Непонятый намек

       На конкурс "Короткий веселый рассказ" http://proza.ru/2026/06/23/952




       Шена - голубоглазая красавица кремово-дымчатого окраса – тронула лапкой условного главаря прайда:
       - Парфёныч, Та Которая Кормит с кем-то по телефону разговаривает, и я услышала слово "колбаса". Послушай, что Та еще скажет. Это мы с Люсей всего по несколько слов двуногих знаем, а ты умный, ты их понимаешь не чета нам.
       Парфёнычу менять дислокацию не очень-то и хотелось, но, с другой стороны, вдруг что интересное можно узнать. Та Которая Кормит не подозревала, что Парфёныч понимает людскую речь словно обладал встроенным переводчиком, поэтому не раз в беседах с себе подобными выдавала некоторые бытовые секреты, коими Парфеныч пользовался на благо прайда и себя лично.
       Перетекши в другую комнату, Парфёныч, притворяясь дремлющим, навострил уши. Та Которая Кормит, не подозревая мохнатого шпиона ни в чем дурном, верещала в смартфон:
       - Обычно я покупаю такие сардельки, которые надо жарить. Но сегодня продавщица меня отговорила, тихо сообщив, что срок годности у них закончился, да хозяйка запрещает убирать их с витрины, мол, день-два просрочки не беда. Я поинтересовалась, что девушка могла бы порекомендовать, учитывая, что продукту до полного уничтожения предстоит провести в холодильнике 3-4 суток. Мне предложили сардельки подкопченные, добавив, что их и готовить не надо, можно есть без предварительной варки/жарки/разогрева. А оболочка - сплошной натурпродукт, тоже очень съедобный. Взяла я несколько штук на пробу.
       Пришла домой. С дегустацией нового для меня продукта решила не медлить. Запах манящий и дразнящий, но оболочка из натурпродукта снимается плохо, отрывается маленькими клочочками. Поскольку коты уже тут как тут, то эти клочочки бросаю им: "Угощайтесь!"
       А они, гады, не угощаются. Понюхают брошенное и снова морды кверху, меня гипнотизируют. Не хотите - не надо! Сама буду оболочку есть, надоело обдирать.
       Иду в комнату с парой сарделек (как же хорошо, когда некому показывать дурной пример). Коты за мной и снова чего-то ждут. ТО, что оболочка съедобна, я поняла быстро, но челюсти-то не молодые, к тому же в последнее 10-летие избалованы легко жующейся пищей. Если постараюсь - разжую, только вот стараться не хочется. Поэтому я и полусжеванную оболочку предложила котофеям. Слизнули в момент, я даже не успела заметить кто именно. А уж после этого и клочочки в кухне подмели, и в комнату снова вломились с требованием: "Делиться надо!"
       В чем забавность ситуации?
       В том, что во времена СССР практически каждый владелец мурлыки, купив колбасу/сосиски/сардельки, сначала угощал питомца и смотрел на его реакцию: ест или брезгливо отворачивается/закапывает. Лишь после таких "полевых испытаний" колбаса/сосиски/сардельки либо признавались годными, либо выбрасывались.
       А коты XXI-ого века решили поменяться ролями с двуногими. Пусть сначала хозяюшка попробует, если с ней ничего такого-сякого не случится, то и мы можем не опасаться вредности от продукта…

       К Парфенычу приблизились обе подружки:
       - Ты сначала запретил нам есть шкурки. А потом разрешил. Почему?
       - Разрешил потому, что вкусно. Запретил, чтобы она знала, что мы – не лабораторные мыши!
       И, опустив голову на лапы, Парфёныч пробурчал:
       - Та Которая Кормит намек не поняла. А ведь разумным существом себя считает! Увы!!!