Работа над ошибками. Глава 10

                10. Здравствуй, лагерь!
Отъезд выпадал на субботу, а в выходной родители были оба свободны и вдвоем отправились провожать меня.
Это вселяло надежду. Мы давным-давно втроем никуда не ходили.
Марту провожали брат Марат и мама.
Все вшестером втиснулись  в машину Мартиного отца, на вождение которой у старшего сына была доверенность и поехали на сборный пункт.
Машина плыла  в потоке машин слева и справа, спереди и сзади, то и дело тормозя на многочисленных московских перекрестках и уже на пути к месту сбора мы успели устать.
Тем более, развязный братец Марты чертыхался за рулем и материл каждого, кто по его мнению, неправильно вел машину.
Слушая его, верилось, что каждый второй за рулем - круглый идиот.
А еще по  прибытии предстоял медосмотр и запись в отряд, ожидание колонны автобусов и вся та прощальная маята, без которой никак было не обойтись.
Словом, когда мы расселись по автобусам и тронулись из города, я успела проклясть все на свете - и саму поездку, и свою тяжеленную сумку с гостинцами, и солнце, что резало глаза через автобусное окно - день был жарким.
Да еще сзади сидел отвратный тип и стучал ногой по моему сиденью.
Я обернулась и сказала: -Успокой свои ноги!
-Ой-ой, какие мы нежные!- пропел тип, но стучать по креслу перестал.
-Да, - сказала я вызывающе, - мы нежные, не нравится - пересядь!
-Тебе надо, ты и  пересядь! А мне и тут хорошо!- был мне ответ.
Прямо, детский сад какой-то! Я промолчала на это.
Через минуту он снова замолотил ногой по сиденью.
Я обернулась и выглянула в прогал между двумя спинками автобусных кресел, возмущенно уставившись на типа.
Он, как ни в чем не бывало, вытаращился на меня и смотрел дерзко, не мигая.
Смуглая от недавнего загара морда блестела каплями пота, кожа лупилась на носу. И волосы совсем светлые, выгоревшие. Видать, только с моря, курортничек...
Левая бровь была рассечена старым шрамом, вероятно полученным в дворовых баталиях.
Вид у типа был лихой, почему и подумалось  о  дворовых баталиях. Я мгновенно решила, что он вполне вписался бы в компанию дворовых хулиганов, что ночами орали дурными голосами, не давая всему дому спать.
Я продолжала смотреть на него с возмущением, он отвечал  взглядом в упор.
 К тому же, глядя мне в глаза, снова застучал по сиденью,- мол, и что ты мне сделаешь?
-Дятел!- сказала я в сердцах.
-Зануда! - немедля отозвался он.
Я в негодовании отвернулась.
-Да плюнь ты! - беспечно махнула рукой Марта, видя, что я просто киплю гневом. - Еще внимание обращать!
"Дятел" постучал еще немножко, но я уже не реагировала. Смотрела в окно и жалела, что согласилась на эту поездку.
Так что, дорогу в лагерь и ее неудобства я предпочла забыть поскорее, так она меня доконала.

Про заселение в корпус тоже вспоминать не хочу.
В лагере до этого мне приходилось бывать дважды и это были не лучшие воспоминания.
Всегда идет борьба за кровать у окошка в уголке палаты, соперничество за место в чемоданной и лучшую полку в шкафу.
Но, слава богу, мы с Мартой были вдвоем и места мы себе отвоевали рядом  друг с другом. И это уже было козырной картой.
В этой суете скликали всех на обед.
Надо было построиться у корпуса и ждать, пока один из трех наших вожатых и двое дежурных, которые нашлись с трудом и без малейшего желания, отправились в столовую накрывать обед.
Вожатый Слава и вожатая Люда, которые оказались молодоженами, о чем мы узнали уже вечером, решили занять нас отрядной игрой.
Мы должны были встать паровозиком по одному и положить на плечо впереди стоящего правую руку.
Это называлось "Слоники идут". Рука на плече означала слоновий хобот. И так, не расцепляя рук, то бишь хоботов, мы должны были длинной вереницей идти в столовую.
Считалось, что это очень сплотит отряд на первых парах и сдружит всех.
Когда мы туда дотащились, оказалось, что обед еще не накрыт, о чем крикнул третий наш вожатый, Леша, высунувшись в окно.
Пришлось снова построиться слониками и сделать два круга вокруг столовой. Всем нравилось ходить такими дураками, все запинались, наступали друг другу на ноги и хохотали. Я же не понимала, что  тут такого чудесного и злилась все больше.
Хотелось пить и спать. Тошнило от огромного количества сладостей, съеденных еще в автобусе, чтобы дорога не казалась долгой.
И еще солнце жарило так, словно мы прибыли не в подмосковный лагерь, а в Конго.
Почему у меня появилась ассоциация с Конго, сама не понимаю. Вероятно, "слоники" навеяли.
Обед я толком не ела, была сыта гостинцами.
После обеда вожатые решили, что опять надо превратиться в слоников и так топать в корпус.
Первым встал вожатый Слава, за ним Люда, я проворно пристроилась к Люде. На мое плечо с размаху шлепнулась тяжелая ручища. Я возмущенно оглянулась.
Это был "дятел", как я прозвала своего ненавистного попутчика из автобуса.
-А полегче нельзя? - окрысилась я.- По башке себе постучи!
-А, это ты, зануда?- было мне ответом. - Ничего, не развалишься!
-Убери свой хобот!
Я дернула плечом.
В это время прибежала Марта, оторвала его руку от моего плеча и втиснулась позади меня. Мартину ладошку я почти не чувствовала на своем плече. Мы слониками поплелись в корпус.

Наступило время тихого часа. По сути, его не было.
Как объяснили вожатые, в первый день он необязателен. Каждому надо устроиться, распихать свои вещи, словом, вытоптать окоп.
"Вытоптать окоп"- выражение нашего школьного психолога, который время от времени приходит в наш класс и проводит свои эксперименты.
То попросит нарисовать несуществующее животное, то показывает какие-то кляксы и спрашивает, на что они похожи и  радуется, что у каждого при виде этих клякс своя версия.
