Приговорённые к счастью

Приговорённые к счастью

Роман (фантастика)

Часть первая

Глава первая
 
Сидя на скамейке в тени раскидистой липы, я, неожиданно для себя, начал осознавать хлынувшие на меня трепетные чувства. «Неужели я так счастлив в этой жизни? Или всё-таки это от двух бокалов пива, которые я только что выпил с прекрасной таранечкой?» Додумать не успел. Помимо дум о прекрасном, на меня нахлынули мысли о том, что было бы совсем неплохо освободиться от всего лишнего, которое образовалось после употребления пива. Увидев стоящие невдалеке заросли кустарника, я тут же нырнул в них и принялся избавляться от гнетущего.
- Да, - внезапно услышал я голос рядом со мной, - не думала я, что бывают и такие знакомства!
Рядом из кустов поднялась дама, на ходу застёгивая джинсы. Я не стал прерываться и отвернулся, чтобы закончит начатое дело. Когда застегнулся и повернулся к ней, она мне подала влажную салфетку, чтобы вытереть руки. После того, как я закончил все гигиенические процедуры, она протянула руку, сообщив при этом:
- Марфа!
- Тогда, Ануфрий! – я тоже протянул ей руку, и мы познакомились.
- Может, выйдем на свежий воздух, а то здесь что-то мне не нравиться, – предложила она.
Мы вышли. Стоя под лучами утреннего солнца, она улыбнулась и спросила, показывая глазами ниже пояса:
- Пиво?
- Да? А у тебя?
- А у меня понос!
После того, как она выдержала паузу и увидела мою реакцию на столь интимные подробности, она опять рассмеялась и поправилась:
- Шучу!
- Мило! – ответил я, не совсем ей веря.
- Мороженного хочется, - стала она оглядываться вокруг в поисках какой-нибудь торговой точки.
- Белого, или фруктового? – как истинный джентльмен спросил я.
- Белого, две порции, - поняла она, что покупать придётся мне.
- Сейчас, посиди на лавочке, я смотаюсь «мухой», здесь за углом магазинчик есть, - предложил я.
- А вернёшься? Или под впечатлением моей шуточки растворишься навсегда?
- Жди! – и я «полетел» в магазин.
Убегать уже было поздно и не по-мужски, поэтому через пять минут мы сидели на лавочке и уплетали мороженное. Говорить было некогда, так как оно таяло, капало и текло по рукам. Я, съев половину порции, тайком глянул на собеседницу, и, остатки мороженного выпали из моих рук. Она сидела и смотрела вдаль, доев свои две порции, успев при этом уже вытереть лицо и руки.
- Ты всегда всё делаешь так быстро?
- Вообще-то, этим вопросом нужно скорее мне интересоваться, если мы собираемся продолжить наше милое знакомство, - на что-то намекая, парировала она, а затем неожиданно продолжила, - представляешь, когда наши дети подрастут, они нас обязательно спросят: «Мама, папа, расскажите эту романтическую историю про то, как вы познакомились». И что ты им ответишь, Ануфрий?
- Ладно, я Михаил, можно Миша, так как место, где мы с тобой познакомились, уже изначально предполагает откровенные приятельские отношения.
- Тогда я Саша, можно Александра Михайловна.
Мы опять подали друг другу руки и пожали их, долго тряся.
- Что дальше делать будем? Одиннадцать часов, - она посмотрела в свой мобильный, - пиво попили, мороженое поели, в кустиках посидели.
- Полежать бы, - робко предложил я.
- Хорошее предложение, - поддержала меня она, - только не получиться.
- Почему?
- Очень быстро, не по-человечески. Без ухаживаний, без цветов, без бессонных ночей с мыслями о любимом, - она мечтательно закатила глаза.
- А давай попробуем наоборот? – опять же робко предложил я.
- То есть?
- Ну, сначала совместные кустики, потом - постель, потом ужин при свечах. А дальше по списку: цветы, вздохи, любовь и так далее.
- Ты думаешь так можно? – вполне серьёзно спросила она.
- Не знаю, но ведь попробовать нам никто не запретит.
Она посидела, подумала, потом внимательно посмотрела мне в глаза и сообщила:
- Кувыркаться в постели и обедать будем у меня, а ужинать при свечах где-то в спокойном месте, без этих громыханий непонятных звуков, которые почему-то все называют современной музыкой.
- А ты где живёшь? Мне пойти переодеться сразу, или потом заедем?
- Живу я за городом, поэтому давай, беги, переодевайся, чтобы потом от меня сразу в романтическое кафе.
- Хорошо, я мигом.
- Не торопись, побрейся, умойся, а я схожу пока на рынок. Встречаемся здесь через час!
 
Глава вторая
 
«Встречают по одёжке» - вот, что первое пришло мне на ум, когда мы подъехали к её дому. По сравнению с тем, как шикарно была одета моя новая знакомая, дом её просто был ужасом. Деревянная полуразваленная хибара стояла в глубине огороженного участка с покосившимся забором из штакетника. Дорожка к дому шла через заросший сад. Разглядеть тропинку было сложно, поэтому шёл я за ней, что называется «след в след». Хотелось развернуться и убежать, но грациозно качающая передо мной аппетитная попка в джинсах, сковала мои действия. «Странная штука, - подумал я, глядя на эту часть женской красоты, - почему эта часть тела так притягивает взгляд? Ведь это всего лишь физиологическая канализация человека, облачённая в красивую обвёртку».
- Заходи, - пригласила она, открыв мне дверь, при этом загадочно улыбаясь.
Мы вошли в просторную прихожую, где была только вешалка на стене и трое закрытых дверей.
- Бабуля, встречай гостей, - крикнула она в никуда.
- А что, бабуля будет присутствовать при нашем с тобой влюблении? – недоумённо спросил я.
Она промолчала в ответ. Открылась дверь, и к нам вышла согнутая годами старушенция, с очень некрасивым лицом, похожая на Бабу-Ягу из детских книжек.
- Познакомься, бабушка, это мой жених, Миша!
Поразившись тому, как я быстро превратился из партнёра по кустикам в жениха, я, тем не менее, протянул ей руку:
- Здравствуйте! Как мне вас называть?
- Как подумал, так и называй! – пристально посмотрела она мне в глаза, - Баба-Яга!
- Ой, - захлопала в ладоши Саша, - а я тоже так свою бабушку называю. Правда, похожа?
Я из тактичности промолчал.
- Сгодиться! – наконец перестала рассматривать меня бабуля и повернулась к внучке.
- В постель сейчас его потянешь? – буднично спросила она.
Надо сказать, что я не очень привык к такому, поэтому меня слегка покачнуло от неожиданности.
- Наверно да, - не менее спокойно ответила Саша, - только тебе придётся погулять.
- Ладно, - согласилась бабушка, - но больше часа я вам дать не смогу, кушать захочется.
Она стянула с вешалки какую-то накидку и, отстранив меня от входной двери, поковыляла во двор.
- Не больше часа, - услышали мы со двора её шипение.
Саша сложила руки перед собой и начала покачиваться из стороны в сторону, задрав голову вверх. Сказать, что у меня пропало всякое желание, значит не сказать ничего. Я стоял, и не знал что делать.
- Обстановка смущает? – прервала паузу Саша.
- Есть немного, - не стал врать я.
- Ну, тогда пойдём в мою комнату, - она взяла меня за руку и потащила в среднюю дверь.
Там, за дверью, был как бы другой мир. Небольшая комнатка поражала своим уютом. Старый письменный стол, этажерка с книгами, красивый комод и шкаф мирно сосуществовали с компьютером, огромными колонками и музыкальным центром. В углу стояла тахта, на которой красовались разнообразные милые подушки. Вверху, в центре комнаты, висела большая хрустальная люстра. Потолки были высокие, поэтому люстра давала возможность спокойно перемещаться по комнате. Я заворожено смотрел на сияющую люстру, как ребёнок первый раз смотрит на салют.
- Вещи свои складывай на стул, а я пока постелю, - так же обыденно произнесла она, сняв с себя джинсы.
- Я быстро в душ, - сказала она, закончив расстилать постель, - а ты запрыгивай в постель и жди меня.
Даже увидев её в симпатичных трусиках, я ещё не был уверен, что у меня восстановиться желание, и нахлынет страсть. Эта хибара с продвинутой бабулей, заросший сад и вполне приличная комната с незнакомкой в трусиках, постель после часа знакомства - полностью спутали мне мысли. Всё-таки я разделся, аккуратно сложив свои вещи на стул, выключил свет и забрался под одеяло. Только теперь я полностью осознал то, что в доме очень приятно чем-то пахло. Аромат был сложный, в котором сливались несколько запахов, но он очень благоприятно настраивал на позитив. В комнату вошла моя принцесса из кустиков, ни сколько меня не стесняясь, расправила волосы, затем собрала их в пучок резинкой и юркнула ко мне. Тело её казалось бархатным на ощупь. При прикосновении к нему вспоминалось море и рассвет, когда хочется, чтобы это никогда не кончалось. Я гладил её и влюблялся. Я чувствовал это. Прикосновение к чужому телу никогда ещё мне не давало столько блаженства. Мы растворялись во времени и пространстве. Голова приятно кружилась, и хотелось, чтобы наши объятия никогда не разжимались. Я зажмурился, крепко обнимая её. Счастье любви не отпускало. Она неожиданно вздрогнула.
- Что-то случилось? – я заглянул ей глаза.
- Да, случилось. Я стала женщиной.
Я откинул одеяло и не поверил своим глазам. Я никогда не был первым у девушек, поэтому не знал что говорить, и как себя вести.
- Сашенька, дорогая, прости, если я сделал тебе больно, - я её обнял и принялся целовать.
Она молчала и только её губы, отвечая на мои поцелуи, красноречиво всё говорили.
- Вот мы и стали с тобой мужем и женой.
- Ты уверен? – удивлённо спросила она.
- Конечно! Разве я не сделал тебе предложения?
- Нет! Но надеюсь это услышать на ужине при свечах. А теперь подъём, быстро в ванную, а я наведу порядок здесь и тоже за тобой. Твоё полотенце синее! – крикнула она мне в след.
 
