note 115

странные речи 3.

<возможно, будет редактироваться>

добавочное к заметке о странных речах.

можно предположить, что по архетипической сути большая часть речи поэтической представляет собой "странную речь" не только в смысле её рационального "несоответствия" предмету (речи), но также в первоначально выделенном "нами" узком смысле — как зовущую в иные миры (если рассматривать земной мир поверхности как рациональный, "мир сей", а глубинный, подводный - как "тот" или "иной", потусторонний, запределье), завлекающую и завораживающую, и потому безумную - с точки зрения поверхностного, рационального ума, речь, связанную с подсознанием / хаосом Глубины. здесь можно вспомнить и водное безумие Офелии — оно тоже стихийно (текуче, водно).

но странная речь отражает не столько индивидуальное / личностное безумие героя, сколько безумие всего мироздания, точнее бездну, безмерное (безмерное безумие бездны), хаос, не постижимый привычной одномерной рациональной логикой. трагический герой не безумен в водном смысле, а, напротив, разумен, но он пытается постичь безмерный водно-безумный мир посредством ограниченного мерного разума и гибнет, или сходит с ума. а водная странная речь сама безумна, поскольку безмерна, поэтому она сливается с безумием мира (майи) в естественном потоке, она ему не противоречит. странная речь глубока, т.е. вертикально-нелинейна, подтекстова, она как бы содержит в себе потенциал бездны подсознания в свёрнутом виде, и потому мнится рациональному сознанию безумной, поскольку рациональное сознание не глубоко, поверхностно-линейно и не способно постичь странную речь.

можно найти описание странной речи в т. н. странных речах о странной речи, например, в стихах символистов или романтиков.

Бальмон "Дух волны"

И я, как дух волны морской,
Среди людей брожу;
Своей певучею тоской
Я всех заворожу.

персонажи, которые склонны к странной речи (транслируют странную речь) - это, в основном, разные поющие водные существа, типа сирен, ундин, русалок, Лорелея Гейне: их речь течёт, струится, как волосы Лорелеи и Офелии. кстати, Офелия, тоже что-то поёт в своем безумии (но не помню точно, поёт ли, эту информацию нужно проверить / необходимо проверить офелию на предмет наличия странных речей), и речь её тоже водно-странная.

upd проверено: да, пела.
"В финале, когда Офелия погибает, королева описывает это так: "Она старалась по ветвям развесить свои венки; коварный сук сломался, и травы и она сама упали в рыдающий поток. Её одежды, раскинувшись, несли её, как нимфу; она меж тем обрывки песен пела, как если бы не чуяла беды или была созданием, рождённым в стихии вод; так длиться не могло, и одеянья, тяжело упившись, несчастную от звуков увлекли в трясину смерти".

в фрагменте воспроизводится архетипическая смысловая связь 'вода / течение - речь - печаль (рыдающий поток) - пение (странная речь) - безумие - смерть - вода (и снова вода: "трясина смерти")'. мотив завлечения, затягивания (в водоворот, пучину, трясину, болото, омут) также ассоциативно связан с пением, странными речами, завлекающими, затягивающими в это потустороннее пространство смерти и иного мира. многие смыслы остаются подтекстовыми, вертикально-символическими, и никак не вербализуются на поверхности, например, смысл 'доверие себя судьбе, Божественной воле, её непостижимой Глубине' (по сути образный смысл глубины или бесконечного водного пространства - Океана - часто архетипически связывается с идеей непостижимости безмерности Божественного) имплицитно противопоставлен архетипической борьбе трагического героя Гамлета (Разума) с божественной волей, или непониманию, неприятию Божественной воли.

