Глава 15

ОСВОЕНИЕ ТЕХНИКИ, ПРОВЕРКА НАШИХ КОМПЕТЕНЦИЙ В МОРЕ

Я на лодке во время выхода в море. Точнее, прикомандирован начальником РТС к 502-ой лодке. Идет тренировка. По утру мы должны стрелять ракетой. Ракета называется 81р.

Ракетная стрельба, это вам не торпедная. Здесь тупой технологический процесс, там же, искусство и импровизация. Из ракетчиков на борту –  нет никого. Одни лишь торпедисты. У этих торпедоболванов голоса дрожат и руки трясутся.

Командир ЭВГ с 502-ой тоже почему-то нервничает. Боится ошибиться. А что тут ошибаться? Весь процесс предстартовой подготовки и стрельбы автоматизирован. Нажать ему надо то, всего на четыре кнопки. Последняя - «Залп».

Я в группе записи №2. Передо мною блокнот и секундомер. Смотрю на пульт «Омнибуса» - 101-ый прибор и в который раз записываю обмен командами между БИУС и макетом ракеты.

…40с – команда: Приготовить ТА, 45с – отклик: Крышка ТА открыта, 50с – отклик: ТА готов! 55с – команда: Приготовить БЗ, 60 с - отклик: ИСУ исправна, 65с – команда: Ввести данные, 68с – отклик: ИСУ готова, 90с – отклик: АБ-взведена, 98с – отклик: Отказ БЗ! 102с – отклик: Сброс залпа!!!

В центральном посту глубокий вздох разочарования. За ним повисает мертвая тишина. Как будто все члены КБР набрали в легкие воздуху, а выдохнуть забыли. За невольно образовавшейся вынужденной паузой, раздается рык комдива.

- Да я Вас торпедистов …, - а ты начальник РТС, чего таращишься, как «х..й на лапах»? - это уже прямое обращение ко мне, - ищите в чем дело! На простых «Ведиевских» лодках, все было нормально, а на этих «РТМ-ах», с их гребаным «Омнибусом», черт знает, что! Сверяйте еще раз циклограмму! Пока не пройдем макет, ракету нечего загружать!

- Так она уже загружена в ТА №2! - уточняет минер с 502-ой, рискуя получить валенком по голове, - согласно плана еще вчера.

Комдив подавленно замолкает, и снова разряжается на нас, - разыскать и устранить!

Подключаем к БИУС имитатор борта «Спектр». Опять снимаем циклограмму. Сверяем циклограммы предстартовой подготовки с имитатором борта и макетом ракеты.
 
Циклограммы полностью совпадают.
- В чем дело, - думаю я, - почему нарушается прохождение команд?!

Дрочим долбанные циклограммы и сравниваем их уже в течении двух часов. Всякий раз в конце циклограммы от макета ракеты приходит отклик «Отказ БЗ». Скоро рассвет. Истекает время, назначенное нам для ракетной стрельбы. В 08 00 нам придется всплывать и докладывать о полном половом бессилии.

И вдруг командир ЭВГ с 502-ой лодки шепчет мне на ухо:

- Товарищ капитан-лейтенант! Прошла команда «Приготовить БЗ». Глазам своим не верю! Прошла!

Шепот командира ЭВГ фиксируется командиром 502-ой, который только что вроде бы дремал в кресле. Командир лодки в свою очередь, обращается к механику.

- Миша. Какие переключения в энергосети были за последние пять минут?

- Перешли на правый борт, - устало отвечает механик, - только и всего. Успокойся Женя. Наша ракетная стрельба от этого не зависит. Все питание на АПС-ах с борта на борт переходит.

- Ну-ка, - повелевает командир лодки оператору БИУС, - проведите мне ребята, еще раз предстартовую подготовку с макетом ракеты!

- Так тревогу же надо объявлять товарищ командир! – Почему-то тоже шепотом, заунывным голосом ответил ему вычислитель, - и съёжился.

- Ты что? Не понял? Не надо сейчас никакой тревоги! Тревога будет потом. Просто нажми на эти три кнопки дорогой. Поглядим, что будет.

Вычислитель нажал их. Все три одновременно. В БИУС-е включился секундомер, на алфавитно-цифровом табло промелькнули знакомые команды «Омнибуса» и отклики от макета ракеты на них, после чего обмен БИУС-а с макетом, закончился долгожданной надписью - «Залп разрешен»!

- Что и требовалось доказать, - удостоверился командир 502-ой, и распорядился, – Вычислитель! Отмените «Залп» на макет ракеты! – Старпом! Пригласите в центральный пост комдива! Скоро будем стрелять ракетой.

И напоследок упрек механику, - а тебе Миша надо бы знать, что не все у нас с тобой на АПС-ах! Разбирайся, черт побери, с питанием схем стрельбы!

