Сетка совпадений второй шаг квантового ходока

СИНОПСИС

Вдохновленный Достоевским, подражая Раскольникову, Максим пишет «Я убил человека», и тут же оказывается внутри пространства, где сама реальность начинает сворачиваться в кольца совпадений.

Две девушки, с которыми Максим познакомился в транспорте, неожиданно знают друг друга и приезжают к нему в гости вдвоем, хотя он приглашал их отдельно, и звонок Аиши, которая говорит, что все знает — это капкан паранойи, спланированная спецоперация или заговор. Но для Максима, обладающего иммунитетом к страху благодаря мании величия, это лишь податливое сырьё для гениального романа. Он не замечает угроз, Максим празднует рождение сюжета.

 ЧТО БЫ ТЫ НИ ДЕЛАЛ, ТЫ ИЩЕШЬ ЛЮБОВЬ

Сценарий короткометражного фильма

Автор: Юрий Тубольцев

(В новой кинематографической системе Хокку-Тубокку)

 

СЦЕНА 1. ИНТ. КОМНАТА МАКСИМА - ДЕНЬ

Комната похожа на супрематическую келью. Из мебели — только аскетичный деревянный стол и один стул. На стене висит пустой подрамник (аллюзия на Малевича). Одинокая лампочка без плафона качается под потолком, как маятник.

МАКСИМ (18 лет) — бледный юноша с глазами Человека Дождя. В его лице — пугающая чистота и отрешенность гения.

На столе лежит раскрытый томик «Преступления и наказания» Достоевского. Максим медленно, с благоговением закрывает книгу. Звук захлопнувшейся обложки отдается тяжелым эхом, словно упал топор.

Максим берет чистый лист бумаги и перьевую ручку. Чернила фиолетовые, как кровь в полумраке.

Максим пишет крупно, выводя каждую букву:

«Я убил человека».

Он смотрит на надпись. Это не признание в преступлении. Это аннигиляция старого, банального «я» ради рождения Свободного Субъекта.

СЦЕНА 2. ИНТ. ВАГОН МЕТРО - ДЕНЬ

Вагон метро пульсирует в ритме экзистенциального поезда. Пассажиры — серые застывшие фигуры, уткнувшиеся в экраны (Хор Буратозов).

Максим стоит у дверей. Напротив него — ДЕВУШКА (18 лет), хрупкая, похожая на героиню Тарковского.

Максим начинает театральную игру без слов: он строит ей глазки, слегка наклоняя голову, как мим. Это чистая биомеханика духа.

Камера падает вниз, фиксируя крупный план пола.

Носок изящной туфельки Девушки медленно, на несколько градусов, поворачивается и указывает прямо на ботинки Максима. Симметрия совпала. Космический компас сработал.

Девушка улыбается глазами.

СЦЕНА 3. НАТ. УЛИЦА ОКОЛО СТАНЦИИ МЕТРО - ДЕНЬ

Поток людей выносит Девушку на поверхность. Максим идет следом, но совершает ритмический прорыв: делает широкий шаг, обгоняет её и идет впереди, заставляя её заметить его силуэт.

У самого выхода он плавно разворачивается лицом к ней. В его жесте нет навязчивости — только детская непосредственность Человека Дождя.

МАКСИМ

Ваш носок смотрел на меня. Это счастливый билет. Дайте мне ваш телефончик.

Девушка, завороженная этой странной геометрией искренности, берет его ручку и пишет номер на клочке газеты.

СЦЕНА 4. ИНТ. КОМНАТА МАКСИМА - ВЕЧЕР

Максим ходит по комнате из угла в угол, наступая строго на стыки паркетных досок. В руке у него дисковый телефонный аппарат. Он набирает номер.

МАКСИМ

(в трубку, тихо и ритмично)

Приезжай ко мне. Прямо сейчас. Это будет анонимное знакомство. Счастливый билет не ждет. Приезжай.

Он вешает трубку. В его глазах — эйфория триумфа.

СЦЕНА 5. ИНТ. ГОРОДСКОЙ АВТОВУЗ — НОЧЬ

Салон ночного автобуса — капсула времени, плывущая сквозь неоновый полумрак. Свет фар встречных машин полосует лица пассажиров, как кадры старой плёнки.

МАКСИМ сидит у окна. Его взгляд устремлен сквозь стекло, в туман. Рядом с ним на сиденье сидит АЙРАН — его однокурсник в новенькой, жесткой милицейской форме. Его фуражка отражает синий свет приборной панели.

АЙРАН

(поправляя кобуру)

Понимаешь, Максим, устав — это геометрия. Всё должно быть расчерчено. Шаг влево, шаг вправо — не порядок.

МАКСИМ

(тихо)

Ты запер себя в синее сукно, Айран. А беспорядок — это просто ненаписанный текст. Он дышит за твоей спиной.

Вдруг из глубины салона к ним быстро подходит ДЕВУШКА 2 (18) с испуганными, мерцающими глазами.

