Алёна Малова. Глава 16. Встреча в парке

Сентябрь 1991 года выдался на редкость тёплым и солнечным. Воздух ещё хранил летнее тепло, но в нём уже угадывалась первая осенняя прохлада — та самая, что заставляет плотнее запахивать куртки и всё равно тянет гулять, пока светит солнце. Алёна Малова шагала по аллее парка рядом со Светланой Михайловой, и на мгновение ей казалось, что они снова двенадцатилетние девчонки, которым весь мир по плечу.

Алёна была одета просто, но аккуратно: на ней была бежевая ветровка, которую мама купила ещё в прошлом году на распродаже, под ней — белая футболка с едва заметным цветочным узором, а снизу — тёмно-синие джинсы, слегка подвёрнутые у щиколоток. На ногах — бежевые кеды, уже не новые, но чистые; Алёна тщательно их начистила перед выходом. В волосах — простая резинка, несколько прядей выбивались и трепетали на ветру.

Светлана выглядела совсем иначе. Её стиль был броским, рассчитанным на то, чтобы привлекать внимание. На ней было короткое чёрное платье с блестящей отделкой по краю подола, поверх него — короткая кожаная куртка, купленная, как она однажды вскользь бросила, «на свои, без рассрочек и ожиданий». На ногах — чёрные колготки в мелкую сеточку и туфли на высоком каблуке, в которых ходить по парку было не слишком удобно, но Света всё равно шла уверенно, будто каждый её шаг был продуман. Яркий макияж — тёмные тени, густо подведённые глаза, алая помада — резко контрастировал с естественной простотой Алёны.

Девушки болтали о пустяках, смеялись над старыми шутками, и вдруг Алёна остановилась, щёлкнув пальцами:

— Слушай, а давай мороженого? Как в детстве! Помнишь, мы после школы бежали к ларьку, брали по два шарика — ванильное и шоколадное — и ели, пока не замёрзнут зубы.

Света улыбнулась, но улыбка вышла немного грустной:

— Помню. Тогда всё было проще. Ладно, давай. Хоть на пять минут снова станем теми девчонками.

Они подошли к небольшому киоску, купили два рожка и медленно пошли дальше, слизывая подтаивающее мороженое. Алёна смеялась, когда капля падала ей на руку, Света вытирала её салфеткой и тоже улыбалась — искренне, без привычной бравады.
И тут из за поворота аллеи появился Леонид Смургин. Он шёл, опустив голову, теребя в руках кепку, и, казалось, был погружён в свои мысли. Когда он поднял глаза и увидел девушек, его лицо мгновенно залилось краской.

— Здравствуйте, — пробормотал он, неловко кивнув.

— Лёня! — радостно воскликнула Алёна и, не раздумывая, шагнула к нему, обняла. — Сколько лет, сколько зим! Целых три года не виделись! Ты всё такой же… застенчивый.

Она тут же отстранилась, будто испугавшись собственной порывистости, но улыбка не сходила с её лица. — Прости, не удержалась. Просто так рада тебя видеть!

Света тоже поздоровалась, но её приветствие прозвучало спокойнее, почти буднично. Алёна перевела взгляд с Леонида на подругу, нахмурилась:

— Ты его тоже знаешь?

Света вздохнула, словно заранее зная, что этот разговор неизбежен:

— Знаю. Он… мой постоянный клиент.

Леонид ещё сильнее покраснел, будто готов был провалиться сквозь землю. Он опустил глаза, сжал кепку в руках так, что пальцы побелели.

— Не надо так прямо, — тихо сказал он. — Я и так… чувствую себя не в своей тарелке.

Света хотела что то ответить, но Алёна опередила её:

— Прости, Свет… Я не хотела…

Леонид вдруг встряхнулся, словно пытаясь сбросить неловкость:

— Да ладно. Всё нормально. Я работаю сейчас в кооперативе у отца. Пытаюсь… как то жить, разбираться, что к чему. Времена сейчас такие, что не знаешь, за что хвататься.

Он помолчал, потом добавил, понизив голос:

— И ещё… Талгат, ну, тот, кого все зовут Сипок… Он скоро выходит. На днях. И он… он говорил, что будет мстить. Всем нам.

Алёна почувствовала, как по спине пробежал холодок, а мороженое в руке вдруг стало казаться безвкусным. Она посмотрела на подругу, потом снова на Леонида — и поняла, что детство, о котором они только что вспоминали, осталось где то далеко позади, в другой жизни.