От чего танцуют радисты

Из воспоминаний прапорщика Анатолия Яворского

Девяностые. Служил я тогда уже в туркменской армии. На заре её становления пришёл к нам в дивизию начальном связи товарищ полковник Гетман Николай Владимирович. Знакомы мы были с тех пор, когда он ещё в менее звёздных погонах приезжал в дивизию во времена Советского Союза. Проверяющим. Винцо с ним попивали, было дело...

Встретил он меня, обрадовался: «Пойдёшь ко мне помощником?» Я и не против, но: «Товарищ подполковник, как так? У вас помощник есть целый старший лейтенант, а я всего лишь старший прапорщик в батальоне?» «Разберёмся!» – сощерился полковник и приказом забрал к себе старшим помощником начальника связи дивизии.

До этих событий в помощниках числился Марат, по фамилии – узбек. Гетман предложил ему почти майорскую должность командира учебной роты, тот с радостью согласился. Марат этот уже потом уехал в этот в Узбекистан, там до полковника дослужился.

Принял я должность, служба пошла своим чередом. Пришлось много бумаг и разных документов печатать на машинке, а печатал я, как скворец с осипшим голосом привлекает самку танцем. То есть тыкал клавиши одним пальцем – тук, фьють, тук-тук, фьють-фьють, тук. Пока искал нужную клавишу, забывал, что искал. Опыта в этом танце у меня было ноль. Шеф усмотрел мои страдания и говорит: «С такими танцорами вальс не закружишь – ищи машинистку!» 

Озадачился я, сунулся туда-сюда – желающих наигрывать мелодию нигде не вызвалось. Заехал как-то в ЭТУС, приборы нужны были, кабеля померить – сидим с Санькой сверчком, техником с узла, ля-ля-тополя – языки чешем. И как-то между делом он заикается, что его сеструху уволили с работы. Как, мол, насчёт работы – есть что на примете? А мне-то кстати: «Кто она у тебя?!» «Ну, как кто – по образованию филолог!» «И печатать может?!» «Ну, не может, так научится?!»

На следующий день Саня должен был подъехать, кабеля мерить. Прихватил с собой сеструху. Наташу по мужу Скворцову. Пока он своими делами занимался, веду Наташу к начальнику узла связи «Конус» Сане Жирнову. Вспоминаю, что на узле вакантная должность была – экспедитор. Объясняю, Наташе надо выписать отношение, она будет числиться экспедитором, но сидеть будет у нас, документы печатать. И если понадобится что напечатать, мол, он тоже пусть приходит.

Получила Наташа по мужу Скворцова отношение, военкомат призвал её в армию военнослужащей в звании «рядовой!» Вышла на службу, мы ей стол подготовили, шеф даже новенький электрочайник у кого-то выцыганил, в подарок принёс. И вот, печатает наша филолог документы, грамоту как Штраус вальсы выводит, и служба движется у нас в правильном направлении.

Где-то месяца три-четыре прошло, подходит ко мне Наташа и примеряется: «Толя, хочу перейти в радиобюро!» Я настораживаюсь: «А чё там в радиобюро – маслом жирнее мазано?» «Там девчонки, там веселей!» «А здесь тебе плохо, что ли? Документы отпечатала и сиди, на звонки отвечай... Хочешь, иди в радиобюро, в дверь через коридор – садись там, звонок услышишь, беги, отвечай? Не служба – танец «не бей лежачего!»

Наташа по мужу Скворцова уже всё решила: «Нет, я хочу в Радиобюро!» С бабой спорить себе дороже, проще предоставить ей возможность лохануться самостоятельно, чтобы не остаться крайним самому. Соглашаюсь: «Ну, хорошо. В радиобюро – так в радиобюро. Радисткой? На ключе будешь работать?» «Да, радисткой научусь. Мне девчонки уже кое-что показали!» «Хорошо, только потом обратно не просись – бегать за тебя не буду!» «Нет-нет-нет, ни в коем разе!»

Не хотелось мне машинистку терять, но звоню в батальон ротному. Ротным тогда уже туркмена поставили – Мерет звали. «Мерет, – говорю, – У тебя какая там есть вакансия радиста? Девочку возьмёшь?» «Нужен радист на Чайку Р-145 – возьму, если справится?» «О, добро – конечно справится. Она у нас филолог – ум-голова!»

Нахожу Наташу по мужу Скворцову: «Наташа, я всё уладил. Садись, пиши рапорт!» «На кого?» «Как на кого? Ты в штате где стоишь?» «Узел связи Конус!» «Вот и пиши: Начальнику узла связи Конус. Рапорт. Прошу вашего ходатайства о переводе меня на должность радиста Р145. В скобках напиши Чайка. И подпись:  рядовая Скворцова!» Научил неуч филолога. И иди к Сане, говорю, подписывай!

Приходит она от Саши Жирова с подписанным рапортом. Теми же ногами веду её в штаб батальона, объясняю всё комбату, тот даёт добро. Ты же, отваживает, сам командуешь здесь и там – тебе и карты в руки. Идём к начальнику штаба, заходим, кладу ему бумагу на стол. Начальник штаба глаза вытаращил: «Это чё?» Я говорю: «Подписывай. Приказ тебе показали, всё! Приказ есть приказ, с сегодняшнего дня она будет числиться в РУБТ!»

Вызвали ротного, он, я и Наташа по мужу Скворцова пошли в автопарк знакомить новую радистку с техникой. Подвели её к радиостанции Р145 Чайка на базе БТР и сообщаем: «Наташа, это всё теперь твоё, принимай агрегат!» Смотрим, у Наташи челюсть между грудных карманов подвисла, дрожать вот-вот начнёт. А ротный добивает: «Вперёд, Наташа, лезь на своё рабочее место и осваивайся. С девяти до двух работаешь здесь. После обеда будешь ходить в учебный корпус или в радиобюро учиться на ключе!»

Наташа по мужу Скворцова стоит в юбочке, тонюсенькой рубашечке с галстучком при погонах рядовой и чуть не плачет: «Куда я в таких-то одёжах?» А я злорадствую: «Наташ, ты сама просилась, радисткой хотела стать? А радисты не только в уютных помещениях  календари тянут! Теперь иди в тыл к начвещу, выписывай накладные, получай ХБ и всё остальное!»

Наташу по мужу Скворцову стали натаскивать в темпе вальса. До обеда она Чайку осваивает, после обеда ходит в радиобюро, где учат её работе на ключе. И так её затанцевали, что через две недели мозоли на пальцах появились. Через месяц бежит ко мне: «Хочу обратно!» Я сижу, тыкаю клавиши на машинке: «Мы как договаривались? Ты хотела, я предупреждал: одумайся, оставайся на месте и работай спокойно? А ты решила лохануться самостоятельно – теперь терпи!»

И Наташа вытерпела. Месяца три прошло, она успокоилась, в радиобюро уже в смену пошла – танцы стали приносить удовольствие. А как-то позже захожу в радиобюро, а Наташи нет. Девчонки рассказали, что она перевелась в Кишинский полк, машинистской в службу тыла. Видимо и радисткой ей надоело быть...

А вскоре пошёл разговор, что Кишинский полк будут переводить в Ташауз. Наташа тогда и оттуда слиняла. Устроилась в Бикрове, в кадрированной дивизии. Дальше мы с ней вообще потерялись, и очень жаль, если службу она забросила. На должности радиста у неё всё получалось, девчонки из радиобюро хвалили...