Павел Прусский 11

. Беседа о седминах Данииловых
С учением беспоповцев о мысленном антихристе, якобы явившемся уже и царствующем, находится в тесной связи принятое ими превратное толкование известного места из книги пророка Даниила, где исчислением семидесяти седмин предуказано время утверждения Завета Нового Христом Спасителем и время прекращения жертвы ветхозаветной. Извращая подлинный смысл словес пророческих о семидесяти седминах, они (беспоповцы) хотят, напротив, видеть в оных указание времени явления антихристова и прекращения бескровной жертвы Нового Завета. И кто умеет седмины Данииловы истолковывать в этом превратном смысле, тот считается у беспоповцев редким богословом, великим знатоком Писания. Почему же усвояют они такую великую важность объяснению седмин Даинииловых, применительно ко временам антихриста и кончине мира? Вот почему: находящиеся в новозаветном Писании определенные и точные указания, сколько времени будет продолжаться проповедь пророков Илии и Еноха, а равно и царствование последнего антихриста, беспоповцам весьма трудно, или, правильнее сказать, невозможно перетолковать в смысле указаний на неопределенное время. Ибо указанные в Писании три с половиной лета, в течение которых совершится проповедь пророков, и три с половиною года, которые будет господствовать антихрист, святые отцы и учители церковные принимают в точном и прямом значении трех годов с половиной, и не только не признают их за какое-либо неопределенное и долгое протяжение времени, но прямо говорят, что здесь разумеются годы, исчисляемые днями в триста и шестьдесят (и пять) дней, или месяцами – в двенадцать месяцев. Так, блаженный Андрей Кесарийский, в толковании на слова Апокалипсиса о пророках Илии и Енохе, приводя мнение церковных учителей, с которым и сам вполне согласуется, пишет сице: «Яко время от Бога, еже пророковати (яже) на кончине приимета на три лета, от трех сот и шестидесяти дней числимые» (Апок. печат., л. 48). И паки: во Апокалипсисе святой Иоанн Богослов глаголет об антихристе, яко дадеся ему область творити брань месяцей четыредесять и два месяца. Объясняя сии слова, блаженный Андрей Кесарийский пишет: «Четыредесять же и два месяца являют, яко по попущению Божию полчетверта лета область имети будет». (л. 89). Таким образом, месяцы блаженный Андрей здесь прелагает на годы и тем показует ясно, что речь идет не о каком-либо неопределенном времени, но точно исчисленном. О том же, что по Божию человеколюбию не попущено будет царствованию антихриста простираться на долгое время, свидетельствует святой Златоуст, иже, евангельскими словесы утверждая слово свое, глаголет: «Яко не протягнется в долготу времени время скорби антихристова царствия: аще бо иудейская рать избранных ради прекратися, много паче сие искушение сократится самех ради сих», т. е. избранных (на Евангел. Матф. беседа 76). И Кирилл Иерусалимский о краткости времени, еже имать продолжатися царство антихриста, пишет: «Хвалю Бога, яко велию скорбь на малое время описует, глаголет бо: избранных ради прекратятся дние тии: будет бо царство антихриста токмо полчетверта лета» (Кн. Кирил. л. 52 на об.). Не имея возможности столь ясные и точный свидетельства Священного Писания и церковных учителей о кратком продолжении времени, для господства антихристу предназначенного, перетолковывать на свидетельства о долгом и неопределенном якобы продолжении антихристова господства, беспоповцы обращаются к седминам Данииловым, ищут в них последнего убежища, последней опоры своим мудрованиям об антихристе, посредством своих кривосказательных толкований, применяя пророчества Даниила к последним временам мира, в няже антихристу явиться подобает. Как же именно тщатся они извратить смысл Даниилова предсказания о седминах?

