Бей-Сент-Луисский блюз

Я из американской глубинки. Мне не нужен колледж, я не хочу ни на кого работать. Мне достался от родителей старый дом, которому в этом году стукнет 70 лет, и небольшая ферма с трактором. Мой младший брат уехал в Нашвилл и там осел, стал менеджером в какой-то фирме. Это его выбор: он окончил колледж и считает себя выше меня на социальной лестнице. У него красивая жена и двое детей. А я всё ещё холостой. По evenings (вечерам) езжу на велосипеде в бар, где играю на пианино и пою. За это мне хозяин платит, но немного. Но я делаю то, что мне нравится, — работаю на земле и пою в баре.
Ни одна местная девица на меня не смотрит. Да и я перестал на них обращать внимание. Они не хотят жить на ферме. У меня есть старый «Форд», который достался отцу от деда. Мне за него предлагали 50 тысяч долларов, но я отказался. Я сам на нём езжу в Вейвленд, когда надо купить продукты, которые на ферме не вырастить. Мог бы купить и поновее, но мне нравится такой антиквариат.
В целом я не бедный, но деньгами не сорю. Выручку инвестирую в Ingalls Shipbuilding. Там есть направление Small Shipyard Grants, которое очень перспективно, так как государство выделило 35 миллиардов на эти дела. Интернет многому может научить и без колледжа. А брат работает за обычную зарплату.
В один из вечеров я играл в баре и увидел, как зашли три девушки. Они сели за столик, и я спел для них лукавую песню. Одна из них подошла ко мне и спросила:
— Можно поиграть с вами?
— Конечно.
Я уступил ей стульчик, а сам взял другой из зала. Девушка заиграла, и пианино зазвучало так, как никогда прежде. Она повернулась ко мне и сказала:
— Я окончила музыкальную школу. А что вы играете?
— Блюз, соул. Тут не популярна классика. У нас даже нет профессионального театра. Тут деревня, но люди хорошие.
— Хорошо, начинайте, а я вам подыграю.
Мы начали играть традиционный блюз — под него можно любые тексты о жизни подставлять. Ей это понравилось. Я улыбнулся и сказал:
— Играйте блюз, а я спою для друзей.
Она отлично вела партию, и я старался петь именно для неё. Всё удалось, и я закончил последний куплет:
Два года без неё, моей девушки, —
Семьсот тридцать дней и ночей.
А сколько ещё впереди, я не знаю.
Колледж мне не по карману,
Но я помню её стройное тело,
Милые, чувственные губы
И длинные ноги.
Два года жду, и моё сердце в страданиях,
Но я обречён на такую любовь,
Пока она не вернётся ко мне.
К нам подошёл хозяин и предложил девушке играть со мной каждый день за хорошую оплату. Сумму он не назвал, так как наша «хорошая оплата» с заработками в Мемфисе даже сравниться не может. Но девушка согласилась. Мы стали партнёрами. Через три дня она ко мне переехала, и мы стали парой. Днём я возился на ферме, а она мне помогала. А вечером мы выступали в баре.
Было одно «но». Её каникулы подходили к концу, и ей нужно было уезжать в Атланту. Там жили её родители, и она училась музыке для поступления в Alliance Theatre. Это главный театр города, он находится в Центре искусств Вудраффа. Там проходят масштабные бродвейские премьеры и глубокие драматические постановки. Она уехала и вернулась только через полгода, на следующие каникулы. Наша связь укрепилась, но мы оба знали: ещё полгода — и у неё начнётся работа в театре. Это будет конец нашей любви.
Последние каникулы мы провели ещё дружнее, но в глазах уже стояли слёзы.
Ночь кажется холоднее, чем раньше.
Твой чемодан ждёт у двери.
Мы стоим в тишине, глядя друг другу в глаза.
Ни ты, ни я не хотим говорить последнее «прощай».
Твоя дрожащая рука касается моей.
Мы молчим, пытаясь остановить время.
Но в глубине души мы оба понимаем,
Что именно здесь начинается конец.
У нас нет больше слов,
Нет ничего, чтобы сохранить любовь, —
Просто время наших желаний подошло к концу.
Обними меня в последний раз,
Так, чтобы я запомнил это на всю жизнь —
Нашу яркую вспышку любви.
Пусть сегодня будет последняя ночь,
Когда мы безраздельно верим друг другу.
Может, мы расстаёмся слишком быстро?
