Мне не хватало одной справки. Она не существовала

Из цикла «Не туристка».

В Ташкент я приехала с чемоданом, ноутбуком и папкой документов толщиной с небольшое уголовное дело.

В папке лежали международный паспорт, копии паспорта, русский внутренний паспорт, трудовой договор, регистрация, страховка, фотографии двух размеров и несколько бумаг, назначение которых я уже не помнила, но выбросить боялась.

Я была готова к любой бюрократии.

По крайней мере, так думает человек до встречи с настоящей бюрократией.

В первое учреждение я пришла к открытию. На улице уже было жарко, внутри — прохладно и торжественно. Люди сидели на стульях с папками на коленях и выражением лиц, будто ждали не своей очереди, а решения суда.

Я взяла талон.

На талоне было написано: А-117.

На табло горело: А-32.

Я села и приготовилась стареть.

Через час выяснилось, что очередь движется быстро. Просто часть людей, увидев номер на табло, не вставала. Они уже потеряли надежду, но продолжали приходить по привычке.

Когда вызвали меня, женщина в окошке посмотрела на папку с уважением.

— Хорошо подготовились, — сказала она.

Эти слова погубили многих.

Она перебрала документы, отложила паспорт, договор и регистрацию, затем подняла один лист к свету.

— Не хватает справки.

— Какой?

Она произнесла название.

Я не поняла ни одного слова.

— Можно записать?

Женщина записала название на маленьком листке. Почерк был красивый, уверенный и совершенно нечитаемый.

— Где её взять?

— В районном отделе.

— А районный отдел где?

— В вашем районе.

Это была безупречная логика. Возразить было нечего.

Я вышла на улицу и показала листок таксисту.

Он долго смотрел на него, потом на меня.

— Это адрес?

— Я надеюсь, что название справки.

— А похоже на имя врача.

Мы поехали искать районный отдел.

Первое здание оказалось поликлиникой.

Во втором продавали пластиковые окна.

Третье действительно было государственным учреждением, но не тем.

Там мне объяснили, что нужный отдел переехал.

— Далеко?

— Нет, рядом.

В странах бывшего Советского Союза слово «рядом» обозначает расстояние, которое человек способен преодолеть, не покидая пределы государства.

Через сорок минут я нашла нужное здание.

У входа сидел охранник.

— Куда?

Я показала листок.

Он прочитал его с первого раза.

Я сразу поняла, что передо мной профессионал.

— Третий этаж, кабинет двенадцать.

На третьем этаже кабинеты заканчивались на десятом.

Я вернулась.

— Там нет двенадцатого.

— Значит, четвертый этаж.

На четвертом этаже кабинет двенадцать был.

Он был закрыт.

На двери висело объявление: «По техническим причинам приём временно осуществляется в кабинете № 7».

В кабинете № 7 меня встретил мужчина, который одновременно разговаривал по телефону, ставил печать и ел виноград.

Я снова показала листок.

— Вам это не к нам.

— Но меня отправили к вам.

— Кто?

— Женщина из первого учреждения.

— Какая женщина?

Я попыталась описать её.

— В окошке.

Мужчина задумался.

Видимо, женщин в окошках было слишком много.

— Вам нужна справка о наличии регистрации.

— Вот регистрация.

Я протянула ему регистрацию.

Он посмотрел на неё.

— Да. Но нужна справка, что она есть.

— Разве сама регистрация не доказывает, что она есть?

Мужчина посмотрел на меня с сочувствием человека, которому приходится объяснять иностранке основы мироздания.

— Регистрация доказывает регистрацию. А справка доказывает наличие регистрации.

Я записала эту фразу в телефон.

Не для документов. Для потомков.

— Что нужно, чтобы получить справку?

— Копия паспорта, копия регистрации и заявление.

У меня были копии всего.

Кроме заявления.

— Где взять бланк?

— На первом этаже.

На первом этаже бланков не было.

Женщина за столом сказала, что они закончились утром.

— А распечатать можно?

— Можно.

— Где?

— Рядом.

Я уже знала, что это значит.

Копировальный центр нашёлся через две улицы, за аптекой и магазином свадебных платьев. Внутри сидел мальчик лет шестнадцати, который без единого вопроса нашёл нужный бланк в компьютере.

— Часто печатаете?

— Каждый день.

— Значит, бланки там всегда заканчиваются?

— Конечно.

Он сказал это спокойно, без осуждения. Как человек, который давно принял устройство мира и построил на нём бизнес.

Я заполнила заявление.

В графе «Цель получения справки» написала: «Для предоставления по месту требования».

Это универсальная формулировка, означающая: «Я не знаю, зачем вам эта бумага, вы не знаете, зачем вам эта бумага, но давайте не будем портить друг другу день».

Мужчина в кабинете № 7 поставил подпись.

Потом вторую.

Потом направил меня в кабинет № 4 за печатью.

В кабинете № 4 сказали, что печать ставят в кабинете № 9.

В кабинете № 9 сказали, что сначала нужна подпись начальника.

Начальник был на совещании.

Совещание закончилось в обед.

Обед начался сразу после совещания.

К четырём часам у меня была справка.

Настоящая.

С гербом, печатью и свежей датой.

Я держала её двумя руками, как диплом, визу или новорождённого ребёнка.

На следующее утро я снова пришла в первое учреждение.

Взяла талон.

Подождала.

На этот раз в окошке сидела другая женщина.

Она просмотрела документы, нашла справку и нахмурилась.

— А это что?

— Справка о наличии регистрации.

— Зачем?

— Вчера сказали принести.

— Кто сказал?

Я посмотрела на соседнее пустое окошко.

— Женщина, которая сидела там.

— А-а.

Новая женщина отложила справку в сторону.

— Она уволилась.

Я молчала.

— Нам такая справка не нужна, — добавила она. — Регистрация же у вас есть.

Она подняла лист регистрации.

— Вот.

В этот момент я поняла, что человек способен одновременно испытывать облегчение, ярость и глубокое уважение к чужой логике.

— Значит, всё?

— Почти.

Женщина поставила печать, вернула мне папку и улыбнулась.

— Не хватает одной копии паспорта.

Я медленно открыла папку.

В ней лежало семь копий.

— Какая именно нужна?

— Обычная.

Я протянула первую.

Она посмотрела и покачала головой.

— Нет. Эта вертикальная.

— А нужна?

— Горизонтальная.

Копировальный центр всё ещё был за аптекой и магазином свадебных платьев.

Мальчик узнал меня сразу.

— Справку получили?

— Получила.

— Помогла?

— Нет.

Он кивнул.

Кажется, именно этого ответа он и ожидал.

Через десять минут я вернулась с горизонтальной копией. Женщина приняла документы и сказала:

— Теперь всё хорошо.

Я не поверила.

— Точно?

— Точно.

— Никаких справок?

Она улыбнулась.

— Пока никаких.

С тех пор я никогда не говорю, что собрала полный комплект документов.

Я говорю осторожнее:

«У меня есть всё, о чём я уже знаю».