А потом описывает это в своих бумагах и раскладывает по папочкам.
Психолог дружит с нашей классной и оттого, я думаю, часто бывает в классе.
Мне кажется, она интересует его гораздо больше, чем мы с нашими особенностями видения клякс.
Она незамужняя и строит ему глазки, а он семейный  мужчина, во всяком случае, у него на пальце кольцо и мы с Мартой думаем, что он женат.
-Ему, небось, жена дома до чертиков надоела, - говорит Марта тоном знатока семейной жизни. - Оттого он и шастает к Евгеше!
Я киваю, тут я абсолютно согласна с Мартой. Наша классная -большая кокетка.
Я знаю, что ей нравится, когда мой отец приходит на собрания. А маму она не любит, мама у меня резкая на язык и глазки ей не построишь.
Вспомнив про сложные отношения оставленных дома родителей, я вздохнула.
Хоть бы у них все наладилось, ради этого стоило оставить их одних. Пусть разбираются. Пятнадцать лет вместе - не шутки вам. Ведь сколько хорошего было за эти годы!
Я пристроила чемодан на покрывало кровати и расстегнула молнию. Но разобрать не успела.
По коридору шел вожатый Леша, заглядывал в каждую палату и, вполголоса, чтоб не потревожить желающих улечься спать, говорил: -Кто не лег, соберитесь на десять минут в холле!
Выйдя в холл, я поняла, что не лег никто, так как, все тридцать восемь человек отряда уже сидели, стояли, слонялись в холле.
Мы своей палатой держались впятером и,  выйдя, прислонились к стеночке, так как стульев уже не хватало.
Мальчишки успели высыпать в холл скорее и все сидели.
Дятел потянул за руку девицу из соседней с нами палаты и с размаху усадил к себе на колени. Девица не возражала.
Вот так, значит, запросто - хоп! - и к парню на колени!
В моих глазах девица просто  резко рухнула лицом в грязь.
Хотя, нет, не лицом, мордой. Не могло быть у девчонки, что села при всех к парню на колени, лица. Только морда.
Я с негодованием отвернулась, успев возненавидеть обоих. Поглядела  выразительно в сторону вожатых: -Вы-то, вы-то чего смотрите?
Удивительно, вожатые просто ничего не заметили или не нашли в этом ничего предосудительного.
Слава богу, подвиг Дятла никто больше не повторял. Нашлись пацаны, что слезли со стульев, уступив девчонкам место и сразу снискав мое уважение, но таких было немного.
В итоге, потеснившись и сев по двое на один стул, кое-как уместились все и стоящих у стен не осталось. Кроме меня.
Марта пристроилась на краешек стула к девчонке из нашей же палаты - Ксюхе. При знакомстве она сама так неброско представилась: -Я - Ксюха!
Четвертая и пятая наши с Мартой соседки, Кира и Вика, тоже сидели вдвоем на одном стуле. Кира, долговязая и мосластая, словно вся состоящая из углов, держала на коленях щуплую Вику. Так они потом всю смену и держались вместе - не разлей вода, как в час первого сбора в холле.
На то, что я стою, никто не посмотрел, вожатые начали знакомство с отрядом. При желании я тоже могла бы кого-то потеснить, подвинуть и вопрос был бы решен.
Но мне не хотелось ни с кем сидеть, личное пространство было дороже.
-Ребята, ребята! - позвала Люда, захлопав в ладоши. - К делу!
-И правда, парни, тихо! - цыкнул на ребят Слава. Все заерзали и приготовились слушать.
-Как нас зовут, вы уже знаете! - продолжала Люда. - Сейчас будем знакомиться с вами. Сыграем в игру, она называется "Снежный ком". В чем суть: первый называет свое имя. Второй сперва повторяет имя первого, затем свое. Третий повторяет имя первого, затем второго, затем свое. И так далее...
-Да ясно, ясно! Знаем! Не первый раз! - подал голос Дятел.
-Он еще и выскочка! - с негодованием успела подумать я.
-С тебя начнем! - обратилась ко мне вожатая. Я стояла крайняя.
-Ира!- нехотя назвалась я.
-Ира! - повторила Марта, прибавив к моему и свое редкое имя.
-Ира, Марта, Ксюха! - протараторила наша соседка по палате.
-Ира, Марта, Ксюша, Вика!
-Ира, Марта, Вика...э... Ксюша... - произнесла мосластая Кира и остановилась.
-Ну, а себя-то? Себя назвать забыла! - поторопила Люда.
Те, до кого очередь пока не дошла, явно скучали.
-Интересно, - думала я, - как будут выкручиваться последние? Нас ведь тридцать восемь! Немыслимо запомнить столько имен разом! Мне, вот, повезло быть первой! А что будет делать Дятел?
 Он сидел напротив, в числе последних.
-Нет, - запротестовал вожатый Леша, увидев Кирино замешательство. - Так у нас не получится! Просто представляйтесь каждый, до кого очередь дошла, называйте имя и фамилию!
-Верно!- кивнул вожатый Слава и уставился на Киру.
Та хлопала глазами, не понимая, чего от нее опять хотят. Вика, сидящая у нее на коленях, повернулась к ней и зашептала: -Имя, фамилию называй!
А-а, - сказала Кира бестолково, - Гурейко Кира!
-Маргелова Наталья!
-Прошкина Настя!
Каждый называл себя, когда доходила очередь.
Остальные откровенно зевали; сказывалась дорога и обед.
Хотелось поскорее вернуться в палату и завалиться в кровать с телефоном.
Я разглядывала всех, кто называл себя.
Все здесь были мне незнакомы. Кроме Марты, конечно. И это был отличный бонус.
Мне, как многим новичкам, пришлось бы искать себе подруг. Новичков, приехавших сюда, как и я, впервые, было пол - отряда. Нас, кто приехал впервые,  попросили поднять руки еще в автобусе.
Мы же с Мартой были каждая со своим самоваром. Приехав с Мартой, я привезла с собой частичку Москвы и частичку школы, частичку двора и частичку дома. И это было здорово.