По толкованию святых отец, исчисление седмин Данииловых, как о том было сказано и самому пророку, начинается от времени повеления соградити Иерусалим, то есть от двадесятаго лета царствования Артаксеркса, сына Ксерксова; в то бо время Неемия получил приказ о создании стен иерусалимских (Феодорит в толк. на 9 гл. Даниила). От того времени до явления Христа Спасителя на проповедь Евангелия и считается шестьдесят девять седмин, каждая седмина по семи лет, что составляет четыреста восемьдесят два лета. Сии шестьдесят девять седмин беспоповцы разумеют согласно правильному смыслу пророчества и толкованиям на оное церковных учителей, то есть каждую седмину принимают за семь обыкновенных годов, и четыреста восмьдесят три года, составляемые из шестидесяти седмин, почитают за действительные годы, истекшие от издания Артаксерксова указа о сограждении Иерусалима до явления Христа Спасителя. Но в объяснении сказанного в пророчестве о последней седмидесятой седмине, беспоповцы уже совершенно отступили от подлинного смысла пророчества и толкований на оное отцов и учителей Церкви: составили свое собственное мудрование о семидесятой седмине, лживое и кривосказательное, противное слову Божию и святых отец писаниям. Изложу кратко сущность этого самопроизвольного беспоповского мудрования.

О седмидесятой седмине архангел говорит Даниилу: утвердит завет мнозем седмина едина: «в пол же седмины отимется жертва и возлияние, и во святилищи мерзость запустения будет, и даже до окончания времене скончание дастся на опустение» (Дан. гл. 9, ст. 27). По точному смыслу пророчества и общему согласному разумению толкователей Священного Писания, слова сии означают, что в течение последней из седмидесяти седмин, то есть в течение седми лет, начинающихся от явления Христа Спасителя на проповедь Евангелия, совершится установление или утверждение Завета Нового, и отменение или отъятие Ветхого Завета с его жертвами, возлияниями и святилищем. Беспоповцы же, во-первых, толкуют, что семидесятая Даниилова седмина состоит не из семи обыкновенных годов, но означает неопределенное количество времени, заключающее в себе даже не одну тысячу лет, хотя сами же, как выше сказано, исчисляют прочие шестьдесят девять седмин обыкновенными годами, по семи лет на каждую, и никакого основания отступать от того же исчисления семидесятой седмины не имеют и представить не могут. Во-вторых, указанное в пророчестве отъятие жертвы и святилища кривосказательно толкуют не о жертве ветхозаветной и священстве по чину Ааронову, но о бескровной жертве Нового Завета и о священстве Христовом, бесстрашно попирая бесчисленные свидетельства Священного Писания и святых отец о Христовом непрестающем священстве и непрерывном до самой кончины мира совершении бескровной жертвы. Эти две первоначальные и главные лжи, так явно и дерзновенно искажающие смысл сказанного в пророчестве Данииловом, беспоповцы полагают в основание своих лживых толков о семидесятой седмине, – и вот именно какие лжетолкования созидают они на этих гнилых основаниях. Семидесятая седмина, толкуют они, объемлет собой все время от начала проповеди Христовы до второго Христова пришествия, и делится на две половины. Первая половина обнимает собственно проповедь Евангелия, и, начинаясь от дня крещения Господня, простирается якобы до тысячного лета, то есть до отпадения Рима от Восточной Церкви; а с тысячного лета начинается вторая половина семидесятой седмины, – она якобы объемлет собой время царствования антихристова, и имеет продолжиться от тысячного лета до самой кончины мира24. Сию, многие сотни лет продолжающуюся полседмину, в течение которой должны якобы прекратиться и бескровная жертва и учрежденное Христом священство, беспоповцы измыслили в некое оправдание своего бедственного положения без священства и без Таинств, и потому с особенным тщанием занялись подробным объяснением оной. Полседмина состоит из трех с половиною лет. Сии три с половиной года последней полседмины, или, по их мудрованию, антихристова владычества, они объясняют так: первый год последней полседмины, или царства антихристова, составляет отпадение Рима от Православной Восточной Церкви: второй – отступление от правой веры жителей Малой России, которую (так сказано в «Пандектах» знаменитого у беспоповцев Сергея Семенова Гнусина) антихрист завоевал, идучи на Великую Россию; наконец, третий год составляет отпадение от православия Великой России (а равно и Греческой Церкви), совершившееся в 1666 году, и тогда якобы господство антихриста открылось во всей его полноте, прекратилась бескровная жертва Тела и Крови Христовы, не стало богоучрежденного священства... Затем после 1666 года начинаются остальные пол-лета последней полседмины, которые продолжаются и доныне. В сии пол-лета должна прекратиться злоба антихриста, и беспоповцы теперь жительствуют якобы именно во время такового прекращения антихристовой злобы.

