1639. Хуторская чертовщина. Воровство краденного

        Вначале Злотазан пытался вслушаться и понять о чём болтают старики, из отдельных кусков понятых им фраз сделал довольно правдоподобный вывод, сторожа обсуждали обычную для любого хуторского жителя тему, какой урожай зерновых удастся собрать с каждой десятины.
       Тема довольно заезженная и для ночного похитителя овощной продукции была совсем не интересна.
      Старики продолжали разговаривать и спорить, а хитрец и проныра, желая скоротать время, решил съесть огурец, солидного размера, длиною растопыренных своих большого пальца и мизинца.
       Лёжа на боку и поглядывая в звёздное небо, как предвестницы жаркого дня не спешно хрямал огурец, предаваясь размышлениям.
      С появлением новых хуторов уже имел большие неудобства, вот тот же водяной объездчик, каждое утро проезжает вдоль речки, да пусть себе катит приглядывая за водой, только бы не совался в лес.
      А вот хуторок напротив кургана доставит ему множество неприятностей, только и успевай приглядывать за своими кладами, ведь если верить данным толстой энциклопедии, то все находки происходят по случайности.
     Съев огурец и по разговору стариков поняв, что они и не собираются расходиться,  достал из корзины морковку, обтёр о штаны и съел, да чего там было есть, три куса и этой махонькой морковочки нет, так только одна мощная ботва и остаётся.
        Скушал ещё огурец, попробовал на вкус свеколку, так себе, на любителя, если кушать в сыром виде.
        А вот дальше с ним стали происходить странные вещи, в его кишках вначале заурчало, что-то начало перетекать из одной части живота в другую, явный признак несварения желудка.
        К тому же начало пучить и раздувать ему живот, срочно требовалось стравить газы, что он и сделал, нарушив тишину не свойственным живой природе звуком.
       Получилось довольно громко, возможно даже в значительной мере и что самое забавное, этот звук привлёк внимание одного из сторожей, внимательно поглядывая в его сторону.
     Терпение терпением, но любому терпению в самый неподходящий момент приходит конец, из последних сил сдерживая в себе скопившиеся газы, было собрался малыми порциями дать им выход наружу.
       Не сдержался ли он или тому была иная причина, но он разразился протяжным треском, будто разрывали с усилием и не спешно ткань, что окончательно убедило старика о подозрительных звуках доносившихся с огородов.
        Он своим мнением поделился с другим стариком, вероятнее всего туговатым на ухо.
-Ты слышал Михеич, там чего странное происходит.
-У меня так ишак испражняется, когда обожрётся свекольной ботвой или кукурузой.
-Может сходим проверим?
-Да чё ты Михалыч начинаешь, может там жаба с ежом сцепились.
-Мне однажды приходилось такое наблюдать, ёжик её уцепил зубами за рожу, да видно она ему не по вкусу пришлась, так давай чихать и откашливаться.
-Ну ты слышал?
-Опять повторилось.
-Как бы какая скотина не влезла в огороды, нас же потом обвинят в недогляде.
-А за потраву чужих огородов в оплату зерна по убавят.
-Не хотелось бы опять зимой голодать.
-Да никого там нет, почудилось тебе Михалыч, а на счёт зерна так тебе скажу, только пусть подумают, потом сами будут по очереди дежурить на огородах.
-Мы что с тобой Михеич нанялись комаров здесь кормить или за огородами присматривать?
-А раз за огородами присматривать, так давай исполнять свою работу добросовестно.
-Ну ты Михалыч опять за своё, хочется тебе сходить и посмотреть, сходи и глянь, сними с души камень, да только смотри, чтоб тебя гадюка не укусила.
-Я тут под вечер проходил и видел гадюку, прямо по тропиночки вон туда и уползла.
-Так чего не убил, раз увидел?
-А чем я тебе её должен был убить, вот этими голыми руками?
-У тебя вон ружьё с патроном, а при мне и холудины не было.