*

странная речь — это речь большей частью речь образно-метафорическая. метафора означает перенос, поскольку она переносит нас в другой сектор "пространства вариантов", на тонкий план, где образ обретает свою изначальную первоначальную разорванную на земной рациональной поверхности связь со своей идей, где река жизни, река времени и река забвения раскрывают архетипическую связь реки с жизнью, временем и забвением, а море любви обозначает связь любви и моря, омут памяти (см. Гарри Поттер), глубина памяти - связь глубокой стоячей воды с хранилищем смыслов (архив) и фактов прошлого.

но это всё, в основном, стереотипные стёршиеся метафоры, высохшие, обезвоженные, в то же время, они тоже представляют смысловые архетипы и к ним можно обращаться, поскольку они когда-то были полны соками жизни.

почему странная речь так связана с водой - с ней ее объединяет общее свойство зыбкости: странная речь крайне неконкретна (см. выше метафоричность странной речи), зыбкая в смысловом отношении, подтекстова. в этом состоит её текучая естественность и архетипическая женственность, тоже подобная текучей естественной женственности самой воды, ведь вода архетипически связана именно с женским началом и душой как неким женским архетипом сознания, посколькуо сознание по сути может быть рассмотрено с двух сторон: инь-янь, женским и мужским архетипом, вода может образно представлять женскую ипостась сознания, и странная речь-река - тоже.

мужской архетип редко обладает странной речью, поскольку он немногословен и конкретно-рационалистичен, чужд смысловой зыбкости, "всё по понятиям" (речь именно об архетипах, а не о реальных фигурах мужчины и женщины ), и не способен так связывать смыслы, выразить смысл так естественно, как это получается у женского архетипа, на когнитивном плане это можно объяснить тем, что связь между полушариями мозга у мужчин и женщин устроена по-разному (но это что-то из лекции по строению мозга). за исключением, тех случаев, где герой обладает архетипически "водными" характеристиками, например, "Дух волны" Бальмонта. поэтому речь и река архетипически связаны с женским началом текучести (исток, начало жизни, рождение), здесь можно использовать и другие физиологические смыслы, но это не обязательно.

*

и в этой зыбкой неконкретности смыслы как бы перетекают друг друга, речь становится поэзией, в поэзии границы между понятиями / образами / идеями /смыслами тоже размыты.

по этой причине, странную речь можно назвать обманчиво-многообещающей, но ничего не дающей конкретно, поскольку странная речь почти всегда лишена связи с предметом: русалка / ундина / сирена зовёт странными речами героя в какие-то омуты, но как-то всё зыбко / неконкретно. а потом - "а был ли мальчик".

цепочку "водных" смыслов можно продолжить, например, смысловыми элементами 'забвение' и 'исчезновение': пение сирен как бы заставляет героя забыть земную жизнь.

образ ундины в главе "Тамань" "Героя нашего времени" актуализирует практически все выше упомянутые смыслы: ундина тоже завлекает Печорина именно зыбким, неконкретным, но что-то обещающим пением (любовной песней — странной речью) и в итоге, обманывает его: завлекает в воду, чтобы утопить, поскольку любовьсмертьвода архетипически едины

"Странное существо! На лице ее не было никаких признаков безумия;
напротив, глаза ее с бойкою проницательностью останавливались на мне, и эти глаза, казалось, были одарены какою-то магнетическою властью, и всякий раз они как будто бы ждали вопроса.
Но только я начинал говорить, она убегала, коварно улыбаясь."

"Хотя в ее косвенных взглядах я читал что-то дикое и подозрительное,
хотя в ее улыбке было что-то неопределенное, но такова сила предубеждений: правильный нос свел меня с ума; я вообразил, что нашел Гётеву Миньону, это причудливое создание его немецкого воображения, – и точно, между ими было много сходства: те же быстрые переходы от величайшего беспокойства к полной неподвижности, те же загадочные речи, те же прыжки, странные песни...»

взгляд, глаза тоже архетипически связаны с водой (омут глаз), поэтому, конечно, возникают и образы магнетического взгляда или глаз, в связи со всякими водными существами, всё это играет на усиление завлекающего смысла + амбивалентность воды (движение-неподвижность, волнение-покой и др. см. далее):

"Огнем зелено-серых глаз
Мне чаровать дано.
И много душ в заветный час
Я увлеку на дно."

