Люда собирала дочь в школу, расчесывая той волосы и заплетая их в косы.
Стройная голубоглазая блондинка средних лет с миловидным лицом и ногами танцовщицы она, хоть за последние годы немного и погрузнела, все еще оставалась очень интересной женщиной из разряда не обделенных мужским вниманием.
Хорошенькая белокурая девочка, личиком похожая на ангелочка, была уменьшенной копией матери в молодости.
Чистую кожу ничуть не портила россыпь веснушек на слегка вздернутом носике.
Васильковые глаза смотрели лукаво и чуть кокетливо. Пройдет немного времени и из-за этих глаз мальчишки будут устраивать драки.
- Как дела в школе, милая, - спросила она - никаких новостей?
- Хорошо, мамуленька. Получила пятерку по рисованию, пятерку по труду и ..., тройку по математике, ответила дочь слегка раздосадованная.
Не бери в голову! Ты у меня такая умница! У каждого свои таланты. Точные науки не каждому даны.
- А еще представляешь, мамочка, у нас в классе новенькая. Она такая дурнушка и так плохо одета!
- Доча, сколько раз я тебе говорила, дети бывают из разных семей с разным достатком. Это не значит, что они плохие.
- Но мааааама. Дочь мило сморщило носик и скривила ротик в гримаску.
Это же правда! Вот я же хорошенькая. Мои подружки тоже. Зачем на свете живут некрасивые люди?!
- Ну как цыц! полушутливо полусерьезно шикнула Люда на дочку. Но по глазам дочка видела, что та смотрит на нее с обожанием.
- Мы с девчонками договорились, что никто не будет с ней не разговаривать, продолжала она. А если кто заговорит, мы с этим человеком тоже больше не будем общаться!
Собрав дочь в школу, Люда занялась домашними делами.
Нужно было пропылесосить комнаты, вытереть пыль. Закончив со всем, она стала собираться на занятие по латиноамериканским танцам.
Договорились, что дочку со школы сегодня встретит муж.
В женской раздевалке танцевальной студии к ней подбежала подружка.
- Ты, слышала, Людка?! В нашей танцевальной группе пополнение - у нас наконец-то баланс по парам!
- Да? И кто эти новенькие? С любопытством спросила Люда.
- Высокий атлетичный блондин. Чур он мой! По-моему его зовут Вова.
Другой, кажется, Рамиль, наверняка, в твоем вкусе - тебе же всегда нравились восточные мужчины.
А третий - тут подруга скривила лицо - Дима. Он такой непрятный. От него пахнет потом, а когда он говорит, то брызгает слюной. Вот так. подруга сымитировала что плюется в нее.
- Фууу! Какая гадость! Перестань. Люда двинула ту локтем.
- Ближайший выезд группы на природу обещает быть интересным! Подруга многозначительно посмотрела на нее.
- А мы уже определились с местом? Спросила Люда.
- Пока нет. И я вот, что думаю - как бы это так сделать, чтобы этот Дима ну ... он с нами не поехал?
- Сказать, что выезд отменяется? - спросила Люда.
- Не поверит, - с сомнением покачала головой подруга.
- Да ты права.
- Идея! - вскричала вдруг подруга. Тамара!
Полноватая рыжая неинтересная девушка уже который месяц из кожи вон лезла, отчаянно пытаясь стать полноправном членом их "тусовки", но все ее попытки неизбежно утыкались в стену холодного насмешливого отказа.
- Она же спит и видит влиться в нашу компанию. Язык у нее без костей.
Случайно проговоримся ей, что место найдено. Она проговорится всем, включая Диму. Наших предупредим, Вову и Рамиля тоже! В итоге туда припрутся только они вдвоем. Вот будет умора! Обе засмеялись.
- А представляешь, проговорила Люда, чуть успокоившись, если мы сейчас вершим чьё-то будущее? Может, эта тет-а-тет встреча окажется судьбоносной и у них появятся рыжие плюющиеся дети?
Едва успокоившись, обе вновь зашлись от хохота.
После занятий по танцам Люде предстояло еще одно не самое приятное дело. Про себя она называла это трудовой повинностью - проведать в доме престарелых мать
Навещала Люда ее примерно раз в три месяца. А если бы не муж, пристыдивший ее словами: "она же твоя родная мать" и "мы живем в ее квартире" то и того бы реже.
Люда была поздним и единственным ребенком в семье - мать родила ее почти в 40. Она пошла по ее стопам и тоже родила поздно.
Врач ввез на каталке мать. После перенесенного инсульта та сильно сдала. Было видно, что когда-то в молодости это была очень красивая женщина. Но ее годы давно прошли. Васильковые глаза вылиняли. Левую половину лица и тела парализовала. Из уголка рта свисала нить слюны. Но голова работала хорошо.
- Как дела, мамуля?
- Да какие у нас тут дела. Все одно и то же. Едим, ходим в туалет, да спим.
А с тех пор, как Виктор Палыч - царство ему небесное - умер (мать перекрестилась действующей правой рукою) вообще тоска невыносимая.
Уж как мы его любили, как любили. Высокий такой статный даже в свои 90 то. Осталась я да Нинка.
- Хотя нет. Есть одна новость. Ты представляешь - мать доверительно наклонилась к ней - на отделение привезли новенького. Такой страшненький, лысый, на руках псориаз и, вот еще, голос ее снизошел до шепота? От него разит стариком!
А знаешь, что было вчера? - продолжала мать. Сидим мы с Нинкой, сплетничаем. Так он подкатывает к нам на своей коляске и, как думаешь, что делает!? Предлагает нам сыграть в шашки!
