Пророчества монаха авеля

       Монах Авель жил во второй половине ХVIII-го века и в первой XIX-го. Родился Авель 18 марта 1757 года в деревне Акулово Тульской губернии. По некоторым данным он был коновалом, но все внимание его было устремлено на божественное и на судьбы Божии. Его считали прозорливцем, предсказавшем крупные государственные события своего времени. За десять лет до нашествия французов Авель предсказал занятие ими Москвы. За это предсказание и за многие другие монах Авель поплатился тюремным заключением. Во времена правления Александра 1 монах Авель в Соловецкой тюрьме просидел более 10 лет. Екатерина II, Павел I, Александр I и Николай I то заключали его в тюрьму за предсказания, то вновь освобождали, желая узнать будущее.
       Авель имел многих почитателей. Он вел переписку с фрейлиной Параскевой Андреевной Потемкиной (Закревской). На ее просьбу открыть ей будущее Авель ответил так: «Сказано, ежели монах Авель станет пророчествовать вслух людям, или кому писать на харатиях, то брать тех людей под секрет и самого Авеля и держать их в тюрьмах или в острогах под крепкою стражею»...
       «Я согласился, — пишет далее Авель, — ныне лучше ничего не знать, да быть на воле, а нежели знать, да быть в тюрьмах и под неволею». Авель сообщал ей также, что сочинил для нее несколько книг, которые и обещал выслать в скором времени. «Оных книг, — пишет Авель, — со мною нет. Хранятся они в сокровенном месте. Оные мои книги удивительные и преудивительные, и достойны те мои книги удивления и ужаса. А читать их только тем, кто уповает на Господа Бога». Многие, почитая Авеля святым, ездили к нему справляться о женихах своим дочерям. Он отвечал, что он не провидец и что предсказывает только то, что ему повелевается свыше.
     Дошло до нашего времени «Житие и страдания отца и монаха Авеля», но напечатанные в сокращенном виде. Все касающееся высокопоставленных лиц было вычеркнуто. Авель много странствовал по России, поселился в Валаамском монастыре, но прожил там только год.
     Много испытаний выпало на его долю.  Все преодолел Авель, и за то «сказа ему безвестная и тайная Господь» о том, что будет всему миру. С того времени и начал Авель пророчествовать. Два неких духа   сказали Авелю: «Но не всем скажи и не всем напиши, а только избранным моим и только святым моим». Авель вернулся в Валаамский монастырь, но, прожив там недолго, стал переходить из монастыря в монастырь, пока не поселился в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии, на Волге. Там он написал свою первую книгу «мудрую и премудрую». Книгу эту Авель показал настоятелю, а тот его вместе с книгой проводил в консисторию Русской православной церкви.
     Из консистории его направили к архиерею, а архиерей сказал Авелю «Сия твоя книга написана смертною казнию» — и отослал книгу с автором в губернское правление. Губернатор, ознакомившись с книгой, приказал Авеля заключить в острог. Из костромского острога Авеля под караулом отправили в Петербург. Доложили о нем «главнокомандующему Сенате», генералу Самойлову. Тот прочел в книге, что Авель через год предсказывает скоропостижную смерть царствовавшей тогда Екатерине II, ударил его за это по лицу и сказал: «Как ты, злая глава, смел писать такие слова на земного бога?»
   — Авель отвечал: «Меня научил секреты составлять Бог!»
   — Генерал подумал, что перед ним простой юродивый и посадил его в тюрьму, но все-таки доложил о нем Государыне.
   
     В тюрьме Авель просидел около года, пока не скончалась Екатерина. Просидел бы и больше, но книга его попалась на глаза князю Куракину, который был поражен верностью предсказания и дал прочесть книгу Императору Павлу. Авеля освободили и доставили во Дворец к Государю, который просил благословения прозорливца:
— Владыко отче, благослови меня и весь дом мой, дабы твое благословение было нам во благое. Авель благословил. «Государь спросил у него по секрету, что ему случится», а затем поселил его в Невской Лавре.
     Но Авель вскоре оттуда ушел в Валаамский монастырь и тем написал вторую книгу, подобную первой. Показал ее казначею, а тот ее отправил к Петербургскому митрополиту. Митрополит книгу прочел и отправил в «секретную палату, где совершаются важные секреты и государственные документы». Доложили о книге Государю, который увидал в книге пророчество о своей скорой трагической кончине. Авеля заключили в Петропавловскую крепость, где Авель просидел около года, пока император Павел 1 не умер, согласно предсказанию. 
     После смерти Павла 1 Авеля выпустили, но не на свободу, а под присмотр в Соловецкий монастырь, по приказанию Императора Александра I.  Авель получил полную свободу, но пользовался ею недолго. Написал третью книгу, в которой предсказал, что Москва будет взята в 1812 году французами и сожжена. Высшие власти осведомились об этом предсказании и посадили Авеля в Соловецкую тюрьму при таком повелении: «Быть ему там, доколе сбудутся его предсказания самою вещию».
В Соловецкой тюрьме, в ужасных условиях, Авелю пришлось просидеть 10 лет и 10 месяцев. Москва была взята Наполеоном, и в сентябре 1812 года Александр I вспомнил об Авеле и приказал князю А.Н. Голицыну написать в Соловки приказ освободить Авеля. В приказе было написано: «Ежели жив-здоров, то ехал бы к нам в Петербург, мы желаем его видеть и нечто с ним поговорить».

