Грехъ

   Жизнь простого провинциала, как известно, не богата на события. Серые рабочие будни идут сплошной чередой, сменяя друг друга. Поэтому особое значение приобретают те редкие праздники, когда человек способен отдохнуть не только телом, но и душой, позабыв про все мелочи и неприятности, раскрыв все оттенки и грани своей личности перед коллегами. Именно в такие моменты рабочий коллектив достигает своего полного единения и максимально готов сплотится для решения новых трудовых задач в будущем. Сегодня подобные встречи работников принято называть модным словом «корпоратив».
   Самым любимым праздником и поводом для корпоратива (после пресвятого Нового года) является, вне всякого сомнения, восьмое марта. До летнего тепла и сезона отпусков еще так далеко, но первые оттепели уже стучат в наши уставшие от зимних длинных ночей сердца. А главный повод!? Наши женщины, девушки, матери и сестры, бабушки и соседки, коллеги и одноклассницы – как они прекрасны в эти первые дни весны! Рядом с такими созданиями и мужская часть начинает чувствовать своё истинное призвание, ощущая себя просто альфа-самцами, способными хоть и не на всё, но на многое.
   Не обошел всенародно любимый праздник в этот раз и фирму «Сталелитейщики», устроившую грандиозный корпоратив для сотрудников. В этот год восьмое марта пришлось на пятницу: тружеников офиса ожидали впереди еще целых два выходных дня и, следовательно, можно было позволить многое из того, на что в будни никто бы из них не решился. Уже в три часа после полудня просторный зал ресторана, арендованный по случаю торжества, был заполнен работниками ООО «Сталелитейщики». Столы были плотно заставлены закусками, салатами и бутылками с горячительными напитками. Всеобщему веселию предшествовало слово заместителя директора фирмы Никиты Борисовича Липы.
- Дамы и господа, прошу минуточку внимания, - голос Никиты Борисовича звучал по-мужски уверенно и по-военному четко, – Сегодня мы собрались по особому поводу. Мы снова поздравляем нашим женщин с днем весны и любви. Женщина без любви немыслима, а любовь без женщины не существует, потому что вы – наши прекрасные половинки – и есть любовь, чарующая и одаряющая весь мир новой жизнью. – В зале воцарилась гробовая тишина и голос Никиты Борисовича зазвучал торжественно и магически. – Я поднимаю этот бокал шампанского за лучшую половину человечества. И помните, что вы всегда в наших сердцах, а мы у ваших ног!
   Зал загудел, кто-то громко крикнул «браво», а кто-то даже смахнул с напудренной щеки скупую слезу. Зазвенели бокалы. Сам Никита Борисович, сделав почти театральную паузу, не спеша пригубил бокал к губам. Тоже самое сделала его коллега за одним из столиков. Она любовалась им. Ей всегда нравилось, как этот статный мужчина одевается и ухаживает за собой. В нем все было в меру и все было к месту. Одним словом, настоящий опытный мужчина и завидный жених: богатый и влиятельный, вежливый и смелый, аккуратный и образованный.
   Их служебный роман продолжался уже целых два месяца, с момента трудоустройства господина Липы на должность заместителя директора, и обещал закончится чем-то грандиозным. Ему было за пятьдесят, и он многого добился в жизни. Ей едва исполнилось сорок, но она по-прежнему была привлекательна – высокая блондинка с большими серыми глазами и точеной фигурой притягивала взгляды мужчин как магнит. Он был щедр с ней и учтив, а она веселой и страстной. Никита Борисович аккуратно подсел за столик своей новой пассии, чтобы не привлекать внимание коллектива, увлеченного уже не только шампанским, но и коньяком с закусками.
- Людочка, мы уже не студенты и нам ни к чему формальности среди всёй этой толпы. Давай просто незаметно выйдем и ...
- Никит, ну, давай потанцуем. Давай-давай-давай! Ну, я сегодня так хочу! – Людмила требовала внимания.
   Однако, на смену бокалам в зале уже давно пришли рюмки, и новый замдиректора ответственно поддержал коллектив, испив водки: «Люда-а-а-а... Людочка, ты что? Я только весь день и думаю о том, как мы станцуем с тобой наш страстный танец! Мы же не школьники, честное слово. Пойдем (он выпил еще рюмку), я знаю подходящее место! ». Никита Борисович, пританцовывая, встал из-за столика одним резким движением и крепко схватил за руку Людмилу. Он второй рукой поправил прическу, приблизившись к её лицу и что-то тихо прошептав на ухо, отчего она немедленно засмеялась: «Не смею возражать, мой господин. Последний тост и ...?».
- За женщин, как у нас в штабе дивизии говорили, до дна и не закусывая! – Никита Борисович незамедлительно напомнил о своем славном офицерском прошлом и, наполнив водкой бокал, чокнулся им с бокалом вина Людмилы.