Бальмонт "Дух волны".

"И взор её зеленых глаз был грустно-нежен и глубок"

о рыбке. Лермонтов "Мцыри".

"Она села против меня тихо и безмолвно и устремила на меня глаза
свои, и не знаю почему, но этот взор показался мне чудно-нежен"

об ундине. Лермонтов "Герой нашего времени".

upd да, вспомнился ещё один смысл образов воды, тесно связанный с предыдущими: изменчивая кажимость (изменчивость связанная с бесконечным порождением иллюзий), создание иллюзий, т.е. по сути магические "способности" водных существ и самой воды. майя - иллюзия бытия тоже может быть представлена в образе изменчивого водного потока.

но на одном водном романтизме прозаический художественный текст, конечно, не сработает - поэтому нужно разбавить музыкальную глубину магической воды нотой земной прозаичности:

"Эта комедия начинала мне надоедать, и я готов был прервать молчание самым прозаическим образом, то есть предложить ей стакан чая".

Лермонтов, "Герой нашего времени".

*

глубина и увлекающее безумие странных речей заключаются не только в зыбкости смысла, но и в их тайне - таинственной противоречивой амбивалентности, связанной также с амбивалентностью символического образа воды: странная речь одновременно предполагает и то, и другое, или ни то, ни другое, или на поверхности - одно, а в подтекстовой глубине - другое, прямо противоположное, так и речь ундины в "Герое нашего времени" на поверхности содержит (за)влечение, любовь, волнение, а в глубине (подтексте) - гибель(ность), неподвижность, неземной покой, поскольку "ундина" на самом деле планировала завлечь и утопить Печорина. странная речь потому и кажется безумной, что она не соответствует предмету - в этом, впрочем, проявляется любое безумие, включая обыкновенную бессознательную и сознательную ложь, или когда говорится одно, подразумевается другое и т.д.

но отличие поэтического безумия, или пророческого безумия странных речей от обыкновенной лжи - заключается в свЯзи с глубокими пластами подсознания, а также в отсутствии пошлости и преднамеренности: блаженный тоже говорит речи странные / с точки зрения поверхностной рациональности / как бы даже не соответствующие предмету (водно-беспредметные), но его слова исходят из глубины души, или из глубины Истинного Я, и потому лишены преднамеренности и к-то ядовитого подтекста условно "нормального" человека. 

*

амбивалентность странных речей воды: вода символизирует и жизнь, и смерть (река жизни и гибельным омут), начало, исток, возникновение, но также и: исчезновение, забвение ("как в воду канул", "концы в воду"); волнение, движение жизни, время, забвение, но также и: и покой, неподвижность, память.

глубина — это "омут памяти" (не случайно в "Гарри поттере" именно омут памяти, - не "котелок памяти", не "кастрюля памяти", не "огонь памяти", а омут -  как нечто таинственное, засасывающее, погружающее в себя, заставляющее исчезнуть в этом Другом, растворится в чужих воспоминаниях - то же может быть и с любовью, в таком толковании вполне возможна и метафора "омут любви" как растворение, забвение себя в Другом).

вода - исчезновение / забвение - время: вода смывает следы, так же как время. устойчивые выражения "концы в воду - и дело с концом", "как в воду канул" транслируют не только символическую связь воды и смерти, но воды и забвения, стирания следов, воды и исчезновения.

*

амбивалентность: странные речи одновременно искренни (поскольку исходят из глубины подсознания), и изменчиво-обманчивы (зыбки), поскольку не связаны с рациональными предметами и понятиями привычного "земного" мира (тоналя).

Волна стозвучная того,
Чем полон Оксан,
Где все — и юно, и мертво,
Все правда и обман.

Бальмонт.