Данилина 56

      



Он окинул взглядом всех, кто сидел за столом, и увидел в их глазах искреннее, непоказное сочувствие. Эта семья, как и его собственная жена, стала для него поистине щедрым даром судьбы. Здесь он обрёл то, чего ему так не хватало в его родных стенах - безусловную любовь и заботу, пронизывающую насквозь.
- Я так хочу кофе, - вырвалось у Стаса. - Можно мне чашечку? Мне нужно прийти в себя. Мила, верно? Мила, сделайте мне кофе, пожалуйста!
- Конечно, Стас. Сейчас принесу, - отозвалась девушка. - С сахаром или без?
- Без, - ответил он.
Через мгновение чашка с дымящимся кофе стояла перед ним. Стас горячо поблагодарил Милу и почти залпом осушил её, обжигая губы и небо.
- Стас, ты что творишь? - встревоженно воскликнул Александр. - Я знаю, ты пытаешься заглушить боль, но нельзя причинять себе новую. Вставай. Пойдём со мной.
Александр незаметно подозвал Кирилла. Они отвели Стаса в баню, где, раздев его донага, несколько раз окатили холодной водой, пока к нему не вернулось сознание. Александр, заботливо вытирая полотенцем, помог ему одеться.
- Брат, я дал тебе возможность выговориться. Слушал, не перебивая. Теперь расскажи, что произошло в семье Маши? Что заставило тебя уехать оттуда? Я готов выслушать и разделить твою боль. Говори!
И Стас начал свой рассказ. Слова лились нескончаемым потоком, изливая всю ту ярость и злость, что скопились в его душе. Когда он закончил, наступила тишина, но вместе с ней пришло и неожиданное облегчение. Он обнял Александра и, наконец, дал волю слезам.
- Саша, спасибо, что ты есть! Только тебе я могу так довериться и выплеснуть из себя всю эту грязь. Прости, что тебе пришлось это слушать.
В этот момент в баню вошла Данилина. Никто не заметил, когда она появилась и сколько уже слушала их разговор.
- Оставьте нас вдвоём, пожалуйста, - тихо попросила она.
Александр было хотел остаться, но Кирилл потянул его за собой.
- Ей нужно побыть с ним наедине. Не мешай, - загадочно улыбнувшись, сказал Кирилл. - Я же говорил тебе, что Данилка у нас особенная. С детства способности имела, но лечить стала совсем недавно, и то избранно. Твой друг сейчас нуждается в её помощи. А нам, пожалуй, стоит посидеть на свежем воздухе. Здесь мысли лучше приходят.
Данилина вышла из бани почти через час. Стас бережно поддерживал её за талию.
- Саша, иди сюда, - обратился он к Александру. - Давай посадим её, пусть подышит свежим воздухом.
Александр побледнел, как будто увидел призрака. Он вспомнил, как Данилина умерла у них на даче.
- Любимая, тебе снова плохо, как тогда? Я не переживу этого во второй раз, - прошептал он, обнимая её и крепко прижимая к себе, боясь разжать объятия даже на мгновение. В его глазах застыл такой жуткий страх, что Кирилл испугался за него.
- Саша, очнись. Ты меня слышишь? Спокойно, спокойно… С Линой всё хорошо. Она просто устала из-за беременности. Отпусти её, иначе ты придушишь собственного ребёнка. Лина, не молчи, скажи ему что-нибудь. Твой муж сейчас не в себе.
Данилина обняла Александра и страстно поцеловала. По его телу прошла дрожь. Она вновь прильнула к его губам, покусывая их, затем нежно поцеловала в шею, проводя языком по влажной коже. Александр почувствовал, как жар разливается по телу, будто жидкое пламя. Он ответил на её поцелуй, припадая к её губам, как к животворному источнику, жадно впитывая её тепло.
Кирилл и Стас демонстративно отвернулись, давая им уединение.
- Расскажи, что случилось с моей любимой сестрой у вас на даче? Только честно, - произнёс Кирилл.




