Спасибо

                Спасибо…

    «Я уже дошёл до той крайней точки отчаяния, за которой начиналось падение в бездну. Готов был на всё, лишь бы не видеть этого… В такие мгновения Господь словно назло начинает дразнить тебя неповторимыми рассветами и закатами, картинами природы, от которых хочется лишь скорее уйти, чтобы не чувствовать собственной отверженности.
    Со слезами на глазах, проклиная судьбу, ты уже готовишься к… Но вдруг тебя пронизывают сумерки. Рядом появляется та, что вытягивает тебя из трясины бытия и уводит в ту самую мглу, в которой растворилось сияние заката.
    Сердце начинает биться иначе. Перед внутренним взором всплывает вся прожитая жизнь — уже с иным оттенком, пусть и окутанная мраком… Но каким! Откровение, обретённое в этой темноте, меняет всё представление о мире. И ты, утопая в её объятиях, наслаждаешься первыми ростками преобразившегося сознания.
    Схватив Музу жизни, ты уже бежишь за падающей звездой, желая во что бы то ни стало поймать её и подарить той, которая остановила твоё падение…»
    Джон вдруг замолчал и с благодарностью посмотрел на Мирею.
    Она не могла вымолвить ни слова. Признание Джона настолько глубоко тронуло её, что несколько долгих мгновений они лишь молча смотрели друг на друга.
    Лишь спустя некоторое время Мирея едва слышно прошептала:
    — Ах… милый…
    Она осторожно потянулась к нему…
    Они продолжали молчать, словно опасаясь слов, которые могли бы разрушить то пронзительное откровение, установившееся между ними. И в этом молчании было нечто величественнее самой повседневной жизни.
    Слёзы медленно уносили прочь всю печаль — туда, где уже растворилось вечернее солнце… Никто, кроме них двоих, не видел и не созерцал этого откровения — страдания влюблённых, которые порой бывают не менее светлыми, чем сама радость жизни.
    В состоянии тихого умиления Мирея коснулась плеча любимого, всё ещё находившегося под впечатлением собственного признания. Тепло её руки медленно разлилось по всему телу Джона. Он нежно прижал Мирею к себе и, закрыв глаза, вдыхал её родной аромат.
    Лишь спустя несколько мгновений он тихо прошептал:
    — Спасибо…

30 июня 2026 г.
Ереван