     Письмо пришло в Соловки 1 октября, но соловецкий архимандрит, боясь, что Авель расскажет Царю о его (архимандрите) «пакостных действиях», отписал, что Авель болен, хотя тот был здоров. Только в 1813 году Авель мог явиться из Соловков к Голицыну, которому Авель сказывал «вся от начала веков и до конца».
Авель стал опять ходить по монастырям, пока в царствование Николая Павловича не был пойман по распоряжению властей и заточен в Спасо-Евфимиевский монастырь в Суздале, где, по всей вероятности, и скончался.
    За всю свою долгую жизнь, — он жил более 80 лет, — Авель просидел за предсказания в тюрьме 21 год.

    Пришел час, и стал он пророчествовать: пройдет, мол, такое-то время, и помрет Царица, — и смертью даже указал какою. Как ни далеки Соловки были от Питера, а дошло все-таки вскорости Авелево слово до Тайной канцелярии. Запрос к настоятелю, а настоятель, недолго думая, Авеля — в сани и в Питер; — а в Питере разговор короткий: засадили пророка в крепость... Когда исполнилось в точности Авелево пророчество и узнал о нем новый Государь, Павел Петрович, то, вскоре по восшествии своем на престол, повелел представить Авеля пред свои царские очи. Вывели Авеля из крепости и повели к Царю.
   — Твоя, — говорит Царь, — вышла правда. Я тебя милую. Теперь скажи: что ждет меня и мое царствование?
   — Царства твоего, — ответил Авель, — будет все равно, что ничего: ни ты не будешь рад, ни тебе рады не будут, и помрешь ты не своей смертью. Не по мысли пришлись Царю Авелевы слова, и пришлось монаху прямо из дворца опять сесть в крепость... Но след от этого пророчества сохранился в сердце наследника Престола Александра Павловича. Когда сбылись и эти слова Авеля, то вновь пришлось ему совершить прежним порядком путешествие из крепости во дворец царский.
     — Я прощаю тебя, — сказал ему Государь, только скажи, каково будет мое царствование?
    Предсказание это было дано императору Павлу I сразу после кончины его матери Екатерины II в 1796 году.
    «В зале был разлит мягкий свет. В лучах догоравшего заката, казалось, оживали библейские мотивы на расшитых золотом и серебром гобеленах. Великолепный паркет Кваренги блестел своими изящными линиями. Вокруг царили тишина и торжественность. Пристальный взор Императора Павла Петровича встретился с кроткими глазами стоявшего пред ним монаха Авеля. В них, как в зеркале, отражались любовь, мир и отрада. Императору сразу полюбился этот, весь овеянный смирением, постом и молитвою, загадочный инок. О прозорливости его уже давно шла широкая молва. К его келии в Александро-Невской Лавре шел и простолюдин, и знатный вельможа, и никто не уходил от него без утешения и пророческого совета. Ведомо было Императору Павлу Петровичу и то, как Авель точно предрек день кончины его Августейшей Родительницы, ныне в Бозе почивающей Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны. И вчерашнего дня, когда речь зашла о вещем Авеле, Его Величество повелеть соизволил завтра же нарочито доставить его в Гатчинский дворец, в коем имел пребывание Двор.Ласково улыбнувшись. Император Павел Петрович милостиво обратился к иноку Авелю с вопросом, как давно он принял постриг, и в каких монастырях был.
— Честной Отец! — промолвил Император. — О тебе говорят, да я и сам вижу, что на тебе явно почиет благодать Божия. Что скажешь ты о моем царствовании и судьбе моей? Что зришь ты прозорливыми очами о Роде моем во мгле веков и о Державе Российской? Назови поименно преемников моих на Престоле Российском, предреки и их судьбу.
    — Эх, Батюшка-Царь! — покачал головой Авель. — Почто себе печаль предречь меня понуждаешь? Коротко будет царствование твое, и вижу я, грешный, лютый конец твой. На Софрония Иерусалимского от неверных слуг мученическую кончину приемлешь, в опочивальне своей удушен будешь злодеями, коих греешь ты на царственной груди своей. В Страстную Субботу погребут тебя... Они же, злодеи сии, стремясь оправдать свой великий грех цареубийства, возгласят тебя безумным, будут поносить добрую память твою... Но народ русский правдивой душой своей поймет и оценит тебя и к гробнице твоей понесет скорби свои, прося твоего заступничества и умягчения сердец неправедных и жестоких. Число лет твоих подобно счету букв изречения на фронтоне твоего замка, в коем воистину обетование и о Царственном Доме твоем: «Дому сему подобает твердыня Господня долготу дней»...