Глава третья
 
Когда мы вышли из комнаты, нас позвала бабуля:
- Идите супчика похлебайте!
- Может, не будем? – спросил я Сашу.
- Будем. Иначе она обидеться.
Мы вошли во вторую комнату, которая была столовой, с большим резным столом в центре. На красивой вышитой скатерти стояла изящная супница из старых фильмов, из которой доносился очень вкусный запах. Бабушка проворно достала из старинного кухонного шкафа расписные тарелки и быстро стала наливать в них суп. Вместо хлеба были твёрдые сухари, поэтому приходилось их мочить в супе, чтобы они стали мягче.
Когда поели, бабуля убрала посуду со стола и села на стул напротив, чтобы рассматривать нас.
- Ну, рассказывай, где жить после свадьбы будете? Или у меня хотите?
Хорошо, что мы поели, а то я бы непременно поперхнулся.
- Нет, к вам мы будем в гости приходить, а жить будем у меня, - сообщил я гордо, имея в виду свою однокомнатную квартиру, которую после поступления в институт подарили мне мои родители.
- На твоих двадцати квадратных метрах? На седьмом этаже без лифта? Там до детского садика два с половиной километра! Эх, молодёжь, - в сердцах произнесла она, - сначала в постель прыгают, а потом только мозги включаются.
Саша взяла яблоко и, улыбаясь, стала его грызть. Я стал чувствовать себя не в своей тарелке.
- Ладно уже, идите пить и гулять, потом додумаем. Только имей в виду, - обратилась бабушка ко мне, - вот эту простыню запачканную из вашей сегодняшней постели я тебе буду и из могилы в морду сувать, если обидишь мою Сашеньку, понял?
Я хотел было что-то возразить, и сказать, но Саша взяла меня за руку и спокойно погладила её.
- Ладно, ба, мы пошли.
- Ночевать у него будете?
- Да, у меня, - ответил я, - пусть невеста оценит мою жилплощадь.
- Ну-ну, - повернулась она и стала прятать супницу в холодильник.
Мы выскочили на улицу и побежали к автобусной остановке.
- Что на автобусе поедем? – поинтересовался я.
- Конечно, а назад уже на такси. Если у тебя денег хватит, - она засмеялась, как будто зная, что денег у меня было в обрез.
- Куда едем?
- В парк, - ответила уверенно она, - я там часто гуляю, и заприметила одно уютное кафе в рощице. Я там не была, но всё время хотелось там посидеть. Ты там не был?
- Нет, не был. Даже не видел его.
- Наш автобус, поехали, - схватила она меня за руку и потащила к двери.
Мы ехали на задней площадке, подпрыгивая на ямках. Я пытался угадать её мысли, заглядывая в глаза, но видел только добрую улыбку и светящиеся глаза.
- Что? – спрашивала она, глядя на то, как я её пожираю своим взглядом.
- Ничего, просто ты мне очень нравишься. Даже несмотря ни на что.
- А что это: «не смотря ни на что»?
- Ну, сама понимаешь – кустики, бабуля, домик на курьих ножках, постель, дорогая мебель и, самое главное, - меня вдруг осенило, - а откуда она про мою квартиру всё знает?
- Не заморачивайся. Всему своё время. Всё узнаешь, всё поймёшь! Поверь только, что это всё нормально и ничего плохого не будет. Я тебе как-то потом всё объясню, а пока просто наслаждайся жизнью. Ой, нам выходить!
Она выскочила из автобуса, не дождавшись, пока я ей предложу руку, чтобы сойти со ступенек.
Мы вошли в парк, в котором было очень мало людей, не смотря на выходной день. В тени аллеи было прохладно, и мы окунулись в неё, взявшись за руки, как дети в детском саду на прогулке. 
Кафе находилось в самом дальнем углу парка, возле озера. Название говорило само за себя: «Вкусно накормим, не обманем!»
Проворный официант быстро принёс меню и растворился. Я оглянулся, пока Саша изучала меню, и обнаружил, что столиков в кафе было всего шесть. Все они были занятыми какими-то людьми, мирно поглощающими яства. Тихо играла спокойная музыка, совершенно не мешая общению.
- Всё, я выбрала, - она передала мне меню.
Я быстро начал просматривать его, но вдруг я понял, что множество блюд, которые были представлены для посетителей, мне были не знакомы. Пытаясь найти что-нибудь попроще, я лихорадочно листал страницы и, наконец, обнаружил хинкали. Глянув на цену, понял, что подходит.
- Что пить будем? - поинтересовался я у своей невесты.
- Я лично, водку! – спокойно сказала она.
- Прекрасно, - сглотнув комок в горле, ответил я.
Подошёл официант с блокнотом.
- Значит так, - начал диктовать ему я, - бутылочку хорошей водки из холодильника, салат из овощей, рыбное ассорти, хинкали, и, - я вопросительно посмотрел на неё.
- Виноградных улиток в винном соусе, - спокойно добавила она.
- Вот именно, - повторил за ней я и понял, что денег не хватит.
- Всё? – заулыбался официант.
- Нет, не всё, - требовательно произнесла моя спутница, после чего я замер, - ещё нам зажгите три свечи.
Поклонившись, и забрав меню, чтобы я не смог прикинуть стоимость заказа, официант опять растворился.
Через стекло кафе я увидел женщину, которая ходила по парку и продавала цветы. Извинившись, я выскочил на улицу и окликнул эту женщину. Она обернулась, и я обомлел: у неё из под косынки выглядывали ярко рыжие густые пряди волос, но главное были глаза – огромные зелёные глаза. Она была поразительно красива, и от неё исходил фиалковый аромат.
- Мне, пожалуйста, букетик. Сколько стоит? – я полез за деньгами в карман.
- Для тебя, один поцелуй! – улыбнулась она.
После её слов я механически глянул в сторону кафе и увидел Сашу, которая с интересом наблюдала за нами.
- Вы знаете, девушка, - стал оправдываться я, - я сегодня с дамой, которая наблюдает за нами, поэтому, сами понимаете, поцеловать я вас не смогу. Пожалуйста, продайте мне один букетик для моей невесты.
- Для невесты? – неподдельно изумилась она, - да вы же пять часов всего знакомы? И уже невеста?
- Да, знаете ли, любовь с первого взгляда.
- Ну, тогда ладно, выбирай, отдам без поцелуя.
- Так может, всё-таки я вам заплачу?
- Бери и запомни, приличная дама никогда ничего не делает за деньги, тем более для мужчин, - она сунула мне букет, развернулась и быстро пошла вглубь парка. Потом вдруг остановилась и сказала непонятно для чего: «Чистейшая кровь на Земле!»
 
Глава четвёртая
 
Когда букет был подарен и выпита первая рюмка за случайное знакомство, только тогда я вспомнил про слова рыжей женщины о «пяти часах знакомства».
- Странно, - произнёс я вслух, закусывая.
- Ничего странного, - ответила Саша, - просто угадала.
- А откуда ты знаешь, к чему я сказал «странно», и откуда знаешь, о чём был разговор? Может это я про заказанные улитки. Ты что уже их ела?
- Нет, не ела, но всегда хотела попробовать. И водку никогда не пила. Но ведь с тобой можно? Даже если мне станет плохо, ты ведь будешь рядом.
- Боже, Саша, я с ума схожу. Знакомимся в кустах, через час, абсолютно не зная меня, отдаешь мне свою девственность, всезнающая Баба-Яга спокойно это благословляет. Потом улитки, водка, рыжая зеленоглазая торговка цветами. Я что, в каком-то сне, или у меня на почве любви «сдвиг мозгов»?
- Ты лучше, Мишенька, думай, как мы рассчитываться будем. У тебя ведь точно не хватит?
- Наверно, не хватит! – опустил я голову и стал наливать водку в рюмки.
- А хочешь, я подскажу, как выйти из этого положения?
- Хочу!
- Тогда, вспоминай, что ты собирался здесь в кафе сделать?
- Сделать тебе предложение.
- Так делай, громко, никого не стесняясь. От души.
- Официант, - громко позвал я его.
- Да, слушаю! – быстро появился он.
- Прошу вас выключить музыку на одну минуту.
- Хорошо, - через мгновение музыка стихла.
Все посетители почему-то посмотрели в нашу сторону.
- Господа, - встав с поднятой рюмкой, произнёс торжественно я, - прошу прощения, но тишина необходима мне для того, чтобы сделать предложение. Сашенька, - я встал на колено, - я люблю вас, и прошу стать моей женой!
Она засияла, а посетители захлопали.
- Я согласна, - опустив свой взгляд вниз, произнесла она.
Зазвучала музыка, официант на подносе принёс два бокала шампанского. Мы выпили и поцеловались.
- Прошу прощения, - прервал наш поцелуй он, - хозяин кафе просит вас не беспокоиться по поводу оплаты за ужин. Это подарок от нашего заведения. Более того, когда вам будет угодно, вам вызовут такси, которое довезёт вас домой совершенно бесплатно.
- Спасибо большое, а в связи с чем такие подарки? – невольно вырвалось у меня.
- Просто, мы надеемся, что ваша свадьба состоится в ближайшее время в нашем уютном заведении. Что-то ещё изволите?
- Нет, большое спасибо, - расчувствовался я, - передайте слова благодарности хозяину заведения, и скажите ему, что мы обязательно будем у вас отмечать нашу свадьбу.
 Официант поклонился и ушёл.
- Ну, вот видишь, всё устроилось. Попробуй улиточку, дорогой!
- Это обязательно?
- Да, в них мужская сила, которая тебе очень понадобиться в ближайшее время.
Закрыв глаза, я открыл рот и проглотил, не жуя, то, что в него вложила моя любимая.
 