Не без причины в свое лживое толкование последней седмины Данииловой беспоповцы вводят это странное учение о временном прекращении злобы антихристовой. При столкновении с православными или с поповцами, им приходится слышать такой вопрос: «Настоящее время, по вашему мнению, есть уже время последнего антихриста, и посему должно быть наилютейшее, какого, по вашим же словам, не было и не будет, так что вам надлежало бы укрываться от его лютости в горах и вертепах и в пропастях земных и гласа пения вашего и молитвы никак бы не должно слышаться: почему же вы ныне живете в городах, да еще и в столицах, имеете там богато украшенные молитвенные домы, устроенные по царскому изволению, учите, проповедуете, торгуете и вообще нужды никакой не терпите?» – Дабы иметь возможность отвечать на вопрос сей, беспоповцы и придумали, что теперь продолжается время прекращения злобы антихристовой, и именно злобы, а не царства антихристова. И так выражаться побуждает их опять особенная нужда: если бы они сказали, что прекратилось самое царствование антихриста, то не могли бы никак оправдать себя в лишении бескровной жертвы и священства; ибо единственным оправданием сего лишения они обыкновенно поставляют предлог, что ныне якобы царствует уже антихрист. Учение же о прекращении злобы антихриста, во время его господства, измышленное беспоповцами нужды ради, видимо противоречит всему, что свидетельствует Писание о лютости времен антихристовых. «Что бо не соделает тогда? – пишет святой Златоуст об антихристе. Все подвигнет, все возмутит, и повелений ради и страха страшен будет отвсюду, от власти, от суровства, от законопреступных повелений» (На 2 посл. к Солун. беседа 4, стр. 2343). Некоторые даже из самих беспоповцев не хотят принять этого диковинного учения о кротком и милостивом антихристе. Так, например, странники или бегуны смеются над толкованием федосеевцев или поморцев, что они живут в прекращении злобы антихристовой, и говорят им: «Как это вы умели обрести милость у зверя?» Но, посмеваясь над другими, странники и сами подвергаются осмеянию. Они также, подобно прочим беспоповцам, проповедуют, что царство антихриста не определено летами, но простирается на многие годы. Прекращение же дней антихристовых лютых гонений, еже имать быти избранных ради, они разумеют в таком смысле, что якобы оным означается не прекращение, а сокращение, или умаиение дней, которые сделаются меньше и короче. Федосеевцы, филипповцы и поморцы на это замечают странникам, в свою очередь, издеваясь над ними, что кажется и ныне дни по-прежнему протекают, и из двадцати четырех часов не умалилось ни единого...