   — О сем ты прав, — изрек Император Павел Петрович. — Девиз сей получил я в особом откровении, совместно с повелением воздвигнуть Собор во имя Святого Архистратига Михаила, где ныне воздвигнут Михайловский замок. Вождю небесных Воинств посвятил и замок, и церковь...
   — Зрю в нем преждевременную гробницу твою, Благоверный Государь. И резиденцией потомков твоих, как мыслишь, он не будет. О судьбе же Державы Российской было в молитве откровение мне о трех лютых игах: татарском, польском и грядущем еще — жидовском.
   — Что? Святая Русь под игом жидовским? Не быть сему во веки! — гневно нахмурился Император Павел Петрович. — Пустое болтаешь, черноризец...
    — А где татары, Ваше Императорское Величество? Где поляки? И с игом жидовским то же будет. О том не печалься, батюшка-Царь: христоубийцы понесут свое...
    — Что ждет преемника моего, Цесаревича Александра?
    — Француз Москву при нем спалит, а он Париж у чего заберет и Благословенным наречется. Но тяжек покажется ему венец царский, и подвиг царского служения заменит он подвигом поста и молитвы и праведным будет в очах Божиих...
    — А кто наследует Императору Александру?
    — Сын твой Николай...
    — Как? У Александра не будет сына. Тогда Цесаревич Константин...
    — Константин царствовать не восхочет, памятуя судьбу твою... Начало же царствования сына твоего Николая бунтом вольтерьянским зачнется, и сие будет семя злотворное, семя пагубное для России, кабы не благодать Божия, Россию покрывающая.
    Через сто лет после того оскудеет Дом Пресвятыя Богородицы, в мерзость запустения Держава Российская обратится.
     — После сына моего Николая на Престоле российском кто будет?-— Внук твой, Александр Вторый, Царем-Освободителем преднареченный. Твой замысел исполнит — крестьян освободит, а потом турок побьет и славянам тоже свободу даст от ига неверного. Не простят жиды ему великих деяний, охоту на него начнут, убьют среди дня ясного, в столице верноподданной отщепенскими руками. Как и ты, подвиг служения своего запечатлеет он кровью царственною...
   — Тогда-то и начнется тобою реченное иго жидовское?
   — Нет еще. Царю-Освободителю наследует Царь-Миротворец, сын его, а твой правнук, Александр Третий. Славно будет царствование его. Осадит крамолу окаянную, мир и порядок наведет он.
    — Кому передаст он наследие царское?
    — Николаю Второму — Святому Царю, Иову Многострадальному подобному.
На венец терновый сменит он корону царскую, предан будет народом своим; как некогда Сын Божий. Война будет, великая война, мировая... По воздуху люди, как птицы летать будут, под водою, как рыбы плавать, серою зловонной друг друга истреблять начнут. Измена же будет расти и умножаться. Накануне победы рухнет Трон Царский. Кровь и слезы напоет сырую землю. Мужик с топором возьмет в безумии власть, и наступит воистину казнь египетская...
    Горько зарыдал вещий Авель и сквозь слезы тихо продолжал:
   — А потом будет жид скорпионом бичевать Землю Русскую, грабить Святыни ее, закрывать Церкви Божии, казнить лучших людей русских.
    Сие есть попущение Божие, гнев Господень за отречение России от Святого Царя. О Нем свидетельствует Писание. Псалмы девятнадцатый, двадцатый и девяностый открыли мне всю судьбу эту. «Ныне познах, яко спасе Господь Христа Своею, услышит Его с Небесе Святаго Своего, в силах спасение десницы Его». «Велия слава его спасением Твоим, славу и велелепие возложиши на него».
    «С ним семь в скорби, изму его, и прославлю его, долготою дней исполню его, и явлю ему спасение Мое». «Живый в помощи Вышняго, Возсядет Он на Престоле Славы. А брат Его царственный — сей есть тот, о котором открыто Пророку Даниилу: «И восстанет в то время Михаил, князь великий, стоящий за сынов народа твоего...»
Свершатся надежды русские. На Софии, в Царьграде, воссияет Крест Православный, дымом фимиама и молитв наполнится Святая Русь и процветет, аки крин небесный...»
Помазанник Божий внимал словам гонимого пророка и верил, что пророческое видение, которое видел он, сбудется после многих дней, и он пророчествует об отдаленных временах.