Часть вторая

Глава первая
 
Екатерина Первая очень любила свою подрастающую дочку Елизавету. Мать видела, как её и Петра дочь становилась красавицей. В свои четырнадцать лет Лизонька, как ласково называла её императрица, расцвела, как весенний цветок. Весь двор гадал, кому же достанется такая шикарная принцесса. Мама же начала искать подходящую партию из числа царских отпрысков европейских династий и, в предвкушении хорошей партии, смело строила самые грандиозные планы. Смерть Петра Великого, её мужа, принесла ей престол, который она заняла по решению сената. Она окунулась с головой в государственные дела, совсем позабы о своей Лизе. Лиза же, желала скорей получить ответ на вопрос: «Что это такое происходило в покоях родителей, ночью, когда мама кричала, стонала и одновременно смеялась?» К четырнадцати годам, она узнала что происходит, когда встречаются в спальне муж и жена. Поэтому предположения сменились уверенностью, что это стоит того, чтобы попробовать. Для этого она выбрала себе в первые партнёры сына ключника при царском дворе. Даже не зная его имени, она затащила его к себе в постель, где и всё свершилось. Невообразимое разочарование от случившегося повергло её в шок. Мало того, что он ей сделал всё очень больно, так этот холоп залез к ней в покои, предварительно напившись самогона и обильно закусив салом с чесноком. Перегар, боль и испорченное бельё навлекло на неё такую печаль, что на её рыдания сбежалась все придворные. Она никого не пускала к себе, а велела позвать Маменьку. Когда мать пришла, Лизонька всё ей рассказала и показала. Ужас на лице матери говорил о крушении её надежд и навалившихся плохих предчувствий. «Всё пропало!» - только и думала она. Но, мать есть мать и, успокоив дочь, она уложила её спать, проведя прежде все соответствующие гигиенические процедуры после произошедшего. Императрице пришлось всё самой убрать и уничтожить следы этого кошмара. Выйдя за дверь, она всем сообщила, что Лизоньке приснился страшный сон, и попросила никого её не беспокоить. Вызвав тут же Меньшикова, она рассказала ему о том, что натворила Елизавета и попросила принять все необходимые меры. Меньшиков понимал, что даже намек на испорченную репутацию Лизы может иметь катастрофические последствия. И он всё сделал, как положено. Всё, кто имел хоть малейшее отношение к этой тайне, были уничтожены. Екатерина, как опытная бывшая проститутка, понимала, что нужно всё сделать так, чтобы и дочь общалась с людьми достойными, и чтобы она в то же время не забеременела. Проводя всё своё время в бесконечных пьяных оргиях, царица свела свою дочь с опытным любовником, сыном обер-прокурора, который, кстати сказать, часто бывал в постели маменьки.
 
Глава вторая
 
После смерти Екатерины, матери Елизаветы, царствовать стала Анна Иоанновна, которая беспокоилась только тем, что боялась потерять престол. По завещанию Екатерины Первой, престол мог достаться или Анне, её сестре, или ей, Елизавете и то, если у прямого наследника не будет детей. Поэтому за Елизаветой был налажен зоркий присмотр, а чтобы она не скучала, к ней приставили прапорщика лейб-гвардии Семеновского полка Алексея Шубина, в которого она влюбилась. Но любовь оказалась недолгой. Его сослали, и тогда, неожиданно, появился он. Простой пастух Лёшка Розум, из хутора Лемеши, что на Черниговщине, которого проезжавший как то мимо полковник Вишневский, заприметил из-за необычайно красивого голоса. Он взял его с собой в Петербург. Попавшись однажды на глаза Елизавете, простой пастух превратился в любовника будущей Императрицы. Взойдя на престол, царица сделала из своего любовника могущественного придворного, с которым вынуждены были считаться все. Похоронив на сеновале с сыном ключника надежды на брак с равной царствующей особой, Елизавета тайно обвенчалась с Розумовским Алексеем Григорьевичем, будущим графом и фельдмаршалом. Кстати сказать, фельдмаршал этот не принял участие ни в одном сражении. Зато достоверно известно о других победах бывшего пастушка. Царица, влюблённая в графа, тайно родила ему трое детей. И хотя они родились после венчания, шансов стать признанными наследниками престола у них не было. Как следствие – воспитанием этих детей занимались доверенные люди, которые никогда не позволяли им видеться с родителями. Им дали хорошее воспитание, содержание и княжеские титулы, однако, после того, как их мать, императрица Елизавета, умерла, для них настали нелёгкие времена.
Дочь Елизаветы, Августа Тараканова, после восшествия на престол Екатерины Второй, почувствовала на себе пристальное внимание различных господ, которые стали попадаться ей на глаза всё чаще и чаше. Будучи человеком образованным, она прекрасно знала, что Екатерина стала императрицей незаконно и любое появление с притязаниями на престол законного наследника, или наследницы закончилось бы для неё изгнанием. Связав эти два неоспоримых факта воедино, она поняла, что жизнь её подвергается опасности. Поразмыслив, она приняла единственно правильное решение: явиться к Екатерине. Подосланные от императрицы люди это быстро устроили. После того, как она была представлена императрице, у них состоялась долгая беседа, в конце которой Екатерина объявила: «Во имя спокойствия в стране княжна Августа Тараканова должна удалиться от мира и жить в монастыре в уединении». По взаимному согласию её заключили в Ивановский монастырь в Москве, где находили убежище многие знатные особы. Ей совершили постриг под именем Досифеи. Содержание её было строгим и секретным. Никого, кроме игуменьи к ней не допускали. Однако, после кончины императрицы, к затворнице стали часто приезжать высокопоставленные гости, даже митрополит Платон и многие члены королевских семей.
Её не стало в 1808 году. Прах покойной, на удивление всей знати, помещён в усыпальнице Романовых Новоспасского монастыря. 
 
Глава третья
 
- Зачем вы хотите заглянуть в будущее, граф? – спросила вполголоса красивая, но уже увядающая гадалка.
- Чтобы знать, что уготовано мне судьбой, - скорее из учтивости ответил Орлов.
- В вашей судьбе хоть и много предначертано, но главное в вашей жизни, по-моему, впереди. Вы стоите перед дилеммой, которую не знаете как разрешить?
Граф еле заметно кивнул.
- Любой человек должен поступать так, как велит его честь и совесть. И только после совершения всех поступков высший суд решит насколько вы поступали правильно. От этого будет зависеть ваша участь там, - она взглядом указала на грозовое небо.
- А разве не всё предопределено заранее? Разве важны мои рассуждения и побуждения о предполагаемом действии? Разве не всё уже решено Богом?
- Бог дал нам всем разум. Бог дал нам всем совесть. Бог дал нам всем любовь. Разве этого мало, чтобы не грешить? – гадалка смотрела в глаза Орлову и удивлялась их пустоте.
- А когда решение дилеммы изначально предполагает грех? Когда любое моё решение и соответствующее ему действие будет греховно, что тогда?
- А вот тогда мы все и вспоминаем о Боге. А Бог нам отвечает, чтобы мы слушали своё сердце и душу – они никогда не обманут. Тем более, что любой наш поступок можно оценить простым критерием: во благо он, или во вред? Любые поступки во вред изначально греховны, и ни судьба, ни честь здесь ни при чём. Совершая сознательно поступок во вред, зная, что потом его придётся замаливать, как греховный, мы пытаемся заключить сделку со своей совестью, что изначально ничего общего с верой не имеет.
- Вы мне так и не ответили, что ждёт меня в будущем? – как бы очнувшись от своих мыслей, настаивал граф.
- Позвольте, я приведу вам пример? – спросила женщина и, дождавшись, когда он слегка кивнул в знак согласия, продолжила, - Грабитель идёт на убийство богатой жертвы, чтобы прокормить своих детей, иначе они умрут с голода. Понимая, что совершил грех он, после расправы с жертвой, спешит в церковь на покаяние. Священник, выслушав его на исповеди, отпускает ему грехи, и довольный грабитель живёт и радуется на ворованные деньги в своё удовольствие, предполагая, что место в раю ему обеспечено. Но, может быть, это не правильно? Неужели убиенная жертва нападения виновата в том, что грабитель плохо работал у барина и тот выгнал его в шею, обрекая на голод младенцев. Конечно, он не виноват! И лишать жизни одного, ради жизни другого тоже не по-божески. Может священники нас вводят в заблуждение, что все грехи можно замолить? Я утомила вас, граф, прошу прощения. Скажу напоследок только одно: Бог даёт нам всем жизнь, и только он вправе её лишить. Всё остальное при выборе решения не важно.
- А как же бесконечные войны? Если ты не убьёшь, то тогда тебя убьют! 
- Войны – происки сатаны, потому что все мы на нашей Земле братья и сёстры. Нельзя убивать своих детей, нельзя убивать своих братьев и сестёр. Категорически нельзя. И тот, кто развязывает войны, будет бесконечно гореть в аду.
Граф встал, небрежно кинул пару монет на стол гадалке, одел кивер, и спешно вышел.
Женщина ухмыльнулась и крикнула во двор:
- Антуанетта!
Вошла грязная служанка, на ходу вытирая руки об подол платья.
- Возьми вот это, - она, не притрагиваясь к деньгам, показала на них, - и отнеси нищим к церкви. Подели поровну на всех.
Когда служанка взяла деньги и ушла, гадалка уже знала, что нищим эти деньги не попадут, а вечером пьяную служанку будут заносить в постель за руки и за ноги, так как сама она этого сделать уже не сможет.
 
