Предназначение 19

      Самоподготовка – это как раз то самое время, когда курсант должен не только тщательно готовиться к предстоящим занятиям, но организовать это самое «СамПО» для активного общения с товарищами. Нельзя конкретно сказать, что «СамПО» это то самое время, которое можно «загнуть» на свое усмотрение. Нет, конечно… На 1-ом курсе это было четко организованное занятие в составе учебной группы (классного отделения), потому как была цель – качественно готовиться и успешно сдать зачеты и экзамены в том самом 1-ом семестре.
      Залог успеха – своевременное убытие в зимний отпуск сроком в 15 суток. Потом, а это уже летом, когда тепло и манит очередной отпуск сроком уж как в 30-ть суток. Тогда и желание почувствовать себя по результатам 2-го семестра уже не «минусом», типа: «Приказано выжить!», а более конкретно – «Будем жить!». Это так назывались ступени-стадии-этапы.
      За окном густые сумерки ноября. Сударев смотрел на искрящийся от света фонарей строевой плац, по которому иногда передвигались курсанты в составе небольших групп – классных отделений. Если кто в одиночку пересекал плац, то это происходило только бегом – таков был порядок.
      Из окон учебной аудитории, оборудованной для занятий по учебной дисциплине «Электротехника», хорошо просматривался не только плац, но и тот самый путь-дорога от столовой до казармы учебно-аэродромной базы. В аудитории тепло и даже уютно. Время незаметно приблизило курсантов к завершению той самой подготовки, вот и сержант Серега Птащенко вернулся. Ходил на кафедру «Наземные средства связи и радио-технического обеспечения», узнавал насчет консультации:
      – «Та-а-ак! Все слушаем! Завтра на «СамПО» кто-то придет с кафедры… Чтобы все были! Никто никуда не уходит. Книгоношам заранее заказать литературу. Договорился, чтобы пройти тестирование. Потренируемся. В субботу тестирование будет в лекционном зале. Это будет уже другое. Тестироваться будет рота в полном составе. Предупреждаю, если кто тестирование не пройдет, то про «увал» можете забыть!», – так тогда было организовано занятие. Сказать нечего – мудрый и дальновидный подход от товарища-сержанта.
      Посетил тогда нас веселый подполковник, подкованный в своем деле. Знали его все, потому как спуску в изучении радиостанций различного назначения с соответствующими «ТТХ» курсантам не давал. Это был действительно мастер-преподаватель, который во время занятий очень даже плодотворно «угнетал».
Голова у него круглая и блестящая, как бильярдный шар, пружинистая походка, подтянутый и спортивный.  Знаний давал он так плотно и насыщенно, что нам казалось: «Неужели можно все это запомнить?!», но возмущениям не было отведено времени, потому мы все покорно, но с высокой скоростью записывали все, что изрекал энергичный преподаватель. В конце занятия, будем считать – вместо каких-то вопросов и стандартного подведения итогов занятия, как это принято почти на всех кафедрах в конце очередного занятия, курсанты спрашивали:
      – «Товарищ подполковник, разрешите Вас спросить?», – и когда было получено «добро»: «Говорят, что Вы делаете «подъём переворотом» больше 100 раз?». Сделать, конечно же, это упражнение - продемонстрировать подполковнику не дано было в аудитории «Наземные средства связи», не совсем подходящее место.
      Подполковник улыбался, ответа никакого не давал. В аудитории повисла пауза. Вопрос был задан, хотя все давно знали, что это упражнение для него изведано-испытано, и что он как раз законный чемпион. Подполковник-дока, дабы не разочаровывать младшее поколение, открывал одну из дверок шкафа-стеллажа, доставал лабораторный бутыль темного стекла потом доставал кошелек из которого доставал несколько монет, которые помещал в стакан.
      Далее, он в стакан наливал немного спирта, а это определялось сразу, т.к. по учебной аудитории пары очень быстро разносились – чуть потелепав стакан с содержимым, подполковник извлекал не менее десятка монет и раскладывал на равном расстоянии одна от другой на поверхности массивного, длинного и широкого стола.

      «Упражнение» то самое до нас было известно и товарищам-старшекурсникам, они то и рассказывали об этом. Одно было четко сказано, что не всем было дано увидеть сие. Как потом товарищи Сударева говорили:
      – «Мужики!!! Это что-то похоже было на уважение к нам?! Наверное, ему понравилось, как мы стремимся изучать наземные средства связи… Вот он и показал мастер-класс…», – после чего следовало горячее обсуждение и некоторые даже пробовали повторить то самое «упражнение», но почти ни у кого не получалось. Так, что-то чуть-чуть… И в руках той самой силы не было, что у подполковника, а с монетками так и совсем не получалось.

      Подполковник снимал галстук, заворачивал рукава форменной рубашки, и стремглав занимал положение на поверхности стола с разложенными монетами: «голова внизу-ноги вверху». Через секунду-другую он начинал - осторожно, но уверенно прохаживаться на руках и собирать монеты губами.
Порядок был такой – начинал с самой крайней, медленно приближался, чуть сгибая руки в локтях, брал монету и продвигался к тому самому стакану, который находился на противоположном конце стола. Собрав, таким образом все, монеты последовательно, поместив их в стакан, разворачивался на 180 гр., чтобы окинуть своим взором аудиторию. Осмотрев таким образом благодарную "публику", улыбался и, чуть оттолкнувшись руками от стола описывал дугу, мягко приземлялся, оказавшись на полу, между двух первых столов, перед изумленными курсантами.