Происхождение этнонима аварцы

               

Письменные источники и устная традиция представляет ряд этнических имен, с которыми ассоциируются самая многочисленная этническая группа Дагестана – аварцы. Из них наиболее обслуживаемыми не только в повседневной речи, но и в письменной практике являются самоназвание маг1арулал «горцы» и название, как полагают, полученное этим народом со стороны (экзоним) и закрепившееся в письме в форме аварцы, образованное с помощью собирательного суффикса русского языка -цы от основы авар.
Если семантическая составляющая первого из этих имен не вызывает нареканий, то по поводу внутреннего содержания и этимологической истории этнонима «аварцы» дискуссии продолжаются до сих пор. Обсуждение самой темы началось с начала северокавказских краеведческих штудий в русском научном сегменте 19 века. За прошедшее время высказано ряд не совсем удачных, на наш взгляд, предположений по данному вопросу, из которых наиболее популярной, как бы признается версия, в рамках которой название авары / аварцы сопоставляются с именем кочевого народа «авар» неясной этнической принадлежности, который появился на Северном Кавказе в VI в. 
Мысль эта впервые была высказана в 11 веке в [1. «Житие картлийских царей» («Картлис цховреба»)] грузинским средневековым церковным историком Леонти Мровели, и поддерживается такими современными исследователями как Н. Г. Волкова, которая допускает продвижение отдельных групп кочевых аваров в горные районы Дагестана, где они, оставив свой след в названии аварцев, со временем могли раствориться среди местного населения. [2. Волкова Н.Г. Из кавказской этнонимии // Материалы по этнографии Грузии. Вып. XXII. Хелеури (Сборник). Тбилиси, 1985. С. 109].
В грузинском источнике излагается версия переселения в конце VI в. в горный Дагестан кочевых аваров. Согласно сведениям этого источника, произошло это во время правления в Картли Гурама-Куропалата 568–600 гг. Леонти Мровели сообщает, что пришедшему к власти Гураму с помощью Византии в 575 г. удалось не только взять под контроль всю территорию Грузии, освободив ее от власти Ирана, но и подчинить себе и население горного Дагестана [3. Вахушти Багратиони. История царства Грузинского // Пер., пред., слов. и ук. Н.Т. Накашидзе. Тбилиси, 1976. с. 185–186].
У аваров с Гурамом была война, в ходе которой посредником между двумя враждующими сторонами выступил император Византии Юстиниан (527–565 гг.). После этого они «помирились», и тогда Гурам, якобы, «расселил их в горных ущельях Кавказа, а также в Хунзахе, они и ныне называются аварами» [4. Картлис Цховреба. История Грузии // Пер. с древнегрузинского, предисловие и комментарии Г.В. Цулая. М., 1982, с. 21].
Однако стоит заметить, что здесь мы имеем дело с поздними интерпретациями историком событий, имевших место быть в VI в. на Кавказе, в связи с чем к ним исследователи относятся с предостережением. Автор сочинения одно событие накладывает на другое, по своему усмотрению перемешивает даты и т.д. В качестве иллюстрации можно привести пример о том, как в «Житие картлийских царей» упоминается сходный конфликт, когда горцы (леки) восстали против царя Мириана и призвали на помощь себе хазар. Царь Мириан выступил против них в поход к границам Эрети (в Мовакане) и дал там сражение и т.д.
Сходной точки зрения придерживается и известный кавказовед Т.М.Айтберов [5. Древний Хунзах и хунзахцы. Махачкала, 1990. – 177 с.], А.А.Мамедова [Авары в Азии, на Кавказе и в Европе // VI-е Дзагуровские чтения «От античности к возрождению». Материалы международной научно-методической конференции. Махачкала, 2007. С. 69–71; 6. Айтберов Т.М. Древний Хунзах и хунзахцы. Махачкала, 1990. с. 177] и некоторые другие исследователи. В частности, такой сценарий развития исторических событий, связанный с перемещением кочевников в горы, констатирует известный историк А. К. Аликберов, в результате которого пришлые кочевые тюркские племена, будто бы не только продвигаются в горы, но даже создают там свое государство «Тавъяк», через который он пытается объяснить происхождение и современного названия «Дагестан», возводя его к более древней кипчакской форме «Тавйак» (ат-Тавйак).
