Однажды во Владимире

     - Владимирский вокзал ! Яша Гильдебранд,
     Лежит в бумажнике билет.
     Владимирский вокзал ! Такси он прое...л,
     И поезд - вот единственный ответ.
     Эвакуируемая маткой из древнего города Владимира маленькая косоглазая девочка Кристина жалобно хлюпала носом, слыша из динамиков магнитолы лихого таксиста участливые слова жалостливой песни.
     - Утрись, - резко приказала ей матка, - с какой рожей я тебя под начальство подстелю, сучка ?
     Девочка, мигом утратив косоглазие от одного только священного слова " начальство ", вытерла заплаканное лицо подолом платья, с ужасом ощутив, что вместо привычных даже наощупь знакомых с детства черт проступало явно свиное рыло.
     - Хрю, - пискнула она, напугав таксиста. Бросив руль и нажав на тормоз, он оглянулся и закричал : - Не балуй !
     - Шалишь, - прошипела матка, швыряя в искажённое ужасом лицо водителя смятый комок долларов.
     - Американские, - с удовлетворение констатировал таксист, вновь беря руль недрожащей рукой и отчаянно газуя. - Вмиг домчу.
     Скоро такси с визгом остановилось возле бани. Таксист многозначительно посмотрел матке в глаза и подмигнул.
     - Этой ночью возле бани, - произнёс он хриплым баритоном, - остановится такси.
     Выглянув в окно, матка убедилась в правоте простых, но святых слов безымянного труженика руля. Дёрнув Кристину за руку, громоздко выкатилась на страшную ночную улицу.
     - Ты пошто меня в баню - то ведёшь ? - застонала заподозрившая нечистое Кристина.
     - Перестала хрюкать, - рассмеялась матка, ведя Кристину вовсе не в сторону бани. - Это для таксиста мы в баню приехали, а на самом деле идём на явку.
     - С повинной ? - ужаснулась Кристина, тут же пропитываясь духом сопротивления режиму, готового уже и маленьких косоглазых девочек преследовать со всей строгостью закона.
     - В смысле хазы, - терпеливо объясняла матка, не желая пугать Кристину раньше времени, - малины. Поняла ?
     - Значит, - заулыбалась Кристина, возвращая себе врождённое косоглазие, - мы уголовники ?
     - Уголовница ты, - ещё терпеливее сказала матка, подходя к неустановленной двери неустановленного дома, - и твой дедушка. А мы с отцом твоим космические мусора. Это дело ответственное. Шмонали мы сутулых инженеров и изобретателей на вахте шарашки, помнится.
     - Сейчас время другое, - оборвала Кристина матку.
     - Да люди - то те же ! - воскликнула матка, стуча пальцами по двери определённым образом.
     Дверь со скрипом отворилась. На пороге стоял и улыбался Лайам Девлин. Из автоматического пистолета Стечкина он одной короткой очередью ликвидировал и Кристину, и матку. Как говорится у нас в Ирландии, граждане бандиты флибустьеры, у кого я скачал все вообще книги Джека Хиггинса, собакам собачья смерть.