   Корпоратив неутомимо шел к своему логическому итогу. Эффективные менеджеры, не эффективно расходуя закуски, пили все подряд алкогольные напитки. Кто-то пустился в пляс, кто-то пел дуэтами и трио, а кто-то грустно наблюдал, не прекращая потребление «огненной воды».  В этой ситуации никто и не заметил уход нашей романтической пары.
   По пути к выходу Никита резко остановил Людмилу и, указав на туалет в коридоре, пробурчал: «Вот это место! Идем! Поедем красотка кататься...».
- Я так не хочу, котик, - чувство субординации, жажда карьерного роста и семейного благополучия изрядно сглаживали остроту момента – да и неудобно как-то...
- Людка, я тебе чего, мальчик какой? – после студентов и школьников воспоминания о детском саде выглядело естественным – Пойдем, сейчас всё будет!
- Я не хочу!
- Зато я хочу..., - длинная рука Липы ловко проникла в бюстгальтер неслучайной попутчицы.
- Никитик, точнее я не так хочу! Поехали ко мне. Ты знаешь, какое я купила нижнее белье? Ты можешь пропустить всё самое интересное и волнительное!
- Чего там? – Никита Борисович пьянел.
- Всё!!! Всё-всё-всё! Поехали скорее, я сварю тебе турецкий кофе, и мы проведем этот вечер так ...
- Да мне сейчас надо, Люда-а-а.
- Ну, мой тигр, давай же прояви себя!
- Я тигр? А говорила котик. Обман, ах, всюду обман. Женщины, эти женщины, рррр-ррр! – бывший работник штаба дивизии подполковник Липа слегка ухватил зубами Людмилу за обнаженное плечо.
- Ой, аха-ха-ха! Я вижу, ты согласен, пойдем же встречать ночь любви. Встретим этот рассвет вместе! – она потащила своего потерявшего бодрость кавалера на выход. – Водитель, машину на улицу Мориса Тореза! Ну, где ты бродишь, бездельник. Вези нас с шефом, давай!
   Погрузившись в машину, настоящий подполковник громко заныл: «Бабье лето нам, бабье лето нам, ох, не нравится. Мы весну с тобой, мы весну с тобой подождем!». Одновременно он ловко обнял Людочку и открыл припасенную заранее фляжку одной рукой, так как вторая рука выполняла вынужденную роль опоры в открытом пространстве заднего сидения автомобиля. Покоритель сердца замдиректора пыталась было помешать продолжению банкета, но в этот вечер начальство было сильней. «Абсент курсанта не боится! – подытожил Никита Борисович и, испив до дна содержимое фляжки, уснул. Людмила незамедлительно достала косметичку из сумочки и начала прихорашиваться, что-то напевая из шедевров отечественной популярной музыки. Она совсем не замечала водителя, воспринимая его просто как умную мебель: да и кто собственно этот шофер такой в сравнении с ней, успешным и востребованным менеджером. Гораздо больше её волновало предстоящее любовное приключение. Она уже мысленно всё продумала почти до самых мелочей: соблазнительная одежда, медленный танец и только она одна центр всего мира для него.
- Приехали, - скучно и буднично оповестил водитель.
- Да вижу. Давай-ка помоги мне поднять заместителя директора до его квартиры. – Людмила нагло соврала, так как квартира была её собственной.
Водитель заместителя директора хорошо успел изучить место его проживания, но не подал виду. Он взвалил на себя бездыханное тело шефа и потащился с ним до лифта, а далее и до квартиры Людмилы. Он не спрашивал, откуда у неё ключи от чужого жилья, а только пожелал спокойной ночи. «Спокойной ночи желают только детям» -  уточнила слегка захмелевшая Людмила и, не попрощавшись, захлопнула дверь.  Быстро сняв верхнюю одежду и поправив волосы, она поспешила в туалет, где реализовала все естественные потребности, и далее, на позитиве, пошла на кухню, чтобы приготовить свой фирменный кофе.
   Между тем, состояние соучастника любовных утех продолжало прогрессировать. Он впал в весеннюю спячку прямо на полу прихожей и громко захрапел, чем привлек третьего героя нашего повествования – маленькой собачки Марты. Обделенная вниманием на протяжении всего дня, Марта возмутилась появлению неизвестного. Кроме того, собака ненавидела запах алкоголя. Первая попытка укусить закончилась провалом: зубы были бессильны перед плотной тканью пальто. Второй раз, на опыте, Марта ловко зацепила палец левой руки.
- Ай-яй! Кто это? Ну-ка брысь, мерзкая дворняжка!
- Ой, Марточка, ты чего? Ну, котик, это она тебя будит. – Люда протянула к собачке руки, но та дерзко убежала.
- Да ты вообще? – изрядно добавив не литературных выражений, герой-любовник начал вставать, но сила тяготения в этот вечер явно взялась свести с ним счеты. – Черт, как тут у тебя всё неудобно.