По мнению этого исследователя, хороним «Дагестан» — не первое общее название этого края, ему предшествовала кипчакская форма «Тавйак» [«ат-Тавйак»], где тав — «гора», и йак; — «сторона, страна» — «Горная сторона/страна». Это более древнее обозначение «Страны гор», из которой с помощью персидского форманта «остан» образовались два названия: кипчакско-персидское «Таулистан/Тавлистан» и огузско-персидское «Дагестан», где даг [dagh огуз. «гора», «горная»] + стан [ostan «область», «страна»], или с персидским изафетом Даг-и стан. Точно такую же форму и такое же значение имеет «Кухистан» [перс. кух — «гора», стан, остан — «страна»] — название, в том числе, отдельной горной области в Иране [см. 7. «Аликберов А.К. О ранних формах названия Дагестана в письменных источниках», 2025 г.]. В связи с изложенным уместно было бы спросить у автора, если хороним Дагестан является калькой, то почем следует считать его калькой тюркского «Тайвак», а не иранского «Кухистан», с которым у дагестанцев более длительные культурные и исторические отношения, ведь их внутренне содержание практически идентично?
Помимо прочего А.Аликберов в своих умозрительных конструкциях игнорирует то обстоятельство, что название «Тавьяк» в компиляции исторической хроники «Дербент-наме» появляется лишь в 17 в. как перевод термина из прежнего текста на тюркский язык, а не является атрибутом оригинала, в котором рассказывается о событиях до арабского периода, тогда как сами кипчаки близко к границам Северного Кавказа впервые подошли лишь в 11 веке.
Игнорируя всевозможные исторические и лингвистические факты (в частности, морфемные особенности структур, упоминаемых им этнических имен), странную версию происхождения названия «авар» предлагает азербайджанский исследователь Г. Гейбуллаева, который вслед за А.А.Мамедовой [8. Мамедова А.А. Авары в Азии, на Кавказе и в Европе // VI-е Дзагуровские чтения «От античности к возрождению». Материалы международной научно-методической конференции. Махачкала, 2007. С. 69–71] дагестанских аварцев сопоставляет с историческими «лбинами» и «чилбами», «обитавшими по всему челу Кавказского хребта» со стороны Закавказья. Как он полагает, «лбин», «лпин», был названием той части аварцев, которые жили в Албании и были христианами. Другая часть аварцев, обитавшая севернее – в южном Дагестане, называлась силв (в армянских источниках – чилб). Этноним «лбин», «лпин» как самоназвание не сохранился, потому что ныне потомки лпинов называют себя «авар». Но это не является их настоящим самоназванием» [9. Гейбуллаев Г.А. К этногенезу азербайджанцев. Баку, 1991. Т. I. С. 154].
В этой связи стоит заметить, что в реальности термины чилбы (сильвы), шичбы, агъахъбы, каспии (*кас-би) и другие подобные структуры образованы от соответствующих основ с помощью собирательного форманта -би, то есть, по действующей до сих пор в цахурском языке модели образования этнонимов, в силу чего носители их не могут принадлежать к другим народам. Все пространство южных склонов Кавказского хребта от западного побережья Каспия до древнегрузинских племен занимали лезгиноязычные народы и этот факт является неоспоримым. Поэтому нет сомнения в том, что азербайджанские специалисты, высказывая подобные мысли, глубоко ошибаются.
Есть также попытки на основе созвучия имен аварцев сблизить, с упоминаемыми Стефаном Византийским «оваренами» (owarene) [10. Новосельцев А.П., Пашуто В.Т., Черепнин Л.В. Пути развития феодализма: (Закавказье, Средняя Азия, Русь, Прибалтика). М., 1972. с. 40], хотя довольно хорошо известно, что в случае с «оварены» речь идет о группе парфянского населения «апарнов», можно сказать – о диаспоре (возможно, значительной), которая на момент упоминания их в источнике обитала рядом с удинами вдоль Куры.   