Глава четвёртая

Граф шёл по набережной Ливорно и, не замечая любопытных взглядов гуляющих, вспоминал 28 июня 1762 года. Перед его глазами возник образ несчастного Петра Фёдоровича Романова, которого он склонил отречься от престола. Когда он, Петр III это сделал, надеясь сохранить себе жизнь, Орлов надменно усмехнулся: он уже знал, что время жизни этого немецкого племянника короля Карла XII подходит к концу. Знал он, что именно ему предстоит стать его палачом. И всё для того, чтобы Екатерина II стала императрицей. Екатерина же, взобравшись незаконно на престол, щедро отблагодарила братьев. Григорий получил чин генерал-майора, и, как и все Орловы, участвовавшие в перевороте, графский титул.
 Дойдя до центра города, граф сел в свою золочённую карету и помчался к Джону Дику, английскому консулу, который был посвящён во все детали предстоящей секретной операции. Это он помог заманить княжну Тараканову в Ливорно. Тараканова была нужна Екатерине. Это обстоятельство давало Орлову возможность не гнушаться никакими средствами. Но произошло непредвиденное - он неожиданно для себя влюбился в самозванку. Она тоже ответила ему взаимностью. В этой ситуации выполнить приказ императрицы о доставке княжны Таракановой в Россию предполагало совершение подлости по отношению к любимой женщине. Орлов, хотя и был графом, у него были свои понятия о чести. Вспоминая слова гадалки, он всё равно решился на это.
 На следующий день, был дан обед, организованный английским консулом в честь гостей, куда был приглашен и контр-адмирал Самуил Грейг. Банкет проходил бурно. Орлов рассыпался в комплиментах, княжна цвела, как майская роза. В самый разгар обеда Орлов сделал княжне предложение руки и сердца.
 - Я, княжна, готов немедленно венчаться с вами, - сказал он, прикасаясь губами к руке избранницы.
 - Граф, я польщена вашим предложением, но можно ли такое вершить так скоро? Мы ведь с вами не так давно знакомы.
 - Дорогая, за столь короткое время мы с вами настолько сблизились, что я, как порядочный человек, просто обязан немедленно с вами венчаться.
 Княжна опустила глаза, вспоминая прошедшую страстную ночь в объятьях графа, и лицо её покрыл румянец.
 - Господа, - граф встал с поднятым бокалом, - я имею честь сообщить вам о предстоящем нашем, с княжной, венчании, которое состоится через два часа на нашем флагманском корабле «Святой великомученик Исидор». Прошу прощения, но мы вынуждены вас покинуть на некоторое время, чтобы приготовиться к торжеству. Ждём вас в обозначенное время на корабле.
 Орлов выпил, поклонился и подал руку ошарашенной княжне. Проводив её, граф принялся готовиться, выслушивая доклад подчиненных о подготовке к торжеству.
 
 Глава пятая

Когда в Европе начали открыто говорить о сомнительности законности правления Екатерины, появилась она, княжна Тараканова, законная наследница династии Романовых. Она отличалась и красотой, и умом, очень стройная, с великолепными волосами. Её белое лицо всегда украшал румянец и веснушки. Все, кто ее видел, находили поразительное сходство с императрицей Елизаветой Петровной. Она познакомилась с русским графом Орловым, который и стал её любимым, а затем и палачом. А ведь она не поверила гадалке, хотя та умоляла её немедленно уехать после той ночи, которую она провела в объятьях с чертовски привлекательным героем русско-турецкой войны, генералом Алексеем Григорьевичем Орловым. Не могла поверить в то, что он принесёт ей не радость семейной жизни, а одни разочарования и, в конце, смерть. И напрасно гадалка три раза раскидывала карты, всегда выпадало одно и тоже – восемь треф, с тузом пик.
Тогда, перед поездкой на корабль, где они должны были венчаться, княжна уговорила графа заехать на эту маленькую улочку, к этому неприметному домику с закрытыми окнами. Упросив ничего не подозревающего Орлова подождать пять минут, она забежала к ожидавшей её гадалке, где узнала всё о своей судьбе. И ни смотря ни на что, не поверила, потому что была женщиной, которая устала от суеты и интриг, от хамства и грязи, от взлётов и падений. В её душе зародилась надежда на то, что этот человек сможет изменить её жизнь к лучшему.
Любовь не предполагает раздумий. Любовь не предполагает холодного расчёта. Любовь не предполагает подлости. И то, что предсказала гадалка, казалось ей простым недоразумением, которое скоро опровергнет их дальнейшая совместная, счастливая жизнь.
Она выбежала наружу, уже не слыша слов гадалки о том, что её жених, граф Орлов, тоже был у неё раньше. Не слушала она и то, что он задумал что-то недоброе. Предчувствие счастливого момента венчания делает женщину слабой и покорной судьбе. И это уже никто не в силах изменить.

Глава шестая

Все жители Ливорно, казалось в тот момент, были на набережной. Как же можно было пропустить венчание русского графа и будущей императрицы? Когда они поднялись на палубу, тут же начались подготовка к свадебному обряду. Счастье, охватившее её, закружили ей голову, и она не замечала ничего: ни холодного ветра, ни то, что священник, совершавший обряд - не настоящий. Был накрыт шикарный стол, за которым тосты звучали во славу молодым. Княжна была в восторге. Неожиданно за её спиной прозвучал строгий голос, которые ёй сообщил, что она, по приказу императрицы, арестована.
 Она огляделась по сторонам, но Орлова рядом не было.
 Жители Ливорно, узнав о произошедшем, устремились на набережную и к кораблю, но близко подплыть никому не удалось.
 Сама пленница терзалась только одним вопросом: «Что с её мужем?» Ей сообщили, что он граф взят под стражу. Капитан согласился передать тайком ему послание от неё, в котором она заверяла его в вечной любви и надежде на скорое освобождение.
 Граф прочитал и небрежно отбросил письмо. Контр-адмирал Грейс, разливая вино по бокалам, между прочим, спросил у него:
 - Адмирал, может, стоит написать ответ? Так сказать, сыграть роль до конца.
 - Возможно, вы и правы. Чуть позже зайдите ко мне и передайте ей мой ответ, так сказать, инкогнито.
 Княжна, получив письмо, жадно вчитывалась в его строки, в которых он клялся в любви к ней и заверял, что скоро придёт освобождение.
 Княжна верила ему, и ответ вселил в неё надежду.
 В конце мая её привезли в Петропавловскую крепость. На следующий день князь Голицын начал её допрашивать. Тюрьма подорвала её здоровье. Врач обнаружил у неё чахотку, и уже приличный срок беременности. Условия содержания её под стражей несколько смягчились, но к концу октября она была уже неизлечима. Письма, которые она писала и Екатерине и Голицыну никого не тронули. В ноябре она родила, а 4 декабря умерла.
 Похоронили её рядом с Петропавловской крепостью.
Орлов посещал её, моля о прощении. Он знал, что она родила от него сына. Сопоставив день их бурной ночи, накануне венчания, и дату рождения младенца ему пришлось признать отцовство, но она его не простила и прокляла. 
 Он оставил службу и всю жизнь прожил в Москве, занимаясь конным заводом. Он в сорок восемь лет женился на Лопухине, но через четыре года она умерла, оставив ему дочь Анну. Он пережил и Екатерину Вторую и Павла Первого, однако года брали своё.
 Чаще других он бывал в церкви, где подолгу молился. Все понимали, о чём он просит Бога. Так же как понимали, что за такие грехи, которые он совершил, прощения быть не может.
 Умер граф Орлов 5 января 1808 года. Умирал он в страшных муках. Его крики от ужасной боли пытался заглушить дворовой оркестр, но всё было тщетно.
 Никто не обратил внимания, что в толпе зевак, собравшихся напротив его дома, опустив голову, стояла старая гадалка. Как и многие другие она прекрасно понимала, что мучения, изводящие сейчас графа, это только начало того возмездия, которое он сам на себя и навлёк.
 
Часть третья

Глава первая
 
Когда сладкий сон закончился, я решил открыть глаза. Было утро. За окном уже светило солнце. Опираясь на руку, рядом лежала моя Сашенька и смотрела на меня, улыбаясь.
- Доброе утро, соня!
- Доброе утро! – я приподнялся, чтобы посмотреть который час.
- Уже девять часов, - предугадывая мои мысли, сообщила мне любимая.
- Ёлки-палки, я же первую пару проспал, - вскочил я, пытаясь сообразить, что делать в первую очередь.
- Успокойся, Миша! Сегодня суббота, так что на работу сегодня идти не надо.
- С каких это пор ты мою учёбу работой называешь? – присел на край кровати я.
- Миша, хорош прикалываться. Ты уже месяц как окончил институт, и пора привыкнуть, что ты уже не студент, а инженер.
- Так, давай теперь по порядку. Вчера, тринадцатого сентября, мы с тобой в кафе решили пожениться. Я, честно говоря, смутно помню конец вечера, но то, что я студент пятого курса я не забыл. Какая работа, Сашенька?
- Ты серьёзно, или всё-таки меня разыгрываешь?
- Что серьёзно? То, что после тринадцатого сентября наступает четырнадцатое сентября?
Саша посмотрела на меня как-то странно, потом взяла мой телефон с тумбочки, включила его и показала мне экран.
- Что? – не понял я.
- Число посмотри!
- Одиннадцатое июня, две тысячи… Стоп! Одиннадцатое июня?
- Да, дорогой! Что с тобой случилось?
- Со мной ничего не случилось. Я прекрасно помню, как мы с тобой познакомились, как были у тебя, как пошли в кафе, где я сделал тебе приглашение. Даже помню, что нам с тобой хозяин кафе подарил этот ужин. Даже помню, как тебе цветы покупал. И всё это было вчера, тринадцатого сентября. Ладно, хватит меня разыгрывать! Переставила число и думаешь, что я тебе поверю?
- Странно, - растерянно произнесла моя невеста и на секунду задумалась.
- Что? Что ты думаешь?
- Думаю, как вернуть тебя в реальность.
- Какую реальность?
Она сидела, лихорадочно рассуждая, потом её лицо обрело уверенность и смысл.
- Какую реальность говоришь?
- Ну, да! Я не понимаю, что происходит.
- Тогда может это тебя вернёт к реальной жизни!
С этими словами она резко отдёрнула с себя одеяло, и я увидел огромный живот, красноречиво говорящий мне о том, что моя Сашенька беременна. Причем уже давно.
Я чуть не свалился в обморок, так как понимал, что отрастить такой живот за ночь не реально.
- Это тебе ни о чём не говорит?
Я потрогал её и убедился, что это не мираж.
- Говорит! – несмело начал я, - по-моему ты беременна.
- По-моему я беременна уже девять месяцев и не сегодня, так завтра мне рожать от тебя дочь.
- Но как?
- Миша, мне нельзя волноваться. Не прикидывайся дурачком. Сегодня одиннадцатое июня. С момента нашей встречи у бабули прошло почти девять месяцев, восемь из которых мы с тобой муж и жена. Забыл?
- Сашенька, милая, я ничего не помню, честно. Я не помню свадьбы, я не помню ничего. Что со мной, а? Как это может быть, что почти год мы с тобой живём, а я ничего не запомнил? Или это всё-таки сон?
- На, - она подала мне телефон, набрав номер, - звони своей маме.
- Мама, привет! – произнёс я, когда на том конце ответили.
- Привет, сынок! Как вы там?
- Ничего, - нейтрально ответил я.
- Как Сашенька?
- Ничего, - сделал паузу я, - беременная.
- Ну, это как раз я уже давно заметила, - отшутилась мама, - в больницу не собирается?
- Зачем?
- Ну, затем например, чтобы родить мне внучку.
- А какое сегодня число, мам?
- Совсем уже заработался? Сегодня одиннадцатое июня, ты здоров, или всё шуточки твои дурацкие, как на свадьбе?
- Я здоров, мама, я попозже тебе перезвоню.
Положив телефон, я внимательно посмотрел сначала на Сашу, потом на её огромный живот. Затем встал, подошёл к зеркалу и внимательно стал рассматривать своё лицо. Не было ничего необычного, кроме одного – за моей спиной вдруг показалась бабуля Саши, внимательно смотрящая мне в затылок.
- Вспомнил? – неожиданно сказала она.
Перед глазами всё поплыло, и я грохнулся в обморок.
 