-Чё ты Михеич начинаешь ото, этот патрон я зарядил, когда ещё парнем был, не знаю стрельнет теперь или нет.
-Так чего всё тянешь Михалыч, попробовал бы пальнул.
-Тебе бы только палить, патрон денег не малых стоит, где их набраться, чтоб палить али куда.
-Пока мы тут с тобой Михалыч спорим, а вот с того краю может уже и забрались на огороды, как-то гляжу, да я тебе рассказывал, да и ты всё сам слышал, топает кто-то к огородам со стороны брода через речку.
-Ну я ему как гаркну, куда сучье семя прёшь!
-Не сметь ходить на огороды, иначе пальну из ружья!
- Да откель у меня ружье, обычный дрын в руках, но всё одно действенно вышло, смотрю развернулся и дал на попятную.
-Давай очередной обход сделаем ты по своей стороне, а я по своей, а придёт рассвет глянешь, поинтересуешься, чего там на грядках делалось.
       
      Сторожа разошлись в разные стороны, знает он этих старых подлецов, как облупленных, сами только сделают вид, что ушли, а отойдут маленько и притаятся, только сунешься, а они тут как тут, постараются сцапать на месте преступления с доказательной базой в виде корзины-сапетки наполненной по самый край овощами с хуторских огородов.
      Вот он временной курьёз, то бывало ждёшь, а время не торопиться, тянется, как смола под жарким солнцем, то наоборот устремляет свой бег, вон уже небо над головой светлеть начинает, скоро и зорька заполыхает на востоке, а он всё ещё на огородах прячется.
         И только окрик сторожа с одного края:
-Михалыч, ну как там у тебя?!
          И прозвучавший ответ:
-Полный порядок! 
         Обнадёжил похитителя чужих трудов и придал ему уверенности, поспешно покинуть пределы огородов, перебраться по другой берег речки и дать несколько запутанных кругов и восьмёрок, окончательно запутав свои следы и в случае обнаружения пропажи на хуторских огородах, бросившись на его поиски, оставшись ни с чем.
        В следующие разы налётов на огороды он поступит намного мудрее, оставив заметными свои следы, ведущие в один из новостроящихся хуторов, пусть маленько по собачатся, это довольно полезно для первого знакомства, затаив обиду друг на друга.
      Одни считают, не хорошо воровать с чужих огородов, нужно самим выращивать овощи, а другие окажутся в недоумении, что их честных людей обвиняют в воровстве.
        Обойдя для надёжности и личной безопасности вокруг болота, вернулся к своему шалашу с противоположной стороны.
       Усталый и измождённый, но радостный и приветливый, поставив увесистую сапетку у шалаша и убирая маскировочные ветви, оповестил своим приходом курицу.
-Ну что курочка моя драгоценная, не скучала ли без меня?
-Снесла ли мне курочка-ряба яичко золотое, я и на обычное вполне согласен.
       А забравшись в шалаш и затащив за собой корзину, продолжил весело лепетать.
-Знать бы тебе дорогуша, чего мне стоило наполнить эту сапетку.
-Пришлось на карачках облазить огороды, выискивая овощи для нашего совместного пропитания.
-Теперь у тебя в рационе появится морковная и свекольная ботва.
         Выложив огурцы, морковь свеклу, пучок лука, а затем высыпал из корзины весь картофель, постучав по плетённой сапетки, избавив её от лишнего сора, продолжал приговаривать.
-Сейчас я эту картошечку подсуну под  самый низ и пусть себе лежит до лучших времён, а в корзиночку обратно сложу харчи, для них самое место в сапетке.
-Ну вроде разобрался и разложил, что и куда, вон уже рассвет заглянул в балку, сейчас тебя выведу, побудешь маленько у озерца, под кушаешь, попьёшь водички, а как наступит жара, так опять в шалашик пристрою.