Страна Апар и ее основное население находились совсем в другом месте. Л.А. Боровкова [11. Л.А. Боровкова. Народы Средней Азии III-VI веков. (по древним китайским и западным источникам). // М. 2008, c.118]  приводит отрывок из письмя Ездегерда к своим подчиненным, из «Истории Армении» Егише, в котором речь идет об Апар (Абаршахре): «Мы задумали непреложно направиться в страну Восточную, с помощью богов подчинить нам государство Кушанов, вы, как только увидите сие послание, немедленно отправьте конницу, опережая меня, встретьте меня в стране Апар» (Там же. с. 30).
Как справедливо отмечает исследовательница, Ездигерд называет государство Кушан восточной страной и потому местом сбора конницы для похода против него избрал страну Апар (Абаршахр). К. Н. Юзбашян, автор Предисловия и комментариев к изданию труда Егише в переводе академика И. А. Орбели, в своих примечаниях пишет: «Апар — область на северо-востоке Ирана (позднее Хорасан) с главным городом Нишапур». Полагают, что это Pylae Caspiae, для защиты которых был основан город Рей» [12. Егише, 1971, с. 178, прим. 21 и 19]. Отсюда становится очевидным, что сама такая идея сопоставления дагестанских аварцев с «оваренами» не имеет под собой никакой почвы.
Также обсуждаются версии, в рамках которых этническое имя аварцев сопоставляется со сходными по звучанию словами, пытаясь при этом подобрать к ним более или менее разумные объяснения. Так, часто вне контекста истории появления самого сравниваемого слова сопоставляют его с термином авгар или авхар (аwhar), этимологически связанному с топонимом Аух, идущему от названия скифского рода Авхаты, ведущее свое происхождение от Липоксая, то есть, являющийся более старым историческим наследием региона. Об этом более подробно см. в нашем [13. Алхасов Г.А. Аух или по следам скифов в Дагестане. // Этимология названий некоторых дагестанских сел. Махачкада. 2025. С.101-102]. Также в разработке имеются слова «авар» и «аwarag», восходящим к пехлевийскому (ср.-перс.) apparak "грабить", appar "грабить, красть, схватить и унести, воровство, разбой, хищный" и сравнимое с перс. avara "бродяга" [14. ЭСОЯ, 1, 25; 15. ЭСИЯ, 6, 146- 247, 159] и некоторые другие.
Внимание уделяют анализируемому слову и в качестве титула или имени собственного. Так, средневековые персидские историк Ибн-Русте в конце IX века упоминал титул «хакан гор авар», и Гардизи (XI в.) называют этого правителя [;;;; – awar] и [;;;; – awaz] [16. Ибн Руст. Книга драгоценных ожерелий, с. 447. / Восточная литература]. Исходя из этого сообщения, некоторые дагестанские исследователи (М. Агларов, О. Давудов и др.) полагают, что Awar было «династическим именем» царя Сарира. К примеру, согласно О. М. Давудову, аварцами народ Сарира стал называться лишь после IX в., когда это имя было перенесено на народ [17, Материальная культура Дагестана албанского времени (III в. до н.э. – IV в. н.э.). Махачкала, 1996. C. 40]. Но проблема тут в том, что вопреки распрастраненному мнению к Сериру аварцы не имеют отношения.
В качестве титула этноним авар рассматривает и В. М. Бейлис, который полагает, что этноним Аwar впервые встречается в арабских источниках в качестве титула правителя Сарира [18.  Из истории Дагестана VI–XI вв. (Сарир) // Исторические записки. Вып. 73. М., 1963. С. 255]. В связи с этим положением особый интерес приобретает и термин авар-hазк, упоминаемый в древнеармянских источниках. В. М. Бейлис на основе анализа различных средневековых источников был склонен отрицать связь этнонима кавказских аварцев с кочевым миром Средней Азии [Там же, с. 256]. На основе данных о наличии к началу правления (531–579 гг.) Хосрова I Ануширвана на территории Сарира государственного образования, носившего титул иранского происхождения (Auhar-z-an–shah), он считает маловероятным возможность подчинения аварами-кочевниками труднодоступной горной области, чтобы осесть в ней и стать союзниками сасанидов [Там же, с. 256] .