Глава вторая
 
- Хилый он какой-то, - сказала бабуля, пощупав пульс.
- Бабушка, ты себя на его место поставь! Неужели обязательно стирать с его памяти всё кажущееся тебе ненужным?
- А зачем оно ему нужно? Чтобы вы замусоливали своё чувство дискуссиями типа «кто сегодня должен выносить мусорное ведро»?
- Но ведь у нас всё хорошо, даже учитывая все эти хозяйские хлопоты!
- У вас всё хорошо пока я жива, запомни это!
- А что, когда тебя не станет он уйдёт от меня?
- Он от тебя уже никогда не уйдёт, а вот любовь….
- Но тогда получается, что ты искусственно поддерживаешь в нас это чувство и всё это фальшь?
- Нет, чувство настоящее, среда вокруг нас губительна. Поэтому, чтобы не рисковать, я просто подстраховываю. И хватит об этом. Потом всё узнаешь!
- Когда потом?
- Когда исполниться тебе 22 года и семь месяцев. Так, всё! Неси пятьдесят грамм водки и яблоко красное, которое стоит на подоконнике.
Саша принесла всё и присела рядом с лежащим на полу Мишей.
- Погоди, не буди. Я сейчас уйду и ты, как ни в чём ни бывало, дашь ему выпить водки, как только он проснётся. Только обязательно дай яблоко откусить, слышишь, обязательно! А завтра я приеду к десяти, и поедем рожать.
Когда бабуля ушла, Саша, подложив подушку, прилегла рядом с мужем и стала рассматривать его лицо. Совершенно спокойно он крепко спал, и было видно, что ничего во сне его не беспокоило. Она стала думать о том, что скоро их жизнь сильно измениться и надо сделать так, чтобы Миша не почувствовал того, что её сердце теперь будет принадлежать не только ему, но и малышке. Как это сделать она не знала, но, во всём полагаясь на бабулю, которая говорила, что всё будет хорошо, решила не торопить события и стала засыпать. Засыпая, она думала о том, что как то странно бабушка сказала о родах в десять часов. «Откуда она всё знает?» - это было последнее, что ей подумалось перед тем, как она провалилась в странный сон, который не имел ничего общего с реальностью.
 
Глава третья
 
Комната без стен была залита светом. Он шёл из ниоткуда, но его было так много, что захватывало дух. Рядом стояла бабушка, только очень молодая.
- Где мы, бабуль?
- В гостях, милая!
- А где хозяева?
- Они здесь, рядом. Они нас слышат и видят, только мы их не сможем разглядеть.
- А зачем мы здесь?
- Понимаешь, Сашенька, каждой женщине, перед тем, как она родит ребёнка и даст ему жизнь, дают возможность побывать там, где человек никогда не бывал. В мир, который никто и никогда не помнит, хотя все мы пришли из него и уходим, после жизни на земле, обратно. Тут можно попросить вернуть тебя в прошлое и увидеть то, что давно уже прошло. Увидеть со стороны. Изменить, конечно, ничего нельзя, но рассмотреть то, что когда-то не заметила – можно.
- Как это?
- Ну, например, можно увидеть, как тебя растили родители, когда ты была маленькой, или как ты познакомилась со своим мужем.
- Маму с папой я часто вижу во сне, почти каждый день, после того, как они ушли. Как я познакомилась с Мишей, я помню в деталях, и смотреть на это ещё раз не обязательно. А про других людей можно посмотреть?
- Можно. Если тебе это очень важно.
- Важно, бабуль, важно. Помнишь, ты мне рассказывала когда-то историю о любви и предательстве графа Орлова и княгини Елизаветы Таракановой?
- Помню, как не помнить!
- Я хочу это увидеть своими глазами! Я до сих пор не верю, что такое могло произойти. Или ты что-то не так мне рассказала.
- Ты точно решила, что именно это хочешь посмотреть?
- Да, бабушка, точно!
- Хорошо, я передам твою просьбу. А ты закрой глаза и жди. И ничему не удивляйся. То, что ты увидишь, было на самом деле. И запомни: вмешиваться нельзя, потому что прошлое уже не исправишь.
 
Княжна стояла перед зеркалом и придирчиво оглядывала свой наряд. Всё, как всегда, было безупречно. Она любила любоваться собой, так как была безупречно красива. Только одно ей иногда не нравилось: то, что один глаз немного косил. В детстве её даже дразнили за это, однако когда она выросла и стала дамой, небольшая косина во взгляде придавало её лицу неповторимый шарм, от которого сходили с ума мужчины. Послышался шум подъезжающего экипажа.
- Сударыня, к вам прибыл граф, - сообщила ей служанка.
- Хорошо, пригласи его в залу. Я сейчас выйду.
Когда служанка пошла открывать дверь, Елизавета задумалась, немного постояла в нерешительности, а затем достала из сундука с бельём серебряную шкатулку. Взяв её обеими руками, она вышла к Орлову.
- Боже мой! – воскликнул граф, - княжна, вы верх совершенства! Позвольте мне расцеловать вам руки.
Она молча переложила шкатулку в левую руку, а правую подала для поцелуя. Граф прильнул к руке, однако взгляд его не отрывался от шкатулки. Когда он поднялся с колен, она пристально взглянула ему в глаза. Он не выдержал взгляда и отвёл его в сторону.
- Елизавета, дорогая, нам пора!
- Минутку граф! Присядьте! Вы намекнули мне вчера, что история с моими притязаниями на российский престол не имеет основания.
- Что вы, что вы, княжна! Вы меня не так поняли! – пытался отнекиваться граф.
- Я вас так поняла, как вы того хотели. Чтобы между нами не было никаких недоразумений и недомолвок, я прошу вас посмотреть вот этот документ, который является завещанием моей покойной матушки, императрицы Елизаветы.
Она открыла шкатулку, достала документ и передала его Орлову.
Если бы она в тот момент не отвернулась, то увидела бы, как жадно вчитывался в завещание её будущий супруг. Дочитав до конца, он вернул бумагу княжне.
- Я нисколько не сомневался, что вы единственная законная наследница престола! - соврал он, и вспыхнувший на его лице румянец, выдал его.
- Теперь вы всё знаете, и я жду, - она сделала паузу, посмотрев на него.
- Сударыня, я горю желанием немедленно венчаться, даже если бы этой бумаги не существовало. Прошу! – он пригласил её к выходу.
- Подождите, я отнесу шкатулку на место, - она повернулась и вышла в другую комнату.
- Подайте мне воды, - попросил он служанку, и, как только она вышла, граф как подлый сыщик, на цыпочках заглянул в комнату, куда вошла княжна. Княжны не было, однако отражение от зеркала, которое стояло в комнате, позволило Орлову увидеть - куда прятала шкатулку княжна в соседней спальне. Когда Елизавета вошла, он спокойно пил воду, поданную за мгновение до этого служанкой.
Они вышли и сели в карету, Орлов произнёс то, что впоследствии ему не давало до конца дней спокойно спать. Помимо воли он выкрикнул: «С Богом!» и перекрестился.
Перед тем, как спуститься в шлюпку, которая должна была их доставить на корабль, он, пропустив княжну вперёд, сделал шаг в сторону и тихо шепнул стоящему рядом офицеру: «Шкатулка в сундуке, за шкафом в спальне княжны». После этого, рассыпаясь в комплиментах, они пустились в путь. С набережной, сквозь приветственный гул толпы слышался отчаянный крик гадалки: «Восемь треф и туз пик!»
 
Глава четвёртая
 
Поразительное сходство гадалки с лицом её бабушки испугало Сашу. Однако это было в тот момент не главное. Боясь пропустить малейшие подробности того дня, она увидела, как к дому княжны подъехала карета, на которой несколько минут назад уехали на венчание молодые. Из дома вышла служанка, думая, что карета вернулась за чем-то, что забыли. Из кареты вышли двое и, слегка поклонившись, сообщили, что княжна просила передать ей шкатулку. Служанка в замешательстве не знала что сказать, так как не знала даже, где хозяйка её хранит.
- Позвольте мы войдём! Нам княжна рассказала, где её взять.
Ничего не понимающая служанка проводила их в спальню княжны, после чего вышла. Быстро найдя сундук, они сбили бесшумно замок и, забрав шкатулку, быстро вышли.
- Благодарим! Княжна просила передать, что сегодня её не будет, - с этими словами они прыгнули в карету и умчались к набережной, где их ждала ещё одна шлюпка.
На борту корабля шло веселье. Молодых уже обвенчали, и Орлов что-то шептал на ухо Елизавете. Повернувшись, он увидел тех двоих, которые похитили из дома княжны шкатулку. Один из них еле заметно кивнул и, увидав, что граф его понял, стал спускаться туда, где находились каюты командного состава.
- Дорогая, - повернулся он к княжне, - я вынужден ненадолго вас покинуть. Для меня прибыла срочная депеша с нарочным. Прошу прощения, дела.
Поцеловав в поклоне её руку, он повернулся и пошёл быстрым шагом туда, куда мгновение назад поспешили загадочные люди.
Граф зашёл в свою каюту и закрыл дверь.
- Как прошло? - обратился он к одному из них.
- Всё нормально, - с этими словами он достал из саквояжа шкатулку и передал её Орлову.
Он взял её, открыл и, убедившись, что документ на месте, скомандовал:
- Мы берём курс на Петроград, - передайте мою команду и далее действуйте по намеченному плану. И прикажите подать обед.
Молодчики выскочили, и принялись выполнять поручение графа. Через полчаса корабль двинулся в путь, а бедная княжна рыдала взаперти, никак не осознавая, что это конец.
Контр-адмирал Грейг, зайдя в каюту к Орлову, доложил, что жители Ливорно негодуют, но пусть это графа не тревожит, так они уже вышли в открытое море. Граф предложил ему присесть и, после того, как они выпили по бокалу вина, показал ему документ из шкатулки княжны.
- Честно говоря, я до конца не верил, что у неё есть какие-то права на престол, но теперь, - Грейг запнулся.
- А теперь у неё этих прав тем более нет!
- Почему, граф?
- Да потому что без этих бумаг, которые мы по приезду передадим императрице, она и ломаного гроша не стоит.
- Граф, простите за откровенность, мне казалось, что вы были влюблены в княжну. Может быть, стоит её высадить где-то, чтобы не доводить дело до Петропавловской крепости, из которой бедняжке уже не выбраться? Бумаги у нас, без них она ничто. Пусть живёт, зачем брать грех на душу?
- Дело в том, адмирал, что это проигрышная партия, и я предпочитаю в таких случаях бросать карты на стол. У Таракановой нет ни малейших шансов стать императрицей, так же как у меня нет ни малейших шансов остаться с головой на плечах, если я послушал бы вашего совета. Это именно та дилемма, у которой оба финала греховны и трагичны. И я выбрал вариант менее проигрышный. А что до влюблённости, так это, знаете ли, дело очень деликатное, о чем мне бы не хотелось сейчас говорить.
Доедали молча. Каждый думал о своём. В конце, когда наверху всё стихло, они вышли наверх и Грейг направился к княжне врать об аресте Орлова. А тот, терзаемый смутными сомнениями всю ночь простоял на палубе, так и не решившись уйти в пучину вод от всеобщего позора.
 
