Образ Матери в поэтике С. А. Есенина

               
      Аннотация: образ матери не является центральным в поэзии Сергея Есенина, но великий поэт не мог не затронуть тему, в которой раскрывается его сущностное отношение к бытию; в статье прослеживается эволюция отношения поэта к теме «вечного возвращения» к первобытию; показано движение поэтического мира в сторону положительной реальности, в которой обитает «несказанный свет»; выявлена основная мотивность «дороги», связывающей мать и сына единой духовной нитью.
Ключевые слова: дорога, мать, несказанный свет, дом, любовное начало, Пресвятая Богородица
      Тема Матери не является магистральной в творчестве Сергея Есенина. Его поэтике характерны, безусловно, обращения к женщине, как носителю любовного начала в человеке. Его женщина предстает в разнообразных ипостасях дружбы, эротических свиданий, откровенной неприязни, безумной страсти и щемящего тоскливого веселья. Отношение к женщине зачастую носит не возвышенный характер, а странную смесь вульгарного эгоизма и лирического идеализма. Чистая и возвышенная обращенность к женской Красоте сменялась пьяным бормотанием и проклятиями в адрес той, которой только что воспевал дифирамбы. Возможно, это происходило оттого, что созданный в воображении поэта женский идеал, в реальной жизни был совершенно не тот. В сознании поэта происходил когнитивный диссонанс, преодолеть который он пытался фактически всю свою короткую жизнь. Есенин находился в постоянном поиске своего идеала. Он читал об этом идеале у Александра Блока, жаждет найти Прекрасную Даму, забыв о том, что и сам Блок уже давно не верит в свою Прекрасную Даму.
           В начале своего творческого пути Сергей Есенин обожествляет женщину. Воспитанный в народно-религиозной традиции, он освящает женщину в образе Пресвятой Богородицы. Образ Пресвятой выступает и как архетип, и как живое воплощение женского идеала, формирующего сознание поэта. Его духовный мир существует в мифологических образах Неба и Земли, где Пресвятая Дева выступает центром мироздания, остовом, стержнем человеческого естества, творящего историю бытия, природа которого бессмертна.
       Это бессмертие поэт пытается воплотить даже тогда, когда наступает время воинствующего безбожия, когда мифологическое сознание подвергается ужасным атакам вульгарного материализма, когда поэт становится участником сатанинской пляски, в которой образ женщины становится не архетипом красоты и верности, а публичной девкой, наглой и прокуренной бестией. Происходило зримое крушение идеалов, доселе управлявшими сознанием поэта. Буря сносила парус, волны житейского моря бросали из стороны в сторону.
         Пройдут годы, прежде чем Сергей Есенин обратиться к матери, как живому воплощению своего идеала. Простая русская женщина станет смыслом жизни для поэта. «Зачем много говорить ложного и не имеющего отношения к тому человеческому существу, которое было нашей матерью, случайным носителем огромного опыта, включающего и ее, и меня, и все человечество, и даже всю сотворенную природу, носителем опыта жизни, детьми которой мы и являемся? Об этом всегда говорили и будут говорить, но чувствительный человек не может с полной справедливостью нагрузить огромное бремя смысла, ответственности, обязанностей, небес и ада на плечи слабого, склонного к ошибкам человеческого существа - существа, столь достойного любви и снисхождения, понимания и прощения, нашей матери. Мы должны без колебаний снять это ужасное бремя с человеческой матери как ради самих себя, так и ради нее. Это и есть та тяжелая ноша, значение которой связывает нас с матерью и приковывает ее к ребенку в ущерб психическому и умственному развитию обоих. Таким образом, человек отдается своей сознательной стороне, и разум, становится судьей правильного и неправильного, доброго и злого. Человек должен стараться неуклонно следовать каждому мудрому совету, который дала мать, и повиноваться безжалостному закону природы, которая ставит пределы каждому существу. Он никогда не должен забывать, что мир существует только благодаря противоположным силам, которые уравновешивают друг друга. Так, рациональный разум служит противовесом иррациональному, а то, что планируется и ставится целью,- тому, что существует. Экскурсия в царство общих истин была неизбежной, ибо мать является первым миром ребенка и последним миром взрослого» [5, c. 229].