Термин «авар-hазк» (авар-хазк), встречающийся в труде армянского историка IX–X веков Товмы Арцруни (в старой орфографии Артсруни) «История дома Арцруни», рассматривается в кавказоведении как одно из ранних упоминаний предков современных аварцев в средневековых источниках [19. Товма Артсруни. История дома Артсруни. Тифлис, 1917. с. 144]. Эта работа представляет собой классическую дореволюционную публикацию армянского текста, которая активно цитируется в монографиях по этногенезу и средневековой истории народов Дагестана. Конкретный исторический контекст упоминания термина «авар-hазк» у Товмы Арцруни охватывает период V–IX веков и неразрывно связан с процессами христианизации Северо-Восточного Кавказа, экспансией Хазарского каганата и арабо-хазарскими войнами. Упоминание «авар-hазк» привязывается автором к рассказу об обращении в христианство местных жителей Восточного Кавказа. Он встречается в эпизодах, связанных с описанием племен и областей Северо-Восточного Кавказа, их политических связей и христианизации местных жителей. Товма Арцруни также прямо называл правителя (малика) Сарира «аваром».
Выдающийся востоковед В. Ф. Минорский и кавказские исследователи указывают, что этноним в форме «аиг hazr» или «авар-hазк» у Товмы Арцруни хронологически и географически соотносится с населением средневекового раннегосударственного образования Сарир (протоаварцами).
Словосочетание авар-hазк представляет собой сложный этноним, объединяющий два понятия: авар и хазк (хазары). Исторический контекст этого союза обусловлен географией и геополитикой. Определяя лингво-историческую специфику термина, исходят из соображения, что для армянской историографии того времени было характерно добавлять к корню этнонима окончание «-к» (-;) для обозначения множественного числа или страны (например, хайк — армяне, вирк — грузины). Таким образом, форма hазк (hazk / xazk) определяют как арменизированное название хазар, а авар-hазк — буквальное указание на «аварских хазар» или «аваро-хазарский» пограничный союз, ставший предком средневекового населения Аварии. Товма Арцруни писал свой труд на рубеже IX и X веков, фиксируя события, происходившие в Васпуракане и соседних регионах, а также поднимая более ранние исторические пласты. Хронист фиксировал титулатуру кавказских правителей. Он прямо называет малика (правителя) Сарира «аваром», закрепляя этот термин за лидерами дагестанских горцев в противовес степным кочевникам. Но проблема во всех приведенных выше случаях в том, что вопреки распространённому мнению аварцы к Сериру не имеют отношения.
Крайне неудачную с точки зрения лингвистического анализа попытку найти «аварцев» в сообщении аль-Балазури о титулах, дарованных сасанидским шахиншахом Хосровом I Ануширваном дагестанским правителям («хакан горы (khaqan al-jabal), который есть «Владетель Трона», называется «;; ;;;;;;;;;» [v.h.rarzanshah] (варианты названия: «;;; ;;;;;;;;» и «;; ;;; ;;;;;;» [v.h.rar ranshah] и [v.h.r raur.n.shah])  предпринял В. Ф. Минорский [20. История Ширвана и Дербенда. М., 1963. С. 270], хотя именно эта его попытка и вошла в учебники как базовое положение по данному вопросу.
Его модель расшифровки титула, употребленного аль-Балазури в сравнении с армянским названием аварцев Х в. аurhazk', в котором он определяет: – k' – это суффикс множественного числа, сочетание rh при обычной перестановке должно соответствовать hr. А конечный -z в названии рассматривает в качестве иранского суффикса происхождения, как в Gur-z, Lak-z, Lay-z, что не выдерживает никакой критики, хотя бы потому, что v.h.rarzanshah правильно делится на сегменты v.h.rar – название раннесредневекового политического образования аварцев, упоминаемого в исторической хронике «Дербент-наме», zan – буквально, «место, страна» - в качестве топонимического форманта участвует в образовании названий почти все политических образований Восточного Кавказа и некоторых топонимов и shah –   «шах» в значении «правитель пограничной области».
