Глава 8. Предательство ли?

 Лина и её спутник, её маленький мальчик, которого она давно потеряла, оказавшийся здесь, в Междумирье, Служителем какого-то там кристалла, которого она ещё слабо понимала, вышли из Карэ-сенсуй. Перед Линой предстали высокие, полупрозрачные, узорчатые ворота, белоснежные с красными узорами по краям и золотисто-охристыми рунами, будто бы горящими ярким пламенем.

"Ты стоишь на перепутье, в твоей душе много сомнений. Если ты пробудишь магические силы в смятении, тоттобой могут овладеть Воины Теней. Ты должна быть твёрдой", — сказал Служитель.

"Но как, мальчик мой, милый мой Кирюша?! Я так тосковала по тебе, и вот ты со мной. У меня столько переживаний, столько вопросов", — взволнованно бормотала Лина.

«Я забыл имя своё. Я здесь Служитель Кристалла Рассвета. Зови меня так. Я выполню свой долг и уйду дальше. Не привязывайся ко мне, иначе ты будешь уязвима. А они это чувствуют!» — отвечал маленький человек в красном плаще.

Он взмахнул посохом, и ворота стали открываться плавно и бесшумно.

«А какой твой долг?» — спросила Лина, завороженно глядя на то, что ждало её за воротами.

Перед ней открылся огромный зал с высоким, практически бездонным потолком. Стены были, как ей показалось, тонкими, будто из рисовой бумаги с редкими бамбуковыми вставками. Потолок сиял золотом так, что начинали слезиться глаза. Причудливым узором сплетались на нём алые знаки древних рун, причём Лине даже казалось, что они постоянно перемещались, словно складывались в некие слова или заклинания и исчезали где-то в неразличимой выси. Пол был мраморный и идеально белый. По залу разлеталось эхо от шагов и тихого разговора.

 «Я виноват в том, что Эйн Чун остался в облике Дракона. Я отдал древнюю летопись Воинам Теней, поэтому Великий Магистр не может принять свой прежний вид. Мой долг — служить ему и вернуть древнюю летопись с заклинанием! И тогда он простит меня и отпустит дальше!» — произнес служитель, входя в зал.

«А почему я здесь? Я умерла?» — спросила Лина.

«Нет, ты не умерла. Твоя душа переродилась в человека, но когда-то ты была Великой Волшебницей! Ты когда-то жила здесь! Поэтому и услышала зов Эйн Чуна, поэтому ты и рисовала его на картинах! Сейчас ты должна вспомнить себя, вернуть свою мощь и магию, без тебя Междумирье не устоит под натиском Воинов Теней!»

«Ничего не понимаю, кто я, как я... А зачем ты отдал летопись кому-то?» — недоумевала Лина.

   Служитель молчал, он опустил голову, и они какое-то время шли молча по огромному залу. Потом перед ними будто из-под земли выросли стеллажи с древними манускриптами.
Толстые свитки, книги в кожаных переплетах с металлическими застежками, хрупкие листы, скрепленные шелковыми лентами — здесь хранились тайны Междумирья.

      Лина провела рукой по корешку одной из книг. Пальцы ощутили шероховатость кожаной обложки, едва заметные углубления древних символов. Внезапно в голове вспыхнули обрывки воспоминаний: вот она стоит в этом зале, в алом платье и плаще, читает что-то перед какими-то людьми в длинных мантиях. Что она читает… что-то важное, лица слушателей угрюмы и сосредоточены.

«Я вспомнила!»— прошептала Лина.

  Служитель обернулся. В его глазах, таких знакомых, несмотря на отчуждённость, мелькнуло понимание.

  И тут с Линой стало происходить что-то странное. Сначала она почувствовала тепло, которое волной стало разливаться по её телу, потом она изнутри вся засветилась. Стало так ярко, что она закрыла глаза. И вдруг она почувствовала, что парит над мраморным полом. Неведомая сила её подняла и стала кружить по хранилищу древних манускриптов, поднимая всё выше и выше. Она стала узнавать записи заклинаний, сложенных из древних рун. И сама она преобразилась: волосы потемнели, кожа на руках разгладилась и засияла.
В отражении слюдяного окна она увидела совсем другую себя: статную, высокую, стройную. Волосы тёмные, почти чёрные, распущены, взгляд твёрдый и решительный, глаза горят, как два алых уголька.