    – Велика будет потом Россия, сбросив иго жидовское, – предсказал монах Авель далее. – Вернется к истокам древней жизни своей, ко временам Равноапостольного, уму-разуму научится бедою кровавою. Свершатся надежды русские: на Софии в Цареграде воссияет крест православный. Дымом фимиама и молитв наполнится и процветет, аки крин небесный. Великая судьба предназначена России. Оттого враги Бога так ненавидят все русское; все, что связано Россией; все, что напоминает о ее прошлом и грядущем величии! Оттого и не должны забывать русские своего предназначения, своего служения Богу! Оттого и вредны рассуждения о вреде русского национализма.
    Естественно, имеется в виду такой национализм, который во главу угла ставит выполнение воли Божией, а это служение Богу, Царю – Помазаннику Его и Отечеству Богоизбранного Русского Народа; такой национализм, который обязывает русского националиста не угнетать другие народы, а помогать этим другим народам спасаться, указывая путь истинной Веры.
    Оттого и пострадает Россия, чтобы очиститься и возжечь свет во откровение языков... В глазах старца Авеля горел пророческий огонь нездешней силы. Вот упал один из закатных лучей солнца, и в диске света пророчество его вставало в непреложной истине. Император Павел Петрович поднял голову, и в глазах Его, устремленных вдаль, как бы через завесу грядущего, отразились глубокие переживания Царские. Воистину – блажен читающий и слушающие слова пророчества! Затем Государь Павел Петрович неспешно изложил свою просьбу русскому Тайновидцу.
   – Ты говоришь, что иго жидовское нависнет над Моей Россией лет через сто. Прадед Мой Петр Великий о судьбе Моей рек то же, что и ты. Почитаю и Я за благо о том, что ныне Ты предрек Мне о потомке Моем, Николае Втором, предварить Его, дабы пред Ним открылась книга судеб. Да ведает праправнук Свой крестный путь, славу страстей и долготерпения Своего. Запечатлей же, преподобный отец, реченное тобою, изложи все письменно. Я же на предсказание твое наложу Мою печать, и до праправнука Моего писание твое будет нерушимо храниться в Гатчинском дворце Моем.
   – Иди, Авель, и молись неустанно в кельи своей обо Мне, роде Моем и счастье нашей Державы.
   И, вложив представленное писание Авелево в конверт, Государь на оном собственноручно начертать соизволил: «Вскрыть Потомку Нашему в столетний день Моей кончины».
    «В Гатчинском дворце, постоянном местопребывании Императора Павла I, когда он был Наследником, в анфиладе зал была одна небольшая зала, и в ней посередине на пьедестале стоял довольно большой узорчатый ларец с затейливыми украшениями. Ларец был заперт на ключ и опечатан. Вокруг ларца на четырех столбиках, на кольцах, был протянут толстый красный шелковый шнур, преграждавший к нему доступ зрителю. Было известно, что в этом ларце хранится нечто, что было положено вдовой Павла I,
   Императрицей Марией Феодоровной, и что ею было завещано открыть ларец и вынуть в нем хранящееся только тогда, когда исполнится сто лет со дня кончины Императора Павла I, и притом только тому, кто в тот год будет занимать Царский Престол в России. Павел Петрович скончался в ночь с 11 на 12 марта (ст.ст.) 1801 года. Государю Николаю Александровичу и выпал, таким образом, жребий вскрыть таинственный ларец и узнать, что в нем столь тщательно и таинственно охранялось от всяких, не исключая и царственных взоров.
   11 марта 1901 года, в столетнюю годовщину мученической кончины державного прапрадеда своего блаженной памяти Императора Павла Петровича, после заупокойной литургии в Петропавловском соборе у его гробницы, Государь Император Николай Александрович в сопровождении министра Императорского двора генерал-адъютанта барона Фредерикса (вскоре пожалованного графским титулом) и других лиц Свиты, изволил прибыть в Гатчинский дворец для исполнения воли своего в Бозе почивающего предка. Умилительна была панихида. Петропавловский собор был полон молящихся.
Не только сверкало здесь шитье мундиров, присутствовали не только сановные, лица. Тут были во множестве и мужицкие сермяги, и простые платки» а гробница Императора Павла Петровича была вся в свечах и живых цветах.
    Эти свечи, эти цветы были от верующих в чудесную помощь и предстательство почившего Царя за потомков своих и весь народ русский. Воочию сбылось предсказание вещего Авеля, что народ будет особо чтить память Царя-Мученика и притекать будет к Гробнице Его, прося заступничества, прося о смягчении сердец неправедных и жестоких.