Я знала, что ни в коем случае не буду искать с кем-то дружбы; Марты и ее присутствия мне с лихвой хватит.
И скучать не буду - все, любимое мною, здесь, рядом.
Знакомство тем временем шло ни шатко - ни валко.
-Гурьев Никита.
- Таня Маркина.
-Ильяс Хасанов.
-Наиль Хасанов.
Дошла очередь и до Дятла. Девица, что сидела на его коленях, не вставая, прокричала: - Семизарова Виолета!
- Ого, - удивилась я про себя и покашляла вслух. - Даже так? Бывает же! Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Виолета!
-Серебров Роман!- отрапортовал Дятел.
Мне очень хотелось  и ему припечатать какое-то прозвище, но в его имени ничего смешного, увы, не было.
Последние несколько человек назвали свои имена, которых я не запомнила.
Я забавляла себя тем, что придумывала прозвища Виолете.
-Бумага для туалета, швабра для паркета, проезд без билета, осечка пистолета, приправа для омлета, липкая конфета, окурок сигареты!  - изгалялась я.
На самом деле," Семизарова  Виолета" звучало очень красиво, да и, что греха таить, сама она была симпатичной, иначе кто бы стал сажать ее на колени? Про морду это я, конечно, с досады загнула.
А еще оттого, что для меня неприемлемо было сесть к парню на колени, да еще и при всех. А она села, вот.
Когда знакомство, наконец, было окончено, все завозились, загомонили.
-Тихо, ребята, тихо! - снова призвал к порядку Слава.- Нам надо выбрать командира отряда! Какие будут предложения?
-Илья Гуткин! - крикнула Ксюха.
-Та-ак, ага... Еще какие предложения?
-Новеньких нельзя! Мы их не знаем, а Гуткин каждый год ездит!
-Че все Гуткин, да Гуткин?  - проворчал верзила, что первый уступил свой стул девчонкам и сидел теперь на ковре под ногами у отряда, подняв колени под самые уши. - Можно хоть раз не Гуткина? Дайте отдохнуть!
Я поняла, что это и есть сам Гуткин.
- Самоотвод, что ли? - спросил Леша, который то исчезал в палатах, наблюдая, как идет расселение, то вновь появляясь в холле, в то время, как молодожены Слава и Люда сидели на диванчике, держась за руки. - Предложи своего кандидата!
-Пусть  Серебров будет!
-Не, Илюх, у меня футбол! Не пойдет!
Гуткин пожал плечами и уставился в окно.
Леша постоял на середине ковра, засунув руки в карманы и ожидая, пока все примут решение. Никто не хотел становиться командиром отряда. Все приехали отдыхать, кому же нужна ответственность?
- Футбол футболом! Это общественной нагрузке не помеха, только в помощь! Лучше организуешь свой день! - сказал он и обернулся к своим напарникам. - Голосуем за Сереброва! Пусть Гуткин и правда отдохнет от руководства отрядом. Кто за?
Взметнулся лес рук. Всем явно хотелось разойтись по палатам.
-Кто против?
Дятел выпростал левую руку из-за спины Виолеты Семизаровой, так как забавлял себя тем, что, пока выбирали командира отряда, он то заплетал, то расплетал кончик ее косы. Он вытянул вверх свою одинокую руку.
- Воздержавшиеся есть? - спросил Леша без интереса, понимая, что выбор в пользу Сереброва очевиден.
Я подняла руку. Одна из тридцати восьми. Все уставились на меня.
-Чего так?- удивился Леша.
-Я здесь первый раз, и не знаю его...
Про себя я беззвучно договорила фразу: - ...и знать не хочу!
Кандидат в командиры отряда смотрел на меня насмешливо.
Я отвернулась.
-Принято единогласно! - подытожил Леша, сочтя мои доводы неубедительными. - Серебров - командир отряда!
-Но у отряда пока еще нет названия!- вспомнив про свои прямые обязанности, крикнул с дивана Слава.
- И речевки тоже нет! И отрядной песни! - добавила Люда.
Рук они со Славой так и не разнимали; на пальцах этих сплетенных рук блестели новенькие обручальные кольца.
-Ничего себе медовый месяц! - ехидно подумала я. - С отрядом, над которым председательствует Дятел!
- Серебров - командир, пусть он и выберет название! - крикнул кто-то.
-А давайте, как в игре "Снежный ком"! - предложила вожатая. - Каждый по очереди говорит какое-либо название и когда скажут все, проголосуем за лучшее!
-Точно!- поддержал молодую жену Слава.
Леша же, стоя в центре ковра, указал пальцем на того, кто, по его мнению, должен был первым выдать вариант названия отряда.
-Веселые ребята!
-Так, хорошо, веселые ребята...Дальше?
-Орлята!
-Да ну, надоело! Орлята, соколята! Еще скажи "юные ленинцы"! В двадцать первом веке живем! Можно поменьше идеологии?
-Что ты предлагаешь?
-Танцоры диско!
-А это по-твоему классно?
-По-моему, это честно!
-Ребята, ребята!- Леша хлопнул в ладоши. - Сами себя задерживаем, давайте по - быстренькому! Половина ездит из года в год и знает, что в лагере актуально! Вот и предлагайте! Скорее разойдемся по палатам!
И понеслось:" Таланты и поклонники", "Дети солнца","Фантазеры","Лучшие люди", "Фортуна", "Мечтатели".
Виолета Семизарова предложила назвать отряд "Гармония" и тут же добавила девиз "Красота спасет мир!"
Я посмотрела на нее без прежней неприязни.
Правда, с трудом представляла себе отряд с таким названием и девизом под началом Дятла.
Дятел, ой, нет, теперь дорогой товарищ командир  пока еще безымянного отряда предложил свое название "Рекордсмены". Девиза у него не было припасено, сразу стало понятно, что назвать отряд "Рекордсмены" явилось спонтанным решением.
Гуткин сказал: "Серебров и команда".
Многие поддержали, мне тоже понравилось, но голосовать за это название я принципиально не стала бы.
Марта, когда до нее дошла очередь, крикнула: "Зеленая планета!"
Вика, наморщив лоб, сказала: "Смайлики", а девиз может быть такой" Всегда бодры, всегда на позитиве!"