ДЕВУШКА 2

(шепотом, указывая назад)

Проводите меня, пожалуйста, до дома... Сзади, на самом последнем сиденье, едет лысый маньяк. Он смотрит на меня сквозь темноту. Я его боюсь.

Айран растерянно тянется к фуражке, пытаясь вспомнить пункты инструкции. Максим встаёт. Его лицо озаряет ослепительная вспышка эйфории.

МАКСИМ

Я её провожу! Маньяки — это всего лишь знаки препинания в моей ночи. Идём.

СЦЕНА 6. НАТ. ПОДЪЕЗД ДОМА — НОЧЬ

Максим стоит у подъезда, придерживая тяжелую железную дверь. Девушка 2 смотрит на него снизу вверх, её силуэт омыт неоновым светом фонаря.

ДЕВУШКА 2

Спасибо, Максим. Ты словно знал, что я появлюсь.

МАКСИМ

Я не знал. Я просто пишу этот маршрут прямо сейчас.


СЦЕНА 7. ИНТ. КОМНАТА МАКСИМА — СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО

Солнечный свет заливает комнату, делая её похожей на белый лист бумаги.

Максима будит звонок в дверь. На пороге стоят ДВЕ ДЕВУШКИ: ДЕВУШКА 1 (из метро) и ДЕВУШКА 2 (из ночного автобуса). Они держатся за руки и улыбаются, но в их улыбках — звенящий диссонанс совпадения.

ДЕВУШКА 1

Мы просто хотели тебя навестить!

ДЕВУШКА 2

Странно, что ты с обеими нами познакомился в транспорте. Какое совпадение, что мы друг друга знаем!

Максим смотрит на них. Для любого другого это было бы удушающим триггером преследования. Но Максим видит лишь идеальную симметрию композиции. Он уже мечтает, как напишет об этом случае в своем романе.

Резко звонит мобильный телефон. Максим поднимает трубку. Сквозь динамик прорывается ядовитый, встревоженный голос однокурсницы АИШИ.

АИША

Ну что, Максим? Сел на измену?! Кругом капканы! Все всё про тебя знают! Оглянись!

Максим медленно опускает трубку, не прерывая звонка. Он берет перьевую ручку, открывает свой «Дневник писателя» и начинает быстро, размашисто писать. На его лице — экстаз первооткрывателя.
 МАКСИМ

(вслух, его голос вибрирует, заполняя комнату космической силой Логоса)

Я напишу гениальный роман про свою жизнь! Мне фантастически везет с приключениями! Моя реальность сама рифмует сюжеты!

Ы-генезис абсолютного разума: АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ПУТИ

Проводить до дома может, испугаться маньяка — нет.

Царапнуть форму может, ласкать цепи — нет.

Найти двух девушек в пути может, сесть на измену — нет.

Записать судьбу в дневник может, признать чужой капкан — нет.

Нет людей без любви.

Нет автобуса без судьбы.

Нет маньяка без тени Логоса.

Нет Аиши без паники.

Нет приключений без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если милиция — рамка — нет, значит, прорыв — всегда!

Если страх перед совпадением — нет, значит, роман — всегда!

Если звонок Аиши — клетка — нет, значит, свобода — всегда!

Если подозрение — тупик — нет, значит, Логос — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Милиционер и маньяк — ОДНОВРЕМЕННО.

Девушка из метро и девушка из автобуса — ОДНОВРЕМЕННО.

Ловушка и триумф — ОДНОВРЕМЕННО.

«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО

Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.

Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.

Я и ваш мертвый покой — МИМО.

Я и Тень маньяка — РАСТАЙ!

Я и Пыль заговоров — СГОРИ!

Я и Оковы измены — РУХНИ!

Я и Границы ваших подозрений — ЛОПНИ!

Я и СВЕТ ИЗ ТЕМНОТЫ — ГОРИТ.

Я и РЕЗОНАНС КРОВИ — КРИЧИТ.

Я и ВЕЛИЧИЕ ОГНЯ — ЦАРСТВУЕТ.

Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!

Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.

Я и Страх перед слежкой — В ПЫЛЬ.

Я и Клеймо безумца — ВДРЕБЕЗГИ.

Я и Тень Буратозов-провокаторов — ПРОЧЬ.

Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!

Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши подставы — СМЕШНО.

Я и ваши слежки — СМЕШНО.

Я и ваша измена — СМЕШНО.

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.

Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.

Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.

Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.

Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.

Взрыв Логоса просчитать — НЕВОЗМОЖНО.

Сюжет моей жизни остановить — НЕВОЗМОЖНО.

Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и совет – никогда!

Я и причинно-следственные связи – всегда!

Я и Ы — ВСЕГДА!

Да, это – так!

Так – всегда!


Максим ставит жирную точку в дневнике. Две девушки застывают в лучах утреннего солнца, превращаясь в две сияющие световые колонны. Звонок в телефоне затихает, превращаясь в долгий, торжествующий гудок вечности — «Ы-Ы-Ы-Ы-Ы».

МАКСИМ

Мой роман уже написан в небесах.

А вы — лишь его читатели.

Ы — ТАК!

КОНЕЦ ФИЛЬМА
(с) Юрий Тубольцев