    В утро 12 марта 1901 года и Государь, и Государыня были очень оживлены и веселы, собираясь из Царскосельского Александровского дворца ехать в Гатчину вскрывать вековую тайну. К этой поездке они готовились как к праздничной интересной прогулке, обещавшей им доставить незаурядное развлечение. Поехали они веселы, но возвратились задумчивые я печальные, и о том, что обрели они в этом ларце, никому ничего не сказали. После этой поездки Государь стал поминать о 1918 годе, как о роковом годе и для него лично, и для Династии».

    Государь Император вскрыл ларец и несколько раз прочитал сказание Авеля Вещего о судьбе своей и России. Он уже знал свою терновую судьбу, знал, что недаром родился в день Иова Многострадального. Знал, как много придется ему вынести на своих державных плечах, знал про близ грядущие кровавые войны, смуту и великие потрясения Государства Российского. Его сердце чуяло и тот проклятый черный год, когда он будет обманут, предан и оставлен всеми»...
Интересно отметить, что:
  1. Известный современный литературовед Д. Урнов в одной из своих книг, вышедших в серии «Пламенные революционеры», сообщает, что еще в 1800 г. в США инженер и живописец Фултон получил заказ на панораму «Сожжение Москвы». Подобные наваждения на выбранную жертву известны уже давно, да кому собрать... — Сост.
  2. Народная поэзия не исключала действия сил против Руси еще в период Смуты начала XVII века. Обращаясь к нижегородцам, Кузьма Минин говорил: «Освободим мы матушку Москву от нечестивых жидов, Нечестивых жидов, поляков злых!» Протоиерей Сергий Булгаков (зима 1941-1942 гг.): «Еврейство в самом своем низшем вырождении, хищничестве, властолюбии, самомнении и всяческом самоутверждении через посредство большевизма совершило если — в сравнении с татарским игом — и непродолжительное хронологически (хотя четверть века не есть и краткий срок для такого мучительства), то значительнейшее в своих последствиях насилие над Россией и особенно над Святой Русью, которое было попыткой ее духовного и физического удушения.
  3. Предсказания Авеля и другие предсказания, несомненно, предопределили, поведение Николая II вплоть до мученическом конца, который он предвидел. Французский посол при Русском Дворе Морис Палеолог писал: «Это было в 1909-м году. Однажды Столыпин предлагает Государю важную меру внутренней политики. Задумчиво выслушав его, Николай II делает движение скептическое, беззаботное, — движение, которое как бы говорит: «Это ли, или что другое, не все равно?»
Наконец, он говорит тоном глубокой грусти:
   —Мне, Петр Аркадьевич, не удается ничего из того, что я предпринимаю.
Столыпин протестует. Тогда Царь у него спрашивает:
   — Читали ли вы жития Святых?
   — Да, по крайней мере, частью, так как, если не ошибаюсь, этот труд содержит около двадцати томов.
   — Знаете ли вы также, когда день моего рождения?
   — Разве я мог бы его не знать? — 6 мая.
   — А какого Святого праздник в этот день?
   — Простите, Государь, не помню!
   — Иова Многострадального.
   — Слава Богу! Царствование Вашего Величества завершается со славой, так как Иов, смиренно претерпев самые ужасные испытания, был вознагражден благословением Божиим и благополучием.
      — Нет, поверьте мне, Петр Аркадьевич, у меня более, чем предчувствие, у меня в этом глубокая уверенность: я обречен на страшные испытания; но я не получу моей награды здесь, на земле. Сколько раз применял я к себе слова Иова: «Ибо ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня, и чего я боялся, то и пришло ко мне» (Иов 3, 25).— Сост.
      
                Пророчество монаха Авеля

    Он был пророком, предсказавшим главные события XIX и XX веков. Предсказал провидец Авель и гибель дома Романовых.
    1.  О Павле I. Во время царствования Екатерины II жил в Соловецком монастыре монах-провидец, звали его Авель. Начал Авель пророчествовать о смерти императрицы. У стен, даже у монастырских, есть уши - за свои предсказания Авель был заключен в Шлиссельбургскую крепость "под крепчайший караул". После смерти Екатерины, которая умерла в точном соответствии с пророчеством Авеля, монах был амнистирован самим Павлом I. Император пожелал встретиться со старцем и выслушать от него новые прогнозы. Авель в подробностях расписал смерть императора, а заодно и незавидное будущее династии Романовых. "Коротко будет царствование твое, и вижу я, грешный, лютый конец твой. На Софрония Иерусалимского от неверных слуг мученическую кончину приемлешь, в опочивальне своей удушен будешь злодеями, коих греешь ты на царственной груди своей. В Страстную Субботу погребут тебя… Они же, злодеи сии, стремясь оправдать свой великий грех цареубийства, возгласят тебя безумным, будут поносить добрую память твою… Но народ русский правдивой душой своей поймет и оценит тебя и к гробнице твоей понесет скорби свои, прося твоего заступничества и умягчения сердец неправедных и жестоких. Число лет твоих подобно счету бук". (Пророчества монаха Авеля) Предсказание о том, что русский народ оценит Павла I пока не сбылось. Если бы сегодня провели опрос об отношении россиян к прошлым самодержцам, то Павел наверняка был бы одним из аутсайдеров.

