Как я поженила детский сад, или И смех, И грех

И даже в шесть лет я жила с абсолютной, железобетонной уверенностью: где-то там, в огромной и пока неизведанной Вселенной, у меня уже есть жених. Я не знала его имени и лица, но точно знала, что он существует и обязательно должен меня найти. Эта мысль грела меня изнутри, и каждый день я помнила об этом . Я просто не могла держать  в себе это...
В детском саду я делилась этой тайной с девчонками. Сначала они слушали, открыв рты, а потом в глазах у всех загорелся одинаковый фанатичный блеск.
— А у меня тоже есть? Там, во Вселенной? — затаив дыхание, спросила Надя.
— Конечно, есть, — авторитетно заявляла я. — У всех есть. И они нас ищут.Эта идея мгновенно превратилась в общую идею фикс. Терпеть и ждать взрослой жизни группа №13 не желала. Девчонки требовали репетицию счастья здесь и сейчас. Раз любовь предречена звёздами, значит, нужно играть свадьбу! Сама же я великодушно решила остаться в тени чужого счастья — мне была отведена куда более величественная роль.
Я была батюшкой....Тем самым человеком, который свяжет их судьбы перед лицом Космоса. До сих пор не понимаю как я смогла?
К вечерней прогулке детская площадка превратилась в огромный свадебный комбинат. Старая деревянная беседка на глазах становилась сказочным храмом: мы украшали её всем, что смогли найти — одуванчиками, сочными стеблями подорожника, яркими фантиками от конфет. Из косичек безжалостно выплетались капроновые ленты, чтобы перевязать перила. Люда у которой дома всегда пахло выпечкой, с особым трепетом "выпекала" на скамейках праздничное угощение — идеальные, плотные куличики из влажного песка. Но главным хитом свадебного стола стали настоящие лакомства. Наш повар всегда сушила гренки на больших подносах прямо на открытом окне кухни. Мы, дети, могли подойти туда в любой момент и угоститься. Чёрный хлеб был с солью, а белый — с сахаром. Эти простые сухарики казались нам тогда самым изысканным угощением на свете. Мы набрали их целые карманы для нашего грандиозного банкета. Мальчики — Олег, Саша, Юра и Коля — сначала упрямо сопротивлялись. Олег скрещивал руки на груди, Саша пытался сбежать к качелям, а Юра с Колей шумно спорили, кто из них будет самым главным женихом. Но наша вера в неизбежность брака была настолько заразительной, что вскоре и они чинно встали парами, серьёзно поправляя лямки шорт и застёжки на сандалиях.Не хватало только одного — фаты. Без неё космос бы не поверил в серьёзность наших намерений.
— У нас дома есть! — зашептала Люда, округлив глаза. — В большой комнате на окне висит. Белая, огромная! Побежали!
Люда была из многодетной семьи, их было пятеро детей, и жили они в доме прямо за невысоким забором садика. Мы с Надей и Людой тихонько проскользнули через калитку. В квартире, вопреки обычному шуму, в тот час было пусто. Мы зашли в большую комнату, и я замерла: на окне царственно висел роскошный, праздничный капроновый тюль. Главная гордость маминой гостиной.Я достала из кармана платьица маленькие канцелярские ножницы. Нам и в голову не пришло отрезать скромный кусочек снизу. Нас ждали восемь невест, масштаб события требовал размаха. Мы начали резать ткань уверенно, на сколько могли дотянуться, длинными полосами по всей длине. Сердца стучали от восторга: мы искренне верили, что не портим вещь, а делимся красотой, которой теперь точно хватит на всех. Когда мы вернулись, беседка замерла. Восемь девочек бережно повязали на головы белоснежные ленты- фату, спускавшиеся до самой травы.Это был самый красивый праздник в детском саду. Восемь пар чинно стояли у веранды. Юра, Олег, Саша и Коля серьёзно держали своих невест за руки, все вместе мы дружно хрустели ароматными сухариками — с солью и с сахаром. Вокруг пахло грандиозным счастьем. Я вышла вперёд, чувствуя всю важность своей духовной миссии, и начала таинство, соединяя пары одну за другой. Я смотрела на них и чувствовала, что вселенная нас наконец-то услышала.
А потом сказка оборвалась. В калитку детского сада стремительно вошла Людина мама. В руках она сжимала то, что осталось от занавески из большой комнаты — жалкие, сиротливо свисающие полоски капрона. Следом за ней бежала наша воспитательница, Людмила Захаровна.Они остановились у беседки. И тут произошло то, чего мы никак не ожидали. Нас никто не стал ругать. На площадке повисла оглушительная, звенящая тишина. Родители Люды, сама Людмила Захаровна и другие взрослые просто потеряли дар речи.  Они стояли с открытым ртом , жадно глатая воздух.Они были в абсолютном шоке, глядя на восемь притихших невест в одинаковых роскошных фатах, на суровых женихов с сухариками в руках и на меня, застывшую посреди этого великолепия. Никто во всём детском саду просто не знал, как поступить и что говорить в такой ситуации. Масштаб нашей детской веры в чудо и одновременно масштаб разрушений в маминой гостиной парализовал взрослых. В тот вечер нас так и не наказали — видимо, взрослые до ночи сами пытались осознать случившееся. Зато администрация садика сделала свои, чисто организационные выводы: со следующего дня на нашу вечернюю прогулку к Людмиле Захаровне стали выделять ещё одну, дополнительную воспитательницу. Чтобы больше ни одна вселенская идея группы не осталась без присмотра.
Прошли годы. Тюль из большой комнаты давно стал историей, мы выросли, и у каждой из нас по-своему сложилась судьба. Но до сих пор, когда мы встречаемся нашей детсадовской компанией, этот день всплывает в памяти первым. Мы до слез, до колик хохочем, вспоминая и "батюшку", и перепуганных женихов, и маму на пороге с занавеской в руках. Как говорится, и смех, и грех.
Но это был день, когда мы искренне хрустели поварскими гренками и просто хотели помочь вселенной поскорее нас найти.
И мы верили в чудо!