Электрики и торпедисты в течении получаса выяснили. Оказывается, электрощит ГЩ-1Е, с которого питание подаётся на ракету, на случай большой задержки, между временем проверки ИСУ ракеты и собственно залпом, подключен лишь к правому борту.
 
Вот так! Если запитан правый борт лодки стрелять можно, а если левый – нельзя! Чудеса в решете, да и только!

Вскоре прозвучали долгожданные команды.
 
- Боевая тревога! Ракетная атака! Стрельба ракетой 81Р в настоящее место цели…
 
…Стрельбу мы выполнили успешно. Старт и полет ракеты наблюдали зрители с обеспечивающей лодки.

Но вот акустики с 502-ой, записали только её шум до выхода на поверхность. А шум всплеска от последующего падения ракеты в воду - не сумели. За что и получили вместо отличной, только хорошую оценку.

Правда акустики с 502-ой хотели схитрить. Спрашивают у меня с невинным видом,- Товарищ капитан-лейтенант, Вы сами то слышали шум падения ракеты в воду?

-Ну слышал, раза два или три, а что?

- Да вот прослушайте пожалуйста, и скажите, на что похож этот звук? - и включают мне на громкоговоритель подготовленную запись с магнитофона "Маяк-202".

- На плевок в микрофон, - говорю я им презрительно, понимая что братва задумала фальсифицировать падение ракеты, - не вздумайте дурачить начальство! Себе дороже выйдет!
 
В результате на 502-ой ЭРА-вцы в течение целого месяца привязывали злополучный электрощит к обоим бортам питания подводной лодки. Как? Через АПС-ы вестимо…

…Я на лодке. Три дня как вышли в автономку. Я снова прикомандирован начальником РТС к 294-ой лодке. На этот раз, вместо Макарова, великого знатока гироскопов. Он неожиданно заболел.

Меня выдернули из общаги в самый последний момент. Еле успел получить от него листок с сигналами зрительного и технического опознавания.

Потихоньку движемся на северо-восток. Справа на карте острова Беринга и Медный. Я на вахте. Подводных целей нет. Сам задал в БИУС две фиктивные подводные цели и решаю задачи по определению их координат и параметров движения. Дистанция до них большая. Обе цели пока на обрамлении экрана. Параллельно решаю задачи по этим же целям на планшете обстановки БИП-а.

Мы устали. Так как уже провели тренировки на боевых постах и корабельные боевые учения, сделали большую приборку, сменили вахту и поужинали, а командиру в кресле всё неймется. Его сердце хочет настоящей подводной войны.

Командир проходит мимо меня. Хмыкает неопределенно, заметив на экране БИУС две фиктивные цели. И заходит в рубку гидроакустиков. Через открытую дверь слышу, как командир давит на нервы Паше.

- Ищи сверх старательно! Очень внимательно ищи вражьи лодки. В прошлый раз именно здесь мы засекли «Лос-Анджелес». Я точно знаю, что за островом Беринга, амеры нас и теперь поджидают!

Паша увеличивает усиление и напрягает слух. Мне кажется, что даже уши у него приподнимаются. Плавно вращает штурвалы управления. Шарит в океане всеми характеристиками направленности. Бросает косые взгляды на датский спектроанализатор. Переходит на различные диапазоны частот и докладывает командиру.

 - Нет ничего, товарищ командир! Горизонт чист!
 
- А ты поищи внимательнее! Вдруг она уже в корме? Вот ты её, то есть «Лося», не слышишь?

- Право на борт на курс 350 градусов, для осмотра кормовых углов, - командует он прямо из рубки.

Лимб пеленгов на моем планшете покатился в право. Паша добросовестно осматривает кормовые углы по левому борту, но никакого подходящего звука, который можно было бы принять за лодку, не слышит.

- Лево на борт на курс 290 градусов! – снова командует из акустической рубки командир.

- Руль лево на борту! Лодка циркулирует на курс 290 градусов! Глубина сто метров! Скорость по лагу - семь узлов, - докладывает боцман, - и подмигивает мне.

- Ну сейчас начнется, -ухмыляется боцман, - нынче будем всю ночь гоняться!
- Так нет же ничего, - отвечаю я громко, благо командир в рубке и через полуоткрытую дверь виднеется лишь его спина и часть индикатора. 

Паша накручивает усиление до максимального и кажется сам превращается в слух.
На индикаторе ГАК зеленый «лес» от шумов. Паша внимательно скользит каналом прослушивания то с лева то справа от каждой «сосны». Но ничего не слышит и по правому борту.
 
Медленно текут минуты томительного ожидания, - и по правому борту, нет ничего, товарищ командир! Горизонт по-прежнему чист! – роняет Паша.