- Давай-давай помогу. Котик, ну, вот и всё. Мы уже идем пить кофе. Давай садись. – Крепкая русская женщина шутя разобралась с гравитацией и усадила возлюбленного в уютное кресло перед громадным телевизором, на экране которого кривлялся исполнитель популярной музыки. – Сейчас принесу кофейку!
- Да у тебя тут как под Кандагаром в 87-ом году! Чуть не съели! (Как ни прискорбно комментировать, но в упомянутом году прошлого века наш герой только закончил девятый класс, что не способствовало участию в афганских баталиях)
   Пока Людочка несла кофе, она уже мысленно представила все дальнейшие события и своё место в них. Однако, ремиссия любовника была временной. Никита Липа храпел, по-хозяйски развалившись в кресле и периодически выпуская газы. Тело его не подавало признаков готовности к размножению. Увидев такое жалкое зрелище, наша героиня на мгновение замерла, но затем начала неудержимо смеяться и повалилась на ближайший диван. Ей вдруг стало необычайно легко: суета прошедшей недели растворилась в чем-то позитивном, и впереди было только счастье и веселье.
   Напротив нее лежал её любовник. Сколько их было? Она уже и не помнила всех. Они все были какие-то одинаковые по сути – только внешне выглядели по-разному. Людочка же оставалась собой: красивой, дерзкой, эффектной. Вот и сейчас она видела в зеркале свою комнату, себя и Никиту. Кто заставлял его напиться и стать жалким посмешищем? Еще офицер называется, - вслух рассудила наша героиня. Из телевизора гремела популярная мелодия, в кресле лежало тело начальника, и она была сейчас властелином этой точки Вселенной. Это вызвало улыбку на её лице и чувство глубокой расслабленности, вызванной полным контролем ситуации.
   Между тем, ситуация начинала меняться стремительно. Телевизор стал отдаляться, превращаясь в далекую точку, и звук его становился слышен все хуже. Вещи меняли свое положение. Люда почувствовала, как всё кружится и убегает одновременно. Она поняла, что пьяна и попыталась подняться, но не чувствовала тела. Конечно, это просто сон! Она выпила, расслабилась и уснула! Отсюда и тишина вокруг. И комната с занавешенными окнами. И старый комод. И ковер на стене. И девушка, спокойно смотрящая на нее.
   Взгляд девушки ничего не выражал, но пронизывал насквозь. От него было не по себе. Хотелось отвернуться, но поворачивать было нечего: тело Люда не просто не ощущала, а не чувствовала себя даже обладателем хоть какой-то материи. Освещения в комнате не было, но при этом она видела девушку отчетливо. Более того, она не могла её не видеть. Всё существование Людмилы было сконцентрировано на этой фигуре. Тишина становилась нестерпимой, она давила на нее и от этого становилось страшно. Впервые в жизни Люда ощутила холод, не ощущая своего тела. Если бы она верила в существование души, то предположила, что мерзнет её дух. Наконец, девушка стала видна настолько отчетливо, что стало ясно, кто она. Люда смотрела на себя саму в молодости. Она была юная и прекрасная. Сколько ей здесь лет? Все-таки это сон! Хороший сон!
   Зачем-то наша героиня прервала молчание (удивительные все-таки эти сны):  - Ты кто? Я из прошлого?
- Я твоя дочь.- Голос прозвучал тихо, но раскатился громом по всему окружающему невидимому пространству комнаты.
- Ой, здорово! Доченька, какая ты красавица стала! Вся в маму! Я даже подумала, что ты это я в молодости. Представляешь? – как с подружкой заговорила Люда. – У тебя еще братик есть!
   В этот момент пространство комнаты сжалось, а перед нашей героиней отчетливо видны стали одни большие серые глаза. Господи, у неё же нет детей! Откуда тогда дочь и где сын? Двадцать лет назад она сделала свой первый аборт.
- Доченька, прости меня, я как лучше хотела. Чтобы ты не нуждалась ни в чем, чтобы не плодить нищету. Я же не знала тебя, я не видела ... – впопыхах что-то кричала Люда, но серые глаза продолжали смотреть равнодушно. – Я же любила его! А он и слышать не хотел. Он бы бросил меня и что? Куда бы мы с тобой тогда пошли? - Глаза смотрели на нее. Она настолько привыкла врать, что даже самой себе сейчас лгала.
   Тишину нарушил лай Марты - собачка требовала внимания. Люда ощутила жуткую ломоту в теле. Сильно хотелось пить и еще больше почистить зубы. По телевизору продолжали петь заслуженные и народные артисты. На этот раз дуэтами. Дочери не было. И никого не было. Одиночество разбавляла только маленькая декоративная собачка и храп мужчины на соседнем диване. От дивана шел отчетливый мокрый след, заканчивающийся лужей с ярко выраженным запахом невымытого туалета. Новый день начался для Людмилы Васильевны, как и предыдущий: пусто, бесцельно и бессмысленно.