Атиев Сайд-Ахмад

   Истинный рыцарь, сын чеченского народа, бывший заместитель председателя Совета Министров ЧИАССР Атиев Сайд-Ахмад Атиевич (Эскиевгера Атин во1  Сайд-Ахьмад).
   Родился в 1912 году. Рано лишился отца. Мать забрала детей и вернулась в отчий дом.Жить переехала в Алхазурово. Дауд и Сайд-Ахмад учились в Серноводском интернате.
   Представитель общества хилдехарой (Итум-Калинский район).
     В 1926 г. он окончил Серноводскую школу-интернат, позже учился в Чеченском педагогическом техникуме (где вскоре директором стал Абдурахман Авторханов).

 Хильдехороевцы -  горцы, которым характерно особо сильное проявление свободолюбия, непокорности и воинственности.

  В 14 лет он уже работал главным бухгалтером строящегося Самашкинского консервного завода.
Обратимся к истории нашего народа, когда русский царь пожелал покорить Кавказ. Именно  хильдехороевцы отличались большой враждебностью к новым властям. Представители этого тейпа оставались такими же и  в годы Советской власти, которая пыталась сломать непокорных насилием, репрессиями. Народ же отвечал сопротивлением. 
  Из поколения в поколения в крови  сохранялись непоколебимость,  бесстрашие, мужество, непоколебимость, и решительность, сплоченность.  Они держались вместе, чтобы не быть разбитыми по одиночке. Практически не мигрировали, уезжая от родной земли.
Да, хилдехороевцы -ближайшие соседи грузин. Большинство жителей горного Ахметовского района Грузии - хильдехороевцы.

 Со  своенравными воинственными горцами боролась советская власть, пытаясь  физически обескровить тейп. Геноцид над ними все же состоялся.  И состоялся  бунт, "Хильдехароевское восстание".
 Получив достоверную информацию об очередной карательной операции, горцы
поняли, что  вскоре последует  физическое уничтожение хильдехороевцев. Пришлось немедленно готовиться готовиться к усиленному сопротивлению. Всеми возможными путями и средствами стали закупать оружие и боеприпасы. С царских времен во многих семьях сохранились кинжалы, а от Гражданской войны остались в тайниках  винтовки.
  1941 год.  Атиев С.-А. работает заместителем председателя Верховного суда Чечено-Ингушетии после окончания Академии права.
В гостинице, расположенной в бывшем домовладении Абубакара Керимова)  он познакомился с сыном Умар-Али Зелимхановым, сыном абрека Зелимхана. И они подружились, проведя какое-то время в одном гостиничном номере.
Рассказал сын легендарного мстителя о намерениях НКВД. Как не прискорбно, но руководить этой расправой вызвался сотрудник НКВД Веденского района Берсанов Магомед, представитель общества  хильдехороевцев.     Атиев С.А. - человек не робкого десятка. Пришлось пригласить Б.М. в номер гостиницы и при свидетеле , Умаре-Али Зелимханове,  спросить о планах проведения операции.
- Да, операция состоится. И я, назначен ее руководителем, - подтвердил ничего не подозревающий работник НКВД.
  Сайд-Ахмад стал говорить о беде, не признаваясь в том, что знает о подготовке горцев к сопротивлению. Он рассчитывал, что сумеет
отговорить хильдехороевца  Магомеда Берсанова от карательной  операции по отношению к представителям своей родовой общины. Но безрезультатно. 
 В итоге, этот предатель своего народа  возглавил поход частей НКВД в горы.
 В холодную январскую 31-ую ночь 1941 года Сайд-Ахмада Атиева срочно внезапно вызвали в обком партии. Первый секретарь Чечено-Ингушского обкома  Иванов рассказал о чрезвычайной ситуации в Итум-Калинском районе. Атиеву предстояло немедленно выехать к наркому внутренних дел Рязанову.
- Он уже там, - сказал Иванов, не уточняя конкретное место событий.
 В сопровождении работников НКВД пришлось выезжать в горную местность  К утру добрались до Итум-Кале. Второй секретарь обкома Хасанов,  заместитель председателя Совнаркома Гайрбеков и заместитель прокурора республики Бушуев встретили Сайд-Ахмада Атиева.
 Там им предоставили лошадей и отправили дальше. К вечеру  добралась до расположения частей НКВД.