             В этом спорном рассуждении Карла Юнга видим движение к источнику самого себя. Это движение наступает, когда приходит осознание Сущего в бытии. Бог ведет Сергея Есенина к матери, которая примет и поймет душу поэта не рационально, но сердцем, не обманывающим и не продающим. К ней и будет обращаться поэт в знаменитом письме.
    Ты жива еще, моя старушка?
Жив и я. Привет тебе, привет!
Пусть струится над твоей избушкой
Тот вечерний несказанный свет.
Пишут мне, что ты, тая тревогу,
Загрустила шибко обо мне,
Что ты часто ходишь на дорогу
В старомодном ветхом шушуне.
             Это не просто обращение сына к матери, это констатация удивительного факта, что дом матери освящен несказанным светом, т.е. находиться под омофором Пресвятой Богородицы. Поэт пишет, находясь в финале своего жизненного и творческого пути. Великие поэты – пророки своего бытия, и, порой, пишут то, что не подлежит рациональному осмыслению. Таким образом, Сергей Есенин обращается не только к матери, но и Той, что хранит родительский дом, который есть начало его жизненного пути. Образ «несказанного света» важен для понимания духовного мира поэта. Происходило возвращение к «первобытию». Это «вечное возвращение» (выражение Ф. Ницше) неизбежно для художника. Он возвращается к тому, что когда-то потерял. Мы всегда, по словам Старца Силуана Афонского, ищем то, что потеряли. Невозможно искать то, чего не терял. Несказанный свет над материнским домом существовал всегда, и это осознание констатирует художник в своем послании.
             В своем возвращении к метафизическому бытию дома и матери поэт вспоминает материнскую грусть и тревогу, присущую земной женщине, ожидающей своего непутевого, но гениального сына на перекрёстке дорог. Образ дороги типичен для русской литературы, создающий особую атмосферу духовного движения человеческой души. Это движение многовекторно, но в основном заставляет задуматься о смысле бытия, фундамент которого зиждется в традициях, выраженных «в старомодном ветхом шушуне». В ветхом шушуне «преданья старины глубокой», народная правда и евангельская истина, впитанная с молоком матери. В этой истине Богородичная правда Матери, страдающей за Своего Сына, правда, освящающая русскую природу, частица которой материнский дом Сергея Есенина.
       И тебе в вечернем синем мраке
Часто видится одно и то ж:
Будто кто-то мне в кабацкой драке
Саданул под сердце финский нож.
         Этот дом посещает и вечерний мрак, в котором материнское око прозревает жизнь поэта, полную опасностей и тревог. Финал – смерть! Причем, смерть бесславная, от руки безвестного бандита. Мать предчувствует печальный конец своего любимого сына, и потому она выходит на дорогу, надеясь увидеть дорогое ее сердцу дитя. Она знает о судьбе своего сына точно, потому так болит ее сердце, молящаяся за него. Совершенно очевидно, что мать догадывается, чем завершиться жизнь ее горячо любимого сына. И потому совершает паломничество, своеобразное «хожение» на дорогу, где ей обязательно повстречается Тот, Кто убережет ее сына. Надежда только на Него, вложившего в сознание поэта такие важные строки.
    Ничего, родная! Успокойся.
Это только тягостная бредь.
Не такой уж горький я пропойца,
Чтоб, тебя не видя, умереть.
Я по-прежнему такой же нежный
И мечтаю только лишь о том,
Чтоб скорее от тоски мятежной
Воротиться в низенький наш дом.
     Смерть не властна над художником. Она отсутствует в сознании человека, ожидающего встречи с матерью. Все существо поэта восстает против мятежной тоски, сокрушающей творческое начало Сергея Есенина. Известно, что ни одной поэтической строки не было создано в пьяном угаре. Поэзия – великое искусство, принадлежащее Богу. Быть со-творцом Богу в пьяном состоянии немыслимо для Есенина. Досужие сплетни отметаем, как недостойные внимания. Потому-то он и стремиться в свой дом, где отсутствуют сплетни и вульгаризация бытия. Его дом – место, где обитает дух творческой свободы, так любимой поэтом. В родном доме воскресает нежность, которую поэт терял в условиях революционного города. «Буйство красок и половодье чувств» не характерны для городской среды. В ней обитал не столько поэт «золотой бревенчатой избы», сколько заблудившийся в кабаках хулиган, к которому приходил «черный человек». Шла борьба за поэта и человека между Богом и дьяволом, а поле битвы – сердце Сергея Есенина. Потому и великое «хожение» матери, понимающей, какая происходит битва, потому и поэт мечтает вернуться в дом, где царствует «несказанный свет». Известно, что данное акафистное славословие относится исключительно к Пресвятой Деве Марии. К Ней и стремиться поэтическая душа человека.
