Пассажир

  Кто-то очень любознательный читает книжки. Про Аляску, про  пролив Магеланна, про острова Зелёного Мыса, про рассветы над великим Тихим океаном…
  Ночная вахта  в Бискайском заливе. Судовые часы  отсчитывают время. Роза ветров красива, но непостоянна. Сделай  два крайних шага  к наклонному трапу и поднимись на мостик. В сакральном полумраке  ходовой рубки  скрывается какая-то тайна. Три часа до рассвета. Скорость ветра до десяти метров в секунду. Попутный ветер нам помогает. Лаг  отмечает пройденные мили, а эхолот глубины. Красавица-мачта светится  ходовыми огнями. Антенна локатора крутит пируэты, а Фуруно — это очень надёжно…
   По ночам ему не спалось . К этому рванному ритму жизни он  давно привык в своих длительных хождениях по морям и океанам . Ночная вахта обычное дело. Вот и сейчас, когда он давным- давно  был на пенсии, он вдвоём  с Матвеичем  дежурили на  этом старом списанном «пассажире», который по какой-то непонятной им причине  не отправили на иголки. Говорили разное. Какая-то крупная зарубежная компания  хотела сделать из него что-то вроде музея или салона, в котором  можно  будет собираться  публике и в роскошных, отделанных под девятнадцатый век салонах, устраивать музыкальные или поэтические вечера, принимать высоких гостей. Но что-то не задалось в этих грандиозных планах, а старый пассажирский теплоход так и остался стоять на задворках огромной бухты и гостями у него были теперь только они с Матвеичем, да белокрылые чайки, которые устаивали здесь свои шумные девичьи посиделки. Они как могли , на сколько хватало сил, поддерживали порядок, но время шло они старели, а вместе с ним  старел и  лайнер в робкой надежде, что возможно в будущем всё переменится в лучшую сторону...
  Райский уголок на самом краю света, где безликие молочные туманы правят бал на побережье. На скалистых уступах в чёрных скалах гнездится  великое птичье многообразие, а две чайки, ведущая и ведомая, барражируют над проливом в поисках подводной лодки. Какофония звуков перемешала все ноты, а птичий гомон заглушает шум прибоя. У небольшого бетонного причала мурлыкает  дизель-генератором  работяга-траулер в ожидании отхода. Штурманский стол с утра играет картами только не игральными, а навигационными. На палубе бака ворочается, будто мишка-косолапый, лежебока-брашпиль. Налетел вдруг ветер и проверил такелаж на прочность...
  Утро стоит с мольбертом на самом краешке причала, а синеглазая красотка машет нам восторженно руками...