    2. Об Александре I Авель был с миром отпущен в Невский монастырь, для нового пострижения в монахи. Именно там, при втором пострижении, он и получил имя Авель. Но не сиделось пророку в столичной обители. Уже спустя год после разговора с Павлом он появляется в Москве, где за деньги дает предсказания местным аристократам и богатым купцам. Подзаработав денег, монах отправляется в Валаамский монастырь. Но и там Авелю не живется спокойно: он снова берется за перо и пишет книги предсказаний, где и раскрывает скорую кончину императора. Авеля в кандалах привозят в Санкт-Петербург и закрывают в Петропавловской крепости — «за возмущение душевного спокойствия его величества».
Сразу же после смерти Павла I Авеля снова освобождают из тюрьмы. Освободителем на этот раз становится Александр I. Новый император предупредительно отсылает монаха в Соловецкий монастырь, без права покидать стены обители. Там Авель пишет еще одну книгу, в которой предсказывает взятие Москвы Наполеоном в 1812 году и сожжение города. Предсказание доходит до царя, и тот приказывает утихомирить воображение Авеля в Соловецкой тюрьме. «Француз Москву при Нем спалит, а Он Париж у него заберет и Благословенным наречется. Но невмоготу станет Ему скорбь тайная, и тяжек покажется Ему венец Царский Подвиг служения Царского заменит Он подвигом поста и молитвы. Праведен будет Он в очах Божиих: белым иноком в миру будет. Видал я над землей Русской звезду великого угодника Божия. Горит она, разгорается. Подвижник сей и претворит всю судьбу Александрову»… (Пророчества монаха Авеля) По легенде, Александр I не скончался в Таганроге, а обратился в старца Федора Кузьмича и пошел странствовать по Руси.
    3. Об Александре II. После смерти Авеля его имя не было забыто. К концу XIX века возник даже некий культ среди интеллектуалов: они хотели сделать монаха Авеля русским Нострадамусом. Бог уберег - письмо, которое Авель дал Павлу I «ждало своего часа" в Гатчинском дворце. По завещанию императора, его должны были вскрыть через 100 лет после смерти Павла. «Внук твой, Александр Вторый, Царем-Освободителем преднареченный. Твой замысел исполнит — крестьян освободит, а потом турок побьет и славянам тоже свободу даст от ига неверного. Не простят жиды ему великих деяний, охоту на него начнут, убьют среди дня ясного, в столице верноподданной отщепенскими руками. Как и ты, подвиг служения своего запечатлеет он кровью царственною»…
    4. О Николае I.  Когда в 1812 году русская армия сдает Москву французам, и Белокаменная, как и предсказывал монах, чуть ли не сгорает дотла, впечатленный Александр I приказывает: «Авеля из Соловецкого монастыря выпустить, дать ему паспорт во все российские города и монастыри, снабдить деньгами и одеждой».
 Оказавшись на свободе, Авель решил более не нервировать царскую семью, а отправился в путешествие по Святым местам: побывал на Афоне, Иерусалиме, Константинополе. Затем он поселяется в Троице-Сергеевой Лавре. Какое-то время ведет себя тихо, пока, уже после воцарения Николая I, его снова не прорывает. Новый император церемониться не любил, поэтому «для смирения» отправил монаха в заточение в Суздальский Спасо-Ефимовский монастырь, где в 1841 году Авель и преставился Господу. «Начало же правления сына Твоего Николая дракою, бунтом вольтерьянским зачнется. Сие будет семя злотворное, семя пагубное для России. Кабы не благодать Божия, Россию покрывающая, то… Лет через сто примерно после того оскудеет Дом Пресвятыя Богородицы, в мерзость запустения Держава Российская обратится».

    5.  Об Александре III. Сто лет истекало в 1901 году. Император Николай с семьей приехал в Гатчинский дворец. По воспоминаниям, были они бодры и веселы. Однако после прочтения письма настроение Николая серьезно ухудшилось. «Царю-Освободителю наследует Царь-Миротворец, сын его, а твой правнук, Александр Третий. Славно будет царствование его. Осадит крамолу окаянную, мир и порядок наведет он». (Пророчества монаха Авеля).