Глава пятая
 
Они проснулись одновременно. Глядя друг на друга, оба пытались вспомнить, что с ними происходило, не в силах отделить сон от яви.
- Мишенька, на выпей пятьдесят грамм, - Саша встала и поднесла рюмку к его губам.
Не успев сообразить, он выпил и стал закусывать яблочком, которое приготовила бабуля. В глазах стала появляться уверенность и спокойствие.
- Ну, что, завтра станем родителями? – улыбнулся он.
- Да, наверное. Как Бог даст!
- Давай сядем за стол, а то на полу, конечно, романтично, но не в нашем положении. А где бабуля, ушла?
- Да, сказала завтра придёт к десяти утра, и поедем в больницу, - она улыбнулась, - позвони директору пока не поздно, отпросись на завтра в отгул. Мне так будет спокойнее.
- Да, ты права, подай мой телефон.
Когда всё было улажено, сели за стол и принялись ужинать.
- У тебя бывает, что ты хочешь что-то важное вспомнить, но как ни пытаешься, не можешь? – Саша пристально посмотрела ему в глаза.
- Ты, наверное, забыла, с кем разговариваешь, - Миша улыбнулся, - я только этим в последнее время и занимаюсь!
- Да, - засмеялась она, - точно, кому-кому, а это тебе известно. Вот и я сегодня пытаюсь что-то важное вспомнить, но не могу.
- Что-то про нас с тобой?
- Нет, Мишенька, не про нас.
- Тогда почему это тебя так тревожит? Если у нас с тобой всё хорошо, тогда выкинь из головы всё ненужное. Тебе рожать скоро – вот о чём нужно думать.
- Понимаешь, милый, оно не ненужное, а как-то связано с тем, что происходит с нами. И поэтому я выкинуть из головы это не могу. А что касается родов, так это будет завтра, и я, почему-то, совсем за это не переживаю. Знаю, что ничего плохого с нами не может случиться, и всё будет хорошо.
- Я так думаю, что всё это как-то связано с твоей бабулей! Мутная она какая-то у тебя. Вечно какие-то заморочки, тайны, интриги. Нет, чтобы как ты – после сна и рюмочку налила, и яблочко закусить дала!
- Ты будешь сейчас смеяться, но это она мне строго-настрого приказала дать тебе водки и обязательно дать закусить этим яблочком!
- Слушай, Сашенька, давай, как родим, посадим её за стол и попросим рассказать, что происходит, и что это она вечно там колдует, а?
- Я и сама хотела её вызвать на прямой разговор, но она сказала, что всё объяснит только тогда, когда мне исполниться 22 года и, по-моему, семь месяцев.
- Так! А когда это будет, давай посчитаем?
- Я уже считала – через два месяца. И давай до этого не будем её дёргать, хорошо?
- Ну, ладно, как скажешь. Тем более, что нам в ближайшее время будет не до этого.
Они обнялись и сидели так долго, пока не позвонили в дверь.
- Интересно, кого это на ночь глядя принесло? – я встал и пошёл открывать дверь.
- Вам телеграмма! – услышала Саша голос в прихожей, - держите и распишитесь вот здесь!
- Хорошо, - ответил я, расписываясь, - до свидания!
Дверь захлопнулась.
- Давненько я не получал телеграмм, - я развернул листок. Глаза мои удивлённо поднялись, - На, прочитай, может это тебе?
- Фиксируем код доступа: 1206Лиза1023. Что это?
- Я думал, что ты знаешь.
- Понятия не имею что это за дурацкие шуточки, - посмотри, кому адресовано.
- Мне! Михаилу Берестову!
- Ну, тогда думай, что это значит, - Саша уставилась на него, подперев голову рукой, - посмотри от кого!
- Смотрел. Ни от кого, ни откуда – ничего нет! И что это за код доступа? Куда? Зачем?
- Ладно, Мишенька, давай ложиться, утро вечера мудренее. Может друзья твои пошутили так, чтобы ты голову поломал?
- Не знаю. Но всё равно рано, или поздно всё всплывёт. Давай укладываться.
 
Часть четвёртая

 Глава первая

- Отцом Петра Великого был Михаил Романов, который является родоначальником этой династии русских царей, - начала свой рассказ бабушка. - Последним русским царём считается Николай Второй.
 - Почему считается? – удивилась Саша.
 - Всё потому, что ни Пётр Первый, ни Иоанн Пятый, последние цари Руси не оставили после себя прямых потомков по мужской линии. Власть дальше передавалась или к их дочерям, или к их детям. Также нужно учитывать, что долгое время Русью правили императрицы, Анна, Елизавета и Екатерина, которые были женщинами свободных нравов и слыли очень любвеобильными. Поэтому и возникает у всех вопрос: «Насколько чиста царская кровь у последнего Императора?»
 Вопрос крови – это самый сложный вопрос! Именно из-за него и случались войны, и было казнено неисчислимое множество винных и невинных людей. Именно кровь является настоящим природным паспортом человека, который невозможно не изменить, не подделать, не купить. И именно кровь в последние века стала объектом пристального внимания всех, кто имеет маломальское представление о генетике.
 Я вам сейчас буду рассказывать, долго рассказывать, такие вещи, которые вам покажутся не имеющие никакого отношения к нам всем, однако это не так. Постарайтесь не перебивать и запоминайте, если получиться, - бабушка расположилась в кресле поудобнее, зачем-то посмотрела на потолок и продолжила:
 - Первая группа крови считается самой первой и самой биологически чистой. Эта группа появилась давно, когда зарождался первобытно общинный строй. Потом появилась вторая, третья. А около двух тысяч лет назад – совсем недавно по космическим меркам, появилась и четвёртая. Так вот, первым, у кого её обнаружили современные учёные, был Иисус Христос. Это стало известно после исследования следов крови на Туринской плащанице. Сейчас эта, четвёртая группа, и есть самая редкая на Земле – всего около пяти процентов населения имеют такую кровь. Однако главное не это. Кровь может иметь, как вы знаете, резус-положительный и резус-отрицательный. Всего чуть более десяти процентов людей имеют отрицательный резус. Так вот, если учитывать это, то самой редкой кровью на Земле является четвёртая с отрицательным резусом. Таких людей – всего половина одного процента от общего количества населения нашей планеты, то есть около тридцати миллионов человек. Но эта кровь не является самой чистой. Самая чистая кровь – первой группы с отрицательным резусом. Всем людям на Земле такую кровь можно переливать, но тем, кто является её обладателям можно переливать только аналогичную!
 Бабуля посмотрела на нас внимательно и улыбнулась.
 - Вот вы сейчас сидите с такими рожицами и думаете: «К чему эта дурацкая лекция по генетике?» А я вам отвечу: «Потерпите немного и всё поймёте». Так вот, тем, кто обладает этой редкой группой крови, присущи многие интересные способности. Например, они видят только цветные сны, они имеют очень высокий интеллект и, соответственно IQ, они видят вещие сны, и так далее. Но самое главное – их невозможно клонировать! Современные учёные Земли заявляют в один голос: «Нет ни одного доказательства, или довода, что резус отрицательная кровь первой группы имеет земное происхождение в результате эволюции». И число таких людей неизменно уменьшается. Что из этого следует? А ровным счётом ничего, если не знать, что такое ДНК! А ДНК, по научному - дезоксирибонуклеиновая кислота, это то, что создаёт человека. Без ДНК ничего бы, что мы считаем земной природой, не было! Это частичка, которая содержит в себе генетическую информацию для всего живого. Она есть в каждой нашей клеточке, и имеет вид двойной закрученной спирали, как винтовая лестница, где каждая ступенька – это пара нуклеотидов. Что это такое – сейчас не важно, важно другое. Например, то, что ДНК любого человека наполовину копирует ДНК дождевого червя, или банана. А ДНК всех людей совпадают на девяносто девять и девять десятых процента.
 - Как же так, бабуль, - не выдержала Саша, - мы же все такие разные. Ты ничего не попутала?
 - Ничего я не попутала! Вся отличие – в десятой доли процента! Цвет волос, глаз, кожи, а также размер ноги, ушей, груди – всё в этой десятой. Но вы опять упустили главное!
 - Что? – чуть ли не хором спросили мы?
 - Вы забыли о внеземном происхождении отрицательного резуса крови!