-Ну где ты там моя любезная курочка Ряба, пора подруженька на выход,
                выдернув колышек и потянув к себе верёвку, как это делает рыбак выуживая крупную рыбу из речки.
           Вначале особо не обращая внимания, что верёвка довольно легко подалась, а вот когда вдруг резко натянулась, решил проявить бдительность и посмотреть, чего это курица вздумала упираться.
        Присмотревшись внимательно, он замечает не большую дыру в самом низу шалаша, чего ж не понять, его невольница решила от него спрятаться.
-Голубушка ну довольно тебе прятаться, сама же знаешь, что я не люблю вот эти игры в прятки.
-Понимаешь устал, к тому же долго пришлось ожидать, когда два старых пердуна наговорятся и разойдутся, а тут ещё живот прихватило, правда быстро всё прошло.
-Ну давай вылезай, хватит упираться.
-Неужели ты своим куриным умом решила меня обмануть, а я на это поведусь.
-Да меня этими наивными интрижками не пронять, сейчас потяну по крепче и самой же хуже будет.
 -Уговаривать какую-то птицу, не много ль чести будет, сама напросилась, теперь не обижайся.
        Злотазан потянул к себе верёвку, которая натянулась как струна, а затем произошло что-то довольно странное, из дыры прямо ему в руки прилетела куриная лапка с привязанной к ней бечёвкой.
       Не сразу понял и вник, чего же такого необычного произошло, вот куриная лапка, а где же сама курица?
         Куда подевалась?
          Медленно, будто отяжелевший груз осознания опустился на его плечи, тут же пришла в его голову догадка, что его курицу выкрали!
        Кто этот негодяй и подлец позарившийся на его личное имущество во время  его отсутствие в шалаше?
        Как могли посметь украсть у него, Злотазана Подколодного курицу, к которой он относился как к малолетнему дитя.
          Срочно выяснить, что за наглая морда позволила себе подобные вольности.
        Эта курица ему не с небес свалилась, а пришлось рисковать собственным здоровьем забравшись в чужой курятник.
       Привыкли жить на всём готовом, нет в них ни совести и не стыда, ну как это можно было украсть курицу не подумав о последствиях, а они будут коварны и жестоки, только бы ему до них добраться.
          До конца не осознавая чего теперь делать с колышком, верёвкой привязанной им лично к лапке курицы, тупо уставился в дыру, ещё надеясь, что оттуда появиться его пропажа в виде обычной курицы, пусть без одной лапки, но живой и частично целёхонькой.
      Но никто из этой дыры не собирался появляются, вызвав в нём невероятную обиду, бухнувшись на колени и на четвереньки пробравшись к дыре, сунув в неё руку и вынул оттуда пучок куриных перьев.
        Не трудно было догадаться, что это были проделки лисы, в то время, когда он шарился по огородам, Патрикеевна заглянула к нему в гости и не желая уходить без подарка, утащила с собой курицу.
-Ну подлое отродье,
                взвизгнул от возмущения Злотазан,
-буду гадом, если не отыщу нору со всем этим подлейшим и коварным выводком.
-Всех до одного изведу, никого не пожалею и не оставлю в живых.
-С каждого сдеру шкуру, отнесу на базар и продам, а на вырученные деньги куплю себе сразу две курицы.
-Это же наглое хамство забираться не спросясь в чужие владения, так ещё позволить себе украсть самое ценное, что только имелось в этом шалаше. 
               И главное у кого?
      У уважаемого представителя рогатой братии, временно попавшего в затруднительное положение.
         Вскипая от ненависти и переполняясь злобой готов был метать громы и молнии, а эту подлую лисицу, попадись она ему под руку, разорвал бы в клочья и раскидал бы во все стороны на поживу кровавого пиршества пернатой дичи.
       Не в силах сдержать в себе горестной утраты, приложился к горлышку бутыли глотая и и вливая тошнотворную жидкость от обуявшей его ярости, гася жажду и воспылавший жар внутри.