    6. О Николае II. Особое внимание иеромонах Авель уделил судьбе Николаю II.  Фигура последнего императора представлена в качестве царя-искупителя, который своими страданиями и мученической смертью искупит грехи своего народа.
Император Павел Петрович спросил монаха Авеля, кому передаст наследие и правление царское правнук его, Александр III, которого Авель назвал Миротворцем и преемником на престоле Александру II Освободителю.
    Авель отвечал: «Николаю Второму – святому царю, Иову многострадальному подобному. Будет иметь разум Христов, долготерпение и чистоту голубиную. О нем свидетельствует Писание: псалмы 90, 10 и 20 открыли мне всю судьбу его. На венок терновый сменит он венец царский, предан будет народом своим, как некогда Сын Божий. Искупитель будет, искупит собой народ свой – бескровной жертве подобно. Война будет великая, мировая. По воздуху люди, как птицы, летать будут, под водою, как рыбы, плавать, серою зловонною друг друга истреблять начнут. Накануне победы рухнет престол царский. Измена же будет расти и умножаться. И предан будет правнук твой, многие потомки твои убелят одежду кровию агнца такожде, мужик с топором возьмет в безумии власть, но и сам опосля восплачется. Наступит воистину казнь египетская».
    Горько зарыдал прорицатель Авель и сквозь слезы тихо продолжал: «Кровь и слезы напоят сырую землю. Кровавые реки потекут. Брат на брата восстанет. И паки: огнь, меч, нашествие иноплеменников и враг внутренний власть безбожная, будет жид скорпионом бичевать землю русскую, грабить святыни её, закрывать церкви Божии, казнить лучших людей русских. Сие есть попущение Божие, гнев Господень за отречение России от своего Богопомазанника. А то ли еще будет! Ангел Господень изливает новые чаши бедствий, чтобы люди в разум пришли. Две войны одна горше другой будут. Новый Батый на Западе поднимет руку. Народ промеж огня и пламени. Но от лица земли не истребится, яко довлеет ему молитва умученного царя».
«Уже ли сие есть кончина Державы Российской и несть и не будет спасения?» - вопросил Павел Петрович.
    «Невозможное человеком, возможно Богу, - ответствовал Авель, - Бог медлит с помощью, но сказано, что подаст ее вскоре и воздвигнет рог спасения русского».
     11 марта 1901 года, в столетнюю годовщину мученической кончины державного прапрадеда Своего, блаженной памяти Императора Павла Петровича, после заупокойной литургии в Петропавловском соборе у Его гробницы Государь Император Николай Александрович в сопровождении министра Императорского двора генерал-адъютанта барона Фредерикса и других лиц свиты изволил прибыть в Гатчинский дворец для исполнения воли Своего в Бозе почившего предка. Умилительна была панихида. Петропавловский собор был полон молящихся. Не только сверкало здесь шитье мундиров, присутствовали не только сановные лица. Тут были во множестве и мужицкие сермяги, и простые платки, а гробница Императора Павла Петровича была вся в свечах и живых цветах. Эти свечи, эти цветы были от верующих в чудесную помощь и предстательство почившего Царя за потомков Своих и весь Народ Русский. Воочию сбылось предсказание вещего Авеля, что народ будет особо чтить память Царя-Мученика и притекать будет к Гробнице Его, прося заступничества, прося о смягчении сердец неправедных и жестоких.
     Государь Император Николай II вскрыл ларец и несколько раз прочитал сказание Авеля Вещего о судьбе своей и России. Он уже знал свою терновую судьбу, знал, что недаром родился в день Иова Многострадального.
     Прочитанное заставило Николая II серьезно задуматься... «Николаю Второму – святому царю, Иову многострадальному подобному. Будет иметь разум Христов, долготерпение и чистоту голубиную. О нем свидетельствует Писание: псалмы 90,10 и 20 открыли мне всю судьбу его. На венок терновый сменит он венец царский, предан будет народом своим, как некогда Сын Божий. Искупитель будет, искупит собой народ свой – бескровной жертве подобно. Война будет, великая война, мировая. По воздуху люди, как птицы, летать будут, под водою, как рыбы, плавать, серою зловонною друг друга истреблять начнут. Накануне победы рухнет престол царский. Измена же будет расти и умножаться. И предан будет правнук твой, многие потомки твои убелят одежду кровию агнца такожде, мужик с топором возьмет в безумии власть, но и сам опосля восплачется. Наступит воистину казнь египетская».
     Святой Иов Многострадальный является прообразом безвинных страданий Иисуса Христа. Этот святой является также и прообраз страданий святого Царя Николая Второго за чужой грех – за грех отречения России от своего Богопомазанника.
Знал, как много придется Ему вынести на Своих державных плечах, знал про близ грядущие кровавые войны, смуту и великие потрясения государства Российского. Его сердце чуяло и тот проклятый черный год, когда Он будет обманут, предан и оставлен всеми…
     «Искупительная жертва святого Царя Николая Второго стала залогом неминуемого воскресения Царской России».
     Рано или поздно, но мировая закулиса обязательно награждает своих слуг. Этот слуга жидов-каббалистов (поп Гапон) получил от них награду - уже 28 марта 1906 г он был повешен в Озерках под Петербургом (ныне это черта города) - через год после своего «подвига» во славу сатане 9 января 1905 года. Обратим внимание на то, что Господь Бог, Пресвятая Богородица и все святые рядом с нами, и приходят на помощь!
     Но и мы сами должны стремиться выполнить волю Божию, потому как Сам Господь Бог не отбирает царственное достоинства, которым обладает каждый человек, и свободы нашего выбора: мы действуем с силами тьми и зла или с силами Добра и Света.
     И конечно же, в зависимости от нашего выбора, и награду мы получим от Всевидящего и Правосудного Бога. И правильно говорит владыка Георгий - «это начало Апокалипсиса», уже очень скоро нам придется получить свою награду от Нелицеприятного Бога.
     Словами о попе Гапона (одного из слуг сатаны, хоть и носил он священническую рясу) напомним всем слугам тьмы, что их ждет в самом недалеком будущем, если они не успеют принести богоугодных плодов покаяния в грехе сотрудничества с силами тьмы. И никакого нагнетания истерии в этом напоминании нет, а есть любовь к Богу и Справедливости и огромное желание послужить Богу, Царю и России.
Горе тем, которые постановляют несправедливые законы и пишут жестокие решения, тем более - творящие измену и беззакония по отношению к Богоизбранному Русскому Народу! Ждите возмездия, оно уже не загорами».

