Третий лишний

Третий лишний (о романе Франсуазы Саган «Здравствуй, грусть»)

Роман, безусловно, интересный. Героиня Сесиль – очень умная девушка для своих лет. Живут они с отцом «вольной» жизнью и всем довольны. Но вмешивается его величество случай в лице подруги умершей матери героини Анны Ларсен, которая намеривается войти в эту семейку.

И дочь, и отец в принципе люди не плохие, но очень свободолюбивые. Отец попадает под очарование Анны, но дочка отлично знает, что это ненадолго. Сколько у него было подружек после того, как она вышла из пансиона. «Он неизменно отрицал понятия верности, серьезности отношений, каких бы то ни было обязательств. Он объяснял мне, что все эти понятия условны и бесплодны».

Дочка, проживая с отцом, не мешает ему, и сама наслаждается общением с разными людьми.

А после приезда Анны ей предлагают заниматься подготовкой к пересдаче экзамена вместо прогулок с парнем, с которым она познакомилась. Это несправедливо! Сесиль хочет вновь обрести свободу, тем более стоит прекрасное лето, они живут на берегу моря – все, что надо для беззаботного счастья.

Но счастье омрачено «правильностью» Анны, Сесиль в глубине души понимает, что все требования этой женщины важны для ее же блага, но свободная натура не поддается «воспитанию». «Присутствие Анны придавало вещам определенность, а словам смысл, которые мы с отцом склонны были не замечать».

Что же Сесиль? «Жажда удовольствий, счастья составляет единственную постоянную черту моего характера».

«А у моей дочери не будет недостатка в мужчинах, которые смогут ее прокормить», – так думает отец героини.

На их фоне Анна Ларсен другая. «Краткость, законченность ее формулировки привели меня в восторг. Бывают фразы, от которых на меня веет духом изысканной интеллектуальности, и это покоряет меня, даже если я не до конца их понимаю».

О любви, об отношениях Анна говорила так: «Это нечто совсем иное. Это постоянная нежность, привязанность, потребность в ком-то».

И вот определяющее, что чувствовала Сесиль с Анной. «Я подумала, что она права – я живу как животное, по чужой указке, я жалка и слаба. Я презирала себя, а это было на редкость неприятное чувство, потому что я к нему не привыкла, – я себя не судила, если можно так выразиться, ни ради хвалы, ни ради хулы».

Понятно, что отношения такой семьи с Анной должны были закончиться катастрофой.

Сесиль разработала хитроумный план, который имел успех, Анна была устранена. Жизнь семьи пошла по накатанной дороге. Но. «Это незнакомое чувство, преследующее меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя – грусть… А теперь что-то раздражающее и мягкое как шелк обволакивает меня и отчуждает от других».

Предположу, что это отголоски совести. В человеке есть не только плоть, но и дух, он-то у Сесиль и остался растревоженным.