Тогда командир тычет пальцем в экран ГАК и спрашивает, - а вот эта зеленая загогулина! Что значит?

Паша протягивает командиру запасные наушники, - послушайте товарищ командир. Кажется, командир похлеще Паши, обратился в слух.

Он прилип ухом к динамику и командует, - поверни-ка канал вон на ту отметку, с права 20, ну может 25 градусов. Да вот, вот, же она подводная цель!

Невозмутимый Паша внимательно прослушивает «пальцеуказание» от командира. Командир на лодке хозяин. Ему повиноваться надо.

Но спектры сигналов и шумов все же должен сравнивать опытный специалист. Знающий досконально окраску шумов цели, умеющий выделять и подсчитывать число оборотов её винтов, отличающий шумы цели от их переотражений от берегов.

Короче, Паша, лучший гидроакустик Тихоокеанского флота. И вот он то, отличий в спектрах не находит. Наличие подводной цели тоже не подтверждает.

Разочарованный командир выходит из гидроакустической рубки и опускается в кресло, стоящее рядом с моим боевым постом.

Спрашиваю у него, - что, товарищ командир, ждете встречу с «лосями»?

- Да. Ожидаю. Ведь остров Беринга проходим. Но Паша их пока не видит. Не слышит вернее. А что у вас по этой цели? Какова вторичная классификация? Надеюсь, что вы уже сопровождаете её в БИУС, - тыча пальцем в ЦИО интересуется командир.

- Сопровождаем конечно, - вмешался в разговор оператор БИУС, - эта цель на АСЦ-3. Вот, видите, она пока находится на обрамлении ИКО. Эта цель явно дальняя. Пеленг на цель практически не меняется. В формуляре курса нет. Предполагаю, что это наше отражение от береговых скал.

- Надо бы еще минут двадцать накапливать пеленга на неё. Глядишь курс цели в формуляре и проявится. Тогда можно будет сказать по ней, что-то более определенное, - добавляю я.

Когда на лодке на вахту заступала третья боевая смена командир лодки снова заходит в рубку гидроакустиков и кладет ладони на плечи командира ГАГ Гриценко. Паша рядом с ним. Сдает вахту. Акустики очень живо что-то обсуждают и о чем-то спорят.

- Что слышите акустики? Остров то уже прошли, - спрашивает командир и добавляет шепотом, - далеко, с лева градусов 40 - порт Усть-Камчатск!

- На румбе? – по привычке запрашивает командир у боцмана, хотя прекрасно видит наш курс на экране ГАК.

- 10 градусов, - одновременно отвечают ему штурман и боцман, - глубина под килем 780 метров!

Гриценко не выдерживает командирского давления, - да вот товарищ командир, три минуты назад перед сменой вахты мы обнаружили новую цель. Когда кормовые углы просматривали.

- Цель №4, - и хриплым от волнения голосом добавляет, - цель очень подозрительная. Обнаружили её со стороны берега, с права на траверзе. Пеленг 282  градуса!

- Классифицировать контакт по пеленгу 282 градуса! –Уцепился за этот контакт командир.

- Цель №4. Пеленг 281,5. Пеленг меняется медленно на корму. Прослушивается гул турбины и чавканье винтов. Скорость по числу оборотов восемь узлов! В спектре шумов наблюдаются две дискреты: 400 и 800 Герц! Предполагаю подводная лодка!

Командир мгновенно реагирует давно заготовленной системой команд, - московское время 19 часов 55 минут. Цель №4 - считать целью №1. Цель №1 на АСЦ-1. Данные - в БИУС! Боевая тревога! Первый замер Товсь! Ноль! Включить магнитофон! Начальник РТС, произвести вторичную классификацию цели №1!

Я прокукарекал то, что и ожидал от меня командир, - дескать, цель №1, по пеленгу - 281 градус, по данным первичной классификации - подводная лодка, Курс цели - 0 градусов, скорость цели - 7 узлов. При всплытии на последний сеанс связи, на станции «Залив - П» наблюдали со стороны Усть-Камчатска, одиночные сигналы РЛС подводной лодки. По типу радиолокационных сигналов и характеру действий предполагаю: цель №1 - иностранная лодка, типа «Лос-Анджелес».

Мы же в это же время, стремительно, с ходу проскочив глубину опасную от таранного удара, всплываем под перископ. Командир заранее дает команду поднять выдвижные РЛС МРК-50, радиоразведки, связи и навигации. По данным радиоразведки, как оказалось, тоже наблюдались двое суток тому назад, вызовы лодки, со стороны авиации потенциального противника.

Открываем вахту на станциях пассивной и активной радиолокации. На активных средствах - в скрытных режимах секторного одно обзора. Но ни каких сигналов от цели не получаем. Поэтому констатируем Цель №1 – иностранная подводная лодка.

