Геленджик. 515. Курортное мёдоброобразование

Подслушивать набережные диалоги не устану, хоть и не стану специально, не совестно, но поучительно, как освоение толкового курортного словаря.

— Ради такой самой в мире набережной, как в этом городе, мы готовы даже переехать в другой курортный город, если бы она там была, но её там нет, и поэтому мы здесь.

Вполне завершённая мысль. Даже задумался. В духе Платонова, ух.

— Вы знаете, что такое курортный загар?!
— Нет, но, похоже, сейчас мне потребуется очень много крема от него.

Так знает или не знает курортный загар? Я так и не понял. А Вы?

— Я прекрасно рад, что вы такая добрая, потому что получаете лишь совершенно всё, чего ни пожелаете, и ничего сверх этого,  совершенно не предпринимая действий для сего, а только излучая, потому что у вас есть семья из всех людей в мире, которой вам надо с удовольствием заниматься, и ваше  беспечное счастье значительно освещает жизни всех присутствующих, близких и далёких.

А тут похвалили или очень совсем похвалили? Выразили уверенность или даже более? А что может быть более уверенной похвалы? Обожательное обожествление? И почему так?! И кто они, эти люди?

Разговор по телефону, громкая связь, интонации спокойные:
— Что случилось?
— Меня ищут.
— Почему?
— Потому что на курорте.
— А почему ищут тебя?
— Потому что это я на курорте. И теперь мне хорошо и они тоже хотят.
— Повтори.
— Да, хотят и потому ищут.
— Кто они?
— Супермодели — мисс и вице мисс, конечно.

Те же, там же, прощаясь:
— Продуктово поговорили.
— Продуктивно?
— Продуктово. Я же по делам по продуктовым.
— Вполне продуктовый разговор с собой.

Мёдоброобразование — это от слов мёд и добро, такой добро-мёд. Ну, Вы поняли. А больше ничего. Ничего личного. Личного ничего.