- В  ночь с 30 на 31 января  на территории Хильдехороя поднято восстание. Руководят мятежниками: Зубайр, Шамсад, Кадыр Ескиевы и сыновья Зубайра  Бацалг и Увайс, - сообщил Рязанов присутствии начальника Шатойского райотдела НКВД Исаева Балауди. - Опергруппа   опергруппа во главе с Б.М., направленная  для захвата банды Идриса Магомадова, захвачена восставшими и обезоружена. Начальник Итум-Калинского НКВД Уртаев и активист Ломхаев  убиты. Предлагаю Вам, Атиев,переговорить со своими родственниками, чтобы восставшие добровольно сдались. При этом условии им гарантируется жизнь и неприкосновенность. В случае невыполнения этого задания, Вас ожидает «известная мера ответственности».
  Намек на расстрел вызвал у Атиева ярость.  Этот его выпад вызвал ярость.
- Я с детства оторванный от родни, воспитывался в детдоме. Вряд ли они послушаются меня. Но я готов принять известную меру ответственности. Свой приказной тон с угрозами  Рязанов сменил на уговоры  попытаться склонить повстанцев к мирному исходу.
 Второго февраля  Саид-Ахмад Атиев  в сопровождении проводников,  хильдехороевца Кадимагомаева Абдул-Кадыра и чантинца Махашева Исмаила, отправился длинной тяжелой дорогой  в  хутор Кенты, где находились его — родственники. Шли, минуя посты НКВД.
Добрались только к вечеру. На месте оказался   лишь Зубайр с переломанной  ключице.
- Конфликт начался по прибытии в Хильдехорой Берсанова и Уртаева с опергруппой с целью арестовать меня и  братьев. Милиционеров, направленных в  за мной  обезоружили. Эти двое оставлены как заложники, - сообщил Зубайр Ескиев.
Не внушавших доверие проводников отправили обратно, оставив Атиева, который провел переговоры с влиятельными лицами  и родственниками. Он передал  предложение Рязанова, поделился своими мыслями. Дяди согласились с доводами и советом племянника лично явиться к Рязанову.
  Вооруженные Шамсад, Кадыр, Бацам и Увайс  направились в  расположение войск НКВД. Солдаты на постах радовались такому исходу дела, встречая встречали мирную делегацию возгласами:"Ура!"
Рязанов встретил Ескиевых   благосклонно, проявив  все знаки внимания. - В происшедшем повинен Берсанов Магомед. И за это  арестован и будет судим.   
       Ескиевых отпустили с миром, а  войска НКВД вернулись в места своей постоянной дислокации.
       Атиева привлекли к регистрации восставших и сбору оружия в   Хильдехорое. Рязанов выделил в помощь  В помощь из пятнадцати человек во главе с оперработником НКВД Дзитневым Батырбеком.
 Через месяц, выполнив задание, Сайд-Ахмад  с группой вернулся в с. Итум-Кале и  доложил о результатах.
Заместитель наркома внутренних дел Ефимов поблагодарил  и сообщил, что за  родственниками Атиева осталось оружие.
- У Ескиева Увайса — маузер, отобранный у Берсанова,  у Ескиева Шамсада — пятизарядная пехотная винтовка. Это оружие следует сдать.Посодействуйте.
 Атиев догадался, что  что в среде хильдехороевцев остались агенты HKBД. 
  Упорное стремление властей  изъять оружие у повстанцев тоже настораживало. Но он дал обещание Ефимову
Маузер сдали. Рязанов поблагодарил Атиева  и снова заговорил о «злополучной» винтовке Шамсада. Ее тоже сдали.
В июле  1941 года НКВД крупными силами провел в Хильдехорое операцию по ликвидации участников прошедших событий. Почти все зарегистрированные участники восстания были уничтожены, небольшая часть оказалась в лагерях.
В ноябре  1941 года Атиева  уволили с должности заместителя председателя Верховного суда республики из-за родственных связей с руководителями восстания.
Вместе со всем чеченским народом Сайд-Ахмад Атиев отправился в тринадцатилетнюю депортацию.
  Уже на третий день после прибытия в Семипаалатинск Сайд-Ахмад устроился на работу в качестве главного бухгалтера райзаготконторы, а через пару лет он уже работал главный бухгалтером одного из крупнейших мясокмбинатов.