    Я вернусь, когда раскинет ветви
По-весеннему наш белый сад.
Только ты меня уж на рассвете
Не буди, как восемь лет назад.
Не буди того, что отмечталось,
Не волнуй того, что не сбылось, —
Слишком раннюю утрату и усталость
Испытать мне в жизни привелось.
       Сергей Есенин жаждет вернуться в весенний сад, в тени которого он ощущал сорадование бытию, творил Песнь великой русской природе, был частью ее великого древа. Но юность не вернуть, потому и не надо ему пробуждения на рассвете. Он многое понял и осознал. На рассвете он мечтал, но жизнь клонится к вечеру, и повторять юношеский опыт он не намерен. Свежее дыхание юности ушло, он еще не знает, что будет петь, но песня его, как у Афанасия Фета, явно зреет. Жажда возвращения означает начало нового пути, где мать, дом, «несказанный свет», «белый сад» становятся архетипами, на которых стоит неспокойная душа поэта. Этой душе уже не свойственна мечта юности. Мечтания с религиозной точки зрения заводят человека в прелесть, в царство демонического очарования, с которыми поэт намерен проститься окончательно.

И молиться не учи меня. Не надо!
К старому возврата больше нет.
Ты одна мне помощь и отрада,
Ты одна мне несказанный свет.

Так забудь же про свою тревогу,
Не грусти так шибко обо мне.
Не ходи так часто на дорогу
В старомодном ветхом шушуне.
         Отказываясь от молитвы, Сергей Есенин не прекращает своего общения с Богом и Его матерью. Это невозможно! В начале своего послания он объявил нам, что в доме царствует «несказанный свет», т.е. присутствие Божье явно. В такие моменты бытия, когда Бог рядом с человеком, переживаешь состояние, в котором слова являются лишними и ненужными. Мать и Пресвятая Дева Мария слились в сознании есенинской поэтики. И зададимся вопросом: мог ли поэт, ощущающий присутствие Божества, совершить самоубийственный поступок. Уверен, что не мог. Потому и отпевает Православная церковь великого поэта Земли Русской, просившего «положить его в русской рубашке под иконами умирать». Поэты знают, о чем они говорят и просят. Вспомним Лермонтова, предсказавшего свою смерть, Пушкина, описавшего гибель поэта в бессмертном романе «Евгений Онегин».
     Можно сделать вывод, что образ матери в есенинской поэтике носит не просто философский, но глубоко религиозный характер, касающийся сущностных вопросов бытия. Есенин возвращается к традиции, в которой дорога ведет обязательно к храму, потому что, если дорога не ведет к храму, то нет в ней никакого смысла, как сказала об этом героиня известного советского фильма Тенгиза Абуладзе «Покаяние». Поэт знает, куда ему идти. В дом, где его ожидает материнская любовь и «несказанный свет».

Список литературы:
1. Есенин С. А. Собрание сочинений: В 2 т. Т. 1. Стихотворения. Поэмы / Слово о поэме Ю. В. Бондарева; Сост., вступ. ст. и коммент. Ю. Л. Прокушева. – М.: Сов. Россия: Современник, 1990. – 480 с.
2. Пяткин С.Н. Поэтика «простого слова» в лирике С.А. Есенина 1924-25 гг. // Современное есениноведение. 2013. №26.- С. 13-17.
3. Фандо Р.А., Валеева Е.В. Формирование личности на стыке ее художественно-антропологических и биологических свойств //Вопросы культурологи. 2014.№ 3. - С.98 – 102.
4. Фортунатова В.А., Фортунатов Н.М. Текст и текстология в пространстве русской классической литературы// Вопросы развития филологии и литературы в России и мире. Современная литература и культурные традиции. Материалы II Всероссийской научной Интернет-конференции с международным участием. Сервис виртуальных конференций PaxGrid; ИП Синяев Д. Н.. – Казань, 2014. – С. 65-70.
5. Юнг К.Г. Душа и миф: шесть архетипов АСТ.: - ХАРВЕСТ, 2005.-400 с.