Рождение. приход в этот мир глава5

        Поль сидел  на куче свернутых одеял и матрасов, в просторном помещении , стены  и крыша которого были затянуты грубой тканью, которая то натягивалась , то опадала в такт движению. Когда дедушка, который его привел, подсаживал его, чтобы малыш мог подняться в помещение, Поль заметил , что это была большая повозка, которую тянули две лошади. Лошадьми управлял седой мужчина с шрамом на щеке, а рядом с ним сидела пожилая женщина с растрепанными седыми волосами, покрытых цветастым платком, в углу ее рта тлела папироса. Она окинула мальчика равнодушным взглядом, пожевала папиросу и опять уставилась на дорогу.  Дедушка усадил его на свернутые вещи и сказал, чтобы он сидел тихо и ждал маму, которая скоро за ним придет. Сам подошел к мужчине и женщине, управлявшим лошадьми, и что-то им сказал на незнакомом Полю языке. В ответ мужчина стал, что-то громко кричать, размахивая руками. Завязался громкий спор, женщина молчала, но потом и она стала ругать старика. Тот на ходу соскочил с повозки,  которая стала набирать скорость. Малыш осмотрелся, вещи были свалены в кучи по всей площади. В одном углу была свалена посуда, закопченные кастрюли и сковородки, белье и какие-то тряпки занимали все оставшееся место.  Ждать пришлось долго и Поль незаметно уснул, проснулся, когда уже была глубокая ночь, повозка стояла,  рядом с малышом похрапывая спала женщина, а на другом конце комнаты храпел мужчина. Поль поворочался, ему хотелось есть, он не помылся и не одел свою пижаму, одежда, в которой он гулял, сковывала движения. Мамы не было. Полю стало вдруг одиноко, мама все делала, чтобы ему было сытно и удобно, а сейчас ее не было рядом и никто не позаботился о нем. Хотелось плакать, но он сдержал слезы из страха разбудить спящую рядом с ним женщину. Он ворочался, пытаясь уснуть, это удалось ему только под утро. Проснулся он от чувства, что кто-то стоит над ним и пристально  его рассматривает. Поль подскочил  и сел на матраце: перед ним стоял мальчишка и с интересом рассматривал его одежду и обувь. Был он чумазым, в дырявой, длинной  рубахе , достающей ему до колен, из под рубахи выглядывали короткие, потрепанные  штаны, прикрывающие ноги до середины икр. Грязные, босые ноги, с не стриженными ногтями сиротливо смотрелись на полу. Он почесал ногу об ногу, шмыгнул носом и гнусавым голосом спросил:
- Ты кто?
-Я-Поль. Я жду маму, она должна прийти и забрать меня домой. А как тебя зовут?- вежливо спросил он мальчишку.
         Тот не спешил отвечать, потер грязной ладонью нос, через щербатый зуб сплюнул на пол:
- Мамку, говоришь ждешь, это хорошо, но верится с трудом,- интонацией бывалого мужика ответил мальчишка.
- Почему?- испуганно спросил Поль, чувствуя как в носу защекотало и на глазах навернулись слезы.
-А зачем тебя отдали в цыганский табор на время? У тебя небось нянек, дядек было хоть пруд пруди? Зачем доверять молодого барина чужим? Отказалась от тебя твоя мамаша, как пить дать.
           Из глаз Поля брызнули слезы:
-Моя мама не такая, -сквозь слезы проговорил он горячо.- Она любит меня и никогда не откажется от меня- слезы перешли в бурные рыдания. Он горько плакал, мальчишка своей логикой все таки вселил сомнения в его веру.- Вот посмотришь, она придет за мной, -как заклинание твердил он- придет и заберет меня, вот посмотришь.
          Мальчишка похоже испугался его рыданий, он переминался с ноги на ногу и пытался выдавить из себя хоть какое-то слово утешения, но ему это не удавалось и он смог только вымолвить:
-Ладно, ладно, я ошибся, перестань реветь. А то сейчас бабка Лала задаст взбучку нам обоим. Она никого не пожалеет.
     Поль испуганно затих, еще всхлипывая вытер опухшие от слез глаза, сжался на тюфяке, ожидая появление бабки Лалы. Пацан присел рядом с ним, вытащил из кармана обгрызанный сухарь , протянул Полю:
-На, погрызи. Еда будет готова только после обеда: Донка еще спит , поди. Она после поездок всегда долго спит.
      Поль, глядя на чумазые руки мальчишки, с опаской взял сухарь, но откусывать, не взирая на голодное урчание в животе, не мог себя заставить. Он протянул сухарь мальчишке и прибавил вежливо:
- Спасибо. Я, пожалуй, подожду когда приготовят еду. Мама говорила, что нельзя перекусами перебивать аппетит. Может как раз мама придет и я поем дома.
