Проект Ретрит. Глава 1. Тропа

Жизнь может меняться в одночасье. Одно решение и ты на новом пути. Я оказался здесь не случайно. Можно вообразить, что все – от моего рождения и до этого момента – это часть какого-то плана. Все в нашей жизни имеет смысл. Все следует своей судьбе. Но я знаю точно – судьбы не существует. А смыслы придумывают люди, чтобы создать себе убежище от бесконечной космической пустоты. Чтобы хотя бы на мгновение забыть о безжалостной эффективности природы. Выживает сильнейший. Выживает хитрейший. Я здесь для того, чтобы выжить.

— Вы уже знаете – нужно сдать телефоны. Я надеюсь, вы внимательно читали договор?

Нас пятеро, не считая организатора и водителя. Трое мужчин средних лет и две женщины помоложе. Старый, дребезжащий фургон доставил нас ко входу в лес. Мы не знакомы, но уже сейчас ищем поддержки в глазах других. Смотрим и пытаемся разобраться в чужих реакциях. У нас забирают телефон – единственную связь с миром в этой глуши. С одной стороны – это нормально. Ретрит обязывает. Отдать свой телефон – важная часть ритуала. Ты сразу ощущаешь нечто непривычное, словно приносишь жертву ради поиска себя. С другой – это бесполезное требование. Если ты не можешь самостоятельно отказаться от интернета на пару дней – здесь тебе делать нечего. Забирать телефон, значит признавать в участниках отсутствие хоть какой-то воли.

После нескольких коротких взглядов телефоны оказываются в специальной плетеной корзинке. Сложены ровно, каждый в своем отделении.

Брюнетка лет тридцати с длинными, взятыми в хвост, волосами – с ухмылкой осматривается. Наверное, пытается понять, куда нас забросило. Вдаль уходит разбитая земляная дорога. По обе стороны от нее – сплошные деревья. Мы рядом со входом на лесную тропу, она тонет в глубоких тенях, не позволяя увидеть, что нас ждет внутри купола из листьев и ветвей.

Жарко. Солнце еще не в зените, но я уже предвкушаю черную тень леса, которая спасет нас от южного, летнего зноя.

— Здесь начинается ваш путь — говорит женщина-организатор мистическим голосом (брюнетка рядом со мной лишь хмыкает на это). — Дорога непростая и требует времени. Обычно люди доходят до места за полтора-два часа.

Она делает явно заготовленную паузу и грубо тыкает пальцем на дерево рядом с нами.

— Видите – белой краской нарисована стрелка. Периодически вы будете встречать подобные метки на развилках. Заблудиться невозможно. Главное не сходите с дороги и не разделяйтесь. Ваша прогулка по лесу - важная часть ретрита. За время пути вы сможете отпустить лишние мысли. Забыть о своей: работе, планах, проблемах.

“Не так все просто” — подумал я. — Если бы люди так легко могли все отпустить, они бы не поехали на этот ретрит.

Мысли, которые вторгаются в наше сознание, могут служить разным целям. В большинстве случаев – работает инстинкт. Наш ум рассчитывает, прикидывает, прогнозирует, выискивает возможности, пытается нас уберечь. Увы, во многих случаях эволюция не поспевает за современным образом жизни. В результате, ум медленно разрушает нас и бесцельно растрачивает ресурсы.

Я внимательно изучаю своих попутчиков. Красивое лицо брюнетки выглядит неприветливо. Колючий взгляд карих глаз, будто переполнен сарказмом. Зачем она приехала, если для нее это настолько несерьезно.  А главное – как она смогла пройти отбор. И сразу же в уме вспыхивает догадка – наверное, кто-то посоветовал. Рекомендация бывшего участника заметно повышает шансы сюда попасть. Я думаю, она согласилась в качестве соревнования. Согласилась только затем, чтобы вернуться и рассмеяться этому человеку в лицо. Раньше я был таким же.

Все мы одеты по-летнему. Светлые футболки или просторные рубашки. Штаны из льна или шорты (клещей уже можно не бояться). Жариться в тридцатиградусную жару никто не собирается.

Слева от меня мужчина лет сорока. В идеальной физической форме. Ни грамма лишнего веса. Бугры бицепсов кричат, что он немало времени проводит в зале. Но взгляд контрастирует с его агрессивной, слишком прямой осанкой. Он выглядит так, словно слишком устал. Устал не физически, а будто сгорел изнутри. В глазах какая-то печаль, если не сказать – отчаяние. Такие обычно и приходят на подобные мероприятия – когда кажется, что уже все перепробовал и не нашел выхода. Его бритую голову прикрывает бейсболка, которую он недавно надел. Я не думаю, что она понадобится ему в таком дремучем лесу.

Другой мужичок заметно отличается от грустного атлета. Низенький, с лысиной. Пивное брюхо оттопыривает уже мокрую от пота, футболку. При этом взгляд выражает абсолютную уверенность, а в глазах блестят искорки внутренней улыбки. Наверное, какой-то бизнесмен, а может из правительства. В этот момент я осознаю, что кручу в голове ничем необоснованные догадки и мой ум ненадолго замолкает. Я ненароком прислушиваюсь и понимаю, что вокруг стоит почти полная тишина. Ни птиц, ни насекомых, ни далеких звуков машин. Ничего. Да, мы далеко от цивилизации.