Благоразумный читатель сам легко усмотрит, сколько нелепости и явных несообразностей содержится в беспоповском толковании семидесятой седмицы, сущность которого сейчас изложена мною. Если царствование антихриста, как утверждают беспоповцы, началось с тысящного лета, или со времени отпадения Рима от Церкви Восточной, то значит, по их мнению, все чудотворцы российские жили и спасались, и даже вера православная утвердилась в Российском царствии, уже во время антихристова в мире господства! Опровергать такие и подобный нелепости я не вижу особенной нужды; но неизлишним почитаю сказать нечто против главных оснований, на которых утверждаются беспоповские толки о семидесятой Данииловой седмине, то есть против мнения беспоповцев, что будто бы седмина сия не заключает в себе определенного седмичного числа лет, и что в словах: отъимется жертва и возлияние, и проч. разумеются будто бы жертва и священство Нового Завета. На беседах с беспоповцами Филиппова и Аристова согласий, происходивших в Петербурге, у нас не было речи о седминах Даниила; но в соответствие сим беседам, я сохраню и теперь разговорную форму речи.

Православный. Как вы разумеете сказанное в книге пророка Даниила о седмине седмидесятой?

Беспоповец. В первую половину седмины сей будет проповедан Новый Завет, ибо сказано: утвердит завет мнозем седмина едина. Сия полседмина неопределенна летами, простирается чрез все время существования Завета Нового до самого явления антихриста. Посем в другую полседмину сказуется быти прекращению жертвы Нового Завета: в пол же седмины отъимется жертва и возлияние. Продлится сия полседмина, как и первая, неопределенное время.

Православный. Вы не последовали пророческим глаголам, но развратили смысл их. Первое, в пророчестве сказано, что утвердит завет мнозем седмина едина, а не полседмина, как вы утверждаете. Второе, указуется в пророчестве не время, на сколько или как долго будет существовать Новый Завет, но время, в которое закон сей будет дан: именно сказуется, что завет мнозем утвержден будет во время седмины седмидесятой. Третье, самая эта мысль о временном, только в течение будто бы подуседмины имеющем продолжаться, существовании Завета Нового противна словам пророчества, утверждающим вечное существование сего завета. Ибо сказано у пророка: приведется правда вечная, каковое выражение соответствует словам апостола: «кровию завета вечнаго» (Евр. зач. 335).

Беспоповец. Завет Христов, или христианство, пребудет вечно, но жертва христианская и помазание, то есть священство, не пребудут, прекратятся.

Православный. Когда сказано у пророка, что завет будет утвержден и завет сей будет вечный, то как он с жертвой и священством утвержден был, так и пребудет с жертвой и священством во век. Здесь в словах пророчества находится полное соответствие сказанному в Евангелии о Церкви Христовой: и врата адова не одолеют ей.

Беспоповец. Если бы жертва Нового Завета николиже имела прекратиться, не было бы сказано о ней: в пол седмины отимется жертва и возлияние.

Православный. Здесь говорится о жертве Ветхого Завета, а не Нового. О ветхозаветной жертве и ветхозаветном священстве проповедуется, что они взяты будут в полседмины, то есть в половине сей седмины семидесятой, что и исполнилось. Ибо в половине сей седмины Христос установил новозаветную жертву и Себя самого принес на крестном жертвеннике, каковыми действиями и упразднил жертву закона ветхого, отменил Ветхий Завет с его святилищем и священством.

Беспоповец. Если бы в пророчестве сначала сказано было: отъимется жертва и возлияние, а потом: утвердит завет мнозем седмина едина, тогда можно было бы допустить, что здесь разумеется ветхозаветная жертва, и в словах пророчества была бы надлежащая последственность: говорилось бы сначала о том, что было прежде, то есть о прекращении жертвы Ветхого Завета, а потом о даровании заменившего сей последний Завета Нового. Но когда слова эти: возмется жертва и возлияние, следуют в пророчестве после сказанного об утверждении Завета Нового, то разуметь их о ветхозаветной жертве никак уже нельзя, иначе в словах пророчества была бы несвойственная Писанию непоследовательность.

