Капризы небесной канцелярии

Степан недовольно поморщился, едва продрав глаза. Солнечный свет, вчера ещё нагло врывавшийся в комнату, сегодня был заменён мутным, сероватым маревом. По стеклу тонким узором стекали дождевые ручьи.
- Ну вот, приехали, – проворчал он себе под нос, переворачиваясь на другой бок. – Никакой стабильности в этой жизни, даже погода с ума сошла.
Ещё сутки назад, в середине сентября, воздух дрожал от нестерпимой жары. Степан спал под одной простынкой, открыв все окна, и мечтал о стакане ледяного кваса. Он помнил, как вчера, обливаясь потом, тащил тяжелые сумки с рынка, и клялся, что это лето – самое долгое и изнурительное в его жизни.
А сегодня? Сегодня за окном стоял настоящий ноябрь: серое небо, промозглый ветер и мелкий, занудный дождь, который обещал идти до самого вечера.
«Где справедливость? Где, я вас спрашиваю, природный баланс?» – мысленно возмущался Степан. Он представил, как ему придётся натягивать тяжелый, влажный плащ, обувать резиновые сапоги и, чертыхаясь, брести до магазина за хлебом, рискуя промочить ноги.
Эта мысль была настолько неприятна, что Степан решительно отбросил одеяло. Но не для того, чтобы встать.
Он потянулся к тумбочке и выключил будильник, который должен был сработать через час. Мгновенно снова завернулся в тёплое одеяло, наслаждаясь контрастом между промозглой улицей и уютным теплом постели.
- Нет уж. Эти климатические качели я переживу без себя, – пробормотал он, пристраивая подушку поудобнее. – Пойду-ка я лучше по-новой погружусь в сон. Там, в мире сновидений, наверняка царит хоть какой-то порядок, а не вот это вот всё. Спина к спине с летом, нос к носу с осенью.
Дождь мерно стучал по подоконнику, убаюкивая. Степан закрыл глаза, и через минуту его дыхание стало ровным и спокойным, словно он вовсе и не собирался сегодня просыпаться.