Стас рассказал ему, как всё произошло.
- Теперь, когда у Лины что-то заболит, он теряет над собой контроль. Ему кажется, что она умирает. Иногда мне кажется, что он уйдёт следом за ней, если с Линой что-то случится. Он её любит по-настоящему, безграничной любовью.
Кирилл оглянулся и увидел, что его зять пришёл в себя.
- Давай их оставим одних. Пусть милуются здесь. А ты как себя чувствуешь?
- Уже всё хорошо. Мне твоя сестра реально помогла. Она снова меня удивила, - задумчиво сказал Стас. - Жаль, что Саша первым её встретил. Я бы за неё стал драться. Но он сразу разглядел в ней бриллиант. Никому из нас даже пикнуть о ней не давал, все насмешки пресекал. Я увидел её такой уже гораздо позже, когда между ними пылала любовь, достойная уважения. Я понял, что их связала судьба.
Стас замолчал и как-то сник.
- Кир, твои родители, наверное, в шоке были от моей исповеди?
- О чём ты говоришь? Мои родители умеют сопереживать. Они волновались за тебя. Веди себя как ни в чём не бывало. Всё нормально. Не забывай, что все тебя слушали, находясь под градусами. Мои близкие, поверь, умеют отличить дерьмового человека от хорошего. Забудь обо всём и не расстраивай свою жену. Помни, что она беременна.
Маша сидела одна, глубоко задумавшись. Стас тихонько подошёл к ней сзади и крепко обнял.
- Прости, что так надолго оставил тебя одну. Маш, ведь ты меня хоть немного понимаешь?
- Понимаю, - тихо сказала она. - Только не знаю, как помочь тебе справиться с этим. Я чувствую себя из-за этого такой ничтожной, какой-то бесполезной.
- Ну, ну! Так уж и бесполезной? А ты бы обрадовалась, если бы я сказал, что ты мой ангел-хранитель? Мне с тобой очень хорошо и спокойно. Ты мой якорь, который всегда меня сможет заякорить в нужное время и в нужном месте. Ты это доказала, когда мы были у твоих родителей. Ты вовремя меня остановила и увезла оттуда. Кто знает, чем бы всё это кончилось и где бы я сейчас находился. Всё, жена. На всём, что было, ставим жирную точку и начинаем с чистого листа. Слово чести офицера. Вставай.
- Зачем?
- Хочу прогуляться с тобой. Ты и так долго сидела. Они снова пошли по тропинке, по которой она недавно гуляла с Данилиной.
Когда они отошли прилично от дома, Стас спросил:
- Маш, а ты знала, что у Лины есть целительские способности?
- Нет. А с чего ты это взял? - озадаченно спросила его Маша.
- С чего? А с того, что она мне реально помогла сегодня. Если бы не она, то я бы, наверное, был психически нездоров. У меня сегодня реально крыша поехала. Я даже сам испугался, осознав это. А она, будто знала, что со мной может такое произойти, пришла в баню, всех попросила уйти и провела со мной сеанс. Мне сразу же полегчало, будто что-то внутри отпустило. Я столько змей видел и грязи. У них был брачный период, а в такой период они очень злые и агрессивные. Лина меня вела между ними. Они шипели, поднимаясь, готовые к атаке, но она смело отбрасывала их палками и шла дальше. Вся земля, где мы шли, была усеяна ими. Мы перешли речку с очень грязной водой. В ней тоже плавали длинные, толстые змеи. Лина их била палкой, и они отплывали в сторону. Выйдя из реки, мы стали подниматься по очень крутому обрыву, где наверху по самому краю тоже ползали длинные толстые змеи. Мы уже почти поднялись, когда одна небольшая змея всё же обвила мою ногу. Я испугался и стал сильно стряхивать её с ноги, но она шипела, пытаясь меня укусить. Лина подцепила её палкой и отбросила в сторону.




Голос Маши дрожал, когда она спросила:
- Это был сон?