Православный. В пророчестве говорится именно о жертве ветхозаветной, и говорится в строгой последственности, в том самом порядке, как последовало установление Завета Нового и отменение Ветхого; а вы, напротив, в вашем толковании произвольно изменяете сей порядок. Ибо прейде сень законная, благодати пришедши. Прииде благодать, возсия истина, или правда вечная, по изречению пророчества: явися закон Хрнстов, принесеся жертва крестная, – и тогда сень законная прейде, жертва и возлияние ветхозаветные престали. Зри и самый порядок событий, совершившихся в семидесятую седмину: в начале седмины сей открылась проповедь Евангелия, в половине седмины упразднен закон. Итак, весьма последственно говорится в пророчестве, сначала об утверждении Завета Нового, а потом о прекращении жертвы и возлияния, и именно ветхозаветных. Слыши о сем и святых отец свидетельство. Блаженный Феодорит о седмине семидесятой толкует: «В сей (седмине) Завет Новый дастся верующим, и всякие силы исполнить их; в пол же седмины отъимется жертва и возлияние, то есть бывшая по закону жертва, по принесении истинной жертвы непорочного Агнца, вземлющего грехи мира, упразднится; сей бо прочее принесение бывшей, оная (Ветхого Завета жертва) конец прият». Так ясно блаженный учитель пишет, что Завет Новый дастся в течение седмины семидесятой, и что в половине сей седмины, по принесении истинной жертвы, преобразовательная жертва Ветхого Завета упразднится.

Беспоповец. Но утверждение Завета Нового последовало не в течение целой седмины, а только в течение полуседмины; ибо Христос Евангелие проповедовал только три с половиною года.

Православный. Справедливо, что Христос проповедовал Евангелие иудеям в первую половину семидесятой седмины; но и по вознесении Господнем, в течение второй полуседмины, проповедь Евангелия иудеям не прекратилась. Ибо проповедь сию продолжали апостолы, о чем тот же Феодорит блаженный в толковании пишет: «Если кто время познать желает, от евангелиста Иоанна познает, что Господь, по проповеди, бывшей около трех лет с половиной, страсти претерпел; по кресте и смерти, и воскресении, и на небеса вознесении и Святого Духа сошествии, прочее седмины время святые апостолы во Иерусалиме проповедуя, и чудеса творя, и многие тысящи людей к евангельскому учению приводя, Новый Завет преподавали, и к приятию святого крещения предуготовляли,… и обшедше Самарию и Кесарию, Лидду же и Иоппию, всем людям спасительные догматы сообщать поспешали. По сей-то причине Божий архангел блаженному Даниилу глаголет: утвердит завет мнозем седмина едина, бывшее как прежде креста время, так и по воскресении Спасителя святых апостолов во Иерусалиме учение собрав во едино». (До зде Феодорпт). Видите, как блаженный учитель Церкви, время евангельской проповеди, еже прежде креста, то есть первую полседмину, и время проповеди чрез апостолов, еже по Христовом распятии и на небеса вознесении, то есть вторую полседмину, соединяет во едину седмину и свидетельствует, что, согласно пророчеству, начальная проповедь Евангелия иудеям обнимает целую семидесятую седмину. И вы противно смыслу пророческому и отеческому толкованию проповедь Евангелия заключаете только в первую половину сей седмины.

Беспоповец. Но проповедь Евангелия продолжалась не семь только лет; равным образом и запустение Иерусалима, с отъятием жертвы и священства, указанное во второй половине седмидесятой седмины, не три года с половиной продолжалось, а, напротив, существует и доныне: посему невозможно седмину семидесятую исчислять определенными семью годами, но объемлет оная неопределенное время, до скончания мира продолжаться имущее.