Глава вторая

- А как же теория Дарвина?
 - Теория Дарвина долго не продержится! – с видом профессора, парировала мой вопрос бабуля.
 - Ну, это спорный вопрос, - не согласился я.
 - Если бы ты попытался досконально вникнуть в этот вопрос, то ты бы так не говорил. Нам показывают окаменелости одного вида, а следом новую, более развитую версию этого вида, которая произошла за короткий период времени. Такого в природе не бывает. У нас, например, есть беспозвоночные моллюски и затем, резко заполнившие весь мировой океан, рыбы! И ничего между ними! Учёные - дарвинисты, говорят об «упущенном звене в эволюции»! Но, этого звена, которое хоть как-то бы объяснило увеличение человеческого мозга вдвое за короткий промежуток времени, нет! И не будет! Резкие скачки в эволюции действительно происходили на Земле каждые шестьдесят четыре миллиона лет, но это происходит только потому, что наша Солнечная система смещается вверх и вниз от плоскости галактики!
 - Бабуля, - побледнела Саша, - ты меня пугаешь. Откуда ты это всё знаешь? Ты сейчас проводишь научную конференцию, или пытаешься нам что-то объяснить простым русским языком?
 - Да, действительно, увлеклась. Короче, как говорил лорд Солли Цукерман: «Если человек развился из обезьяны, он сделал это, не оставив и следа своей эволюции в ископаемых остатках».
 В нашем мире существуют определённые законы о роде и крови, которые просто обязывают нас жить с единственным и любимым супругом. Скажу больше – только когда люди живут в гармонии с любимой и единственной супругой, или супругом, то они не только не теряют энергию жизни, но и получают её из космоса. Недаром небезызвестный своими опытами с бедными собачками, академик Павлов говорил: «Смерть человека до 150 лет следует считать насильственной. Норма жизни нашего биологического тела 300-400 лет».
 В ближайшем будущем всё это станет обыденным и всем понятным, но мы перейдём сейчас к тому, что вы ждёте – разгадке тайны моей роли в вашей жизни.
 Вот скажите, знаете ли вы что такое любовь? Нет, я имею в виду не потребность размножаться, а нечто большее. Не напрягайтесь, я отвечу за вас - не знаете, но, возможно, чувствуете. Любовь, это когда все молекулы и клеточки ваших тел начинают работать в абсолютной гармонии и единстве. Чем гармоничнее мы, чем больше структурированы и чем больше становимся кристаллизованными, тем больше любви присутствует между людьми. И, как показывают некоторые последние исследования учёных – это оказывает влияние на нашу планету, на всю жизнь, которая тут присутствует. Любовь необходимо рассматривать как основной принцип универсальной энергии. Никто уже не возражает, что мы все живём в коллективном осознанном мире, которые некоторые называют сновидением. И вот тут мы подходим к главному.
 Бабушка посмотрела на наши лица, и опять улыбнулась.
 - Малышка не проснётся сейчас. Она будет спать ещё час, так что не волнуйтесь, а попытайтесь понять то, что сейчас узнаете.
 Дело в том, что наше ДНК это не что иное, как сверхмощный компьютерный чип. У каждого человека он работает, так сказать, в режиме ожидания. Получая код доступа, который вам, кстати, сообщили по телеграмме, человек обретает жизнь и душу, в нашем понимании.
 - А что это за код доступа, и зачем нам его сообщили? – опять не выдержала Саша.
 - А это просто дата и время рождения. Или активации для функционирования. Никогда его не сообщают никому, но вы – особый случай. Продолжая начатую мысль, я хочу закончить эту тему. Так вот, все ДНК человека изначально синхронизированы и выполняют одну и ту же функцию – обеспечение развития и жизнедеятельности индивидуумов в общем пространстве. Ничего необычного здесь нет. Другое дело, что эти синхронизованные системы чипов, получая дополнительные импульсы, за счет гармоничного сочетания с другой такой системой, начинают быть обеспеченными неиссякаемой энергией источника.
 - Бабуля, опять?
 - Пардон! Проще говоря, если люди влюбляются настоящей любовью, и начинают правильно ею жить, то они становятся не простыми системами чипов, а гармоничной системой, которая подпитывается извне. В результате, дети, которые рождаются в этом браке, намного более приспособлены к подключению к общей системе коллективного разума. Но, если бы всё было так просто, то люди бы обрели групповое сознание и творили бы чудеса, подобно Богу!
 - И почему же этого не происходит? – уже не выдержал я.
 - А потому, что для обретения коллективного разума помимо полученной от любящих родителей гармоничной системы чипов, у которой уже присутствует бесконечный источник питания, нужно выполнение ещё одного условия.
 - Какого? Бабуля, не тяни! – Саша встала.
 - Чаю хочу, устала я, - бабушка вытянула ноги и закинула руки за голову, потягиваясь, как после сна, - что уставилась, мамаша? Говорю тебе: «Пока чаю не дашь – дальше рассказывать не буду».
 Мы переглянулись, и Саша быстро поставив чайник, начала накрывать на стол.

Глава третья

- Пряники у тебя не совсем свежие, - поставив чашку на стол, «отблагодарила» бабуля.
 - Да как же не свежие, я их вчера купил? – возмутился я.
 - Купил то ты их вчера, а сделали их две недели назад. Не свежие!
 Я чуть не заматюкался.
 - Так, у нас ещё полчаса есть, так что садитесь, - глянув на часы, приказала бабка. – Посуду потом помоешь, когда я уйду.
 - Ну, давай, уже рассказывай, при чём тут ты и мы? – Саша села за стол, как обычно, подперев лицо руками.
 - Предположим, значит, что и в настоящей любви и гармонии был рождён ребёнок, и активировался код доступа, и он обрёл свою настоящую любовь, и все чипы уже готовы к подключению к системе коллективного разума, но этого не происходит, потому что у этого индивидуума должна быть первая группа крови с отрицательным резусом!
 Но и это ещё не всё! Необходимо, чтобы таких людей одновременно находилось в общем поле шестьдесят человек. Тогда их расположат на вершинах воображаемого усечённого икосаэдра, вписанного в наш шарик, как футбольный мяч, и только тогда системы чипов, которые у всех шестидесяти индивидуумов абсолютно идентичны и гармонизированы с любовью, и когда они получат доступ к неограниченному источнику энергии, только тогда система коллективного разума заработает.
 - Когда же это всё случиться и что нам-то от этого? – спросил я.
 - Вы думаете, что мы находимся на вершине человеческой эволюции? Вы ещё скажите, что проект жизни на Земле уникален! – бабуля усмехнулась, - Это всего лишь межгалактический проект, который работает, как и тысячи других, в местах, где позволяют условия. Жизнь на Земле преобразовывается движениями галактики регулярными циклами. Но массовая, энергетически управляемая эволюция начала происходить на этой планете сравнительно недавно – всего пятьдесят тысяч лет. Последний раз это произошло более, чем пять тысяч лет назад. Там, где берёт своё начало еврейский календарь и начинается Иудейская эра.
 - Пять тысяч лет назад совпало всё, как ты говоришь? – спросила Саша.
 - Да, последний раз такое совпало пять тысяч лет назад. И на Земле произошло много того, что само по себе произойти не могло. Это всё стало возможным уникальному случаю работы коллективного разума. 
 - И что дальше? – взглянул я в глаза бабули.
 - А дальше, вот что. Наша, вернее ваша Лизонька, родившаяся пару месяцев назад, и есть последнее, шестидесятое звено будущей системы, которая должна дать толчок энергетически управляемой эволюции на Земле через восемнадцать лет.
 Мы с Сашей чуть не упали со стульев.
 - Бабуля, ты что такое говоришь? Лиза – звено?
 - Чего уставились? Да, Лизонька и станет последним звеном, когда влюбится по-настоящему. Остальным критериям она соответствует.
 - Ты хочешь сказать, что у неё первая группа крови с отрицательным резусом?
 - Да, - спокойно кивнула бабушка.
 - Ты хочешь сказать, что у неё через восемнадцать лет будет большая и чистая любовь? – не унималась Саша.
 - Которая, даст возможность гармонизировать систему и вместе с другими аналогичными индивидуумами позволит совершить то, что сделает жизнь на этой планете намного комфортнее. Наступит совершенно другой век – век гармоничного процветания вашей цивилизации.
 - Почему «вашей цивилизации»? – удивился я.
 - А потому что, дорогие мои, мне уже скоро пора будет покинуть вас.
 - Ты что умирать собралась? – Саша пристально посмотрела ей в глаза.
 - Нет, не умирать, дорогая Сашенька. Я буду переформатирована для выполнения другого задания, совсем в другом месте, в соседней галактике.
 - Ой, бабуля! Ты что, действительно думаешь, что мы тебе поверим? Про кровь, ДНК, рывки эволюции, галактические проекты? Не смеши нас.
 - Я и не стремлюсь к тому, чтобы вы мне поверили. Смысла в этом никакого. Через сутки вы уже ничего не вспомните, так как то, что я рассказала вам – вам знать ещё рано. Я просто сотру из вашей памяти всё, что прозвучало в нашем разговоре, так как вам это пока не нужно. Через неделю, когда вся подготовительная часть будет закончена, моя миссия на Земле будет выполнена. Ну, а в вашей, как вам кажется, реальной жизни я просто умру от старости, Сашенька поплачет сорок дней и будете спокойно воспитывать Лизоньку до 18 лет, когда она вам объявит о своём намерении выйти замуж. Вы, конечно, как нормальные родители будете твердить, что ещё рано думать о замужестве, что нужно закончить институт, встать на ноги и так далее, но это всё уже будет совершенно неважно.
 - И что, мы не заметим, как это всё будет происходить? Я имею в виду эту массовую эволюцию? – поинтересовался я.
 - Конечно нет. Вернее не сразу. Да и зачем оно вам надо! Вы будете всю жизнь настолько влюблёнными друг в друга, что остальное, происходящее вокруг, вас будет мало интересовать. А Лизонька сделает своё дело и перейдёт в параллельную реальность, где для неё уже уготовано важное дельце.
 - Мы что её не увидим после? – испугалась Саша.
 - Ты что? Конечно увидите. Жизнь в параллельной реальности не означает твоего отсутствия в реальности обычной.
 - То есть? – теперь уже испугался я.
 - Ну, как вам объяснить, - задумалась бабуля, - дай пакет из магазина, - попросила она Сашу. Смотрите, сейчас пакет, который как бы наша энергетическая сущность. Если он в обычном состоянии, то вы в нашей реальности. А если его вывернуть наизнанку, то наша сущность покидает нашу действительность и становиться нелокальной. В нашей реальности, предположим, это частица, а если её вывернуть – она станет волной. Там другое время, другие законы, другая жизнь. Но пакет, или ваша сущность, всё равно остаётся цельной. Поэтому и придётся вашей Лизоньке и быть нормальным человеком здесь, и выворачиваться наизнанку, чтобы быть нормальным там. Объяснила?
 - Практически нет! – сказала Саша, не зная, расстраиваться ей больше от услышанного, или радоваться.
 - Радоваться, - ответила ей бабушка. Через восемнадцать лет уже не надо будет ничего бояться. Ничего плохого не будет!
 - А до этого времени что будет? – поинтересовался я.
 - А до этого времени всё будет сложно! Как, впрочем, все последние триста лет, - сказала и задумалась она.
 - А что же раньше нельзя было что-то предпринять, чтобы не было этих тревожных триста последних лет, с бесконечными войнами и потрясениями? – уже больше с сарказмом спросил я, глядя на задумчивую старушку.
 - Делали, но не получилось, к сожалению. Так бывает. Даже самые современные компьютерные системы дают сбой. Так случилось и тогда, когда Елизавета Тараканова спутала нам все карты.
 - Елизавета? Карты? – глаза у Саши полезли на лоб, - ты говоришь так, как я видела это во сне. Расскажи, бабуль, что это там такого случилось?
 - Рассказать, говоришь? – она обвела нас взглядом. – А твой опять не шмякнется от шока?
 - Что значит «опять» и что значит «шмякнется от шока»? – насторожился я.
 - А ты поделикатней, тогда всё будет нормально, - сказала Саша, как бы не замечая моё присутствие.
 - Ладно, время ещё есть, слушайте!
 