Вожатые закивали с дивана, видно было, что им понравилось предложение со смайликами.
Осталась одна я, на меня уставились в ожидании.
Я отлепилась от стенки и сказала: - Предлагаю назвать отряд "Эксперимент".
- Это почему так?- в недоумении спросил Леша.- Что за эксперимент?
-Ну, - замялась я, - потому, что многие здесь впервые. Пол-отряда новичков. Для них оказаться вместе самый настоящий эксперимент. Никто не знает, что из этого получится.
-Ну, допустим...А какой можно придумать девиз к такому названию?
-Время покажет, например...
-По-моему, очень много философии в таком названии и в таком девизе тем более. Ты так не думаешь?
Я пожала плечами, мол, называйте, как хотите, мне все едино.
-Что ждать от зануды? - сказал Дятел негромко.
Никто ничего не понял и вопрос просто повис в воздухе.
Надеюсь, в этот миг я не покраснела. Ладно, будет случай, припомню. Я злопамятная.
-Меня спросили мой вариант названия, я сказала, что думаю.
- Спасибо, - кивнул Леша и повернулся к дивану. - Мы услышали много названий, это здорово. Но при выборе названия всегда нужна простота, чтобы до каждого доходило! Мне понравилась "Зеленая планета" и "Смайлики". В этих названиях все понятно и звучат они эффектно. Если брать планету, то все оформление отрядного уголка можно сделать  экологичным, сбережем землю для себя и потомков, к примеру, а смайлики - весело и очень по-летнему. Голосуем, кто за Зеленую планету?
Поднялось с десяток рук. Я тоже подняла руку. То, что предлагала Марта, было и правда, актуально на все времена.
-Кто за Смайлики?
За смайлики рук поднялось гораздо больше.
-Итак, наш отряд будет носить название Смайлики. Девизом станут слова "Всегда бодры, всегда на позитиве!"
Когда расходились по палатам, Марта пробурчала: -Да ну, тоже мне, дурацкие смайлики выбрали, как будто мы дошколята какие-то, а не второй отряд!
Я понимала, что ей обидно  - "Зеленая планета" или "Мечтатели" подошло бы второму отряду гораздо больше.
-Что ты хочешь? - вполголоса сказала я, - отряд, которым руководит идиот, может называться только так!
Почему он идиот? - так же тихонько, чтоб нас не слышали наши соседки по палате, возразила Марта. - Он ничего так, симпатяшка!
-Кто симпатяшка?- возмутилась я. - Этот обшмыга? Который не постеснялся в первый же день девку на колени усадить? Тоже мне, командир отряда! Позорище!
- Почему обшмыга? Что за слово такое?
-Урод значит, вот что! Достоевского надо читать!
-Я еще не сошла с ума - читать на каникулах Достоевского! Ты не забыла, что на дворе лето?! Расслабься и получай удовольствие!
-Я всю дорогу получала  удовольствие, пока этот Серебров лупил ногой по сиденью в автобусе! У меня вся задница в синяках, знаешь ли! И тут - надо же!- его еще и командиром выбирают, с ума сойти!
-Ха-ха-ха! Так он же футболист, ясное дело!
-Только лупить по сиденью в автобусе и  по мячу - большая разница! Нашли, кого выбрать! Воображаю, каким он будет командиром!
- Поживем-увидим!- сказала Марта, зайдя в палату.
Я вздохнула при виде неразобранного чемодана.
Хотелось одним движением задвинуть его  куда подальше и тут же плюхнуться в кровать, что очень выигрышно помещалась слева от окошка. Это значит, что помимо полки в тумбочке, у меня еще есть часть общего подоконника для личных вещей.
Еще раз вздохнув, я взялась разбирать туго набитый чемодан.
Ксюха стояла рядом с моей кроватью и разглядывала все, что оттуда достается.
-У нас с тобой один размер! - сообщила она. - Будем меняться вещами!
Я пожала плечами. Мне было не жалко давать кому-то свои вещи, тем более, мама далеко и возражений точно не будет.
Заглянул вожатый Леша: -Девочки, можно не ложиться. Но, чтоб было тихо! Через час сбор в холле!
-Зачем опять?
-Будем готовиться к "Визитке"!
- Что это за визитка такая?- спросила я.
- Это презентация отряда в клубе перед всем лагерем! - пояснил Леша.- Короткий номер любого формата. Отряд подымается на сцену, говорит название и речевку, а остальное может быть импровизацией - песня там, стихи, акробатика, сценка...Показываем себя с лучшей стороны. Как ты говоришь, эксперимент! В общем, думайте пока, не тратьте время попусту!
-Вот привязался к слову! - досадовала я, роясь в чемодане. - Дался ему этот эксперимент! Да тут над каждой фразой думать придется, чтобы тебя потом носом в нее не тыкали!
Позвонила мама.
Но нас еще в холле предупредили, что звонки должны быть очень короткими, только по делу и лучше не в корпусе, а на улице.
Говорить в данный момент не очень-то хотелось, тем более, мама бы засыпала вопросами, ей в двух словах не ответишь - обязательно потребует подробностей. А что я ей скажу? Что мы назвались смайликами? Ей это до лампочки. Ее интересует быт, режим и гигиена, одним словом, здоровье. Ответить было нечего.
Я взяла телефон: - Мам, у нас тихий час, говорить нельзя! Доехали хорошо, устроились нормально, пообедали тоже нормально. Спим рядом с Мартой. Все, вечером наберу, пока!
Не дав матери ответить, я нажала отбой.

Когда, наконец, содержимое чемодана было перенесено на полку шкафа, я рухнула в постель. Спина гудела. Ей, действительно, досталось в дороге от соседа сзади. Про которого я знала теперь, что он был в лагере многократно, зовут его Роман Серебров и он с сегодняшнего дня командир отряда "Смайлики".
Марта теребила пакет с гостинцами, предлагая мне то зефир, то сушку, то сухарь.
Я отказывалась. Честно говоря, хотелось провалиться в сон.
