Глава 36

АДМИРАЛТЕЙСКИЕ ВЕРФИ, РОДИОН И КРИВОГУБЕЦ

После неудачи с обнаружением ГФА, я потерял всякий интерес к научному труду. После постигшего меня разочарования, мне ужасно хотелось простой работы. Такой, чтобы поиск истины осуществлялся в кругу известных, заранее заданных, координат. Соответствующий случай представился быстро.

Начальник УПВ решил включить меня в состав Государственной комиссии по приемке серии дизельных подводных лодок проекта 636. Эти лодки по инозаказу строились в основном на Адмиралтейских верфях. Об моём участии в испытаниях он известил наш 1-ый институт телефонограммой.

Я ранее, где-то в 1980 году, будучи капитан-лейтенантом, уже участвовал в приемке атомной подводной лодки 671РТМ проекта на Дальнем востоке. На этой лодке, от лица Тихоокеанского флота, я принимал радиолокацию. Так что данная работа была мне отчасти знакома. Теперь же мне следовало принимать торпедно-ракетный комплекс (ТРК) дизельной подводной лодки.

Вообще то, приемкой ТРК на верфях, занимался опытный и знающий офицер. Торпедист от бога Костя Кривогубец. Мне до сих пор непонятно, почему и для чего, меня привлекли к данным работам.

То ли из-за моего хорошего знакомства с начальником УПВ Милентьевым? То ли Косте почудилось, что он недостаточно глубоко владеет вопросами телеуправления? То ли по протекции моего знакомого Лени Фоминских, заместителя ГД «Авроры», которому я помогал устранить некоторые недочеты в ПО АИУС «Лама». Какая была причина мне до сих пор не известно.

Одним словом, в следующее воскресенье у меня на мобильном высветился неизвестный мне телефон.

- Председатель госкомиссии Алферов Родион Петрович, - представился абонент.

- Член Вашей госкомиссии Волошин Сергей Александрович, - сразу поняв в чем дело, в его же стиле, отозвался я.

- Вы уже в курсе, что Вам в понедельник к 11-ти часам нужно прибыть на «Адмиралтейские верфи» в отделение строителей. Отделение находится у стенки в здании на котором на вывеске написано ОС6. Пропуск на Вас уже заказан.

- Нет. Знаю только, что я состою в Вашей комиссии. Но я буду на верфях в ОС6 ровно в 11 00 как Вы сказали.

Территория «Адмиралтейских верфей» была достаточно большой. По ней даже ходил рейсовый автобус. Однако, я не знал его маршрута и пошел пешком. Шел почти полчаса. Поэтому минут на пять опоздал.

- Разрешите войти, - сказал я, - постучав в обшарпанную дверь?

- Пожалуйста, - отозвались сразу два голоса.

Один из них принадлежал Косте Кривогубцу. Лучшему торпедисту Балтфлота. Обладатель второго голоса, стройный человек средних лет, в щегольском гражданском костюме приподнялся со стула и протянул мне руку.

- Председатель госкомиссии кап. 1 ранга Алферов. В недавнем прошлом – комбриг Владивостокской бригады, из Улиса. Теперь можно просто Родион.

- Меня тогда и подавно, Вам как председателю, простого члена госкомиссии, следует величать Сергеем.

В тесной комнате было накурено, хоть топор вешай. Стол был завален документами, формулярами, синьками чертежей и другими бумагами. Короче – рабочий беспорядок.

- Вот понимаешь. Врастаем с Костей в обстановку, - пояснил Родион, - ходовые испытания лодки начнутся примерно через две недели. А из состава госкомиссии пока присутствуем только мы, трое.

- Остальные члены, как обычно, будут по позже. Придут со мной на «Владимирском» или вообще прилетят прямо в Балтийск - добавил опытный в этих делах Костя.

- А какая роль у «Владимирского»?

- Лодку сопровождать, людей перевозить, разведчик шведский, «Орион», от щита отгонять, в конце концов нами и другими кораблями управлять! Да мало ли ему работы?! Верфи — это гидрографическое судно (ГИСУ) на все испытания арендовали.

- Коль никого еще из членов комиссии нет, пока мы все трое здесь, давайте хотя обсудим результаты швартовных испытаний ТРК и что запланировано на ходовые испытания? – предложил я.

- Швартовные испытания верфи провели полностью. Согласно методикам. Все акты имеются. Замечания устранены, - отрапортовал Костя.

- Хорошо. Проверим выборочно! Согласны Родион Петрович?

Председатель утвердительно кивнул головой.