 По возвращении на родину работал заместитель председателя Кабинета Министов ЧИАССР.
Уйдя на пенсию, работал начальником КРУ (контроль-ревизионного управления Министерства юстиции).
 
Ушел из жизни С.-А. Атиев в 1995 году.




     Ескиевгера Атин во1 Сайд-Ахьмад
 Вина 1912-чу шарахь. Жима волуш дех висра. Нана, бераш а эцна, шен ден х1усаме йирзира. Цул т1аьхьа 1ан Алхазурове хьалабахара. Дауд а, Сайд-Ахьмад а Самашкен (Серноводски) интернатехь дийшира.
      Хилдехьаройн йукъараллин (Итум-Кхаьллан к1ошт) векал ву.
1926-чу шарахь цо чекхйаьккхира Серноводски йуккъера школа-интернат, цул т1аьхьа Нохчийн хьехархойн техникумехь дийшира (цигахь дукха ца 1аш директор хилира Авторханов 1абдурахьман).
      Хилдехьарой — маршо йезарца, кхечуьнга ца йалийтарца, т;еман майраллица кхоьллинчу амалехь болу ломарчу нахан йукъаралла йу.
14 шо долуш цо Самашкен консервнийн заdynamic_mapвод еш йолчу меттигехь коьрта бухгалтер волуш болх баара.
      Вайн халкъан исторе йухагofficialор вай, оьрсийн паччахьо Кавказ бакъонца шен куьйга к1ел йало лаам гайтинчу хенахь. Нур хилдехьарой бара оцу керлачу 1едална массарел а ч1ог1а реза боцуш, мостаг1алла лелош хилларш. Оцу тайпанан нах Советски 1едалан шерашкахь а шайн амал йохош ца хиллера, Ткъа 1едало уьш ницкъаллиций, репрессешций кегга г1ерташ хиллера. Халкъо оцу дерригене а дуьхьало йарца жоп лора.
    Т1аьхьено т1аьхьене ц1ийца д1акхоьхьура шайн майралла, кхера ца хаар, доьналла, т1ех сов цхьабарт хилар а. Шаьш цхьацца кхоьссина ца эшийтийтархьама, уьш даима цхьаьна латташ хилла. Шайн дай баьхначу латтара кхин д1а-схьа кхелхина баха х1уьттаре ца йора цара.
     Х1аъ, хилдехьарой гуьржийн уггаре а гергара лулахой бу. Гуьржийчоьнан ломарчу Ахметан к1оштан бахархойн доккхаха долу дакъа хилдехьарой бу.
Оцу шен амал йолучу, т1еман майрачу ломарчу нахаца латта дезаш хилира советски 1едал, тайпанан ницкъ физически кхачо г1ерташ. Цара латта йина геноцид хилла д1айаьлларг йу. Цундела г1аттам а хилира — «Хилдехьаройн г1аттам».
Кхин цхьа карательни операци йан лерина хиларх лаьцна бакъ долу хаам кхаьчча, ломарчу нахана хиира кестта хилдехьарой массо а х1аллакбан лерина хилар. Сихха ч2ог1а дуьхьало йан кечам бан бийзира. Йелчу массо а таронашца герз, патронаш эца х1оьттира уьш. Паччахьан заманахь дуьйна дукхах йолчу доьзалшкахь шаьлтанаш йисна хиллера, Граждански т1аьмнийн шерашкара дисна маьлххан герзаш (винтовкаш) д1адоьхкинчу меттигашкахь латташ хиллера.
1941-г1а шо. Атиев С.-А. Нохч-Г1алг1айн Республикин Лакхарчу Суьдан Председателан когаметтавег волуш болх беш ву, Юридически академи чекхйаьккхинчул т;аьхьа.
Хьалха Абубакар Керимовн долахь хиллачу х1усамехь йолчу гостиницехь, иза вевзира Селимхан абрекан к1антаца Умар-1алица. Уьш вовшашна вежарий санна гергабахара, цхьацца хан цхьана гостиничной чоьна чохь йаккхар бахьана долуш.