Но через полчаса снова надо быть в холле. А что, если не выйти? Взять и остаться в палате? Вряд ли я смогу предложить что-нибудь путное для визитки. Ведь мой "эксперимент" явно никому не понравился.

К моменту отрядного сбора мысль остаться в палате так завладела мною, что с этим невозможно было бороться.
Я вышла  в коридор, где снова маячил Леша, проверяя порядок в вверенном ему отряде.
 Слава и Люда словно растворились в воздухе - вероятно, с пользой проводили личное время, как и подобает молодоженам.
Пока мы обживали палату, Ксюха успела рассказать нам, что Леша - бывший пионер и тоже вырос в этом лагере.
А это лето - первое, в которое он приехал  на работу в качестве вожатого. Так что, его энтузиазм, в общем-то, понятен.
-Леша, - обратилась я к новоиспеченному вожатому, - у меня голова болит. Можно я не пойду в холл?  Можно мне побыть в палате?
-У тебя, должно быть, акклиматизация, - предположил Леша, положив мне руку на плечо. - Ты живешь в большом городе среди асфальта и машин. А здесь воздух чистый! У многих ребят голова болит в день приезда. Можешь не выходить.
Я вернулась в палату с чувством большого облегчения.
-Не пойду в холл, - объявила я. - Леша мне разрешил в палате остаться!
-Ты что? - удивилась Вика. - А визитка как же?
-Ну, без меня. Я и не умею ничего толком. Не пою, не танцую, голосом громким не обладаю...
-Ты стихи ловко сочиняешь и рисуешь нормально!- возразила Марта.
Я подумала про себя: - Ага, ловко!
"Мне встретилась в отряде Виолета.
И у меня испорченное лето!",
а вслух произнесла: -Я все больше по части эксперимента... А отряду, как выяснилось, эксперименты не нужны.
Впрочем, оставшись в палате я слышала каждое слово, что говорилось при подготовке визитки.
Кричали, в основном, одни и те же - ездившие в лагерь годами; для них каждая смена была принципиально разной - лучше или хуже.
Я же, как и прочие новички, ничего этого понимать не могла, зная, что я тут на один раз, что мое решение поехать сюда было неожиданным.
Тоже, по сути, эксперимент. Но согласилась на поездку - терпи.
Более других слышались голоса Дятла, дылды Гуткина, который отбоярился от обязанностей командира отряда и Виолеты Семизаровой.
Виолета - радиогазета.
С активистами, что захотели взять на себя подготовку визитки, работал Леша.
 Голосов Славы и Люды было совсем не слыхать, видать, они и впрямь решили провести во время смены свой медовый месяц среди смайликов,  не напрягаясь.
В палате я,  как раз, раздумывала о том, как у них это получится. Ведь тридцать восемь подростков - это не шутки. Если учесть, что все они - чужие дети, выйдет ли пребывать в состоянии блаженства?
Если хотя бы три - четыре мамаши в отряде, такие бдительные, как моя, вряд ли расслабишься.
Кстати, мама у Марты тоже не сахар. Одними звонками вожатых замучает, как тут и что, а может, и визитами. У них же машина. Вполне могут на машине в выходной прикатить всем семейством - поглазеть на местные красоты.
Какие здесь красоты, мне пока неведомо.
Вика, правда, успела рассказать, что рядом протекает речка. И лагерь ходит на пляж. Но только загорать, купаться нельзя. Санэпидемстанция купаться не разрешает.
А жаль.  Пляж - это тема. Это я люблю. И лес, девчонки сказали, замечательный.
С ландышами , земляникой и орехами.
Орехи я не застану, конечно, они только к августу созреют, а в августе я буду далеко.
Хорошо бы на море. Как раз, вопросы отпуска будут решаться, пока я здесь.
И хорошо бы, чтобы родители мои и Мартины, приехали в родительский день вместе. И забрали нас на пикник.
Во всяком случае, нам при расставанье в городе это было обещано, остается только ждать. Как раз и землянику мы попробуем, ее здесь много, даже территория вся заросла земляничником- и в лес не ходи!
Я разлеглась на своей кровати и подумала, что, пока идет репетиция визитки, надо позвонить домой. Потом точно будет некогда - погонят в клуб на знакомство, потом ужин, потом дискотека в честь прибытия.
Ксюха уже успела выпросить у меня для дискотеки футболку с Гарри Поттером, а у Марты ее серебристый жилет.
Я прикрыла дверь в палату и набрала мамин номер. Мне было отвечено: - Оставайтесь на линии или перезвоните позже - абонент разговаривает!
Набрала отцу. Он снял трубку сразу: - Ира? Але-але! Плохо слышно!
-Я не могу громче, я в палате, а за стенкой сбор отряда!
-Все в порядке? Как вы доехали?
-Все в порядке, доехали, устроились! Набрала маме, а у нее занято.
Она там рядом?
-Нет. Я на работе сейчас.
-Это как? Вроде, выходной! И вечер...
-И в выходной бывает работа, если срочная...
-Ну, жаль...Я думала, вы рядом и ты ей передашь трубку. Мне потом некогда будет. Просто я сейчас одна и мне удобно говорить, А здесь, знаешь ли, редко можно выкроить момент, чтобы остаться одной. А мама, будто нарочно, выбирает время для звонков, когда вокруг толпа и абсолютно невозможно поболтать!
-Ну, конечно, она не нарочно! Просто трудно, вот так, надолго отпустить от себя дочку, с которой привыкла всегда быть рядом!
-Ну, это да...Пап?
-М?
-Приезжайте меня навестить вместе, только обязательно! Ладно?
-Будем стараться. В какой день это будет, пока неясно, но будем стараться.
-Тогда у меня все! Маме обязательно передай, чтоб сегодня не звонила, я не смогу ответить - сперва клуб, потом столовая, потом дискотека. Везде толпа! В общем, все хорошо: в палате все подружились, сплю у окна, нигде не дует, туалет прямо напротив палаты, вожатые нормальные! Все, пока-пока!
-Ну и лады, все передам - и про палату, и про туалет...Обнимаю! Отдыхай!
Я бросила телефон на покрывало. За дверью раздавались взрывы смеха, видимо, там царило веселье.
