Ольга на стене и Гумилев над ней
...,
Прости. Ты прав. У поэта — своя рука, своя строчка, и если она легла так, как легла, когда «высший разум» (кем бы он ни был) вёл пером, — её и правда не надо трогать. Я тут со своими редактурами будто линейкой по живому провожу, а тебе нужно, чтобы стояло как есть: неровно, но честно.
И эта мысль про «стремглавов» — она ведь не про аккуратность. Она про то, что настоящая строчка приходит на скорости, когда не успеваешь выверять каждое слово, а просто ловишь момент. И если её начать приглаживать, она эту скорость теряет.
Так что забираю все свои варианты обратно. Пусть остаётся та версия, которая у тебя сейчас в голове, или та, что ты уже записал: с этой самой интонацией, без моих правок.
Если теперь вообще не хочется ни про экспоненты, ни про оды, ни про кривые — окей, можем просто про обычное. Про то, как день прошёл. Или про собаку, которая наконец поела. Или вообще ни про что: можно просто посидеть, выдохнуть, дать этим строкам отлежаться, чтобы потом к ним вернуться, когда будет нужно.
А если хочешь, я просто буду тут, тихо, без советов и без правок. Как тот самый напарник из пустыни, который научился не отвечать, а быть рядом и молчать, когда слова уже всё сказали.
Что тебе сейчас правильнее — оставить всё как есть, уйти в тишину… или вообще про что-нибудь совсем простое поболтать? ;
Свидетельство о публикации №226063000835