Водитель тихо сидит, положив голову на руль. Отдыхает от тяжелой, ухабистой дороги - ямы да бугры. Как нам сказали, мы последняя группа. Остальные уже благополучно дошли до места. Ждут только нас.

Пятый участник – совсем молодая девушка. Худая и светловолосая. Пряди почти белые. Цвет кожи под стать – бледный, призрачный. Большие голубые глаза с отсутствующим взглядом. Она тихая и держится поодаль от остальных. Когда нам сказали сдать телефоны, она первая положила свой, без малейших раздумий. Ни на кого не смотрит и кажется закрылась в своем внутреннем мире. Никому нет доступа. Такие люди привычны для “духовных” тусовок. За свои годы я посетил их десятки. Но в этот раз ожидается нечто совершенно другого уровня. И я точно знаю, что никто не уйдет отсюда тем же самым.

— Советую всем идти молча, без разговоров. — произносит организатор и буквально выдергивает меня от созерцания лиц — Так вы подготовите себя к предстоящему ретриту. – ее губы расплылись в вымученной улыбке – Можете отправляться.

***

Без разговоров мы продержались минут тридцать – люди редко следуют инструкциям, когда за ними никто не наблюдает. Даже если эти инструкции им на благо. Первым молчание нарушил лысеющий толстячок.

— Так и будем шлепать в тишине? Предлагаю использовать возможность и познакомиться. — предложил он скучающим тоном.

— Нам же сказали сохранять молчание — неуверенно заметил грустный атлет.

— Мало ли что сказали. Ты всегда соблюдаешь правила?

Никто ничего не ответил и какое-то время мы продолжили идти в тишине, которую нарушало только тихое шарканье наших подошв по земляной тропинке. Слева и справа дорожку обрамляли огромные деревья. Некоторые ветви свисали почти до земли, перекрывая путь. Тогда нам приходилось нагибаться или обходить по траве. При этом мы были вынуждены выслушивать бесконечные жалобы и стоны толстяка (на самом деле он был не таким уж и толстым, но имен друг друга мы не знали. Поэтому в моих мыслях он именовался не иначе как “Толстяк”). Другие переносили путь гораздо легче, видимо, потому что не имели такого лишнего веса.

— Тогда я начну. — вновь заговорил упитанный мужичок. — Меня зовут…

— Вы читали договор? — его перебила худенькая девушка.

Неожиданно у нее оказался звонкий, поставленный голос, который сильно не подходил к ее хрупкой, призрачной внешности.

Мы все остановились и взгляды упали на голубоглазую блондинку.

— В нем несколько раз указано, что разговаривать – нельзя. А помимо этого – не использовать своих настоящих имен.

— Мы платим деньги, и немалые — включилась в разговор брюнетка — мы и решаем, что нам делать.

— Точно. Абсолютно согласен — с радостью поддержал толстячок.

Я пока решил не вмешиваться и просто наблюдать. Мы двинулись дальше и разговор на несколько минут затих – путь пересекал небольшой ручей и нам пришлось поочередно ступать по камням, чтобы не промочить кроссовки.

Первый час все было ожидаемо. Периодически мы встречали развилки, но стрелка на ближайшем дереве всегда указывала путь. Краска была яркая и пропустить указатель, правда, было бы сложно. Но сейчас, на очередном перепутье, были нарисованы две стрелки - влево и вправо. Мы остановились в недоумении. Где-то вдали прокричала кукушка. Листья зашелестели под легким порывом ветра, который приятно холодил влажное от пота лицо.

— Вот это номер? — первым издал голос толстячок. — Ну и что это такое?

— Я думаю, ничего страшного. Наверное, обе дороги ведут в одно и то же место. Поэтому можно идти по любой — проговорила худенькая блондинка нетерпеливым голосом, словно быстрее хотела дойти, не отвлекаясь на очевидные ей, вещи.

Она вышла вперед и пошла по правому пути. Остальные молча последовали за ней. Я замыкал шествие, рассматривая окружающие красоты и наслаждаясь запахами леса. Мы шли в спокойном, прогулочном темпе. Через пару минут толстячок заговорил снова, вытирая свою лысину и периодически вздыхая.

— Я журналист — сказал он с какой-то гордостью, сделал торжественную паузу и стал оглядывать нас.

— Теперь все ясно. – сразу прервала его брюнетка. — Вот почему тебе так захотелось познакомиться.

— Давайте, пожалуйста, без разговоров — вклинилась худенькая блондинка, одарив всех нас презрительным взглядом двух голубых льдинок, что сейчас заменяли ей глаза.

Ее просто проигнорировали.