Православный. Было уже сказано, что седминой семидесятой определяется не то, сколько времени продолжится проповедь Евангелия, но то, когда или в какое время посредством проповеди Евангелия Христом Спасителем и апостолами утвержден будешь Новый Завет; и сие-то время обнимает, по пророчеству, всю семидесятую седмину, хотя проповедь Евангелия и по окончании сей седмины продолжалась и доселе продолжается. Равным образом второй половиной семидесятой седмины означено не то, сколько времени продолжится иерусалимское пленение с запустением жертвы и священства, а показано только, когда, или в какое время упразднится законная жертва, престанет закон ветхий, а затем должно последовать и запустение Иерусалима и храма (самое же продолжение пленения в пророчестве указано словами: даже до скончания времени скончание дастся на запустение). Посему, как первые шестьдесят девять седмин исчисляются каждая в семь определенных лет, так же точно и последняя седмина содержит в себе определенные семь лет. Если же, по-вашему, неопределенное долгое время означается как первой половиной семидесятой седмины, так и второй, то когда же, по-вашему, последовало отъятие ветхозаветной жертвы и престатие священства, предназначенные к исполнению в сей второй полседмине? Ужели по истечениии многих (даже тысящи) лет, которые вы определяете для первой полуседмины? Видите, как вашим толкованием вводится слияние времен в пророчестве, и для престатия священства и жертвы ветхозаветной места уже не обретается. Правда, вопреки действительному смыслу пророчества, вы совсем исключаете из оного указание о прекращении священства и жертв Ветхого Завета, напротив, утверждаете, что сказанное у пророка должно разуметь о прекращении священства Христова и жертвы новозаветной. Я уже заметил выше, как вообще противна слову Божию и святых отцов учению эта нечестивая мысль, что якобы бескровная жертва завета вечного и непрестающее священство Христово имеют прекратиться и уже прекратились. А что вы клевещете на пророка Даниила, якобы у него предсказано о сем прекращении, в этом обличает вас святой Златоуст, ясно показующий, чья судьба возвещается в Данииловом пророчестве о седминах и о каком запустении здесь говорится. По свидетельству вселенского учителя, седминами предуказана пророку Даниилу судьба иудеев, людей ему единоплеменных, и возвещено последнее запустение священного рода иудеев: «Еда другая убо пленения (от вавилонян, от Антиоха) являют пророцы, со утверженным временем рекше (т. е. назначают лета, елико продолжится пленение), сему же (последнему) никоторое же время уставльше, но и сопротивное прорекше, яко даже до скончания будет запустение» (Маргар. л. 17)? Вообще, в сказанном у пророка Даниила о седминах содержатся три следующие предсказания об иудеях: первое, яко в половине седмины семидесятой, по установлении Нового Завета кровью Иисус Христовой, по принесении истинной жертвы на кресте, ветхий закон престанет и прообразовательные жертвы со священством по чину Ааронову отложатся прочее (в пол седмины возмется жертва и возлияние). Второе же, яко по седминах семидесяти последует пленение народа иудейского и запустение Иерусалима (семьдесят седмин сократишася о людех твоих и о граде твоем святем); и третье предсказание, яко прекращено жертвы и пленение народа и града продолжатся даже до скончания. Таковы ясно выраженные в седминах Данииловых предсказания об иудеях и граде Иерусалиме. Столь же ясно предуказуется в оных, что в седмину семидесятую дастся Христом Спасителем Завет Новый (утвердит завет мнозем седмина едина), и что завет сей пребудет во веки (приведется правда вечная). Вы же все сопротивно пророчеству проповедуете. Где говорится пророку о людях его, то есть единородных ему иудеях, там вы разумеете род христианский. Что сказано о престатии Ветхого Завета жертвы, то вы прилагаете к непрестающей новоблагодатной жертве Тела и Крови Христовы. Что говорится о пленении отвергшихся Господа и распенших его иудеев, то вы разумеете о верующей в него Церкви святой. Точно определенное время, когда имело последовать отъятие Ветхого Завета с его жертвами и священством, вы превращаете в неопределенное, и толкуете о прекращении священства Христова н жертвы бескровной, яже пребудут во век. И утверждаетесь вы таким образом не на пророчестве Данииловом, а на собственном вашем кривосказательстве.

