Об архиепископе Иоанне Шаховском как предателе

 
В этом году публиковалась моя статья «Почему сняли памятную доску профессору Карташеву?» - . В статье я упомянул о таком церковном деятеле, как архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Шаховской).

С этим иерархом у меня связано два небольших эпизода из моей жизни. Первый — это поэтическое мероприятие, проведенное мною совместно с двумя камышинскими поэтами (Вадимом Никитиным и Сергеем Толкуновым), на тему православной поэзии. Я тогда, поскольку сам не являюсь поэтом, выступил с чужими стихами, в частности, со стихами архиепископа архиепископа Иоанна (Шаховского).

 Второй эпизод — совершенно другого характера. Мне как-то довелось оказаться свидетелем конфликта некоего священника с прихожанами. Желая поставить на место своих непослушных, как ему показалось, прихожан, он решил опереться на архиепископа Иоанна (Шаховского), на его книгу , которую он держал в руках и вычитывал оттуда цитаты.

 — Надеюсь, этот автор является для вас авторитетом? — спросил тот священник.

 Те несколько прихожан, к котом обратился пастырь, понятия не имели. кто такой Иоанн (Шаховской). Мне же имя было очень знакомо. Поскольку я вроде бы не был участником конфликта. то мне следовало бы промолчать, но «язык мой — враг мой», и я заявил:

 

— Лично для меня — нет.

 

— Почему? — удивился о. Никифор (так звали священника).

 

— Потому. что в 1941 году он поддержал Гитлера. — отвечаю я.

 

— Откуда сведения такие? Это же иерарх, прославленный в лике святых.

 

— Сведения легко найти в интернете. И в лике святых его никто не прославлял. Вы, скорее всего путаете со святителем Иоанном Шанхайским и Сан-Францисским (Максимовичем). А у этого фамилия — Шаховской.

 

Понятно дело, что я подпортил аргументацию о. Никифора в споре с «мятежными» прихожанами, но я не об этом.

 Дело в том, что я не в первый раз сталкиваюсь с путаницей этих двух церковных деятелей Русского Зарубежья. Один из иерархов, св. Иоанн (Максимович), кстати, принадлежал к –РПЗЦ, другой, Иоанн (Шаховской), в период войны – к Русскому Экзархату Константинопольского патриархата (так наз. «евлогианский раскол»), а после – к Православной Церкви в Америке.

 Иоанн (Шаховской),будучи еще архимандритом, написал в газете «Новое слово» 29 июня 1941 года в статье «Близок час»:

 «Новая страница русской истории открылась 22 июня в день празднования русской Церковью — памяти «Всех Святых, в земле Русской просиявших». Не ясное ли это даже для самых слепых знамение того, что событиями руководит Высшая Воля. В этот чисто русский (и только русский) праздник, соединенный с днем Воскресения, началось исчезновение демонских криков «Интернационала» с земли русской». Кроме того, он заявил там же: «Право на операцию свержения 3-го Интернационала поручается искусному, опытному в науке своей германскому хирургу. Лечь под его хирургический нож тому, кто болен, не зазорно».

 

Этот текст легко найти в интернете (даже в википедии), и даже бумажном виде эта статья издавалась в сборнике статей в 90-х годах. Но в той же википедии мы читаем о том, что впоследствии Иоанн (Шаховской) с такими воззваниями не выступал, т.е. он, получается, осознал ошибку.

 

Хорошо. Только, по моему убеждению, он должен был хоть как-то публично покаяться этом, пусть и уже после войны. Что же читаем в его воспоминаниях о берлинском периоде? А читаем следующее:

 

« …в начале 1932 года, за год до нацизма, я получил назначение в Берлин. Там и протекла главная часть моего европейского пастырского служения с 1932 по 1945 год. Мой берлинский приход св. кн. Владимира был не только местом моей приходской работы, но опять стал центром работы печатной, миссионерской и благовестнической. За эти годы пришлось издать много книг и посетить все, кроме Албании, страны Европы со словом благовествования людям русского рассеяния. Особенно утешительными и плодотворными были мои лекционные поездки в Латвию, Эстонию и Финляндию, где оставалось коренное русское население. Оттуда с пограничной вышки, около древнего Изборска, я видел русские поля. Не думалось тогда, в начале 30-х годов, что через 10 лет придется встретить тысячи русских людей в своей берлинской церкви. Но пришли и эти незабываемые годы встречи с русским народом. Мы увидели, что, несмотря на отпадение многих, Русь остается такой же, какой была тысячелетие, – крещенной, к Богу стремящейся, веру в сердце носящей… Бессильными оказались попытки воинствующего неверия ответить на духовную алчбу русского народа. Хотя я не был допускаем германскими властями в бесчисленные лагеря «рабочих с Востока», как их называли там, – а так хотелось именно туда прийти со словом поддержки и утешения, – но сами они, эти русские люди с голубым значком «OST» («восток», молодые, старые, когда только могли, иногда, перелезая через ограду лагеря, устремлялись в наши церковки, затерянные среди недружелюбного и холодного города, оглушаемые воем сирен и апокалиптическим громом разрывающихся бомб. В январе 1943 года, после обыска у меня, гестапо реквизировало мой склад Библий, Евангелия и духовных книг. Я был лишен права передвижения. Жизнь в Берлине. Жизнь в Берлине многое открыла опыту моего пастырства и человечества. Я видел, как воздвигалась одна из больших человеческих вавилонских башен лжекультуры, как возносилась гордыня одного человека и одного народа над всем миром и человечеством, как укреплялась она попранием Божеских непреложных законов человечности и провозглашала войну против Слова Божия и как со страшной силой она, гордыня эта, низринулась в бездну. «И один сильный ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, град великий» Откр 18. Это все я видел своими глазами и вместе со многими прошел через сень смертную, через ежедневно-еженощное умирание. Видел чудесные пути спасения своего и многих людей, спасения духовного и физического, и путь преображения человеческих жизней. Видел и знаю, что правда Христова единый хозяин мира, а все остальные – лишь временные его правители». ( https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Shahovskoj/opyt-prizvanija/ )

Первое, что мы видим, – это то, что Иоанн Шаховской жил в Берлине еще до прихода к власти нацистов, и он не мог не видеть, что такое нацизм, так что его «ошибка» в 1941 году не делает ему чести. Но, кроме того, как видим, никакого намека на то, что он в 1941 году совершил большую ошибку, нет. Напротив, в этих воспоминаниях перед нами предстает чуть ли не антифашист, мужественный проповедник Правды Христовой. И вот сочинения этого лицемера, иудушки (да еще и врага РПЦ МП, о чем как -нибудь еще напишу отдельно), продают в церковных лавках, а его жизни и творчеству посвящены множество публикаций на православных сайтах (например, на сайте «Православие и мир»). Разумеется, о его прогитлеровском воззвании в этих публикациях — ни слова.