- Жена, ты слышишь меня? Или витаешь в облаках, погружённая в свои мысли?
- Стас, не сердись. Ты так толком ничего и не объяснил, как вдруг начал рассказывать про каких-то змей.
- Я же тебе рассказал: Лина провела со мной сеанс целительный. Она руку держала над головой и спрашивала, что я вижу. Просила всё, что увижу, ей поведать. Вот я и изложил ей всё, как тебе.
- Теперь всё ясно. И что же означали эти змеи?
- Лина сказала, что это страхи мои, что с детства во мне гнездятся. Она потом пояснила, откуда они взялись и как мне их одолеть.
- И как?
- Не знаю. Она руками что-то творИла, но я сидел, глаза сомкнув, и не видел, что творится. Лишь ощущения были, будто она извлекла что-то из меня, земное, без посредства рук. После её сеанса мне полегчало безмерно, а ей стало худо. Она чуть не рухнула на землю. Я едва успел её подхватить. Если бы с ней или их младенцем что-то случилось, то Саша не простил бы меня вовеки. Как увидел он бледную Лину, сам стал бледнее стены. Мы не могли вернуть ему рассудок. Лина стала его целовать, будоража, и он откликнулся на неё. Оставив их наедине, мы с Киром ушли. Он потребовал, чтоб я поведал ему правду о случившемся тогда с его сестрою на даче. Пришлось мне всю правду рассказать. И знаешь, он понял состояние Саши, ибо любит сестру не меньше его. Видно, наша подруга Лина - особа особенная. Нам всем должно её беречь от всех напастей. Не побоялась она прийти мне на помощь на таком сроке беременности и помочь освободиться мне от всех страхов. Я перед ней в неоплатном долгу.
- Стас, - её взгляд стал строгим, - только не вздумай ей об этом сказать. Лина - особа горделивая. Не стерпит она, когда ей навязывают что-либо. Ты её не знаешь так, как я. Давай лучше ей на день рождения подарок прекрасный преподнесём, не намекая, что это ей за помощь тебе. Прошу тебя, не делай ничего без меня. Хорошо? Не хочу из-за твоих безрассудных поступков потерять такую подругу. Пообещай мне, что не предпримешь ничего без моего ведома.
- Обещаю, - с улыбкой произнёс Стас. - Пойдём назад. Вероятно, Саша с Линой уже вернулись.
Они медленно направились обратно. Стас смотрел по сторонам, вбирая в себя краски природы.
- Маша, ты только взгляни, как здесь прекрасно! Вокруг - изумрудные луга, безбрежные, поросшие мягкой, густой травой с пёстрыми цветами, у которых оттенков разных не счесть. Хочется упасть в неё и смотреть в небо - бездонное, лазурное, с белыми, пушистыми облаками, наблюдая за их движением и угадывая, на что похоже то или иное облако. Мы в детстве так поступали.
Слушая его, Маша улыбнулась.
- Ты сейчас говоришь, как Лина. Она - художница, и всё иначе видит. Это понятно. А то, что ты, оказывается, романтик истинный, я точно не знала.
Стас задумался на миг, затем признался:
- Как-то раз, слушая Лину, я попробовал взглянуть на мир её глазами. И мне это удалось. Я увидел всё не серым и белым, а дивными красками радуги. Это было гораздо интереснее и веселее. Хотелось чаще смеяться и радоваться жизни. Маша, если ты научишься меня понимать, как Лина понимает Сашу, то я тебя буду любить больше жизни.
- А ты? - тихо спросила Маша.
- Что я?
- А ты научишься меня понимать так, как Саша понимает свою жену? Неведающий твоих слов, не постигнет и молчания твоего. Стас, ты всё время говоришь о себе: я, я, я… А ведь тебе полагается говорить "МЫ" ибо нас двое, а скоро будет трое. Пожалуйста, не усложняй ни моей, ни своей жизни. Ты думаешь, только у тебя было детство тяжёлое? У меня его вовсе не было…
Она оттолкнула его и стремительно пошла к дому.




