Сундук бабы кати

Шел девяносто пятый. Беда в том, что это была середина девяностых. И так безобразное экономическое положение страны, ещё усугубилось начавшейся в январе Первой Чеченской войной и зарплаты по стране практически перестали платить. Задержки по зарплате составляли до шести-семи месяцев, даже в армии и милиции.

БЕЛАЯ «ДВОЙКА»

Ранним весенним утром Григорий вышел на работу. Маршрутного автобуса не было и непонятно, когда появится, никакого расписания не соблюдались и в помине. Своей машины не было, да и приобрести ее было не на что, обидно, что даже денег доехать на попутке тоже не было. Был бы он в ментовской форме, было бы проще, но опера форму не носили, и капитан за три года одевал ее только дважды: когда награждали медалью и для фото в личное дело, да и то, только рубашку и китель, а внизу были джинсы. Все равно на фотографии по грудь, их не видно.

Григорий стоял на краю проезжей части, не голосуя, в надежде, что кто-то остановится сам. А раз сам, то платить не нужно – сам, ведь посадил попутчика. И он не промахнулся. Старенькая «двойка» жигулёвской модели, уже проехав его, вдруг остановилась, дверь её распахнулась и из нее появилась голова мужика. Жестом голова пригласила опера в машину. Радостный парень быстро подбежал к «двойке» и сел в нее, пока водитель не передумал. Сказав мужику, где он выйдет, парень в уме представлял как разочаруется водила, когда узнает, что пассажиру платить нечем, и наверняка, мечтавший заработать мужик, загрустит обломом.

Когда «двойка» остановилась на нужной остановке Григорий, чтобы как-то сгладить свою финансовую несостоятельность, избегая смотреть в глаза подвозившего, сказал:

– Знаешь, парень, денег у меня нет. Но я работаю в ментовке. Если у тебя случатся какие неприятности, ты обращайся, постараюсь помочь.

Но парень вовсе не разочарованно ответил:

– Вообще-то я тебя не ради денег подвёз. А потому, что мы с тобой вместе твой сундук тащили.

Прозвучало, как пароль или отзыв на него. Капитан впервые посмотрел в лицо говорившего. Серые, то ли мутно-голубые глаза, крупная бородавка на щеке и какой-то нелепый нос. Лицо ничего не говорило и ни о чем не напоминало, но «двоечник» больше ничего не добавил к сказанному и как только пассажир вышел, тронулся с места. А уже через полчаса, Григория закрутила криминальная круговерть и он забыл и загадочного мужика и какой-то сундук.

ТРОЕ НА ПРОЕЗЖЕЙ ЧАСТИ

Спустя пару месяцев, Григорий вместе с молодым оперативником Петром Епифановым, поздно вечером, на дежурном УАЗике спешил на происшествие. Только отъехали от отделения, и не успели преодолеть и ста шагов, как наткнулись на пикет из троих пьяных мужиков, которые преградили дорогу их машине. Они, как знаменитая тройка из «Кавказской пленницы», взявшись за руки, перекрыли дорогу, при том средний из них, имитируя Вицина, кривлялся, опустившись на колени.

 Водитель сержант Андрей Курмышкин ударил по тормозам, непосредственно перед этой «гайдаевской тройкой». Все выскочили из машины. В другой раз эта шутка, может и сошла бы с рук приколистам, но не сейчас, когда каждая минута была на счету.
Григорий, схватил «Вицина» и сходу придав ускорение забросил его в УАЗик. Труднее было маленькому сержанту Курмышкиму, ему достался здоровенный детина, явно качок, который вроде бы и не сопротивлялся, но легко приподнял сержанта, как ребенка и невинно улыбался , явно не желая идти в машину. Капитан, ударом в сплетение, как-то сразу испортил хорошее настроение качку и болевым приемом на кисть препроводил в машину.
 
А в это время, «Вицин», что уже сидел в машине, не стал дожидаться развязки и пока Григорий возился с качком, так как задние двери ментовской машины, изнутри не открывается, перелез на водительское сиденье и вышел на другую сторону, качаясь побрел от событий куда-то во дворы. Курмышкин побежал за ним, чтобы догнать и вернуть обратно, а капитан поспешил на помощь Епифанову.

