Время любви

Анатолий Завгородний
Время любви
Этот рассказ для "взрослых" женщин, даже очень "взрослых". Более молодые, думаю, не поймут. Сам до этого вряд ли задумывался и мог бы поверить в такое.
Но все по порядку.
Каждый год я хожу в круизы по рекам. Их в нашей стране много, и каждый круиз по-своему интересен.
Круизный корабль - это в одном целом гостиница, ресторан, туристический клуб и много-много чего ещё. Скучать не придётся.
Мое любимое место там -  корма. Развалишься в шезлонге и дремлешь. Ветерок тебя обдувает, вода журчит. Время от времени открываешь глаза и любуешься проплывающими берегами или облаками. Они (облака) позволяют представить целые сцены из детских сказок или истории из школьных учебников. Короче, лучше отдыха не придумать.

В караоке-бар на корабле я в этот раз попал случайно. Проходил мимо, услышал поют, зашел. Несколько женщин и массовик что-то пели. Сразу обратили на меня внимание:
- Споёте что-нибудь?!
Я раньше много пел, до сих пор знаю десятки, если не сотни, хороших душевных песен. Во мне смешались греческая и украинская кровь, оба народы песенные. И наше село было таким. С детства и я ни дня не был без песни. В университете меня за это прозвали Магомаевым (в то время он был "королем" советской эстрады).

В караоке-баре был большой сборник караоке-песен для исполнения. Тех, что я с детства слышал и знал. Потянуло на прошлое.
Спел одну песню. Поаплодировали, попросили ещё. И меня «понесло»! А песни-то 30-х, 40-х, 50-х, 60-годов. Чудесные, душевные песни.

Постепенно салон стал наполняться. Потом вообще оказался забит.
Как я потом узнал, массовик включил трансляцию на все палубы корабля. Вот народ и потянулся "на песни".
В основном это были женщины.
Надо сказать, что в круизы ходит много одиноких женщин. Кто-то потерял мужа, у кого-то его и не было, и здесь женщины надеются "кого-то" встретить.

Я одномоментно стал знаменит. Мне стали предлагать познакомиться. Очень настойчиво, так что приходилось прятаться от особо назойливых. А они ссорились между собой. Кто-то даже подрался. Об этом узнал от администратора круиза, когда он предложил мне "разобраться со своими женщинами".
- У Вас с головой, всё в порядке?! - Не выдержал я. - Мои женщины в Москве!
- Но они же дерутся из-за Вас!
- Я-то здесь причём. Получается, как в той истории: Отец пришел домой, а дочка с ним не разговаривает. "Доченька! Что случилось? - Спрашивает. - Мама била. - Отвечает ребёнок. - "А я-то при чем?! - Недоумевает отец. - Так твоей-же тапкой!"

Посмеялись мы с ним над этой шуткой, но женщин-поклонниц он как-то приструнил. Мне, по крайней мере, в такой степени, как раньше, они уже не досаждали.
И всё же я старался для спокойного отдыха уединиться куда-то, находил какой-нибудь укромный уголок и наслаждался там покоем.

Однажды почувствовал рядом какие-то движение, открыл глаза и увидел женщину, которая пыталась пристроиться рядом. Изящная, одета со вкусом, со следами былой красоты и без "взора наглого для всех".
Наверное, что-то негативное она увидела на моем лице, так как тут же пояснила:
- Я Вас не потревожу! Буду сидеть тихо. Как в том детской стихотворении Елены Благининой:

Мама спит, она устала…
Ну и я играть не стала!
Я волчка не завожу,
А уселась и сижу.

Не шумят мои игрушки,
Тихо в комнате пустой.
А по маминой подушке
Луч крадётся золотой…

И сказала я лучу:
- Я тоже двигаться хочу!
Я бы многое хотела:
Вслух читать и мяч катать,
Я бы песенку пропела,
Я б могла похохотать,
Да мало ль чего хочу!
Но мама спит, и я молчу.

Луч метнулся по стене,
А потом скользнул ко мне.
- Ничего, - шепнул он будто, -
Посидим и в тишине!..

И так это комично продекламировала, что я не мог не улыбнуться. Улыбнулся, а потом вновь закрыл глаза и погрузился в свои мысли.
Когда вновь их открыл, она оставалась рядом, тихонько сидела. Ждала, что скажу я.
Объявили приглашение на обед. Пошли вместе, а после обеда, когда зашел в кинозал, она уже была там и «держала для меня место». Так мы и стали общаться.

