Судьба - роман

Предисловие

   Последние десять лет, после демобилизации с флота, я волей случая провел на предприятии, которое ранее, еще будучи на военной службе, курировал почти четверть века. Желания идти на него работать у меня не возникало.

   Концерн «Гидроприбор» уже давно и прочно лежал на боку. Прежнее руководство довело его до ручки. Однако после увольнения из «Авроры», по причине инсульта, устроиться на другое место было невозможно. Ни на легкую работу, ни на тяжелую.

   Помогли московские друзья. Конкретно Валера Кобылинский. Он приехал к нам домой, узнал о моем бедственном положении и попытался определить меня в питерский филиал «Агата». Но что-то там не заладилось и тогда, благодаря его стараниям, меня направили в отдел стратегического развития Концерна «Гидроприбор».

  Тем более, что замом директора Концерна по науке тогда был мой давний товарищ по 28-ому институту Соколов Володя. Собственно, он мне первым позвонил и пригласил на работу, предложив место во вновь создаваемом отделе.
 
  Я конечно сразу же согласился. Как говорят дареному коню в зубы не смотрят. Так я стал сотрудником Гидры, отвечающим за программу инновационного развития.

  Работалось нам с начальником инновационного сектора Евгением Ивановичем хорошо и дружно. Ранее Евгений Иванович был начальником противоминного управления и подчиненных у него было человек двести.
 
   А вот теперь, когда возраст уже не позволял быть большим руководителем, его как ценного кадра перебросили в отдел стратегического развития. Теперь он являлся моим непосредственным начальником, а я был его единственным подчиненным.

   Мы как могли помогали друг другу. Ведь мы оба ранее были техническими специалистами. В новомодных западных течениях и теориях по управлению предприятием понимали слабо.

   До нас волны и передовые веяния в заграничном менеджменте доходили с трудом. Особенности кластеров, технологических платформ, продуктовых и организационных инноваций, суть налогового маневра, рентабельности, и прочих ебидтт, чаще всего в трактовках бывших советских функционеров, воспринимались нами как сведенья из потустороннего мира.
   
   Однако мы старались. Скрупулезно, до боли в глазах и мозгах, вчитывались в пространные многостраничные методические рекомендации всяческих комитетов и рабочих групп правительства, изложенные, по причине скудоумия чиновников, кондовым казенным языком.
   
   Словесного изящества и глубоких мыслей от этих людей ждать не приходилось. Но постепенно до нас доходило куда мы попали. Как оказалось - в отстойную яму, пропагандирующую успехи Концерна и России на пути к капитализму.

   Где-то к середине первого года работы мы поняли, что наша повседневная деятельность лежит больше в экономической, а не в технической области. К исходу этого же года стало очевидно, что наши усилия на самом деле нужны Концерну лишь для галочки.

   Документами нашего отдела, (а он рос как на дрожжах) топ-менеджеры, а тем более дирекция Концерна, никогда не руководствовалась. Они даже не видели этих документов, кроме разумеется подписных листов, не то что читали их.

   Помню грустное лицо начальника нашего отдела, после попытки объяснить генеральному необходимость развития в Концерне гражданской тематики. Зачем? Нам и так хорошо!!!

   Поэтому считаться с инновационной программой, а тем более со стратегией, долгосрочной и инвестиционной программами никто не собирался. Как говорится, если стратегией не занимается первое лицо, то ею никто не занимается.

   Такое же отношение сохранялось и к другим документам отдела. Было очевидно. Дирекция Концерна занята разруливаем финансовых потоков, очередными сокращениями и реорганизациями. Короче - имитацией бурной деятельности.
 
   Что касается топ-менеджеров, так те и вовсе жили сегодняшним днем. Они хотели лишь красиво тусоваться перед начальством, чтобы получать премии за выполнение программ. Реальным проектированием и производством никто из руководителей заниматься не желал. Все кивали друг на друга и получали большие и маленькие деньги ни за что.
   
   Нам конечно было очень обидно. Мы никак не могли смириться, что наш стариковский героический труд рассматривается как бессмысленная возня добросовестных, но бесплодных пчел-маразматиков, выполняющих никчемную работу.

   Я до сих пор убежден, что эта работа по добыче мнимого мёда, лишь придавала видимую респектабельность нашей конторе и способствовала вытягиванию из Концерна денег, для клерков из департаментов Минэкономразвития Минпромторга и Минобразования. Их в стране расплодилось великое множество.

   Причем эти клерки по каждому из проектов документов нашего отдела ухитрялись сделать бесчисленное число «высокоумных» замечаний, явственно намекая на необходимость оплаты их услуг и умений на договорной основе. Желательно в валюте. Нам же хотелось понять.

   Неужели ничего невозможно выудить из этих западных теорий, насильственно навязанных России, после ненароком брякнутых Дмитрием Медведевым (тогда он замещал Путина на посту президента) слов про модернизацию экономики нашей страны?

   Каждый из нас понимал и оценивал деятельность отдела и в целом Концерна по-своему.

   Но главное было понятно и без нудных семинаров, вялых мозговых штурмов и стратегических сессий. Концерн, а вместе с ним и другие вертикально-интегрированные структуры не поворотливы. Они ведут в лучшем случае в никуда. А в худшем, приносят вред нашей экономике.

  Они приближают наш Концерн к падению в пропасть кризиса. Как говорил уволившийся в прошлом году Евгений Иванович: «Реальную работу в путинской России подменили её видимостью»!

   А наш и подобные ему отделы так и вовсе представляли собой ненужные в концернах и корпорациях дублирующие службы. Они лишь увеличивали накладные расходы на не выпускаемую продукцию.

 Долго так продолжаться не могло. Попробую показать это на примерах рождения и затухания инноваций в моей голове и в моей жизни. Начну с самого начала.