Стас опешил, но тут же осознал, что жена права. Догнав её, он обнял, крепко прижав к себе, и прошептал прямо в ухо:
- Прости меня, пожалуйста! Я что-то говорю всё невпопад и веду себя как эгоист. Я люблю тебя, Маш. Мы будем учиться вместе строить наши отношения, чтобы понимать друг друга. Я обязательно буду стараться. Обещаю тебе! Мир?
Она улыбнулась сквозь слёзы и кивнула.
- Если ты от меня отвернёшься, я останусь совсем одна. Ты же видел моих родителей и их взаимоотношения. Я не хочу жить так, как они. Я хочу построить тёплые отношения на основе любви и доверия.
- Всё так и будет, - пообещал Стас. - А теперь давай вместе радоваться жизни. Мы сейчас в гостях у очень хороших людей. Не будем портить настроение ни себе, ни им. Хорошо?
Маша кивнула.
Когда они вернулись, Александр с Данилиной сидели за столом, крепко прижавшись друг к другу.
- А где все? - спросил Стас.
- Сёстры помогают маме готовить ужин. Кир с женой и сыном пошли полежать. Отец с братьями убирает в сарае, чтобы спать там, а вам отдать свою кровать, - пояснила Данилина.
- А может, лучше мы ляжем спать в сарае? Неудобно как-то перед родителями, - расстроенно сказал Стас.
- Что за глупости ты говоришь? Маша беременна. Родители никогда не согласятся на это. Не мешай им. Они рано встают, да и люди привычные, а по ночам ещё прохладно. Всё хорошо. Они знают, что делают.
К ним подошёл Кирилл и спросил:
- Что за виноватый вид?
- Расстроился из-за родителей, что из-за них они будут спать в сарае, - объяснила Данилина.
- Стас, ты когда-нибудь спал на сеновале? - спросил Кирилл.
- Нет.
- Ты многое потерял. Это, я скажу тебе, нечто! Ммм… Запах сена, свежий воздух и звуки живой природы - ни с чем не сравнить. Как думаешь, почему в деревнях люди крепче городских?
- Это связано с тем, что питание более здоровое? - предположил Стас.
- Правильно. В деревне чистые продукты, свежий воздух с ароматом разнотравья - это само по себе лекарство. Ещё деревенские ходят босиком по земле. Здесь связь с ней прямая, а она даёт силушку. Летом организм закаляет купание в реке, а в остальное время - русская баня. Усёк разницу между городом и деревней? Пока находишься здесь, ходи днём босиком. Недолго. Зато болеть не будешь.
- Интересно! Я попробую, - уверенно произнёс Стас.
К ним подсела Вика и прижалась к мужу.
- Как хорошо в деревне в мае, когда всё цветёт! Люблю это время года. Такой приятный аромат витает в воздухе. Обожаю запах цветущей липы. Это дерево ещё и музыкальное.
- Как это? Впервые слышу, - с удивлением сказал Стас.
- Когда липа цветёт, все пчёлы слетаются к ней за нектаром. Гудение в кронах похоже на музыку, поэтому в шутку её и называют музыкальным деревом, - с улыбкой пояснила Вика.
- Кир, а когда родители собираются сажать картошку? Что-то молчат об этом. И в палисаднике, наверное, пора копать для посадки рассады. Опять начнутся трудности с поливом?
- Почему? - не понял Стас.
- Нужна вода, но не из колодца же качать? - сказала Вика.
- А другие где берут воду? - с интересом спросил Стас.
- У кого-то свои колодцы прямо во дворе,  а у кого-то скважины, но это недешево. На всё нужны деньги, - искренне вздохнула Вика. - Мы сейчас тоже не сможем помочь. Данилина с Сашей скоро уедут, им понадобятся деньги на первое время. Вот мы и собираем им.




Стас на мгновение задумался, потом решительно поднялся и подозвал Кирилла с Александром.