С третьим нарушителем дело обстояло веселее всего. Он, не то чтобы стал каратэ показывать, но явно не хотел подчиняться менту. Поскольку Епифанов, достал пистолет и даже передернул затвор, сняв с предохранителя, это не понравилось пьяному и он, поймав Петю за руку, пытался отобрать у того оружие. Тишину ночного городка разорвал грохот выстрела. Задержанный, бросив Петину руку, захромал, припадая на правую ногу. Вдвоем, затолкав раненного в машину, быстро доставили всех в отделение.

«Вицина» и «качка» определили в камеры, а Епифанов раненного забрал к себе в кабинет разбираться. На происшествие Григорий с водителем теперь поехали вдвоем.

НЕОЖИДАННЫЙ ДРУГ

Когда наряд вернулся в отделение и капитан Чередник, проходя мимо камер задержанных услышал из-за решетчатой двери:

– Гришка, друг! Это мой лучший друг Гришка Чередник.

Григорий остановился и хоть зная, что у него здесь друзей не было, тем более «лучших», все же спросил у кричавшего задержанного:

– Ты кто? Как твоя фамилия?

Задержанный не отвечал, только все кричал, что они лучшие друзья с опером.
Узнав в дежурной части, что у задержанного им нарушителя порядка звали Игорь Сметанин, Гришка вспомнил, что слышал о нём от своего друга по курсантской жизни Вадима Аверьянова, и вспомнил, что он был Вадиму лучшим другом детства и одноклассником. Конечно, капитан вытащил Сметанина из камеры и забрал к себе в кабинет. Это был тот самый «Вицин», который втихушку пытался удрать из ментовской машины. Бородавка на щеке возле смешного носа, сразу напомнила оперу, того мужика, что говорил о загадочном сундуке.

Сейчас Смит, так в детстве звали его все друзья, сидел обидевшись, на Гришку, которого он назвал своим лучшим другом, а тот не узнал его и несправедливо задержав, посадил в камеру. Поэтому Смит не разговаривал, гордо отвернувши свой смешной нос в сторону.

– Ну, ладно, не дуйся. Откуда мне было знать, кто ты? Ночь, мы едем на происшествие и тут вы втроем, пьяные пытаетесь нам помешать. Что мне было делать? Спрашивать, как твоя фамилия? Кстати, о каком сундуке ты тогда говорил?

– Ты чё, забыл? Мы с тобой десять лет назад твой сундук тащили в контейнер. Ты молодым летёхой в Сибирь тогда уезжал, еще рассказывал, как в отпуске на Украине с какой-то телкой задружил и теперь боялся, чтобы жена ничего не узнала. В беседе со Смитом, он узнал, что фамилия «качка» Пендюрин. И про Игоря Пендюрина он тоже слышал от Вадима, так о втором его лучшем друге детства, только «качок» этот был младшим братом Игоря.

В СУНДУКЕ ХРАНИЛАСЬ ДРУЖБА

Боже, это были такие милые воспоминания молодости, которые Гришка забыл совсем, а этот смешной Сметанин напомнил ему всё, к тому же назвал его своим лучшим другом. Это был повод открыть с задержанным бутылку водки и вернуться в воспоминания восемьдесят четвертого года.

Гришка, выпустившись из училища, и отгуляв свой первый офицерский отпуск, с женой и своими друзьями Аверьяновыми стал собирать небогатый лейтенантский скарб, типа подаренного на свадьбе набора посуды, десятитомного сборника русской поэзии, тёщиного ковра и три десятка томов мировой классики. Жена Вадима Аверьянова, а по совместительству лучшая подружка с детсадовского возраста Гришкиной жены, отдала Чередникам любимый сундук Вадима, доставшийся ему от его покойной бабы Кати. Вадим сначала возмущался, так как на этом сундуке в детстве он спал, будучи в гостях у любимой бабушки, но поддавшись уговорам, и резонно вспомнив, что ему, вообще-то, достались два сундука бабы Кати, согласился, хотя и чувствовал, что оторвал от сердца.

Вот этот сундук и помогал тащить друг Аверьянова и одноклассник Игорь, которого Гриня видел первый раз в жизни и, скорее всего, в последний, так как уезжал служить аж в Забайкалье и вряд ли когда еще встретится со смешным парнем по имени Игорь Сметанин.

Разве мог он предположить, что этот старенький, коричневого цвета сундук положит начало и скрепит дружбу навсегда.