Я решила, что все формальности выполнены и могу присоединиться к отряду.
Вышла в холл.
Картина была прежней: вожатые-супруги вновь появились в холле и сидели на диванчике, подавая реплики отряду, Леша стоял в центре и пытался режиссировать визитку.
- По моей команде начали! - кричал он и Вика из нашей палаты садилась на шпагат, две девочки из соседней палаты делали колесо в разные стороны, Дятел чеканил мячом, Гуткин вставал на голову.
- Распались! Разбежались! - командовал Леша. - Виолета, не спи! Твои слова!
Семизарова кричала с места: - Мы не только дружные и спортивные, мы еще и творческие! Тут Наташа поет, да, Леша?
- Да, - кивал вожатый. - Наташа сейчас петь не будет, фонограммы нет! Мы с ней перед ужином чуть раньше в зал придем, порепетируем...  Дальше слова!
-А самое главное, мы веселые! И тут каждый достает свой смайлик и поднимает его над головой! Все!
Оказывается, пока я отлеживалась в палате, все успели нарисовать по маске в виде смайликов с разными выражениями и подписать крупными буквами на них имена и фамилии.
Как позднее сказала мне Марта, эти смайлики будут после визитки украшать отрядный уголок. И на них еще будет информация о каждом - "Серебров Роман - командир отряда", "Маргелова Наталья - редколлегия", "Гуткин Илья - оргкомитет отряда", " и пр.
Ну и, конечно, Виолета - звезда балета.
У нее на смайлике было написано "Семизарова Виолета - помощник вожатых."
Ксюха сунула мне в руки вырезанный из желтой бумаги кружок: - Рисуй свой смайлик! С ним выйдешь на визитку!
Я нехотя приткнулась к столу и взяла из кучи лежавших на столе карандашей и фломастеров черный. Изобразила лупоглазую рожу с улыбкой до ушей - смайлик же!- и подписала, как у прочих, "Ткачук Ирина".
Надо было добавить еще отрядную нагрузку, которую мне не присвоили, так как я, в то время, как все напрягались и придумывали драматургию визитки, прохлаждалась в палате. Именно прохлаждалась, день ведь еще с утра был жарким, а в палате окно было настежь открыто и дышалось отлично.
Ничего  лучшего не придумав, я написала поверх лупоглазой рожи "Просто хороший человек".
Пририсовала изображению веснушки, хотя у меня их отродясь не бывало. Но хотелось, чтоб нарисованный смайл хоть чем-то отличался от других, а веснушки никто не нарисовал.
Марта протиснулась ко мне поближе, заглянула на рисунок: - Что-то непохоже! Зачем ты веснушки сделала?
-Так никто не просил рисовать свой портрет! А веснушки иметь - моя самая заветная мечта! Вот, в рисунке реализую мечту...
Марта подозрительно на меня посмотрела, скорчила недоверчивую физиономию и отошла к табунку стоящих на ковре и репетирующих визитку.
На смайлике у Марты было написано "Культмассовый сектор". Значит, моя любимая Марта Шагер будет нести культуру в массы, чему я очень рада.
-Теперь давайте-ка все вместе! - захлопал в ладоши Леша, собирая всех на ковре. - Давайте еще разок повторим со всеми и на ужин! Дежурные не забыли, что пора накрывать?
Я вышла на ковер, пристроилась в задний ряд, оказалась рядом с Кирой, которая тоже не рвалась в первые ряды, как некоторые активисты нашего отряда смайликов.
Виолета - партии заветы.
Затем мы вывалили из корпуса, неся с собой свои смайлики, так как после столовой сразу надо было идти в клуб на визитку и построились слониками.
Мне эти слоники успели осточертеть. Тем не менее, до столовой шли именно так.
Войдя, помыли руки, на чем настаивали Люда и Слава и прошли в гулкий обеденный зал, где уже стояли на столах хлебницы, чашки с налитым чаем и  тарелки с винегретом.
Виолета, отведай винегрета. 
В тарелках с горячим золотились тефтели в щедрой подливе.
Столы были рассчитаны на четырех человек. Кроме нас с Мартой  за столом помещались еще Ксюха и Вика.
Тормозная Кира сидела рядом за соседним столиком в профиль ко мне.
Стол, за которым ужинали Семизарова, Дятел и Гуткин, был неподалеку от нас у самой раздачи.
Длинного Гуткина, возвышающегося над столом, было видать отовсюду, как бакен на реке.
Семизарова сидела ко мне спиной и я могла разглядывать ее, сколько угодно.
Виолета, а как тебе котлеты?
Из-за жаркой погоды она переоделась в сарафан с тонюсенькими лямочками и по  спине змеилась ее толстая  коса. Не коса, а косища.
Дятел сидел ко мне боком, но видно его было плохо - он не поднимал головы от тарелки и был скрыт голым плечом Семизаровой.
Наконец, он насытился и распрямился, закинул руки за голову и слегка отъехал вместе со стулом от стола. Его стало хорошо видно. Место напротив него пустовало.
Потом туда пришел запыхавшийся Леша, что перед ужином бегал в клуб за фонограммой. Леша стал быстро-быстро есть, потом сходил за добавкой.
Я же нехотя ела почти остывшие тефтели, наблюдая, как сытый Дятел дергает Семизарову за конец косы. Понимала, что ей ничуточки не больно и что так он шутит.
Она, вероятно, считала это проявлением внимания и совсем не возражала. Думаю, она так же бы не возражала, если б в автобусе Дятел тыркал ногой ее кресло.
 Скорее всего, для нее это тоже знак внимания.
Виолета - горбушка от багета.
Отряд сидел и ждал, пока Леша поест. Но тот управился быстро, отряду разрешено было встать, выйти на улицу, чтобы идти в клуб.
 
Конечно, на пути в клуб не обошлось без слоников.
У клуба собралась толпа в несколько отрядов. Внутрь пока не пускали и отряды наперебой орали названия и девизы.
Мне не хотелось ни орать, ни стоять, я бы с удовольствием села, но две скамейки у клубного крыльца были заняты без надежды.
Гвалт стоял невообразимый.