    Пророчества Авеля Тайновидца о грядущих судьбах России и Богопомазанников из Дома Романовых.

     Дому Твоему подобает святыня Господня в долготу дней. Лет через сто после начала правления Николая Первого в мерзость запустения Держава Российская обратится. Царь Николай Второй искупителем будет, искупит Собой народ Свой – Безкровной Жертве подобно... Восстанет Царь из рода Романовых, стоящий за сынов народа Своего.
     «Восстанет в изгнании из дома твоего» - то есть из Дома Романовых. Действительно, "Дом Романовых" сохранился только за рубежом.
«И никто же рече: царь здесь или там»... Многочисленные потомки до сих пор спорят, кто должен наследовать трон, если бы он был им предложен. Некоторые говорят, надо продолжить линию Александра II, другие спорят, что надо вновь начинать от линии Николая I, третьи уверены, что надо остановиться на потомках двух сыновей Павла I.

     В Доме Романовых троекратно было повторено имя Александра. А в доме Российском – Михаил: (Михаил Федорович - родоначальник Дома Романовых; Михаил Александрович - младший брат Николая II, которому Царь передал власть (во всех документах он числится нашим последним царем) и Михаил Горбачев).

               Пророчество преподобного Авеля-Прорицателя
                об имени грядущего Царя

    «И восстанет в изгнании из дома твоего князь великий, стоящий за сынов народа своего. Сей будет избранник Божий, и на главе его благословение. Он будет един и всем понятен, его учует самое сердце русское. Облик его будет державен и светел, и никтоже речет: «Царь здесь или там», но: «Это он». Воля народная покорится милости Божией, и он сам подтвердит свое призвание… Имя его троекратно суждено в истории Российской. Два Тезоименитых уже были на Престоле, но не Царском. Он же возсядет на Царский, как Третий. Нем спасение и Счастье Державы Российской. Пути бы иные сызнова были бы на русское горе.
    История о иеромонахе Авеле и его предсказаниях является весьма интересной и сложной исторической, публицистической и даже религиозной фальсификацией. То, что это фальсификация, для современных историков очевидно, ибо до сих пор не обнаружено ни одного документального свидетельства жизни иеромонаха Авеля, а также не найдено книг его предсказаний. Современные специалисты проследили историю предсказаний и выяснили, что начались они с журнала «Русская старина» от 1875 года, где были помещены несколько предсказаний без каких-либо конкретных данных о самом монахе (и без подписи автора статьи). Характерно, что тогда были явлены лишь те предсказания, которые касались Екатерины II, Павла I и Александра I.
    Затем тема иеромонаха Авеля всплыла в тридцатые годы XX-го века в русской эмигрантской прессе, где уже магическим образом появились не только предсказания о других императорах, но и предсказания Авеля о Александре II, о Александре III, о судьбе Николая II, о первой Мировой войне, о Гражданской войне и так далее.
Третья волна интереса к иеромонаху Авелю вспыхнула в 1990-ые годы, после развала Советского Союза, когда многочисленные публикации запестрели уже добавившимися предсказаниями иеромонаха о Великой Отечественной войне, о судьбе СССР и, что самое важное, о грядущем возрождении Монархии в России. Итак, очевидно, что периодически предсказания обновлялись, то есть проходило определённое время и в «прорицания» включались уже случившиеся события.
    Также иеромонах Авель предсказал две Мировые войны, установление в России безбожной власти, а также, возрождение Монархии. Произойти это событие должно в начале XXI века, реставрация Монархии должна пройти мирно и по единодушному желанию большинства населения, а императором должен стать один из потомков династии Романовых.