       
          Как только алкоголь ударил в голову, а приятное тепло растеклось по всему телу, загоревал, обхватив свою голову руками, возможно бы так просидел в горестных думах, если бы не вспомнил об утреннем яйце, которое возможно успела снести ему жертвенная курица.
        Лазая на карачках, прощупывая каждый сантиметр шалаша, где он определил место для своей курочки Рябы, вдруг проникся такой жалостью к самому себе, что даже заговорил вслух, едва не пустив из глаз горючую слезу.
-Мне бы только отыскать это яичко, нет не для того, чтобы сожрать, а выносить у себя под мышкой и через двадцать дней из него вылупиться цыплёнок.
        Этого цыплёнка он будет ласкать и лелеять, вырастив крепкого и здорового бойцовского петуха.
        С чего он взял, что вылупиться петух, ну так ему подсказало его внутреннее чутьё.
    Для чего ему понадобился этот петух, так для приманки подлых лис, от которых он должен отбиваться до появления своего хозяина.
      А вот пойманных им лис он будет безжалостно, прямо живьём лишать шкур, а совершено голых отпускать в лес подыхать, где и будут съедены воронами и всякой птицей питающиеся мертвечиной.
-Кхе-кхе-хе-хе,
                раздался насмешливый голос в голове Злотазана,
-чего-то я не пойму твоих намерений.
-Уж не тронулся ли ты своим умом голубчик.
-Бредишь не в меру своих фантазий.
-Так по поводу и каких бесценных потерей проливаешь свои горючие слезы, уж не по украденной тобой курице убиваешься.
-Ишь как разошёлся, диву даюсь твоей наглости, переживаешь за то, что краденое украли у тебя?
-Чего ты понимаешь бестолочь контуженная,
                ответил он голосу в своей голове,
-нашёл чем сравнивать.
-Я ведь не последнее взял из курятника, а вот у меня отняли последнее.
-Почувствуй разницу и взвесь это на весах справедливости да посмотри, в какую сторону они перевесили. 
-Так кому обиднее!?
-Мне или Василю Попову!?
-У него не один десяток кур, особой потери не понёс, а у меня невосполнимая утрата, одну единственную кормилицу и ту стащили из шалаша.
-Да чё мне с тобой спорить, всё одно не поймёшь, а если и поймёшь, то обязательно пойдёшь наперекор, только бы мне по крепче насолить.
- Отстал бы ты от меня, ведь по хорошему прошу, иначе могу и не сдержаться.
-Ну и чего ты мне сделаешь несчастный страдалец?
-А то и сделаю, упьюсь сиводралом, выйду из шалаша, разгонюсь во всю прыть и врежусь головой в самое толстое дерево в этом лесу, да так стукнусь, чтоб тебя со всеми потрохами вынесло из моей головы.
-А не боишься, что вместо одного голоса у тебя в башке появиться два?
-Вот и будете вместе спорить и изводить друг дружку, вполне надеюсь, что после этого оставите меня в покое.
-Ну чего расшухарился, чего впадаешь в крайности, уже и шуток не понимаешь.
-Подумаешь лиса курицу уволокла, так сходи и другую себе укради, дел-то поднялся в хутор, да забрался кому нибудь в курятник.
-Сам-то хоть понял чего советуешь, я буду ходить воровать кур, а лиса таскать из моего шалаша-курятника?
-Да ты хоть знаешь, что воровство в среде моих соплеменников не приветствуется, даже подвержено презрению, а ты хочешь, чтоб я опустился на самое дно в глазах нашего достойного уважения общества рогатой братии?
- А тебе чего стыдится, ты ведь комолый подчистую, да и вся эта ваша когорта лишилась своих рогов, как побочного рудимента, что ни голова, то бильярдный шар.
