note 113

заметки на границе формы и доформенного. попытки структурирования зыбких смыслов.

<будет редактироваться>

хаос и космос (доформальное и формальное / доформенное и форменное).

хаос — неформален, он доформален. мыслитель / творец обращается напрямую к хаосу бессознательного, чтобы создать из него новую форму (космос), новую структуру, новый текст. ранее упоминаемый "Текст 1" — это уже созданный Общим Умом текст — поверхность, рацио-структура (мир привычных понятий, категорий смыслов, называемый у Кастанеды "тоналем"). "Метатекст 2" — это безмолвная глубина подсознания, содержащая весь потенциал возможных смыслов, понятий, образов, архетипов и пр., включая ещё никем не созданные, т.е. не названные. соответственно, можно сказать, что текст 1 (все привычные нам понятийно-языковые структуры - поверхность) возникли из метатекста 2, Глубины "и Дух Божий носился над водою", но точно так же, из того же хаоса метатекста 2 могли возникнуть (и параллельно возникли / возникают) другие тексты, другие миры, творимые творцами из этой глубины хаоса метатекста 2. конечно, все миры-тексты и охранители их границ могут даже бороться между собой, и хотеть чтобы другие миры-тексты "не возникали" (из хаоса вод), и это противоборство, вероятно, тоже часть плана Ума.

структурализм и деструктурализм, неоструктурализм.

структурализм — это условно "разрешённые" тексты, соответствующие всем структурным правилам, принятым в тексте 1 (принятому структурному канону — в целях ограждения от "опасной" бессознательности и "странных речей"). согласно данной шкале интерпретирования, постмодерн был де_струтивен, а модерн — до_структурен. если сильно огрублять (поскольку мы следует схематически структурной логике), постмодерн = деструктурализм: он деструктурирует привычно-структурное "набившие оскомину" понятия и смыслы.

тогда допустим, что есть еще некий Неоструктурализм (ближе всего он, вероятно, к модерну и метамодерну).

Неоструктурализм, не разрушает, не насмешничает, не передразнивает ядовитой пародией (как постмодерн), но он просто невинно игнорирует структурализм (рациональную поверхность тоналя привычного мира - текст 1), как будто, его нет и никогда не было: он обращается напрямую к хаосу вод (метатексту 2), в глубины бессознательного, где образы предметов райски мифологически-синкретично едины с одухотворяющим их духом логоса идей, соединяя их в метафоре или как-то иначе. в этом смысле неоструктурализмом можно было бы считать "Школу для дураков" Саши Соколова и другие разные "магические" тексты, или даже тексты эпохи романтизма.

так ребенок-аутист, или просто ребёнок, ещё не постигший правила взрослого поверхностного мира, живёт "в своём мире", на грани между сном и явью. зачем ему как постмодернисту ядовито смеяться (деструктурировать) над тем, что он еще даже не постиг, чего он не понимает. он живёт в своем бессознательном, как рыба в воде: рыба, которая не знает земной поверхности Рационального и структурированного разумом мира, не имеет никакого понятия об этом мире, и возможно, не хочет знать. поэтический философ, или художник подобен такому ребёнку, но в его случае, это уже осознанный выбор — пребывать в воде, или на границе между водой и поверхностью, между сном и явью.

хаос и космос антиутопии.

практически любая антиутопия, включая фильм "Матрица" (можно ли его считать антиутопией?), роман Замятина "Мы" и др. подобные фильмы и книги, имеет некую общую структуру:

1. Поверхность - рациональный упорядоченный мир (условный "космос", "гармония" соразмерных частей),

2. некие "хакеры" - деструктивные, иррационально-маргинализованные элементы, поэтические иррационалисты, творцы - носители первобытного хаоса Глубины "в тебе есть капля лесной крови" - говорит И Д-503 (буквальную цитату не помню). кажется, Платон хотел выгнать всех поэтов из гос-ва? наверно, потому что Платон очень идеен: в нём перевешивала рационально-структурная часть, а бессознательную, он мб, и вовсе игнорировал.

3. есть и третье - сама Глубина (мир "за Стеной", к которому близки маргинализованные элементы) — первобытный хаос, ночь души, нагваль, смыслопорождающие воды бессознательного, из которых возникает и сам структурный мир как некий остров (тональ) посреди хаоса океанов.

4. и ещё есть, конечно, охранители границ Рационального мира от хаоса бессознательного (души, сновидений, любви, странных поэтических речей) — "стражники порядка" / страждущие порядок, в романе «Мы» - тайное бюро, в матрице - агенты матрицы.

трагедия антиутопии обычно возникает в точке столкновения этих двух миров (хаоса и порядка; доформенного и формального; лесной или водной глубины зелено-сине-черного хаоса и "светлой" стерильной рациональной структуры порядка; бессознательного и сознательного; маргинального и условно нормального; Глубины и Поверхности, Сна и Яви, Души и Разума, Любви и Разума, безмерного и мерного и т.д.) в душе одного человека.

философ между логосом и хаосом.

философ выполняет своего рода объяснительно-примиряющую роль, посредническую функцию. ведь по своей сути философ обычно логик-структуралист, его речь не всегда странно-поэтична (хотя есть разные типы философов или разные стили философии), но при этом философ смотрит в Неизвестность ночи бессознательного, поэтому он близок и поэтическому хаосу. так что философ - это мост между рационально-дневной сознательной логичностью и сновиденческими странными речами бессознательностью, между последовательной серьёзностью и спонтанным юмором. ведь юмор, ирония - по своей сути тоже "существо" бессознательного хаоса.

философ логически обуславливает необходимость и потребность сердца и разума в Глубине, в открытости ума мыслителя Неизвестному и Непостижимому до конца. поскольку человек не может находится в бесконечном бодрствовании, он нуждается в моменте засыпания — тогда он добровольно сдаётся хаосу бессознательного, и в моменты сна он пребывает в Блаженстве непостижимого,  и совершенно свободен от сковывающего его наяву страха перед "правилами" рационально-поверхностного мира. "но меркнет день, настала ночь".

в свою очередь, вечно бодрствующий, но закрытый, ограниченный ум, скованный страхом, соблюдающий все принципы и правила, установленные рационально-системным миром, не рождает новых смыслов и не оживляет культуру, поэтому культура, полная только закрытыми умами, мертвеет, она должна быть оживлена поэтической свободой мысли мыслителя / творца, открытого хаосу подсознания.