Она находила меня, тихонько устраивалась рядом и потихоньку что-то "журчала", добавляя что-то в журчание воды за бортом. Не мешала дремать, не мешала думать о чем-то. Как-то угадывала, когда можно меня "пробудить», а когда «лучше не надо». Короче, не нарушала покой, а как бы делала его еще "уютнее".
Если я уходил с корабля в экспедицию (поход), а она почему-то не могла это сделать, то сидела на верхней палубе и ждала возвращения группы. Завидев её, радостно махала рукой. Мне радовалась. Потом рассказывала, чем занималась, что думала. С ней было интересно, и я уже спокойно воспринимал, что она всегда рядом. Прежние соперницы "шипели" на неё, на большее не решались, видно администратор всерьез поговорил с ними. Она же на них даже не глядела.

О себе, своих чувствах она мне ничего не говорила и меня ни о чём не спрашивала. Но по ее глазам всё и так было видно. Они как бы обволакивали меня теплотой, нежностью.
Хоть она и не спрашивала, посчитал долгом сказать, что не свободен.
- Не сомневалась, что такой мужчина несвободен! Ни на что не рассчитываю! Мы просто общаемся. И это само по себе - счастье.
Те дурехи, что дрались, это ведь не от любви. – Это -  собственничество, желание обладать, иметь. Настоящая любовь к этому не имеет никакого отношения.
Вспомните Новеллу Матвееву и её песню:
Любви моей ты боялся зря -
Не так я страшно люблю.
Мне было довольно видеть тебя,
Встречать улыбку твою.
И если ты уходил к другой,
Иль просто был неизвестно где,
Мне было довольно того, что твой
Плащ висел на гвозде.
Когда же, наш мимолетный гость,
Ты умчался, новой судьбы ища,
Мне было довольно того, что гвоздь
Остался после плаща.
Теченье дней, шелестенье лет,
Туман, ветер и дождь.
А в доме события - страшнее нет:
Из стенки вынули гвоздь.
Туман, и ветер, и шум дождя,
Теченье дней, шелестенье лет,
Мне было довольно, что от гвоздя
Остался маленький след.
Когда же и след от гвоздя исчез
Под кистью старого маляра,
Мне было довольно того, что след
Гвоздя был виден вчера.
Любви моей ты боялся зря.
Не так я страшно люблю.
Мне было довольно видеть тебя,
Встречать улыбку твою.
И в теплом ветре ловить опять
То скрипок плач, то литавров медь...
А что я с этого буду иметь,
Того тебе не понять.
Она любила стихи, много их знала и очень интересно декламировала. Вообще у неё был богатый внутренний мир.

Формальное объяснение произошло в предпоследний день круиза. Утром круиз заканчивался. Мы сидели вечером на верхней палубе, и тут-то она вдруг сказала, как бы разговаривая сама с собой:
- Влюбиться в 73 года! Это ж надо! Как жаль, что так поздно, и как здорово, что это всё же произошло! Уже начинала подумывать, что так и умру, не испытав, что это такое.
Когда услышала Ваш голос, что-то внутри ёкнуло. Поспешила на звук. А когда увидела Вас, выдохнула: "Точно он!"
Я была очень красивой. Вокруг меня столько парней «вилось». И мой муж был красавец. Я к нему относилась с симпатией, но вот того, чтобы желать раствориться в нём, не было. Надеялась, что в браке что-то изменится, но нет, не изменилось.
И вот он ушёл. Я осталась одна. И никаких уже поклонников.
Сын как-то говорит:
-Мать поезжай в круиз. Может, там встретишь своего мужчину! Умница мой! Хотя он вряд ли мог предвидеть то, что произошло. Просто хотел, чтобы я развеялась. Однако, как я ему благодарна теперь!

На следующее утро она ждала меня у трапа корабля. Она улетала, а я ещё какое-то время оставался в городе.
- Гармонии в душе! - Пожелала она. Помолчала и добавила:
- И спасибо!
- Спасибо за что? - Переспросил я.
- А за всё! - Как мне показалось, несколько легкомысленно ответила она.
- Так общо? - Спросил я.
- Нет, так всеобъемлюще! – Поправила она.