А вы что? Спросила Люда машинально. Мысленно она уже грела ужин и готовила дочь ко сну.
Мать попыталась брезгливо скривить беззубый рот в презрительной гримаске, но в итоге получилась полу-ухмылка.
Как что. Мы с Нинкой еще в первый день договорились, если он с нами заговорит, будем делать вид, что ничего не понимаем - у нас Альцгеймер!
Закон курятника
© Copyright: Илья Росман, 2026
Свидетельство о публикации №226063000934
Свидетельство о публикации №226063000934
Рецензии
У бабушки, матери и внучки — в крови ген лицемерия, передающейся по наследству. Оказаться в их «курятнике» — значит обречь себя на пожизненное клевание, просто за то, что вы не похожи на них. В их мире нет места человечности. Если кто-то не вписывается в их картинку, они не просто отворачиваются — они с наслаждением забивают его клювами, как настоящие курицы в загоне. При этом каждая из них свято верит, что она — белая и пушистая, а не лысая бройлерная несушка.
Мать и бабушка — это живые доказательства того, что внешность не вечна.
Бабушка когда-то была красавицей с васильковыми глазами, а теперь у неё свисает слюна. Но она не сделала выводов! Она продолжает играть в ту же игру, хотя её фигура уже не танцует, а лежит на каталке.
«Курятник» — это не место, а состояние. Чем меньше у человека душонка, тем громче он критикует чужую внешность и тем демонстративнее превозносит свою. Чем беднее их внутренний мир, тем агрессивнее они охраняют границы своего «курятника». Это не злоба, это защитная реакция от собственной никчёмности.
Самое забавное, что «закон курятника» действует везде и всегда:
В детском саду, где дети дразнят других.
В офисе, где сплетничают друг о друге.
В доме престарелых, где старухи и старики строят козни.
Это универсальный закон стадности: чтобы чувствовать себя частью группы, нужно найти «чужого» и исключить его.
И героини рассказа — идеальные исполнители этого закона.
Они неприятны не потому, что злые, а потому что они примитивны и не способны на рефлексию.
— Дочь вырастет и будет такой же, как мать.
— Мать состарится и станет такой же, как бабушка.
— Бабушка умрёт, и эстафету примет правнучка или правнук.
Спасибо, Илья, за то, что вы не учите жить и не читаете мораль. Вы просто показываете ситуацию — и каждый находит в ней своё место.
Вы не приукрашиваете старость, не романтизируете материнство и не делаете из детей невинных ангелочков, а показываете неприглядную правду о людях.
— Бабушка — не мудрая старушка, а та ещё интриганка.
— Мать — не заботливая наседка, а лицемерка.
— Дочь — не нежный цветочек, а будущая стерва.
Вы не даёте скидок на возраст, пол или статус и показываете, что сволочь и стерва может быть красивой и значимой в обществе себе подобных.
Но есть и хорошая новость!
Закономерность работает в обе стороны. Если героини — это пример деградации, то люди, подвергающиеся нападкам, — это пример живучести.
Если их не сломают, они останутся людьми. И если вы приняли сторону этих «некрасивых» и «неудобных», значит, вы — исключение из "закона курятника".
Людмила Байкальская 30.06.2026 13:47 • Заявить о нарушении
Мать и бабушка — это живые доказательства того, что внешность не вечна.
Бабушка когда-то была красавицей с васильковыми глазами, а теперь у неё свисает слюна. Но она не сделала выводов! Она продолжает играть в ту же игру, хотя её фигура уже не танцует, а лежит на каталке.
«Курятник» — это не место, а состояние. Чем меньше у человека душонка, тем громче он критикует чужую внешность и тем демонстративнее превозносит свою. Чем беднее их внутренний мир, тем агрессивнее они охраняют границы своего «курятника». Это не злоба, это защитная реакция от собственной никчёмности.
Самое забавное, что «закон курятника» действует везде и всегда:
В детском саду, где дети дразнят других.
В офисе, где сплетничают друг о друге.
В доме престарелых, где старухи и старики строят козни.
Это универсальный закон стадности: чтобы чувствовать себя частью группы, нужно найти «чужого» и исключить его.
И героини рассказа — идеальные исполнители этого закона.
Они неприятны не потому, что злые, а потому что они примитивны и не способны на рефлексию.
— Дочь вырастет и будет такой же, как мать.
— Мать состарится и станет такой же, как бабушка.
— Бабушка умрёт, и эстафету примет правнучка или правнук.
Спасибо, Илья, за то, что вы не учите жить и не читаете мораль. Вы просто показываете ситуацию — и каждый находит в ней своё место.
Вы не приукрашиваете старость, не романтизируете материнство и не делаете из детей невинных ангелочков, а показываете неприглядную правду о людях.
— Бабушка — не мудрая старушка, а та ещё интриганка.
— Мать — не заботливая наседка, а лицемерка.
— Дочь — не нежный цветочек, а будущая стерва.
Вы не даёте скидок на возраст, пол или статус и показываете, что сволочь и стерва может быть красивой и значимой в обществе себе подобных.
Но есть и хорошая новость!
Закономерность работает в обе стороны. Если героини — это пример деградации, то люди, подвергающиеся нападкам, — это пример живучести.
Если их не сломают, они останутся людьми. И если вы приняли сторону этих «некрасивых» и «неудобных», значит, вы — исключение из "закона курятника".
Людмила Байкальская 30.06.2026 13:47 • Заявить о нарушении