Доьналла долчу партизанан к1анта дийцира НКВД-н лаамех лаьцна. Ма дохко дара иза, амма оцу х1аллакбаран г1уллакхана куьйгалла дан шен лаам гайтинера Веданан к1оштан НКВД-н белхалочо Берсанов Мохьмада, иза ша а хилдехьаройн йукъараллера волушшехь. Атиев С.-А. кхерамех йухавеш волу стаг ца хилла. Цо гостинице шен чоьна чу кхайкхира Б.М., теш волуш — Умар-1али Селимханов а волуш, оцу операцин планаш йийца йуьхьарлецира.
— Х;аъ, операци хила йезаш йу. Цуьнан куьйгалхо а со х1оттийна, — аьлла, т1еч1аг1дира х;умма а шек ца хиллачу НКВД-н белхалочо.
Сайд-Ахьмада т;****лал болчу безах лаьцна дийца х1оьттира, ломарчу наха дуьхьало йан кечам беш хилар ша хаар д1а ца хоуьйтуш. Цо дагахь латтадора шен гергара волу хилдехьарой Мохьмад Берсанов шайн тайпана нахана дуьхьал карательни операци йарх йухаваккха кхуьур ву аьлла. Амма цунах г1уллакх ца хилира.
Т1аьххьаре а, шен халкъан х1ара хьарамхо куьйгалхо х1оьттина НКВД-н дакъош лома схьабахара.
1941-чу шеран 31-чу январан шийлачу буьйсана Сайд-Ахьмад Атиев сихха обкоме кхайкхира. Нохч-Г1алг1айн обкоман хьалхарчу секретара Иванова дийцира Итум-Кхаьллан к1оштахь х1оьттинчу кхерамечу хьолах лаьцна. Атиевна сихха чоьхьарчу 1уллакхийн наркоман Рязанов волчу ваха т1едиллира.
— Иза йа кхузахь ву, — аьлла, цо билггал йолу меттиг ца йийцира.
НКВД-н белхалойн г1оьнца ломарчу меттиге ваха дийзира. Сарахь Итум-Кхаьлла кхечира уьш. Обкоман шолг1а секретарь Хасанов, Совнаркоман председателан когаметтавег Гайрбеков, республикин прокуроран когаметтавег Бушуев цхьаьна вовшахкхийтира Сайд-Ахьмад Атиевца.
Цигахь царна говраш а йелла, кхин д1а д1ахьажийра. Суьйранна уьш кхечира НКVD-н эскарш латташ долчу меттиге.
— Январан 30-чу буьйсана дуьйна Хилдехьаройн латтан т;ехь г1аттам болабелла. 1аттамхошна куьйгалла деш бу: Зубайр, Шамсад, Къадир Ескиевг1ар, Зубайран к;ентий Бацалг, Увайс а, — хаам бира Рязановс, Шатойн НКВД-н к1оштан отделан хьаькам Исаев Балауди а волуш. — Идрис Магомадовн банда схьалаца хьажийна йолу Б.М. куьйгалла деш йолу опергруппа г1аттамхоша схьа а йаьккхина, герзах йаьккхина. Итум-Кхаьллан НКВД-н хьаькам Уртаев, активист Ломхаев а вийна. Сайд-Ахьмад, хьоьга дехар до ас хьайн гергарчу нахаца къамел де, г1аттамхой шайн лаамца герз охьадиллина схьайахийта. Нагахь цара иза дахь, церан дахарна, маьршоне доьхна хир дац аьлла гаранти ло ас. ХІара т1едиллина 1уллакх ахь кхочуш ца дахь, хьоьга хьоьжуш йу «хийла йевзаш йолу жоьпаллин мера» (топ тохар).
Топ тохаран ламано Атиев ч1ог1а оьг1азвахийра. Цуьнан оцу ламано царна а йахара оьг1азло.
— Со бераллехь дуьйна гергарчу нахах къаьстина, детдомехь кхиъна стаг ву. Цара соьга ладуг1ур хиларна шеко йу. Амма со кийча ву оцу йевзаш йолчу жоьпаллин мере хьажа, — элира цо.
Рязановс шен кхераме омар къамеле хийцира, г1аттамхой машаре йухабахийта хьовса аьлла дехар деш.
Февралан шолг1ачу дийнахь Сайд-Ахьмад Атиев, новкъахошца — хилдехьарой Кадимагомаев 1абдул-Къадир, чантинец Махашев Исмаил а волуш, даха хала долчу новкъа хутор Кенты шен гергарчу нах болчу хьаьжира. Уьш НКВД-н посташна го туьйсуш боьлхура.