 Глава четвёртая

- Как там, в песне поётся: « Жениться по любви не может ни один, ни один король!» А ведь она смогла. – Бабушка задумалась, а потом как бы резко проснулась. Это была гармоничная любовь, совершенно, казалось бы разных людей. Она – будущая императрица России, а он обычный пастух. Но для этого и есть в мире такое понятие, как случай. Случайно один генерал, который возвращался из Европы, выполнив поручение приобрести вина к королевскому столу, заехал в глухую деревушку. Случайно услышал прекрасный голос юноши – пастушка, который ему понравился. Случайно потом этот же голос услышала Елизавета и влюбилась. Влюбилась так, что затем тайно обвенчалась с этим юношей. И родилась у них дочка. Которая унаследовала от родителей редкую кровь первой группы, с отрицательным резусом. Случайно потом Елизавета стала императрицей и, поскольку, брак с любимым не мог стать официальным, дочку пришлось отдать на воспитание. Как раз к тому времени и создалась предпосылка для скачка эволюции, так как поле источника предвидело вступление человеческой Земной цивилизации в период войн и других катаклизмов. Все пятьдесят девять индивидуумов были гармонизированы, и оставалось совсем немного, чтобы совершить вступление в момент обретения коллективного разума. Но, как я вам говорила ранее, вмешался случай. Поскольку дочь Императрицы Елизаветы и графа Розумовского, княжна Елизавета Тараканова, не познала в необходимой мере родительской любви, её система дала сбой. Внутренний поисковик не опознал вредоносный вирус, в лице графа Орлова. Она должна была отдаться любви, для гармонизации всей системы, и она отдалась ей, не предполагая что это вызовет системную ошибку, грозящей катастрофой всей цивилизации. Именно тогда была срочно активирована защитная программа, чтобы спасти ситуацию. Но как не пыталась гадалка предотвратить трагедию – ничего не вышло. Ослеплённая своей любовью бедная княжна, была предана и, совсем не осознавая это, разрушила предначертанный план. Гадалка только могла наблюдать за мучительной смертью сначала Елизаветы, а затем и Орлова. Так же погиб и их ребёнок, рождённый княжной в заключении. Мир вступил в период самых ожесточённых войн и катастроф, которые унесли огромное количество жертв. Скачок эволюции, который был призван этого избежать, не состоялся.
 Прошло много лет, но гадалка продолжала надеяться на естественное совпадение всех факторов, которые могли бы всё-таки помочь активизировать коллективный разум с целью преодоления застоя в развитии цивилизации. Тем более, что ситуация на Земле в последние сто лет сильно деградирует. Участившиеся природные катаклизмы, загрязнение окружающей среды, и, как следствие, уменьшение озонового слоя атмосферы, угроза третьей мировой войны с непредсказуемыми последствиями, - всё это заставило нас принимать срочные, кардинальные меры локального характера. Но всё равно, нужен был рывок эволюции. И вот, совсем недавно, стало ясно, что пятьдесят девять звеньев, необходимые для этого, активированы и находятся в подготовленном состоянии в режиме ожидания. Нужно было шестидесятое звено. Путём невероятно сложных расчётов был найден один, единственно возможный вариант. Для этого нужно было, чтобы вы влюбились!
 - Ну, вы бабуля и даёте! Такое наворотили! – не выдержал я.
 - Цыц! Потом будешь говорить, - оборвала меня бабка, - Пришлось мне брать опеку над малышкой, которую бросила мать в роддоме и растить её.
 - Ба, это ты про меня? – ошарашено посмотрела Саша.
 - Да, Сашенька, тебя! Только твои ДНК и кровь в смеси с его ДНК и кровью давали необходимый результат.
 - Что ты хочешь этим сказать?
 - А то, что старая гадалка, которая является активированной защитной системой Источника, воспитала тебя и сделала так, чтобы вы влюбились друг в друга. Поэтому я и сделала его приговорённым к счастью с тобой! Чтобы у вас родилась дочь…
 Бабушка не успела договорить. Я грохнулся в обморок.
 - Я же говорила, хилый он какой-то.
 - Бабуля, ты что? Что ты такого тут наговорила? Я же просила поделикатней.
 - Сашенька, дорогая, ну что ты расстраиваешься, через час он очухается, и ты очухаешься!
 С этими словами она подняла ладонь, и Саша мгновенно опустила голову, заснув прямо на столе.
 - Вот, молодёжь! Воспитываешь их, растишь, кормишь, поишь, а они потом начинают возмущаться. Хотела завтра, но ладно, придётся сегодня.
 С этими словами она прикоснулась своими ладонями в головам обоих, и, закрыв глаза, замерла.

Глава пятая

Мы с Сашей сидели в детской больнице и ждали своей очереди на осмотр Лизоньки. За два дня до этого у неё взяли все анализы, и теперь предстояло узнать результаты.
 - Чего ты так волнуешься? Ты же сама себя «заводишь», - попытался я успокоить Сашу.
 - Не знаю! Была бы жива бабуля, мне было бы спокойнее!
 - Сашенька, дорогая! Уже прошло сорок дней, как её с нами нет, пора уже осознать это и успокоиться. Она ушла от нас вполне счастливая и спокойная. Помнишь, как она в тот, последний вечер, когда мы вместе пили чай, рассказывала нам про царскую семью?
 - Смутно, но что-то помню.
 - Я, кстати, тоже несколько раз пытался вспомнить детали её рассказа, но не смог. Что-то там было про Петра Первого и про Николая Второго.
 - Да ладно, не важно это. Видно перед смертью хотела наговориться с нами, вот и сидела, рассказывала что-то про царей. Если не запомнилось ничего ни тебе, ни мне, значит, ничего интересного и нужного нам с тобой она не рассказала.
 - Да, но ты помнишь, в тот день когда она умирала, к ней приходила какая-то монашка?
 - Помню, а что?
 - А то, что её лицо мне показалось очень знакомым. Ты не знаешь, где я её видел раньше?
 - Нет, не знаю, где ты мог общаться с монашками. Глаза у неё помню, были такие большие, кажется зелёные. Хотя какая разница?
 - Да, собственно никакой, просто вспомнилось. И ещё вспомнил, как бабушка мне про твоих родителей рассказывала. Как погибли, и что до сих пор никто не знает, где их могилка.
 - Да, у разведчиков такая доля. А ты бы смог, вот так, как они? Бросить маленькую дочку и по приказу страны ехать на край света, чтобы выполнить секретное задание? Причём заранее зная, что тебя, скорее всего, убьют!
 - Не знаю, Сашенька, наверно не смог бы. Хоть и стыдно это признавать, но разведчик из меня бы не получился. Слишком сильно я люблю тебя и Лизоньку, чтобы пожертвовать всем этим, ради выполнения какого-то задания.
 - И я наверно бы не смогла. А они – настоящие герои.
 В это время нас вызвали к доктору. Лизонька спала на руках Саши, поэтому старались говорить тихо.
 - У вашего ребёнка с анализами всё нормально. Никаких отклонений нет, так что спокойно растите вашу Елизавету.
 Мы с Сашей, почему-то переглянулись.
 - Единственное, на что вы должны обратить внимание, - добавила медсестра с ярко-рыжими волосами, которая сидела за соседним столом в тёмных очках, - так это на то, что у вашего ребёнка первая группа крови с отрицательным резусом.
 Мы резко повернулись к ней и удивлённо уставились на неё.
 - Что вы так на меня смотрите? У вас у обоих положительный резус, поэтому вероятность отрицательного резуса у вашего ребёнка изначально была довольно высока. А почему это я говорю вам, потому что нужно обратить на это внимание, так это из-за того, что ей, в случае чего, можно переливать только такую же, первую группу с отрицательным резусом.
 Она медленно сняла очки и под ними оказались огромные красивые глаза. Ничего особенного, но если бы они были не зелёного света. Она посмотрела на нас так, как будто что-то хотела сказать. Но, потом, видимо передумав, добавила: « Это чистейшая кровь на Земле!»
 Мы вышли и, когда уже садились в такси, Лизонька проснулась и отчётливо, громко пролепетала: «Ба-ба».
 - Разведчики, говоришь? – зачем-то переспросил я у Саши.
 Лизонька улыбнулась и опять отчётливо повторила: «Ба-ба».