Игра атомов

Ирочка была обескуражена. Она познакомилась с неким Эрмино, который сказал, что материального мира не существует.
Что всё, что она видит, это флирт атомов, этакая динамичная, мимолетная и кратковременная игра, возбуждающая водородные связи.
- И тебя тоже нет, - он потрогал ее за кончик носа и рассмеялся.
Ирочке стало страшно. Она приехала домой и лежа в постели явно ощущала под собою кровать. Более того, перед ней висела картина Грегора Мальты «Дыхание спящей Евы», а на столике стояли часы и тарелка с арбузом. 
Неужели всего этого нет? подумала Ирочка, и ей захотелось шампанского. Но в этот момент позвонил Эрмино и спросил, одна ли она дома?
Ирочка смутилась и сказала, что да. Совершенно одна. Тогда он снова расхохотался и сказал, что сейчас в ее квартире находится мужчина, который с удовольствием пьет пиво и варит креветки. 
- Только ты его не увидишь, - рассмеялся он. 
- Уж конечно! – Ирочка возмутилась и бросила трубку.
Ну, какой же козел! подумала она и направилась на кухню. Открыв холодильник, она достала кусок сыру, банку маслин, веточку помидор черри и вдруг увидела мужчину.
Он кидал в кастрюлю креветки, и вместо одежды на нем было лишь маленькое махровое полотенце.
Ирочка не могла поверить. Она стояла и смотрела на его шикарную бороду, на загорелые плечи и ей казалось, что они знакомы, что она его уже где-то видела...
Тем временем мужчина открыл банку пива и, подойдя к Ирочке так близко, что она видела родинку на его левой щеке, стал вдруг задумчив и робок.
Может, он тоже почувствовал, что рядом с ним веет чье-то дыханье? Или вспомнил, что одинок и давно не засыпал на длинных шелковых волосах?
Ирочка видела, как он вливает в стакан тягучее темное пиво, как оно поднимается плотной пушистой пенкой, и ей хотелось выпить его до дна и стать видимой, ощутимой, вышедшей из небытия, но она не смела пошелохнуться и только молча наблюдала за чьей-то чужой жизнью, которая вдруг приоткрылась.
Мужчина тем временем откинул креветки на дуршлаг, и тут Ирочка увидела спящую женщину. Она лежала на кровати в какой-то короткой майке и совершенно этого не стыдилась. 
Значит, у него есть бабища, подумала Ирочка. К тому же старше его лет на тридцать….
Ей стало обидно и грустно и вообще непонятно, как такой красивый молодой мужчина мог приволочь домой взрослую женщину с варикозом? Так она, наверное, с ночной смены? Диспетчер таксопарка?
Ирочка еще раз посмотрела бабу, на ее мочалистые ржавые волосы, на синюшные ноги, на линялую застиранную майку и ей её стало жалко.
И ради чего? подумала она. Ради молодого здорового тела?
Ей хотелось пойти в аптеку и купить этой женщине «конский каштан» и грецких орешков и авокадо и пакетик смородины для желе.
А потом сказать, чтобы она немедленно шла в парикмахерскую и забыла навсегда этого альфонса, а он вообще распоясался и, чувствуя свое превосходство, начал смотреть футбольный матч.
Ирочка была потрясена. Она хотела нахлестать его по щекам и сказать, что он хамло, но в этот момент увидела старуху.
Она дымила папироской и наливала в большую чашку кипяток из серебристого самовара.
Ирочка чуть было не зарыдала, поскольку все свое детство только и делала, что смотрела на себя в самовар. А её нравилась эта метаморфоза, когда лицо то расплывалось, то вытягивалось, становясь и своим и чужим одновременно.
И сейчас Ирочка не удержалась и, подойдя к самовару, стала всматриваться в зеркальную поверхность, желая увидеть себя смешную, с большим огуречным носом, но в самоваре никого не было.
Её не было. Ирочка попятилась назад и, холодея от ужаса, вышла в коридор, а потом побежала в комнату и, закрыв за собой дверь, стала кричать: О, Боже! Боже!
Оказавшись на кровати, она вновь увидела картину «Дыхание Евы» и раскрытую книжку и брошенный второпях халатик и пушистые хризантемы, и ломтики ярко-красного арбуза.
Боже! Боже! повторяла она и не могла поверить, что минуту назад с ней произошло нечто невероятное, а может, ничего и не было?
Может, просто показалось, приснилось, привиделось…
Ирочка упала на подушки и долго лежала, не понимая, как можно жить на одной площади и друг друга не видеть, не слышать, не знать.…
Через какое-то время она осторожно прошла по коридору и заглянула на кухню.
На столе лежал кусок сыра, оливки и веточка черри.
Игра атомов, вздохнула Ирочка и испугалась, что сейчас может стать видимой, а на ней даже нет трусов.