-Здорово, что мы приехали сюда, правда? - спросила меня Марта, глаза ее возбужденно блестели, щеки разрумянились от предстоящего удовольствия. - Весело здесь!
Я кивнула, разглядывая пеструю толпу, собравшуюся провести каникулы в месте, где здорово и весело.
Насколько это будет здорово и весело, нам еще только предстояло узнать в течение смены.
Наконец на крыльце клуба появились директор лагеря и старшая вожатая и в мегафон призвали отряды построиться и по очереди заходить в кинозал, где на сцене и должно было состояться открытие лагеря и знакомство отрядов.
Всего отрядов было восемь и заходили таким образом: сперва восьмой отряд - малыши, за ними седьмой, ну и, понятное дело, старшие - первый отряд, заходили после нас, второго.
Первому отряду не повезло - им не хватило стульев с откидными сиденьями, как в настоящем кинотеатре. Эти стулья в последних трех рядах достались второму отряду, то есть, нам.
Для первого же были приготовлены деревянные скамьи без спинок. Они были расположены по бокам от рядов со стульями и стояли вдоль стен.
Мы с Мартой и девчонками из нашей палаты оказались в предпоследнем ряду. На последнем помещались наши мальчишки. Садясь, я первым делом оглянулась, чтоб не оказаться сидящей перед Дятлом, чтобы мое сидение на знакомстве отрядов не превратилось в пытку, как во время езды в лагерь в автобусе.
Но, слава богу, за мной сидел долговязый Гуткин и меня это более чем устраивало. Я чувствовала, что его колени тоже упираются в спинку стула, но при этом он был спокоен, как гранитный монумент.
Прозвучала фонограмма пионерского горна и из-за кулис раздался голос по громкой связи: -Внимание, лагерь! Вторую смену летнего сезона открывает директор лагеря "Дружный" Ребров Владимир Федорович!
В зале зарукоплескали. Я подумала, хлопая вместе со всеми: -Ребров - почти Серебров. Сперва Дятел стал командиром отряда, потому что много лет ездил в этот лагерь, потом, глядишь, как вожатый Леша, он приедет сюда не пионером, а вожатым, а там и до директора лагеря недалеко. Лет через тридцать.
Я попыталась представить себе, как будет выглядеть Дятел через тридцать лет. Но почему-то плохо получалось. Не получалось представить, во что превратится этот белобрысый лохматый тип со шрамом над бровью.
В это время очкастый дядечка в бежевой рубашке с коротким рукавом и строгих брюках со стрелками рассказывал, как детям в лагере будет прекрасно отдыхаться, какие их ждут мероприятия и какие кружки раскроют им двери.
Закончил он тоже под дружные хлопки и на сцену вышла румяная старшая вожатая, похожая на матрешку.
Задорным голосом, который до этого звучал в микрофон за кулисами, она стала приглашать на сцену руководителей кружков и  спортивных  секций, чтобы отдыхающие в лагере знали, к кому бы им пойти  в свободное время, чтобы попеть, порисовать и посочинять.
"Сочиняйкой" назывался поэтический кружок, который представляла молодая, пригожая на вид девушка  с наивным именем Маруся.
Хор был представлен  тучной теткой с аккордеоном, которая растянув свой инструмент на мощной груди пропела не только приглашение в свой кружок, но и расписание тоже.
Все засмеялись такой рекламе и захлопали.
Физрук пригласил всех  в тренажерный зал и объявил, что на дверях тренажерки уже завтра утром будет вывешен график посещения отрядами.
А еще будет работать бассейн и расписание для отрядов тоже появится завтра.
Еще была изостудия, о которой рассказал скромный студент художественного училища Павел, как мы успели узнать из его короткого рассказа, и театральная студия "Вдохновение", представленная красивой кареглазой женщиной с не менее красивым именем Лара Германовна.
-Я пойду в театралку!- возбужденно ерзая от нетерпения, прошептала мне в ухо Марта.
Зная ее школьный театральный опыт, я даже не сомневалась.
Последней свою информацию дала лагерю скромная средних лет женщина, которая представилась Серебровой Софьей Юрьевной, библиотекарем.
-Ребята, - сказала она негромко, но в зале было тихо и очень хорошо ее слышно, - не у каждого из вас есть время в течение  учебного года читать книжки. Не учебники, а именно книжки. Хорошие, веселые, интересные. У меня в библиотеке таких множество на любой вкус. Подскажу каждому, что выбрать, чтоб время за чтением было приятным и полезным. Вся русская и зарубежная классика есть на наших полках, а для малышей еще и книжки - разукрашки, пластилин и аквариум с золотыми рыбками. Так что, заходите - не пожалеете! И знайте: библиотека - лучшее место на земле.
Что-то меня смутило в этой женщине, я только сразу не поняла, что. 
Потом, когда на сцене вновь появилась старшая вожатая, а кружководы стали спускаться в зал, я поняла, что именно.
Она назвала фамилию Сереброва. Совпадение или они родня с Дятлом? Неужели такая приятная на вид и сдержанная женщина- мать этого урода? Надо будет потом спросить у Леши.
Леша рос в этом лагере и наверняка знает, родня они или нет.
Мои мысли прервались началом отрядных визиток. На сцену были приглашены малыши. Они вразброд потянулись на сцену.
Два-три споткнулись на ступеньках, но вожатые постарались скоренько их построить и они начали задорно и громко исполнять песенку про улыбку.
Отряд так и назывался "Улыбка". 
Если у восьмого отряда что-то не получалось, зал начинал дружно хлопать. Потом зазвучали стихи, дальше девочки, одетые в разноцветные одинаковые юбочки из костюмерной танцевали с лентами в руках.
Когда старшая вожатая провожала в зал восьмой отряд и приглашала на сцену седьмой, у меня в кармане запел телефон.
Я беспомощно огляделась и стала дрожащей рукой тянуть его из кармана, чтобы хотя бы выключить звонок.
Сзади к моему уху нагнулся Гуткин и прошептал: - Иди за клуб, выйдешь - и налево, туда все бегают звонить!
Я извинилась перед сидящими рядом со мной и, чертыхаясь, полезла к выходу.