- Проверяйте. Это ваше, то есть наше, право. Чем меньше веришь всяческим протоколам. Тем лучше, - согласился Костя.

- А ходовые испытания? – спросил я.

- Ходовые испытания проводятся реальными стрельбами. Залпом из двух торпед 53-65КЭ – по надводной цели. Цель как правило малый противолодочный корабль (МПК). На ходу от 10 до 18 узлов.

- С надводным кораблем я все понял, а противолодочные стрельбы?

- Они согласно программы, производятся одиночной стрельбой ТЭСТ-71МЭ – по подводной цели. Второй ТЭСТ запасной. Цель, как правило, наша «Варшавянка». Она по ходу, здесь на Балтике, только одна. Другой нет. Ну или на всякий случай, можно будет планировать на будущее, какой ни будь из экспортных заказов. Но это на крайний случай.

- Ну и наконец, - не стал дожидаться следующего вопроса Костя, - для проверки ракет, производится набор залпа в комплекс «Klub-S», из двух ракет 3М-54Э. Одна из них - имитатор ракеты. Имитатор остается в ТА. Ракета, которая находится в другом ТА – практическая. Она то и выстреливается по неподвижному щиту. В организацию ракетной стрельбы Вам вмешиваться не надо. Тут «Новатор» и полигон рулят. Теперь все, – выдохнул Костя.

- А как же наша экспортная торпеда УЭТТ, - спросил я, - у которой протокол обмена по линии телеуправления совмещен с протоколом обмена с торпедой ТЭСТ-71МЭ?

- Стрельбы торпедой УЭТТ в ходе ходовых испытаний этих лодок, не предусмотрены, - сказал Костя, и продолжил, - нам ведь главное, чтобы торпеда вышла из ТА, а данные в торпеде соответствовали введенным от АИУС величинам, да и сама торпеда, что бы не потерялась. А уж попала она в цель или нет, это другой вопрос. При приёмке лодки, в этом случае, всегда будет зачет.

- В отношении торпед 53-65КЭ, таки да. Они автономные и тепловые. А вот в отношении электрической торпеды ТЭСТ-71МЭ, это не совсем так, - мягко возразил я, - ведь проверке подлежит и корабельная часть программного обеспечения АИУС, и циклограмма АТУ-71МЭ, реализованные в корабельной части аппаратуры.

- Не понял, поясните, - перешел почему-то на «вы» Костя.

- А что тут пояснять? Проверяется обратная связь этой торпеды с АИУС. То есть даже если ТЭСТ идет по командам ССН, данные о его движении должны поступать в АИУС. Они-то и должны отображаться на индикаторе и на цифровых табло системы. Сам видел такие ситуации в Китае! Правда в отношении торпеды УЭТТ. И не на АИУС «Лама», а на БИУС «Узел» - добавил я.

- Законно и резонно, - заключил Родион, - пойдемте на заказ.

Вышли из здания ОС6. Лодка стояла чуть поодаль, у пирса. Спустились в люк, накрытый тентом. В центральном посту суетились рабочие, контрагенты и члены экипажа.

- Осторожно. Не запачкайтесь. Тут многое уже окрашено, - предупредил нас Костя.

Кресел возле пульта АИУС и пультов вообще, ещё не было. Их заменяли деревянные скамейки. Лишь командирское кресло под целлофаном, сияло первозданной чистотой.

- Анатолий. Заводи свою шарманку. Наука пришла. Да и начальство пожаловало. Проверять тебя будут, - слегка подкалывая то ли меня, то ли Родиона, насмешливо сказал Костя тучному специалисту, погрузившемуся на половину во вскрытый пульт.

Оператор выбрался из-под пульта на свободу и медленно разогнулся, стараясь не повредить резким движением поясницу, положил на «пианино» отвертку и добродушно произнес.

- Чего шумишь Костя? Проверять так проверять! Что смотреть будем, товарищ председатель?

- Поставьте пожалуйста последовательно задачи стрельбы торпедами ТЭСТ-71МЭ и УЭТТ в учебно-тренировочном режиме, с телеуправлением по пультовой подводной цели, - попросил я.

- Понял Вас. Минуту ждать. Сейчас дам команду в первый отсек, что бы АТУ и имитатор включили. И приступим...

…Оператором АИУС «Лама» и ответ сдатчиком этой системы от «Авроры», оказался бывший офицер учебного центра (УЦ) Комсомольска на Амуре Анатолий Толстых.

Как выяснилось, он по месту прежней службы, был хорошо знаком с моим бывшим командиром БЧ, на моей же первой гвардейской лодке, Михаилом Уманским. Вот уж воистину, мир избыточно тесен!

