Афганистан

Мы с Наурузом стоили друг друга: он знал десяток языков, по чуть-чуть каждого, и бегло изъяснялся на смеси этого адского «суржика» и языка жестов. Я понимал его интуитивно и через слово. Мне не оставалось ничего другого, как довериться проводнику, фиксировать по возможности больше на плёнку, в надежде позже раскопать всю информацию о городе Балх в открытых источниках.

Я буду первым в очереди, когда разрешат самостоятельные путешествия по Афганистану, а пока исключительно в сопровождении, да ещё каком! Во всеоружии! Проводник несёт полную ответственность за туриста с момента встречи его на границе до момента сдачи обратно по акту приёма-передачи в прямом смысле этого слова. Получил одного будь любезен верни столько же и желательно в той же комплектации.

Балх один из величайших городов древности, центр исторического приамударьинского Афганистана. Уверен, что пытливый ум читателя заставит его провести самостоятельную работу, чтобы узнать о нем как можно больше. Отмечу лишь главное: регион являлся центром всех мировых конфессий. Цивилизации рождались и гасли, эпохи и династии канули в Лету, а за ними менялись и религии. Балх был колыбелью зороастризма, ведь по одной из версий Заратуштра (или Заратустра) нашёл свой покой именно в этом городе, а родился в мифическом месте на территории современного Афганистана. Находясь на маршруте Шёлкового пути, район поддавался сильному влиянию торговцев из Индии, в результате чего широкое распространение получил индуизм, а позже и буддизм. Теперь же законы шариата формируют религиозную совесть и представления о нравственных ценностях Афганцев.

И вот я стою у древней мечети с девятью куполами. Построенная на руинах буддийского монастыря в 8 веке, она является одним из старейших исламских сооружений в мире, окутанным тайной. Я трепещу от желания приступить к осмотру, но посещение затягивается. Первичная проверка документов пройдена, и после знакомства с начальником охраны (этническим пуштуном), прибывшим на мопеде, я стал счастливым обладателем вооружённого конвоя.

Пусть останется загадкой, охраняют они меня от назойливых и любопытных окружающих или следят за тем, чтобы я не фотографировал женщин, блокпосты, административные здания, вооружённых людей и всего того, что может, по их мнению, оставить негативный образ Афганистана на фотоплёнке. Работу они выполняют добросовестно и незаметно-ненавязчиво. В любом случае я чувствую себя ВИП-персоной. Это вдохновляет на работу, и я отдаюсь ей полностью.

Так много хочется рассказать об этих древних крепостных стенах, охраняющих покой великого Балха. Но сама атмосфера, в которую мне пришлось тут окунутьсяв выходной, пятничный рыночный день, в окружении вооруженной охраны, стОит всех эмоций и впечатлений мира. Страна только отходит от очередной войны, находится в постоянной антитеррористической готовности, но уже открыта миру и «штучному туристу», окружая его своеобразной заботой и защитой. Тысячелетняя история Балха безусловно интересна, но очень скоро ситуация в Афганистане нормализуется, и этот переходный этап сам станет её частью, и я так рад стать свидетелем и участником этих перемен!

С поэтическим вдохновением, Ваш Сергей Бурыкин