Встреча с Майей Страницы биографии 26

          Это было так давно, что даже не верится было ли это явью или просто видение, сон или какая-то мистификация, ещё в стиснутой голове, в понедельник ранним утром.
           Шестьдесят лет назад, не то в конце августа, не то в сентябре труппа Мариинского театра давала отчётный концерт во дворце культуры Ленсовета (Дворец Промкооперации до 1960. Его называли “Промкой”) на Петроградской стороне после возвращения из европейского турне. Традиция ежегодная. Видимо выбор помещения был только из-за большой сцены.

           Мне было в то время почти двадцать один . Самое важное, у меня была подружка в возрасте около семидесяти, снабжавшая билетами и контрамарками во все театры и концертные залы Ленинграда. Ко мне она, Едвига Марковна, распространительница билетов, относилась как к внуку. Но это совсем другая история. И именно благодаря дружбе с Едвигой встреча с Майей Михайловной Плисецкой действительно произошла, причём дважды. Я тогда ещё не знал, что она Михайловна.
          Я сидел в литерном (контрамарочном) ряду в самом его центре с достаточно уылым настроением: почему не в Мариинке, а в этом, по сравнению с ней, сарае? Как неожиданно передо мной появилась женщина в длинном чёрном платье. Подняв медленно глаза, встал от совершенной неожиданности и, протянув неуверенно свою карточку, можно сказать пролепетал:
          – Здравствуйте Майя. Извините не знаю вашего отчества. Проблема с местом?
          Плисецкая рассматривала свою контрамарку безо всякого интереса ко мне. Её муж Радион Щедрин, с улыбкой посмотрев на меня, прокоментировал:
          – Просто Майя Михайловна, – он сделал ударение на её имени, –никогда не сидела рядом с моряком.
          – Родя, перестань ёрничать. – Она, словно находясь на сцене, опустилась на своё место с такой грацией, что я всё ещё как загипнотезированный стоял в полной прострации.
           Её лицо нельзя было назвать красивым. Но она не сидела в кресле. Она сидела на троне. Не касаясь спинки и голова... Так учили сидеть в Сант Петербурге в Смольном институте благордных девиц с молодости юных девочек из аристократических семей.
            Я не запомнил все сцены на сцене из-за непосредственной близости Майи. Что-то из “Корсара”, “Дон Кихота” и ... Не помню. В то время в Москве танцевали кроме Майи Лиепа, Васильев, Максимова . С московским балетом я мало знаком. Не любил Москву. В Ленинграде Колпакова (по моему мнению самые красивае ноги  балета тех времён), Макарова, Кургапкина, Шелест, Долгушин, Лапин, кажется  Дудинская, Заботкина в “Игоре”... Я их всех видел на сцене. При хореографе Сергееве мне говорили об упадке Мариинского тетра. Но после Ташкента такое в голове не укладывалось.
            Кстати, я видел Ирину Колпакову раза три в филармонии. Красивая, изящная в своей грациозности  женщина. А чём-то схожая с Майей Плисецкой.

            Через год, таже Едвига Марковна, привезла мне контрамарку с номером того же места на очередной отчётный концерт в “Промку”. К моему удивлению справа от меня снова сидели Майя с мужем. Тогда она только произнесла:
             – Однако. Неожиданно. Вы любитель балета. Похвально. – Лаконично,  с удивлением смерила меня взглядом. – Здравствуйте. – На этом общение прекратилось начались фрагменты из Пламени Парижа. Постановка схожа с Дон Кихотом. Отдельные танцы.
               Всё что я вспомнил. Оставлю при себе личные эмоции.

6.29.2026