  Она обретала уверенность в парении, и вот уже почувствовала, что может сама управлять своим телом в воздухе. Так легко и свободно! Она всё вспомнила! Осознание своих сил полностью к ней вернулось. Она — настоящая ведьма! Она — Хранительница Врат Междумирья.

  Лина плавно опустилась на пол, и сияние вокруг неё постепенно угасло, оставив после себя лишь лёгкое мерцание вдоль линий древних рун на стенах. Воздух в зале дрогнул, будто выдохнул с облегчением, а книги на полках зашелестели страницами, словно переговаривались между собой.

  Лина провела рукой в воздухе — знак древней руны Альгиз. В Междумирье её называли руной жизни, это символ божественного покровительства.

В одно мгновение Лина и Служитель Кристалла Рассвета очутились в великолепном саду, среди многочисленных деревьев белоснежной Сомей Ёшино. Лепестками нежной и редкой сакуры были усыпаны, точно снегом, все дорожки.

  Посреди сада возвышался неимоверных размеров кристалл — это самое сокровенное место Междумирья, сокровищница великих магов и источник силы Великого Магистра и Хранителей Врат Мира. Кристалл Рассвета представлял собой шестигранную псевдогексагональную призму, завершающуюся шестигранным пирамидальным окончанием; на прозрачных гранях едва заметна поперечная штриховка. Кристалл переливался всеми цветами радуги.

"А вот и Эйн Чун с Котом!" — сказала Лина.

«Великая Хранительница Врат Мира, ты всё вспомнила! Наконец-то! А то я уж думал, что мне так и придётся в твоей избушке мышей ловить и мяукать!» — ответил Кот.

Её старый кот тоже изрядно преобразился: из облезлого, серого с белыми полосками, он превратился в грациозного, мощного и статного, стал похож чем-то на леопарда. Повадки, однако, остались прежними.

«Смотрю, ты такой же наглый и неучтивый», — отметила Лина.

«Ладно, ладно, я молчу и падаю к вашим ногам, Великая Хранительница», — с почтением произнёс Кот.

«Эйн Чун, как ты допустил предательство в Междумирье?! Как ты мог потерять власть и силу?!» — сурово спросила Лина.

«Некогда об этом! Смотри, кристалл теряет свою силу!» — пророкотал Дракон.

Кристалл задрожал и стал мерцать, послышалось зловещее шуршание отовсюду.

«Это воины Теней! Они прорвали защиту!» — с ужасом сказал Кот.

«Отдайте Хранительницу нам!» — зашипело, зашумело со всех сторон.

  Сад Сомей Ёшино потемнел, кристалл стал непрозрачным, и поднялся сильный ветер. Из темноты появился Чёрный Воин и потянул свои неоформленные, будто бы сотканные из чёрного дыма руки к Лине.

"Уходите, я их задержу!" — сказал Служитель Кристалла Рассвета. Он взмахнул посохом, и возникла завеса, словно сплетенная из многочисленных тончайших золотых нитей.

"Кир, я не брошу тебя!" — воскликнула Лина. Она хоть и пробудила свои силы и осознала, кто она на самом деле, но терять сына снова не хотела.

"Хранительница, это его долг, мы должны уйти!" — прорычал Эйн Чун и выпустил огромное облако из пасти. Лина, Кот и Красный Дракон исчезли.

  Служитель Кристалла Рассвета из последних сил сдерживал напор Воинов Теней, но в какой-то момент силы его иссякли. Посох вдруг упал, и чёрные руки Воина Теней подхватили Служителя, подняли и с силой бросили на землю. И всё исчезло. Тени отступили, в саду Сомей Ёшино снова стало светло и тихо, Кристалл Рассвета сиял. Только фигурка маленького человека в красном плаще лежала на земле. На лице его была улыбка умиротворения и спокойствия.
С тонких веток белоснежной сакуры падали и кружились в плавном, незамысловатом танце маленькие, почти невесомые, полупрозрачные лепестки.