Хотя беспоповцы в своих толкованиях седмин Данииловых, как выше замечено, искажают главным образом сказанное у пророка о семидесятой седмине, а прочие шестьдесят девять седмин правильно исчисляют, назначая для каждой обыкновенные семь лет, и время исполнения оных правильно определяют, от издания указа Артаксерксова о сооружении стен иерусалимских до явления на проповедь Христа Спасителя; но и здесь, в том, что говорится вообще о седминах семидесяти, многие изречения превращают на свой разум, толкуют по своему смышлению, и именно, что говорится о запечатлении пророчества в иудеях, о потреблении помазания п проч., все это они прилагают к новоблагодатному закону, к его священству и жертве. Посему считаю небесполезным привести здесь и на сии изречения несколько святоотеческих толкований, дабы каждому ясно было, как далеко беспоповцы в своих лжетолкованиях уклонились от истинного, святыми отцами указанного разумения словес пророческих.

Слова Архангела пророку Даниилу: «Седмьдесят седмин сократишася о людех твоих и о граде твоем святем» (гл. 9, ст. 24).

Толкование святого Златоуста: «Се и зде время речено бысть, рече, время не пленения, но по елице хотяше пленение приити времени. Другое же есть время, елико хотяше держати время пленение, и время по немже хотяше усрести и приити. Седмьдесят седмиц, рече, скратишася на людех твоих, не ктому на людех моих. Таже и пророк глаголаше: яви лице твое на люди твоя, но Бог тыя отчуждает прочее» (Маргарит слово 3 на Иудея, л. 115).

Примечание. Так ясно вселенский учитель, толкуя слова пророчества, показует, что в них говорится не о людях Нового Завета, но о людях пророка, то есть единоплеменных пророку, о иудеях, отчуждаемых от Бога ради хотящего быти христоубийства, и что семьдесят седмин означают не то время, насколько продолжится отчуждение, но то, после которого отчуждение последует, почему все семьдесять седмин должны быть исчисляемы определенными годами. А беспоповцы, вопреки сему, находят в седминах предсказание об отчуждении Нового Завета людей, об отъятии Христова священства и бескровной жертвы, и последнюю седмину продолжают на неопределенное время.

«Яко да обетшает согрешение, и скончается грех и запечатаются греси» (ст. той же).

Толкование святого Златоуста: «Много, рече, согрешают; но верховное злым тогда будет, егда Владыку своего убиют. Сия глагола и Христос: исполните меру отец ваших; рабы убисте, приложите и Владычню кровь. Зри согласна разумевания: Христос рече: исполните, пророк глагола еже совершитися грехопадению, и еже запечатлетися греху. Что есть запечатлетися? Яко ничесомуже остатися прочее» (Марг. 115).

Примечание. Так ясно пишет вселенский учитель, что пророчество глаголет об убивших Христа иудеях, и христоубийство запечатлением грехов их именует; а беспоповцы, напротив, криво сказуют, якобы за исполнение грех наших, то есть нового Израиля, отъятися жертве Нового Завета пророчество зде глаголет.

«И загладятся неправды, и очистятся беззакония, и приведется правда вечная» (ст. той же).

Толкование Феодоритово: «Загладил бо Христос беззакония верующих в него». Толкование Златоуста: «Какая есть вечная правда, разве яже от Христа данная?»

Примечание. Зде смертельно поражаются беспоповцы, глаголющии, якобы в пророчестве о седминах предуказано отъятие учрежденного Христом священства и установленной Им жертвы. Ибо, если по пророчеству, как изъясняют оное святые отцы, правда Христова есть правда вечная, или, что то же, завет Христов есть завет вечный (а заветом новым, или вечным. сам Христос называет чашу крове своя, глаголя: «сия чаша новый завет»... От Луки, зач. 108): то и священство Христово и жертва Нового Завета пребудут до скончания века, д;ндеже убо Христос паки приидет.

«И запечатлеется видение и пророк» (ст. той же).

