Бумажный самолётик

В славном городе N, где дома стояли ровными рядами, как послушные школьники на линейке, а улицы пересекались строго под прямым углом, жизнь протекала по единственно верному алгоритму. Главным и единственным законом здесь был Регламент.

Регламент был написан давно, а кем - никто толком не помнил, но все знали: он идеален. Он предписывал всё. В какой цвет красить почтовые ящики ("Тоска болотная №3"), с какой ноги выходить из дома (исключительно с правой), и даже разрешённое количество домашних животных на одну жилплощадь (ровно 1,25 кота или собаки, что создавало некоторые трудности).

Управлял всем этим делом Департамент Гармонизации Жизни или просто Департамент. Во главе его стоял высокий прямоугольный мужчина с лицом настолько непроницаемым, что им можно было гранить алмазы. Говорил он крайне редко, но метко. Каждое его слово падало на головы горожан, как директива с небес.

Однажды утром над городом пролетел бумажный самолётик. Обычный, сложенный из тетрадного листа в клеточку. Он сделал петлю вокруг главной площади и приземлился прямо у ног управляющего Департаментом, который совершал утренний обход территории.

- Что это? - спросил управляющий, указывая наманикюренным пальцем на безобидную игрушку. Голос его был спокоен, как морская гладь перед цунами.

Секретарь, бледнея на глазах, наклонился и поднял самолётик. "Самолётик, господин Управляющий... Игрушка", - пролепетал он, переминаясь с ноги на ногу. Казалось, перед глазами его, подобно этой бумажной игрушке, пролетела вся жизнь.

- Самолётик... - протянул управляющий, словно маленькими кусочками пробуя слово на вкус. - А в Регламенте есть параграф о несанкционированных летательных аппаратах?

В Регламенте такого параграфа не было. Там были правила для велосипедов, самокатов, роликовых коньков и даже моноколёс. Но про самолётики ни слова. Забыли. Допустили брешь. Это же хаос в чистом виде!

К обеду весь город знал: произошло нарушение. К вечеру провели экстренное совещание. Лучшие умы Департамента трудились всю ночь. Они пили крепкий кофе и с разных ракурсов смотрели на чертежи.

- Мы должны действовать превентивно! - стучал кулаком по столу главный инженер. - Если сегодня один ребёнок запустит самолётик, завтра это захотят сделать все дети, а потом они дружно пожелают запустить ракету!

Решение было принято к рассвету. Гениальное в своей простоте и бюрократической мощи. В этот же день на дверях каждого подъезда в городе появился новый листок, напечатанный мелким шрифтом на дорогой бумаге с водяными знаками.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 451
О мерах по упорядочиванию воздухоплавания малой авиации класса "бумажный".

Пункт 1. Запуск бумажных летательных аппаратов разрешается только в специально отведённых местах (площадка за гаражным кооперативом №3) и исключительно по средам с 14:15 до 14:20.
Пункт 2. Конструкция аппарата должна быть предварительно согласована в трёх экземплярах в Архитектурно-бумажном отделе (форма заявления ЗП-АБ-01). Допустимые материалы: бумага марки "Снегурочка", плотность 80 г/м2. Использование газетной бумаги и тетрадей в линейку карается штрафом.
Пункт 3. Лицензия пилота выдаётся после сдачи теоретического экзамена на знание аэродинамики крыла птицы и прохождения медкомиссии (отсутствие тремора рук).

Город вздохнул с облегчением. Порядок был наведён. Хаос побеждён и загнан за гаражи по средам.

А тот самый мальчик, запустивший самолётик, спустя годы стал новым управляющим Департамента. И теперь каждое утро, совершая обход, он смотрит на площадку за гаражами, где по средам собирается небольшая группа людей со сложенными из "Снегурочки" самолётиками, и едва заметно улыбается. Он давно понял главное: система работает не потому, что она логична, а потому, что люди верят в её необходимость. И пока они будут верить, они сами будут выстраиваться в ровные ряды, писать заявления в трёх экземплярах и ждать своей очереди в среду в 14:15. Потому что жить в системе очень удобно: думать не нужно.