Сарахь бен кхача ца кхиира уьш. Цигахь карийра нур Зубайр, шен белшан даь;ахк йаьлла волуш.
— Конфликт йолаелира Берсанов, Уртаев опергруппаца со а, сан вежарий а схьалаца Хилдехьарой баьхкинчу хенахь. Сан т1аьхьа хьажийна волу милиционераш герзах баьхна. И шиъ заложникаш санна витина оха, — элира Зубайр Эскиевс.
Бакъонца тешам боцу новкъахой йухабахийтира, Атиев ша витира цигахь. Цо гергарчу нахаца, баккхийчу нахаца къамел дира. Рязановн лаам д1акхачийра, шен ойланаш дийцира. Дехар т2еийцира вежарша, шаьш Рязанов волчу д1аваха реза хилар гайтира.
Герзаш долу Шамсад, Къадир, Бацам, Увайс НКVD-н эскарш долчу хьаьжира. Посташкахь латташ болу салтий оцу машаре йухабарех ч1ог1а самукъаделира, уьш «Ура!» маьхьаршца дуьхьал х1оьттира.
Рязановс Ескиевг1ар дика теийцира, шен ларам гайтира.
— Хиллачу г1уллакхана бехке Берсанов Мохьмад ву. Иза бахьана долуш иза арестовать вина, суд хир йу цуьнан, — элира цо.
Эскиевг1ар машареца ц1а бахийтира, НКВД-н эскарш шайн даима латташ долчу меттигашка йухадирзира.
Атиев г1аттамхой б1рса йарна, Хилдехьаройн герз гулдарна т;ех1оьттира. Рязановс г1оьнна НКVD-н оперработник Дзитнев Батырбек куьйгалла деш волу 15 стаг витира цуьнца.
Цхьа бутт баьлча, г1уллакх кхочушдина, Сайд-Ахьмад шен тобаца Итум-Кхаьлла йухавирзира, хиллачу кхиамех лаьцна хаам бира.
Чоьхьарчу г1уллакхийн наркоман когаметтавег Ефимовс баркалла элира, амма хаам бира Атиевн гергарчу нахагахь герз дисна хиларх лаьцна.
— Эскиев Увайсгахь — Берсановгара схьайаьккхина маузер йу, Эскиев Шамсадгахь — пехотин винтовка йу. И герз схьадала деза. Г1о делахь оцу г1уллакхана.
Атиевна хиира хилдехьаройн йукъахь НКВД-н шпион-агенташ бисна хилар. Герз схьадаккха 1едало ч1ог1а лаам гайтар а кхераме дара. Амма цо Ефимовна дош делла хиллера.
     Маузер схьайелира. Рязановс баркалла элира Атиевна, йуха а Шамсадан оцу винтовках лаьцна къамел хьала 1аттийра. Иза а схьайелира.
1941-чу шеран июлехь НКВД-с доккхачу эскарца Хилдехьаройн латтан т1ехь оцу хиллачу г1аттаман декъашхой х1аллакбаран операци д1айаьхьира. Массо а списокехь хилла болу г1аттамхой х1аллакбира, к1еззиг долу дакъа лагершка д1ахьажийра.
1941-чу шеран ноябрехь Атиев республикин Лакхарчу Суьдан Председателан когаметтавег волчу меттигера д1аваьккхира, г1аттамхойн куьйгалхошца гергарло латтор бахьана долуш.
Дерриге нохчийн халкъаца цхьаьна Сайд-Ахьмад Атиев 13 шеран Сибире депортаци новкъа вахара.
     Семипалатинске кхаьчна кхоалг1ачу дийнахь Сайд-Ахьмада райзаготконторехь коьрта бухгалтер волуш болх карийра, цул т1аьхьа масех шо даьлча иза уггаре а даккхийчу меттигерачу цхьана мясокомбинатан коьрта бухгалтер волуш болх беш хиллера.
     Даймехка йухавирзинчул т1аьхьа Нохч-Г1алг1айн АССР-н Министрийн Кабинетан Председателан когаметтавег волуш болх баара цо.
Пенсе ваханчул т1аьхьа Юстицин министерствон КРУ-н (контрольно-ревизионни управление) хьаькам волуш болх беш хиллера.