- А я Вас помню, - сказал мне Толстых, - две недели тому назад Вы у нас в «Авроре» уже разбирались с этой задачей.

- Посмотрим, устранены ли замечания 1-го института?

Сделали по три или четыре прогона обеих задач. Отметили устойчивое выпадение лишнего сигнала при задействовании телеуправления, а также несоответствие скоростей хода практической торпеды реальным скоростям УЭТТ.

Проверить обратную связь от торпед, движущихся под управлением от ССН, не получилось. Скорее всего имитатор этого не позволял.

- По-видимому такая проверка возможна только с реальной торпедой и не в "Тренировочном", а в «Боевом» режиме, - констатировал я.

- Ну что Родион, будем писать в «Аврору» служебку? – спросил Костя.

- Да. Костя. Конечно. Отрази эти замечания в журнале замечаний лодки. И подготовь служебную записку, нет лучше официальное письмо, в «Аврору». Я подпишу.

Поднялись из центрального на верх. Председатель и Костя ушли в заводоуправление, а мы с Толстых остались. Закурили на стенке.

- Хорошо, что ты с нами идешь в море Сережа, - обрадовался Толстых, когда узнал, что я включен в состав госкомиссии, - до Балтийска целых три дня пути. Успеем и подготовиться сами, и отработать как противолодочную, так и противокорабельную стрельбу. Схемы стрельбы и секторы пуска торпед надеюсь тебе известны?

- Да. Я сам их в штабе Балтфлота рисовал. Не думаю, что будет что-то новое, - отозвался я, задумавшись совершенно о других материях….

…- Вот ведь незадача. Как всё-таки устроены мозги у «ученого» человека, - думал я, - нет, чтобы просто выполнить поставленную нам практическую задачу по сдаче ТРК ПЛ.

Так эту задачу каждому «ученому» надо обязательно усложнить. Достигнув при этом каких-то побочных, научных, сугубо личных целей! Все-таки живо в нас «ученых» людях здоровое любопытство, которое следует удовлетворять исключительно за государственный счет!

Вот и в моём случае представилась прекрасная возможность во время ходовых испытаний лодки, поставить эксперимент. То есть набрать статистику по выстрелам с отведением торпед с различной шумностью от пеленга стрельбы.

А что? Стреляй себе каждый выстрел с заранее заданной «омегой». И вводи потом, спустя минуту-другую, наблюденный пеленг в АИУС. Торпеда отклонится на это время на заданный угол, а потом вернется на введенный пеленг. Здесь то мы и посмотрим, на каких удалениях станут реально различимы по шумам, цель и торпеда!

Все здесь подходит для докторской! И, главное, результаты моделирования, могут быть подтверждены реальными стрельбами!

- Скажем морской театр «Балтфлота»: - подходит, здесь глубины, мелкие, но слой скачка имеется. Объект исследования ПЛ 636 проекта: – подходит, только эти лодки являются носителями современных КТУ, гидроакустический комплекс МГК-400 МЭ: – подходит, хотя мог бы быть и по лучше, СТУ: – имеется, причем, если учитывать АИУС, то система частично цифровая! Что тебе ещё надобно старче? - думал я.

- А статистика, - прикидывал я дальше, - семь заказов по три торпеды на каждый, плюс неуспешные выстрелы, которые надо перестреливать. Итого минимум 25 штук наберется, - получается, что и объём выборки тоже подходит!

Правда несколько смущала малая дальность хода практических торпед. Но какой «ученый» и когда сумеет в этой жизни использовать боевые торпеды! Стреляют то ими реально мало.

Один-два раза во время завершения испытаний очередной торпеды. И то по неподвижной скале! А практические торпеды с полной заправкой или «боевой батареей», берут себе только некоторые, очень богатые инозаказчики…

- Сергей Александрович. Ты где? В каких облаках витаешь? – Вернул меня Толстых на грешную землю.

- Извини. Задумался, как тебе об не устранённых на заказе замечаниях, в «Аврору» доложить, - а для себя решил, - лучше «омегу» не трогать и не перебирать от выстрела к выстрелу, а просто фиксировать. Пусть вводится та «омега», которая выработана в АИУС. Мало ли что. Потом проблем не оберешься.

Короче, решение было принято правильное. Жаль только, что до конца, оно не было доведено. Зато к окончанию испытаний этой серии лодок, у меня накопился солидный экспериментальный материал и созрела мысль о групповом применении телеуправляемых торпед.