия моя от запорожских казаков, и может быть, при Екатерине Великой наши предки сражались плечом к плечу. Мы братья - вот моя цель. Рожденный в России, я люблю Украину и всю ее объехал, люблю ее народ. Но - такое время смутное, что вот видите, одурманили людей на Украине, всё в головах извратили. Героями называют и славят нацистов. Вот и надо это исправлять.
Мы же не знаем, кто перед нами…
Напоследок отец Виталий рассказал об одном давнем случае, который и сейчас вспоминает покаянно.
- …Я дьякон, у меня двое детей, живем мы вчетвером в однокомнатной квартире. Выхожу из церкви после службы, усталый. Сидит дедушка. Вы представьте, у него волос не белый, а серебряный. Борода такая чистая-чистая, ни одного темного волоска, отливает серебром. Одет чисто - видно, не бомж. И вот сидит дедушка. И говорит:
- Ну кто ж меня переночевать-то пустит? Я в ваш Актюбинск приехал, переночевать кто-нибудь пустите!
Все молчат. Он меня спрашивает:
- Ну у тебя-то хоть можно переночевать? Пустишь?
Я говорю:
- Дед! Ну у меня однокомнатная квартира, двое детей. Куда я тебя пущу?
- Так я ж на одну ночь.
- Дед, ну уж ты прости, извини. У меня своих полно. - И пошел.
Дошел до автобуса: эх, что ж я натворил! Переночевал бы дед - бывают же гости, как-то помещаются. Поворачиваю - и назад.
- А где дед здесь сидел?
- Какой дед?
- Ну дед сидел же здесь! Он же спрашивал, кто его переночевать пустит.
- Никакого деда здесь не было. Отец дьякон, ты что, уже принял, что ли?
- Слушайте, ребята, я ж не сумасшедший. Я с ним разговаривал!..
Нет - никто никакого деда не видел и не слышал нашего с ним разговора.
После этого нам прислали батюшку, отца Владимира, а у него семеро детей. И жить им негде. Настоятель ему сказал: снимай квартиру и живи. А на какие деньги ему квартиру снимать?
И я свой тот грех так помнил, что поселил отца Владимира со всей его семьей, с детьми к себе в однокомнатную квартиру. И мы полгода спали все на полу, маленькие дети спали на коечке. Представляете - как мы там размещались. Вот так я свой грех искупал. И я теперь если вижу старца - всё, всё! Потому что чудо может быть, мы же не знаем кто перед нами - Ангел же ходит в образе человека! Или, может быть, Николушка Чудотворец…
 
Эта сумка отца Виталия три дня висела у Дома Зои, никем не замеченная и не тронутая...
Гости - отец Виталий ехал со средним сыном, Александром, - простились с нами и отправились дальше. Путь лежал в Оренбург, потом в Орск и дальше - в Казахстан. Так был распланирован отпуск.
Только всё получилось иначе.
Поздно вечером в ту же самую пятницу отец Виталий позвонил из Оренбурга, спросил, не видала ли я, может быть, в редакции осталась его сумка. Со всеми документами и деньгами. С утра пораньше я приехала в редакцию: нет, нигде этой сумки не было.
А утром в понедельник новый звонок. Радостный.
За несколько минут до этого самарский родственник отца Виталия - читатели «Благовеста» помнят его как руководителя фестиваля «Борис Коценко представляет» - отправился к месту Стояния Зои, где утром 18 августа, перед тем как поехать в редакцию, побывали отец Виталий с сыном и с Борисом Коценко.
- …И вот Борис приезжает туда: замок висит на калитке у входа во двор, к Дому Зои. Вот сколько раз я туда приезжал, никогда замка там не висело. Борис кричал, стучал в ворота и звал, никто не вышел. Смотрит в щелку и видит: какая-то женщина прячется, а сама глядит, кто это там. Попросил ее открыть замок, чтобы пройти на минутку.
- Не я его вешала, не мне снимать!
Борис пригляделся, а замок не заперт, только накинут сверху. Но все равно не открыть. Поискал - и недалеко от памятника Святителю Николаю нашел погнутую вилку. Распрямил ее и поддел дужку, открыл замок. Вошел во двор.
Под ногами какие-то вещи раскиданы, три дня назад мы там были, ничего этого не было. Там в двух домах какие-то бомжи - не бомжи, непонятные люди живут. Они-то, как сказала та женщина, и притащили эти вещи и раскидали. И все эти три дня они активно ходили по двору туда-сюда. Во дворе деревянный туалет.
Борис поворачивается: а, вот ваша сумка, вижу! На ветке висит.
- Ну открывай, посмотри, что там.
- Документы на месте. И кошелек.
- А в кошельке деньги есть? Открывай, посмотри!
Все деньги остались целы. Ни копейки не пропало.
Это явное, несомненное чудо: трое суток проходили мимо люди, заходили в туалет, и в полметре от себя не видел никто сумку! Трое суток! Вот Николушка! Вот это чудо! Я вам рассказывал, как я у Николушки просил прощения, что не почтил его? Вот это второе чудо Святителя Николая в моей жизни. Притом произошло оно на месте Стояния окаменевшей Зои!
Теперь я уже возвращаюсь, не поехал в Казахстан - Николушка меня почему-то отвел от казахстанской границы.
Записала Ольга Ларькина.
https://благовестсамара.рф/-public_page_50388