      Дуьненахь х1ара дитна С.-А. Атиев кхелхина 1995-чу шарахь. 


 
                Atiyev Said-Ahmad
By Zura Itsmiolord
A true knight, a son of the Chechen people, and former Deputy Chairman of the Council of Ministers of the ChIASSR, Atiyev Said-Ahmad Atiyevich (Eskievgera Atin vo1 Said-Ahmad).
He was born in 1912. He lost his father at an early age. His mother took the children and returned to her paternal home, later moving to Alkhazurovo. Daud and Said-Ahmad studied at the Sernovodsk boarding school.
He was a representative of the Khildekharoy community (Itum-Kali District).
In 1926, he graduated from the Sernovodsk boarding school and later studied at the Chechen Pedagogical Technical School (where Abdurakhman Avtorkhanov soon became the director).
The Khildekharoyevtsy are highlanders characterized by a particularly strong manifestation of love for freedom, insubordination, and a martial spirit.
At just 14 years old, he was already working as the chief accountant of the Samashki cannery, which was under construction at the time.
Let us look back at the history of our people, to the time when the Russian Tsar wished to conquer the Caucasus. It was the Khildekharoyevtsy who stood out for their deep hostility toward the new authorities. Representatives of this teip remained just as unyielding during the years of Soviet rule, which attempted to break the rebellious through violence and repression. The people responded with resistance.
From generation to generation, steadfastness, fearlessness, courage, and determination ran in their blood, along with a deep sense of unity. They stood together to avoid being defeated one by one. They rarely migrated away from their ancestral lands.
Indeed, the Khildekharoyevtsy are the closest neighbors of the Georgians. The majority of the inhabitants of the mountainous Akhmeta District of Georgia belong to the Khildekharoy teip.
The Soviet authorities fought against these willful, martial highlanders, attempting to physically drain the teip of its strength. Genocide against them did take place, leading to an uprising known as the "Khildekharoy Rebellion."
Having received reliable information about an upcoming punitive operation, the highlanders realized that the physical destruction of the Khildekharoyevtsy would soon follow. They had to immediately prepare for intense resistance. They began purchasing weapons and ammunition by all possible means. Daggers had been preserved in many families since Tsarist times, and rifles remained hidden in secret caches since the Civil War.
The year is 1941. Atiyev S.-A. is working as the Deputy Chairman of the Supreme Court of Checheno-Ingushetia after graduating from the Academy of Law.
In a hotel located in the former property of Abubakar Kerimov, he met Umar-Ali Zelimkhanov, the son of the famous abrek Zelimkhan. They became friends and shared a hotel room for some time.
The son of the legendary avenger revealed the intentions of the NKVD. Sadly, an NKVD officer from the Vedeno District named Bersanov Magomed—a representative of the Khildekharoy community itself—had volunteered to lead this massacre. Atiyev S.-A. was not a timid man. He invited B.M. to his hotel room and, in the presence of a witness, Umar-Ali Zelimkhanov, asked him about the operational plans.
"Yes, the operation will take place. And I have been appointed as its leader," the unsuspecting NKVD officer confirmed.
Said-Ahmad began speaking of the impending tragedy without revealing that he knew about the highlanders' preparations for resistance. He hoped he could talk his fellow Khildekharoy Magomed Bersanov out of conducting a punitive operation against his own clan community. But it was in vain.
In the end, this traitor to his people led the march of NKVD units into the mountains.
On the freezing January night of January 31, 1941, Said-Ahmad Atiyev was suddenly and urgently summoned to the Regional Party Committee. Ivanov, the First Secretary of the Chechen-Ingush Regional Committee, spoke of an emergency in the Itum-Kali District. Atiyev was ordered to immediately report to the People's Commissar of Internal Ryazanov.
"He is already there," Ivanov said, without specifying the exact location of the events.
Accompanied by NKVD personnel, he had to travel into the mountainous terrain. By morning, they reached Itum-Kali. Khasanov, the Second Secretary of the Regional Committee, Gairbekov, the Deputy Chairman of the Council of People's Commissars, and Bushuev, the Deputy Prosecutor of the Republic, met Said-Ahmad Atiyev there.
They were provided with horses and sent further into the mountains. By evening, they reached the encampment of the NKVD units.