Слава богу, свет в зале был выключен, потому что весь свет нужен был на сцене и никто не видел моего залитого краской стыда лица.
И  как это я  забыла выключить телефон? Проклинаю себя за это легкомыслие!
На крыльце клуба стоял директор лагеря и библиотекарь  Софья Юрьевна. Они тихонько разговаривали.
Из клуба неслись звуки новой визитки.
Кружководы, ушедшие из зала, сидели на двух лавочках у входа в клуб.
Не глядя  ни на кого, я буркнула "извините" и завернула со своим телефоном за угол клуба. За углом я совершенно неожиданно наткнулась на своих вожатых Славу и Люду.
Они целовались.
Мой телефон разрывался.
Я повернула назад и побежала в темноту аллеи. Звонила мама.
Я запыханно крикнула в трубку: - Але, ну что? Я не могу говорить! У нас открытие смены!
- Подожди-подожди, не тараторь - раздался голос матери, не предвещающий ничего хорошего. - Ты почему мне не позвонила днем? Почему не доложила, как доехали, как устроились? Я что, должна  с ума сходить от неизвестности?
-Ну, мам! Я тебе звонила, было занято! Тогда я позвонила папе, а он должен был тебе передать, что я устроилась и у меня все в порядке! И сегодня не надо было звонить! У нас выступление! Я сейчас должна быть в клубе! Я же просила его тебе передать!
-Стоп, стоп! Ничего он мне не передавал!
-Ма-ам! Мне пришлось выбежать из клуба, а мы сейчас должны быть на сцене! Я не могу никого подвести! Я кладу трубку!
-А ну-ка, не трещи! Помолчи и послушай! Ответишь на вопросы и пойдешь в свой клуб!
Я тяжело вздохнула. Если бы сейчас мне под ноги попалась большая лужа, я бы в сердцах метнула телефон в эту лужу. Во всяком случае, мне этого больше всего сейчас хотелось.
Я взяла себя в руки, вздохнула беззвучно и постаралась четко, по-солдатски, ответить на вопросы, что интересовали маму. Только так можно было получить свободу.
Была надежда, что до нашего выступления на сцене побывает еще четыре отряда.
Распрощавшись с мамой, дав ей миллион честных слов, что я буду все время звонить и докладывать ей о своем самочувствии и настроении, я не дыша, зашла в клуб.
И это оказалось очень вовремя.
На сцене стоял третий отряд, а мой, второй, подымался с мест, чтобы подтянуться к сцене.
Облегченно вздохнув, я влилась в толпу из тридцати восьми человек и перед лесенкой, ведущей на сцену, Леша очень ловко взял меня за плечи и подталкивая перед собой, повел на выступление.
- Все помните? - тихонько спрашивал он. -Значит, смотрим на Виолету, все действия она озвучивает . Повторяем за ней и не забываем улыбаться!
-Повторяем за ней, как она, например, при всех садится к парню на колени? - думала я ехидно, глядя в затылок Семизаровой.
Она выглядела ослепительно в своем красном сарафане с толстой косой, спускавшейся по лопаткам ниже пояса.
Виолета - выстрел рикошетом!
Вожатый Слава успел сесть к диджею за пульт, зарядившись за углом клуба поцелуями; ему предстояло включать Наташе фонограмму.
Зацелованная мужем Люда стояла с нами на сцене.
Вид у нее был абсолютно счастливый, глаза сияли, губы улыбались. То ли Слава за углом очень постарался, то ли Люда демонстрировала, что она - один из развеселых неутомимых смайликов второго отряда.
-Вас приветствует отряд "Смайлики!" -прокричала в микрофон звонким голосом Семизарова.
Тут же над отрядом поднялся лес рук- одной рукой каждый придерживал перед лицом желтый кружок с именем-фамилией, а другой весело размахивал над головой.
-Наш девиз! - надрывалась Семизарова.
-Всегда бодры, всегда на позитиве! - подхватили все, кто репетировал в тихий час.
-Может быть, вы думаете, что мы умеем только улыбаться? - спросила зал Семизарова. - Тогда вы ошибаетесь и мы сейчас это вам докажем! Мы подарим вам свой позитив и свое улыбчивое настроение!
Зазвучала фонограмма и Наташа Маргелова, живущая в соседней палате, ловко выхватила микрофон из рук Семизаровой и запела песенку про неразлучных друзей.
Она ходила, приплясывая, по краю сцены и пела :
"Есть друзья,  а для них
                У друзей нет выходных!"
Все, кто участвовал в этом номере делали свое дело за ее спиной. Колеса и шпагаты, прыжки и элементы танца ча-ча-ча.
Дятел чеканил мячом. Вожатая Люда достала из кармана трубочку с мыльным раствором и выдувала пузыри. Они, блестя цветными боками, красиво летели в зал и малышня, сидевшая в первых рядах, пыталась вскакивать с мест и хватать пузыри руками.
Вожатый Леша вышел в центр сцены и стал жонглировать яблоками, которые нам давали к ужину.
Лагерных яблок никто не хотел, у всех были полные сумки домашних гостинцев.
 В общем, номер получился веселым и нам рукоплескали все - от пионеров в зале, до взрослых, кружководов и персонала, которые зашли в заднюю дверь кинозала, расположенную на уровне последнего ряда и стояли за спинками клубных кресел.
Возбужденные своим выступлением, мы вернулись на свои места и не очень-то внимательно смотрели на выступление первого отряда, который назвался "Дневной дозор" и их выступление было сценой из одноименного фильма. Суть их выступления сводилась к тому, что, если в лагере во время смены будут какие-то непростые ситуации, а попросту, нарушения режима лагеря, они смогут их предотвратить.
Как и положено в борьбе добра и зла - добро непременно победит.
Когда же "Дневной дозор" спустился со сцены, нам было объявлено, что лагерная смена открыта и в честь этого всех ждет вечер в дискозале.
-Дискотека "Встреча" ждет вас через десять минут в дискозале! - объявила старшая вожатая. - А сейчас организованно выходим из зала. Первым выходит восьмой отряд! Приготовиться седьмому!
                (Продолжение следует)