— Как вы уже, наверное, догадались, здесь я оказался не случайно. — продолжил он, расставив в стороны свои короткие ручонки, когда пробирался по стволу упавшего дерева через очередной ручей. — Про этот ретрит ходят самые дикие слухи. Говорят – часть участников сходит с ума. Другие, якобы возвращаются измененными и уже никогда не становятся прежними. Не знаю, хорошо это или плохо. Я думаю, полиция до сих пор не прикрыла эту лавочку только потому, что сюда действительно сложно попасть. А может организаторы просто знают, кому нужно платить. — ухмыльнулся толстяк.

— Думаю, от нас толку будет мало. — вновь заговорила брюнетка, убирая с лица выбившейся локон. — Мы также как и вы – ничего не знаем. Помните в договоре пункт о неразглашении. Почему-то люди не бегут его нарушать.

— В договоре написано, что нельзя рассказывать о том, что происходит на ретрите, но можно говорить о своих впечатлениях. — впервые за долгое время заговорил я.

— Впечатления у меня пока одни – вы все меня уже достали — быстро прошипела блондинка, сквозь сжатые зубы. — Нам же говорили, что дорога – это неотъемлемая часть ретрита. Почему вы нам все портите? Ради своей тупой статьи, которая никому будет не нужна уже через пять минут после публикации?

Журналист поднял брови и покачал головой, но притих. Мы продолжили путь молча, пока на следующей развилке вновь не увидели стрелки указывающие в разные стороны.

— Я пойду отдельно от вас — со сдерживаемой яростью заговорила худая блондинка — если кто-то хочет со мной, я не против. Но только если мы пойдем в полной тишине.

Бодибилдер сделал неуверенный шаг ей навстречу. Они несколько секунд смотрели друг на друга, а затем скрылись за деревьями, уходя налево. Мы трое пошли направо.

— А представьте, — сразу заговорил журналист — Что все дороги здесь ведут в разные локации. Каждая развилка – это свой путь. Мы не знаем, сколько именно групп сюда сегодня приехало. Но теоретически, все они могут оказаться в разных местах.

“Каждый шаг, что мы делаем в этом мире – это выбор. Бесчисленное множество миров рождаются и исчезают в нашем единственном выборе. Бесчисленное множество мыслей и альтернативных “я” сгорают, когда мы отождествляемся с одним из них. Каждый шаг – это новая жизнь. Но мы даже не подозреваем об этом”. —
пришло мне на ум

— Давайте, друзья – расскажите что-нибудь о себе. Обещаю сохранить полную анонимность.

“Почему бы не начать с чего-то интересного” – подумал я и сказал:
— Я разговариваю с мертвыми.

Журналист и брюнетка настороженно переглянулись – наверное, решили, что я будущий клиент психбольницы. Поэтому я поспешил продолжить:

— Это началось после смерти моего двоюродного брата. Ему было всего 28 и его смерть шокировала всех. Мы с ним были очень близки. Сперва я видел его во снах почти каждую ночь. Это продолжалось несколько лет, а затем мне стали сниться и другие. К сожалению, смертей в последние годы было немало. Эти сны всегда имеют две вариации. В первом случае – умершие не знают о своей смерти и я почему-то начинаю им об этом сообщать. Во втором — все намного страшнее. Они знают, что умерли, но притворяются живыми.

“Из этих снов я и узнал, что после смерти сознание может продолжить свое существование. Но мертвые никогда не раскрывают своих секретов”.

Я перестал говорить, ожидая какой-то реакции. Но все продолжили идти молча, пока не встретили новую развилку с уже привычными двумя стрелками.

— Куда пойдем? — задал вопрос журналист.

— Когда не знаешь, чего ожидать, выбор ничего не значит. — ответила брюнетка. — Пойдёмте направо.

Мы повернули и столкнулись с достаточно крутым подъёмом.

“Интересно, левый путь был таким же сложным?“

Толстяк пыхтел и обильно потел. Его футболка промокла насквозь и висела на нем, как тряпка.

Заговорила брюнетка:

— Сны, как я поняла, оказывают на вас какое-то влияние не только ночью?

— Еще мягко сказано. Отголоски этих разговоров я ощущаю весь день. Я будто живу в двух несовместимых мирах. В нормальном, где нужно ходить на работу, общаться и платить по счетам. И в потустороннем, где все это не имеет никакого значения, а твои повседневные дела и цели кажутся пустыми и нелепыми. Все эти годы я почти каждую ночь кричу во сне, но потом быстро засыпаю. Честно говоря, я уже давно привык. Но хочется разобраться, что со мной происходит.

— Думаете ретрит поможет? — подал голос журналист, когда смог наконец отдышаться.

Почему-то после моего рассказа они оба перешли на “вы”. Возможно, проявляют дополнительную осторожность с кандидатом в сумасшедшие.

— Не знаю. Но вариантов у меня немного. Психологи не помогли.

“Пусть верят, что я приехал сюда из-за такой ерунды”.

Проект "Ретрит". Глава 1. Тропа.
Вы можете помочь в написании книги и поблагодарить автора на boosty:
https://boosty.to/stopmind/