     Цыганчонок презрительно фыркнул, взял сухарь и захрустел крепкими зубами, откусывая небольшие куски. С набитым ртом он присел рядом с Полем и продолжая жевать , проговорил:
- Когда мамка придет неизвестно, еда будет готова тоже неизвестно когда. Так с голода можно помереть.
- Как помереть?- удивился малыш,- не болея и не состарившись?
     Цыганчонок вновь презрительно фыркнул и назидательно произнес:
- Смерть не выбирает молод ты или стар, здоров или болен. Она просто приходит и все.
- Как все?- удивленно переспросил Поль. Он никак не мог осознать , что если не поешь, то смерть заберет тебя и все.- Надо есть всегда?
-Ну да,- многозначительно сказал мальчуган,- особенно когда есть , что съесть.- чувствовалось, что он нашел слушателя, с которым может поделиться своим богатым жизненным опытом,- а в нашем обозе с этим делом бывают перебои. Если бы мы стояли в городе или селе, то можно было бы поживиться на огородах и в лавках, но мы остановились в поле, где ничего нет. Так что зря ты боишься перебить аппетит, он может тебе сегодня и не понадобится.
          Поль испуганно молчал, не зная , что ответить на такое многообещающее введение в суть вопроса. Единственно на что хватило духа, он спросил:
- А как тебя зовут?
- Бахти.
- Какое красивое имя,- пролепетал Поль.
            Внезапно стены заходили ходуном. Тяжело отдуваясь во внутрь кибитки ввалился толстый усатый мужчина. Тяжело отдуваясь , он бухнулся у порога на свернутый матрас и уставился на детей:
- Что затихли? Что-то уже сотворили?-  подозрительно осмотрел обоих. Потом обратился к Полю:
- Тебе придется задержаться у нас в таборе, твоя мама не сможет забрать тебя сейчас. Она заберет тебя позже. Она известит тебя об этом.
            Лицо Поля искривилось и он тихо заплакал: он остается в этом ужасном месте неизвестно на сколько. Мама не могла так поступить, она , наверное, больна.
-А почему, она не сказала?
-Не знаю, сынок.- уже мягче сказал мужчина.- Не переживай, все сладится. Бах покажет наш табор, познакомит с нашими детьми, их у нас достаточно. Подружишься и забудешь свою прошлую жизнь. А там глядишь и мама найдется. Радуйся жизни, малыш. С благодарностью принимай ее такой какая она есть.  Мы, романи, любим жизнь, любим землю, поэтому путешествуем, познаем ее красоту. Ты увидишь как она красива, наша земля.
         Он несколько мгновений помолчал, испытующе глядя на малыша:
- Тебе сейчас сложно меня понять, но поживешь с нами и сам увидишь, что я говорю правду. Все, что происходит с нами — не случайно, жизнь ведет нас неизвестными нам путями, ставит препятствия, помещает в сложные, непривычные ситуации. И все для того, чтобы ты осознал все ее многообразие и с благодарностью принял ее дары. Ведь это делается во благо тебя.
         Поль как зачарованный слушал , как и что говорит мужчина. Он мало, что понимал, но голос мужчины проникал глубоко во внутрь и приносил успокоение, мечующейся  от без исходности душе. Слезы затихли, а потом высохли, Поль превратился весь в слух, напитываясь теплыми интонациями его голоса. Малыш успокоился, он доверился этому толстяку, который смотрел на него всепонимающими глазами и наполнял его новым смыслом жизни. Мужчина затих и продолжал задумчиво смотреть на Поля. Малыш , повинуясь неизвестному ему порыву, подскочил с матраца, подбежал к мужчине и обнял его за необъятную талию. Цыган прижал его к себе, погладил по голове, шепнул:
- Все будет хорошо- и отпустил его от себя. Тяжело поднялся и спустился из кибитки на землю.
          Мальчишки тихо сидели рядом, казалось их сроднил разговор мужчины. Бах почувствовал себя ответственным за малыша, а Поль ощущал рядом плечо нового друга.
           Для Поля началась новая жизнь, в корне отличающаяся от его прежней , которая постепенно исчезала из воспоминаний, становясь как мимолетное видение в легкой дымке, пока не исчезла навсегда. Поль Терентьев исчез, родился простой безфамильный цыганчонок Поль, ничем не отличающейся от остальных детей табора. Единственное, что осталось от прежнего Поля- тяга к музыке. Он заслушивался игрой на гитаре цыгана Яноша, который виртуозно исполнял цыганские напевы и сам их исполнял низким с надрывом голосом. Янош заметил интерес Поля к его игре и преподал ему несколько уроков. А дальше мальчик сам стал учиться игре на гитаре. Вскоре он мог сносно сыграть несколько песен, но он не останавливался и упорно совершенствовался.

                ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