Ботаническая Белокуриха

Белокуриха прекрасна. Белокуриха ужасна. Все слышали о Белокурихе. Белокуриху не знает никто. Мы едем не для того, чтобы окунуться  в ее целебные воды. Мы ищем ботаническую Белокуриху. Неужели такая есть?
Белокуриху не открывал ни один ботаник. Там не прошли с экспедициями неутомимые немцы. Там не было русских исследователей растений. Белокуриху открыли простые крестьяне. Но крестьяне тоже могут быть пионерами, особенно староверы.

Первооткрыватели новых земель всегда были в сибирском  народе героями. А кто мог еще быть в Сибири героем?  Когда-то крестьянин Белокуров пришел из бесконечных  северных степей к  безымянному хребту и поставил дом. Потом появилась деревня. Напрасно пытаются выводить название деревни из говора местных телеутов. Русские с удовольствием давали новым землям свои имена. И уж совсем  нелепо выглядит миф о названии деревни по белым парам  речки, что не замерзала зимой. Источники целебной воды крестьяне сначала невзлюбили, они превращали луг в болото,  даже хотели завалить их глыбами, но тут, согласно легенде,  увидели знак. Поднялся из земли белый шар и улетел к вершине Церковки. Любят в народе таинственные легенды. Все гораздо проще и естественней. У нас в районе тоже были первопроходцы. Койновы дали имя рячке. Шипуновы дали имя речке Шипунихе. Пускай речка шипит и бежит по камням. Но Шипунов был, но Белокуров тоже был. И появились у нас в окрестностях  поселка Выдрихи и Родихи.

Как Белокуров в прошлом, правда, не в телеге, приближались мы в микроавтобусе с группой туристов к Чергинскому хребту. Горы медленно вставали в дымке жаркого лета  голубыми призраками. Вокруг лежала степь, отличная земля  и никаких лесов. Пришлось устроителям курорта высаживать миллионы маньчжурских орехов и дубов, может, именно они создали особенный воздух возле хребта. Мы приехали, чтобы найти растения, целебные воды нас не интересовали, но терренкуры были обязательны для всех,  и первой была Старая мельница. Полежав расслабленно  в водах источника, отдыхающие по совету врачей шли на маршруты. Мы приехали туристами и тоже пошли к старой мельнице. Рядом бежала по глыбам речка, стояли высокие сосны, но на тропе растений не было, лишь белели кое-где зонтики купырей, скрывались в глубокой тени вдоль тропы незабудки и тысячи бабочек боярышниц пили нектар из корзинок малиновых бодяков.  Какие цветы можно найти на тропе, где проходят тысячи туристов и отдыхающих?

Когда-то  царское правительство озадачено было проблемой медных денег и медных пушек. На Алтай пришли образованные инженеры из Европы и создали заводы и города, но не смогли поднять культуру неграмотного местного населения. Они приехали ради денег,  и не было в новых городках духовной жизни.   Появился на миг в карете под эскортом казаков великий открыватель Америки Александр Гумбольдт и,  наверное,  вспоминал фазенду в джунглях, где хозяин напрасно удерживал его до следующего утра. Утром негры-рабы  должны были забить корову на мясо.  «Нет ничего на свете прекраснее свежего мяса», - утверждал он. Гумбольдт не остался.  Приехав в Россию, на вожделенный Алтай, Гумбольдт с удовольствием осмотрел медеплавильные заводы в Змеиногорске, но ботаников там не было, не было и духовной жизни.  Не было никогда духовной жизни и в Белокурихе, только здесь искали не золото и медь, думали поправить свое здоровье. На Алтае извечно враждовали две силы: официальная  государственная  и демократичная общественная. Государство оказалось сильнее, особенно в советские времена. Белокуриха не исключение. Героями стали чиновники, а не первопроходцы, не исследователи и не ботаники.

Никаких особых растений в городе мы не нашли. Где ты, ботаническая Белокуриха? Может быть,  скрываешься в окрестных горах?