"On the night of January 30–31, an uprising broke out in the territory of Khildekharoy. The rebels are led by Zubayr, Shamsad, and Kadyr Eskiev, along with Zubayr’s sons, Batsalg and Uvays," Ryazanov reported in the presence of Isayev Balaudi, the head of the Shatoy regional department of the NKVD. "The operational group led by B.M., which was dispatched to capture Idris Magomadov’s band, has been captured and disarmed by the rebels. Urtaev, the head of the Itum-Kali NKVD, and an activist named Lomkhaev have been killed. I suggest that you, Atiyev, speak with your relatives to make the rebels surrender voluntarily. Under this condition, their lives and safety are guaranteed. If you fail this assignment, the 'well-known measure of liability' awaits you."
The thinly veiled threat of execution filled Atiyev with fury. His sudden outburst provoked an aggressive response.
"I have been severed from my relatives since childhood and was raised in an orphanage. It is unlikely they will listen to me. But I am ready to accept your well-known measure of liability," Atiyev replied.
Ryazanov changed his commanding, threatening tone to persuasion, asking Atiyev to try and sway the rebels toward a peaceful outcome.
On February 2, Said-Ahmad Atiyev, accompanied by guides—Abdul-Kadyr Kadimagomaev, a Khildekharoy, and Ismail Makhashev, a Chantin—embarked on a long, arduous journey to the settlement of Kenty, where his relatives were located. They moved past NKVD outposts.
They arrived only by evening. Only Zubayr, who had a broken collarbone, was present at the location.
"The conflict began upon the arrival of Bersanov and Urtaev with their operational group in Khildekharoy, aiming to arrest me and my brothers. The policemen sent to capture me were disarmed. Those two are now being held as hostages," Zubayr Eskiev reported.
The guides, who did not inspire trust, were sent back, leaving Atiyev behind to hold talks with influential elders and relatives. He conveyed Ryazanov's proposal and shared his own thoughts. The uncles agreed with their nephew's reasoning and advice to personally appear before Ryazanov.
An armed group consisting of Shamsad, Kadyr, Batsam, and Uvays headed to the NKVD military camp. The soldiers at the outposts were relieved by this outcome, welcoming the peaceful delegation with shouts of "Hooray!"
Ryazanov received the Eskievs favorably, showing them signs of respect and attention.
"Magomed Bersanov is to blame for what happened. He has been arrested for this and will stand trial," Ryazanov stated.
The Eskievs were allowed to leave in peace, and the NKVD troops returned to their permanent stations.
Atiyev was then brought in to help register the former rebels and collect weapons in Khildekharoy. Ryazanov assigned a fifteen-man detachment led by NKVD operational officer Batyrbek Dzitnev to assist him.
A month later, having completed the mission, Said-Ahmad and the group returned to the village of Itum-Kali and reported the results.
Efimov, the Deputy People's Commissar of Internal Affairs, thanked him but noted that some weapons still remained with Atiyev's relatives.
"Uvays Eskiev has a Mauser pistol taken from Bersanov, and Shamsad Eskiev has a five-shot infantry rifle. These weapons must be surrendered. Please assist us."
Atiyev realized that NKVD informants still remained among the Khildekharoyevtsy. The authorities' persistent desire to confiscate weapons from the former rebels was also alarming. Nevertheless, he gave his word to Efimov.
The Mauser was handed over. Ryazanov thanked Atiyev and brought up Shamsad's "ill-fated" rifle once more. It was surrendered as well.
In July 1941, the NKVD deployed large forces to carry out an operation in Khildekharoy to liquidate the participants of the past events. Almost all registered participants of the uprising were executed, while a small number ended up in labor camps.
In November 1941, Atiyev was dismissed from his position as Deputy Chairman of the Supreme Court of the Republic due to his family ties with the leaders of the rebellion.
Along with the entire Chechen nation, Said-Ahmad Atiyev went into a thirteen-year exile.
On just his third day after arriving in Semipalatinsk, Said-Ahmad secured a job as the chief accountant of a regional procurement office. A couple of years later, he was already working as the chief accountant of one of the largest meat-processing plants.
Upon returning to his homeland, he served as the Deputy Chairman of the Cabinet of Ministers of the ChIASSR.
After retiring, he worked as the head of the Control and Audit Department (KRU) of the Ministry of Justice.
S.-A. Atiyev passed away in 1995.