Пусть этот момент продлится,
Я так хочу этого, даже если после превращусь в прах.
Останься со мной сегодня в последний раз.
Почему твой голос стал звучать тише, чем прежде?
Мне кажется, я уже знаю,
Как он будет отзываться в мыслях, когда ты уйдёшь.
Каждое воспоминание будет вспыхивать и затихать,
Как тот блюз, что мы пели вместе.
Я не верю своим глазам,
Я прикасаюсь к твоему лицу —
Моя тактильная память лучше зрительной.
С другой женщиной я не смогу петь эти строки,
Мне придётся их менять,
А я этого не хочу.
Но ты настаиваешь на том,
Чтобы наша история закончилась
На самой высокой ноте.
Не притворяйся, я знаю:
Ты всегда этого хотела —
Оставить после себя руины моего сердца.
Мы когда-то были вместе,
У нас была общая песня,
Общая душа и общая любовь, это правда.
Теперь от этого ничего не осталось.
Прошу тебя, обними меня так,
Как будто ты этого действительно хочешь.
Останься в последний раз,
Пусть это будет последняя ночь,
Где мы доверяем себя друг другу.
Не отпускай меня слишком быстро.
Пусть этот момент длится,
Даже когда мы расстанемся.
Если бы я мог повернуть время вспять,
То нашёл бы тысячу способов
Удержать тебя рядом.
Но твоя любовь ускользнула сквозь пальцы,
Ускользнула, как вода.
Пойми, несмотря на всю боль, я выбираю тебя,
Чтобы снова почувствовать твоё прикосновение.
Останься со мной в последний раз,
Посмотри мне в глаза.
Пусть это будет наш последний шанс,
Прежде чем мы попрощаемся.
Я знаю, это обожжёт наши сердца,
Но они снова сольются в одно целое —
С одним биением на две груди
И с одним дыханием на два страдающих тела.
Давай сделаем это в последний раз.
Не говори мне сейчас «до свидания».
Она осталась до утра, а потом я отвёз её в аэропорт Галфпорта. Мы не плакали при расставании и не давали клятв верности. Просто держали друг друга за руки до последней минуты.
— Я буду тебе писать, — сказала она тихо.
— Нет, не надо. Это закончится обманом. Мне не нужны письма, мне нужна ты.
— Я приеду в отпуск.
— Я буду ждать, даже если ты не приедешь.
Она пошла на посадку, а я вернулся в свой старый «Форд», оставленный на платной стоянке. Прошло полгода, потом год, и ещё полгода. Мы не писали и не звонили друг другу. У обоих была свобода — тяжёлая, которую несёшь через силу, потому что другого варианта нет.
Прошло ещё полгода, и вдруг я услышал шум мотора у себя во дворе. Было около одиннадцати вечера. Я вышел на крыльцо и увидел такси, из которого выходила она — моя любовь. Она расплатилась с водителем, подошла ко мне и протянула дорожную сумку.
— Ты не рад?
— Я в шоке.
— В Бэй-Сент-Луисе освободилось место директора в Маленьком театре. Я попросилась, и меня туда назначили.
— О боже, это же самодеятельные постановки, там нет профессионалов! Простые спектакли и смешные детские комедии.
— Мне большего и не надо. Мне дали квартиру.
— Ты от меня уходишь?
— Если ты не против, я бы хотела жить у тебя.
— Я рад... Меня одно огорчает: мы не будем вместе выступать. Ты же вечерами будешь занята.
— Зато по утрам мы вместе будем работать на ферме.
После раздачи корма животным мы поехали покупать ей машину к местному дилеру подержанных авто. Она хотела кабриолет. «Мазды Миата» не нашлось, но в наличии был белоснежный спортивный «Фиат Спайдер Луссо» 2019 года выпуска. С малым пробегом и рулевым колесом Recaro. Ох и шустрая машина! Мой драндулет не мог её догнать по пути на ферму.
Через неделю мы купили в сити-холле лицензию на брак и провели скромную церемонию в церкви Богоматери Нашего Залива. Свидетелями были хозяин бара с женой да три девчонки с кухонь. Само торжество устроили в баре с бесплатным угощением для всех, кто пришёл нас поздравить.
Я так люблю твоё лицо
И помню первые слова.
Дарю тебе сейчас кольцо,
И пусть звучат колокола…
Я помню первое влеченье,
Что зародилось без речей.
Прошу у Бога я прощенье
За то, что стала ты моей.