Толкование святого Златоуста: «Сиречь престати пророчеству прочее: се бо есть, еже запечатлети, отставити помазание, отставити видения. (Ниже:) И когда убо се бысть? Когда отъята быша пророчества свершенне? Когда, помазание разрушится? Не имамы другое время рещи, в неже сия пострадаша (иудеи), праве сие долгое и много множае паки быти хотящее» (Марг. л. 115 обор.).

Феодоритово: «И запечатлеется видение и пророк: то есть воспоследует конец всем пророчествам (кончина бо закону Христос), и отъимется пророческая благодать от иудейского рода».

Примечание. Так ясно отцы церкви утверждают, что в пророчестве сказано об отъятии пророческой благодати от иудейского рода, а не от Нового Израиля, как беспоповцы кривосказательно толкуют.

«И...потребится помазание, и суд не будет в нем, град же и святое разсыплется со старейшиною грядушим и потребятся аки в потопе» (ст. 26).

Толкование Феодоритово: «Град разорится, а храм святой совершенно разрушится. Сие же постраждет град со старейшиной грядущим, то есть с пришедшими беззаконными властителями. Ибо старейшиной грядущим наименовал здесь иноплеменное царство (Иродово) и беззаконное первосвященство. Потом, научая, что несравненно большая прежних постраждут злоключения, присовокупил: и потребятся аки в потопе, то есть, такое понесут всегубительство, какое понесли бывшие древле люди во время потопа, всю землю покрывшего. (Ниже): И сим злоключениям навеки подпадут, и никакого восстановления никогда не получат».

Примечание. И здесь блаженный учитель, объясняя слова пророчества, утверждает, что потребятся навеки без восстановления беззаконные цари и священники иудейские, а не священство Нового Завета, Христом утвержденного, якоже беспоповцы кривосказуют.

«В пол же седмины отъимется жертва и возлияние, и во святилищи мерзость запустения, и даже до скончания времени скончание дастся на опустение» (ст. 27).

Толкование святого Златоуста: И паки, глаголя, в расплетение се возмется жертва и треба и над сими во святилище мерзость запустения и даже до кончины времене скончание дастся на опустение. Егда же услышиши скончание, что прочее ино ожидавши? И над сими реченными, жертвы отъятием и требы, другое будет нечто большее зло. Которое же се? На святилище мерзость запустения: святилище храм нарича, мерзость же запустения кумир, егоже постави иже град низложивый внутрь в храме, – и даже до скончания, рече, опустение. Сего ради Христос, рече, по Антиосе объявленнем, пришед еже по плоти и предвозглашая хотящее быти распленение и показуя, яко о сем Даниил пророчествова, рече: егда видите мерзость запустения стоящу на месте святем, чтый да разумеет, понеже бо всяк идол и всяко воображение человеческое от иудей мерзость нарицашеся, гаданием объявляя кумира оного, купно и еже когда и еже от кого пленение будет, провозгласи. А яко о римлянох сия речена быша, и Иосиф, якоже в предних показахом, рекл есть» (Маргар. сл. 3 на Иудеи, л. 116 об. н 117).

Примечание. Здесь св. Златоуст, толкуя те же самые слова из пророчества Даниилова, которыми беспоповцы хотят подтвердить свое учение о прекращении священства и жертвы Нового Завета, явственно сказует, что ими предречено иудейское пленение от римлян и взятие жертвы ветхозаветной и поставление римлянами кумира в иудейском ветхозаветном храме, а не прекращение священства и жертвы Нового Завета.

Таким образом, в седминах Данииловых беспоповские наставники не могут найти ни единого основания самопроизвольному мудрованию своему, якобы царство антихриста уже настало, и священство и жертва Нового Завета уже прекратились. Напротив, самое сие пророчество о седминах явственно изобличает лжу их, и светло провозвещает вечность непреложного завета Христова, с его жертвою и священство