- Утверждаю, - торжественно объявляет командир, - цель №1 – иностранная подводная лодка!

Мы снова уточняем свое место и передаем «радио», об обнаружении «Лося» в Москву!
Теперь нам следует продолжать слежение, находясь на перископной глубине. Все. Назад ходу нет. Сейчас из Елизово вылетят наши противолодочные самолёты.

Они обычно вылетают на все «обнаружения». И истинные, и мнимые. Тоже будут искать иностранку. Надо, что бы они видели нашу лодку. И понимали, где примерно находимся мы, а где - «иностранка».

Примерно через час, мы уходим на глубину. То на оптимальную - глубину поиска, то на рабочую. Мы пытаемся продолжать слежение за «иностранкой». Периодически под всплываем на связь с Москвой, и снова ныряем. «Лось» же все время держится со стороны берега. А до него осталось порядка пятидесяти миль. А «Лось» ли это? Кто знает.

Самолеты на подтверждение контакта вылетали дважды. Они в первый раз контакт подтверждали, во второй - нет. Мы же хранили радиомолчание. Так как находились на боевой службе.
 
Мы выписывали в Камчатском заливе огромные петли. Метались разными курсами, скоростями и глубинами. Наша лодка то пыталась оторваться от «иностранки», то вновь установить с нею контакт.

Слежение продолжалось около полутора суток. Каждые два часа мы под всплывали, и доносили о координатах и действиях «иностранки». Люди не спали более двух суток и были крайне измотаны.

В конце концов наша лодка в очередной развернулась, пытаясь зайти «Лосю» в корму. Маневр, как сказал командир, был неожиданным для «иностранки». И поэтому удался.

Теперь, уже мы, всё увеличивая ход, гнали «Лося» в залив в сторону берега. Наш штурман, не надеясь на карту, включил эхолот и следил за глубиной моря.

Я, как и штурман, боялся на что ни будь не напороться. Неожиданно акустики меня позвали в гидроакустическую рубку.
 
- Серый, смотри! - Заговорил взволнованно Паша, зыркнув на меня воспаленными глазами, - отметка от «Лося» сначала раздвоилась, потом расстроилась, а сейчас вот распадается на несколько частей. Смотри же! И за кем гнаться? Мне теперь не понятно?

- Классифицируй каждую отметку, так тебе любой командир скажет, - возразил я. И дело в шляпе.

- Легко команду отдать. Классифицировать правильно трудно. Подсистема классификации в строй не введена. Вручную приходится. Тем более, что я за эти полтора суток, несколько раз «Лося» терял. И снова восстанавливал с ним контакт. А может быть уже и не с ним. Так что за чем сейчас гонимся, я твердо не уверен.

- Штурман, а штурман, -тихо, что бы не слышал командир, - запросил я, - какая глубина под килем?

- 300 метров! – и более озабоченно, - глубина постепенно уменьшается. Сейчас доложу командиру.

- Так может хватит гоняться за тенью? Тем более, что наши акустики контакт с «Лосем» уже потеряли?

- Давай доложим одновременно?

- Давай.

Товарищ командир, - толкнул его в бок в штурманской, старпом, - я думаю не стоит гнаться за «Лосем» в сторону берега. В том направлении глубины уменьшаются.Опасно.

И тут же доклад из рубки акустиков.

- Товарищ командир! Контакт с целью №1 потерян по пеленгу 264 градуса.
 
- Ну, что, сговорились черти? – Улыбнулся, измученный более чем мы, командир, - я так думаю Паша, что мы потеряли «Лося» еще пять часов тому назад. Уверенность, понимаешь пропала.

- Боцман! Право руля на курс 30 градусов! Штурман доложить курс и скорость в точку 6 рекомендованного пути.

- Старпом! Отбой боевой тревоги! Готовность 2 подводная! Второй смене приготовиться на вахту. Режимы работы технических средств - в соответствии со штатным расписанием...

На следующее утро командир вызвал меня в штурманскую рубку и поставил задачу.

- Надо Волошин по прокладке на момент потери контакта с «Лосем», изобразить наши действия, по его восстановлению. Как это мы, следуя тактическому руководству искали его? Какие мероприятия выполнили?

Примерный ресурс времени на всё – 4 - 6 – часов. Потом покажешь расчеты мне. Внесем параметры поиска и действия в Вахтенный журнал и Журнал боевых действий подводной лодки.

- И что? Будем искать его фактически? – изумился я.

- Ты что с дуба рухнул? – удивился командир, - мы и так на сутки опаздываем! Я же ясно сказал – изобразить. А нам еще предстоит обеспечить ближнее охранение стратега. Понял?

- Так точно! Разрешите выполнять!..