-Ну смотри, я предупредил,
                произнёс Злотазан, беря в руки бутыль, отхлебнул из горлышка солидную порцию сиводрала, а оторвавшись крякнул, скривил свою рожу, закусил огурцом и что за чудо чудное, диво дивное, в голове наступила невероятная лёгкость, а этот гнусавый противный голосок замолк.
        Сам того не замечая, как сидел на татарский манер, так и задремал, опустив свою голову, упираясь своим подбородком себе в грудь, пуская слюни и сопли из носа, да иной раз всхрапывая.

      Уж сколько он так проспал, ну порядком пару часиков, а проснулся оттого, что свалился набок.
        Вначале открыв глаза и не поняв своего положения, где-то даже подумал, что у него свихнулись мозги, а сообразив, что он лежит на полу, невольно усмехнулся, говоря самому себе.
-Вот видишь Злотя сам,до чего доводят нехорошие излишества, во всём нужна мера.
         А проанализировав по какому случаю упился, уже с трезвой головой и ясным умом собрался довершить своё расследование.
     Его интересовало, каким способом лиса сумела проникнуть в шалаш, удавить курицу, отгрызть ей лапу и утащить с собой.
     Наклюнулось сразу два предположения, а вот которое из них верное придётся ему выяснить.
         Как бы там ни было, а он по приходу к своему шалашу проявил оплошность, не проверив целостность замаскированного входа.
       Было большое сомнение, что лиса решилась бы на такую наглость, отчётливо унюхав присутствие его следов, как и полагается плутовке, она избрала более безопасный вариант подобравшись через кусты, к дальней стороне шалаша, где он определил место для свой курицы.
       Допустим, с лисой всё понятно, а вот со стороны курицы было довольно странное поведение, отчего она не убежала к выходу, длина верёвке вполне позволяла ей это сделать.
        Получается странный парадокс, следов борьбы в шалаше нет, как и нет здесь самой курицы.
      Как бы тихо лиса не проделывала бы дыру в шалаш, её шорох насторожил бы домашнюю птицу, а согласно инстинкту самосохранения, попыталась бы дать отпор наглой хищнице. 
        Больше походило, что лисе всё ж таки удалось выманить курицу через проделанную ей дыру в шалаше, пообещав глупой птице освобождение из неволи.
        Сидеть и рассуждать, так это или нет сидя в шалаше, только половина начатого расследования, следует выбраться наружу и уже на трезвую голову посмотреть, что же происходило за пределами шалаша.
      Пробраться через колючий кустарник барбариса труднейшее из препятствий, шалаш обустроен так, что обойди вокруг, то не сразу обратишь внимания, что там внутри расположено прибежище.
       Выбравшись из шалаша озадачился очередной догадкой, почему он всё время думает об одной лисе, вдруг их было две, одна всё время крутилась у входа, наводя панику на птицу, а другая в это время подбиралась с другой стороны.
     А вот это уже больше смахивает на действительность,  курочка Ряба ради собственного спасения, увидев дыру, было только просунула голову, как была схвачена цепкими зубами за шею и тут же безжалостно задушена, чему свидетельствовал пук оставленных перьев.
      Обрадовавшись лёгкой добыче, лиса поволокла свою добычу, да оказалась, что та привязана за ногу, ну не бросать же такое ценнейшее приобретение, вот и додумалась отгрызть курочке лапу.
      Вон и то место, где проходила эта жесточайшая экзекуция по отделению лапки от тушки.
         Подобного мародёрства он не забудет и не простит, обязательно выследит, где обитает выводок лис и всех до единой изведёт, не получиться у самого, так найдёт иной способ, как это сделать.
        Чего проще, плотно закрыв глаза на общественное презрение, пройти в хутор и выкрасть хоть курицу, а хоть гуся, просыпая их перья до самой норы лисьего выводка, так сказать, чужими руками довершив справедливое возмездие.
          По случаю расследования коварного воровства, чего бы не пригубить сиводрала, закусить огурчиком, а к обеду не испечь картошки в оборудованном им очаге.

                01 — 02 июль 2026г.