Эхо Будапешта

                Из историй В Горбунова

   О Будапештском восстании 1956 года писали и показывали скупо, как это было при-

нято в СССР. Чего уж там, не любили комунистические идеологи подобных поворотов

истории и только редкие свидетельства отдельных участников событий немного вос-

полняли случившееся без прикрас

   Например, брат В.Горбунова командовал танковым батальоном прямо в центре горо-

да, напротив парламента Венгрии через Дунай, До поры до времени танкисты не вме-

шивались в происходящее,ожидая команды и она поступила 23 октября. Около полудня

рядом с танком комбата остановился посольский лимузин, из которого вышел А. Ми-

коян. "Вы меня узнаете?- поинтересовался посланник Хрущева" "Так точно!-откозырял ком-

бат.-"Слушайте внимательно,майор, это машина посла Андропова, как только мы на

улице,что рядом, заедем за угол, открывайте огонь силами своего батальона по пар-

ламенту. За выполнение задачи государственной важности вам присвоят орден Бое-

вого Красного знамени. Удачи!- кивнул Микоян.

  Приказ очень большого начальника танкисты,конечно, выполнили и майор получил

орден, но увидев мельком в машине Андропова, комбат долго ломал голову, где он

его видел раньше? А потом вспомнил, посольская машина несколько раз за неделю

до этого приезжала на набережную и Андропов выходил из нее рядом с явно военны-

ми, хотя те были в штатском. И еще ему вспомнилась немаловажная деталь, выходит,

их батальон, как ни крути, первым вступил в бой против восставших...

   Но совсем по-другому обернулись события в Венгрии для выпускника Харьковско-

го танкового училища Б. Челышева. С началом боев он и его однокашники поездом

выехали на запад, где в предместьях Будапешта их прямо с марша захватили в плен.

Скверную шутку с молодыми офицерами сыграли незнание языка, путанные команды

старших командиров и плохая ориентация на местности. После допросов, очных ста-

вок, разных проверок Челышев оказался в концлагере, где комендантом был самый

настоящий эсэсовец при соответствующей форме и знаках отличия. Правда, при по-

ступлении в лагерь новых узников, комендант твердил, что отдал приказ охране и

администрации в случаях тяжелого нарушения со стороны пленных, лучше сразу

убить, чем мучить. Похоже, что он все же не забыл итоги Второй мировой.

   Затем пришел день освобождения, после которого начались допросы, проверки и

очные ставки уже на советской стороне. Их объединяло то, что чекисты-начальники

старались даже не вникать в объяснения случившегося и тут же предлагали вчераш-

ним узникам уволиться, повторяя несостоявшимся танкистам гранитную истину на бу-

дущее,молчание-золото.