- Покажи-ка мне, Кирилл, тот участок, где ваши родители овощи сажают, – обратился он к нему.
Они направились в сад, ступая по утоптанным тропинкам, и подошли к широкой полосе земли, предназначенной под огород. Стас, обведя взглядом залитый солнцем уголок, спросил:
- Знаешь, с кем можно договориться о бурении скважины для полива и о заказе емкостей для воды? - его взгляд остановился на Кирилле.
- Знаю.
Стас бросил взгляд на часы.
- Поехали! - отдал он команду. 
- Куда? - недоуменно спросил Кирилл.
- Решать вопрос с водой для полива.
- Но у меня…. 
- Я хочу сделать им подарок за такой радушный прием. Поехали, пока есть время.
Они сели в машину Стаса. Александр тем временем подошёл к Данилине и Маше.
- Мы ненадолго отлучимся по делам, -
 известил он. - Что вам купить? Говорите быстрее, времени у нас в обрез. 
- Мороженого! Пломбир, шоколадное, фисташковое… В общем, всякого и побольше! – поспешно ответила Маша.
Александр кивнул, поцеловал жену и присоединился к остальным. Машина тронулась в сторону посёлка.
Любаша, вышедшая во двор с миской зерна, чтобы покормить кур, бросила вслед уезжающей машине:   
- Куда это они? 
- Сказали, что по делам, - отозвалась Маша.
Вскоре машина вернулась. Их встретили радостные лица. Александр поставил перед женщинами внушительную коробку, полную разнообразного мороженого. 
- Позовите сестёр, бабушку и маму. Где Егорка? 
- На качелях качается. Сейчас позову.
Кирилл со Стасом выгрузили из машины свёрнутый в тугое кольцо поливочный шланг и подозвали Степаныча. 
- Дядя Лёша, мы вам купили двадцать метров шланга для полива, разные насадки к нему. Тут и вертушка есть, - сообщил Стас, протягивая шланг.
Степаныч замер, не зная, как выразить свои мысли.   
- Стас, сынок, спасибо тебе, конечно, но… у нас ведь неотккда брать воду для полива.
- Об этом не волнуйтесь. Завтра приедут и пробурят вам скважину. Мы с Кириллом ещё две ёмкости под воду заказали, где она будет нагреваться от солнца, и несколько бочек.
- О! Тогда дело другое! Спасибо, коль так! – Степаныч смущённо почесал затылок. – Пойду уберу шланг в сарай.
Следующим утром, ровно в десять, на участок прибыла машина с буровой установкой. Степаныч, посоветовавшись со своим сыном и Стасом, указал место для будущей скважины. Пока буровики трудились, привезли ёмкости и бочки. Завершив работу, бурильщики получили расчёт и отбыли.
- Ёмкости лучше поставить там, где солнце весь день светит, – распорядился Степаныч, указывая на выбранные места. Рабочие быстро установили их.
- Всё, мы свою работу закончили.
Стас расплатился с ними, и машина покинула участок.
- Сынок, спасибо тебе от всей души, - пробормотал Степаныч, его голос дрожал от смущения. - Только я не знаю, как теперь тебе отплатить.
- Дядя Лёша, да что вы! Какая расплата? Вы меня в своём доме приютили, жене моей и мне свою постель уступили, меня сыном назвали… Пожалуйста, не говорите больше о расплате. Я сдел
ал это искренне, от чистого сердца. А завтра утром мы вам ещё и огород вскопаем. Посмотрите, сколько нас, сильных мужиков!
- Да за такую помощь вам и отдельное спасибо сказать мало! - улыбнулся Степаныч. - А чтоб снять усталость и напряжение после такой работы, я вам баньку организую.
- Вот это было бы здорово! Я бы с удовольствием попарился в настоящей деревенской баньке, - воскликнул Стас.
- Значит, будет вам баня, - пообещал Степаныч.






          Продолжение следует