Не совсем убедительную попытку с точки зрения привлекаемой аргументации этимологическую историю этнонима аварцев, как заявлено, через ресурс собственно дагестанских языков предпринимает Ш.Хапизов [21. К вопросу о происхождении этнонима аwar]. В этом он отталкивается от хурритского слова авари – «поле», обнаруженное И. М. Дьяконовым [22. Алародии (Хурриты, урарты, кутии, чеченцы и дагестанцы) // Алародии (этногенетические исследования). Махачкала, 1995. С. 10], и со значениями «лужайка» и «целина» сохранилось в рутульском и аварском языках, к которым добавляет еще, отмечаемое Н.Нозадзе в своей, посвященной хурритской лексике, монографии слово авари «поле» [23. Лексика хурритского языка. Тбилиси, 2007. с.159] и связанный с ним термин – аwar-uhli в значении «надзиратель полей». В последнем Ш.Хапизов усматривает аналогию современного аварского аграрного термина магъи-гIел с тем же значением.
Он также обращает внимание на схожесть этнонима аwar и  аварского обозначения пророка – аwarag, с изначальным смыслом «отшельник», живущий вдали от общества и занимающийся богослужением, как он полагает, и расчленяет это слово на составные части авахI- и -лаг («человек»; вариант раг, лак), чтобы читать слово целом как «человек [из] пустоши, пустыни», не отдавая отчет в том, что в реальности слово «апараг» имеет иранские корни и совсем не поддается такой произвольной фрагментации.
Общий вывод, предпринятой автором реконструкции заключается в определении значения слова «авар» как «люди из целины, необжитых мест». То есть, он определяет аварцев «как пришельцев с прикаспийских равнин, опустевших в начале нашей эры в результате нашествий племен пришельцев», тем самым повторяет миграционную версию, но с другим началом, но без сопутствующей исторической фактологии. «По схожему географическому, а точнее рельефному, принципу сформировался этноним лъарагIал – «жители равнины» (в современном понимании – «кумыки») констатирует автор. Может, таким же образом сформировался этноним «аварал» – «жители степей, пустошей»?
 Но Ш.Хапизов не дает ответ, почему слово «авар», если оно берет свои корни в дагестанских языках, в качестве этнонима к нам пришло из третьих языков и почему сравнительно до недавнего времени аварцы не называли себя этим именем за исключение небольшой группы насельников Хунзахского плато?
Известный краевед Б.Малачиханов [24. К вопросу о хазарском Семендере в Дагестане». 1965] по этому поводу отмечает, что в 60- 70-х гг. XIX в. слово «авары» прилагалось лишь к Аварскому ханству, совпадавшему с узкими границами Хунзахского плоскогорья. Такого же мнения придерживаются и ряд других исследователей. Настораживает и колоссальная хронологическая разница, существующая между периодами функционирования, привлекаемого автором к анализу хурритского слова и появлением в обиходе этнонима «авар».
Кроме того, Ш.Хапизовым в своих рассуждениях не учитывается, что на обще дагестанском уровне для обозначения «поля» восстанавливается не «авари», а праформа *wарх / марх с вариантом *wархур / мархур (как основа косвенных падежей), откуда идут и некоторые современные названия «поля» в дагестанских языках.
И еще один исключительно важный момент для понимания ситуации: в силу того, что в первой позиции в структуре дагестанских слов стояли показатели грамматических классов, они не могли прежде начинаться с гласных звуков, что мы имеем в словах «авари» и аwar-uhli, что также игнорируется автором в реконструкциях.
И, наконец, фрикативные ларингалы в том числе и -г1, который имеется в структуре, привлекаемого Ш.Хапизовым аварского слова «магъи-гIел», достоянием фонетического корпуса дагестанских языков стало сравнительно поздно, предположительно после прихода арабов в регион. Поэтому вместо него в этимологическом плане в составе этого слова должен был стоять иной звук. И таким образом, получается, что сопоставление его с хурритским словом не оправдано и по фонетическим соображениям.
Простое привлечение к анализу созвучных слов без учета лингвистических особенностей их и исторических реалий, в которых они бытовали не могут давать правильные результаты. Ведь таких слов по языкам можно подобрать великое множество. Само по себе созвучие не является залогом существования между такими словами причинно-следственных связей. Как справедливо отмечает известный французский исследователь 20 века, крупный лингвист и индоевропеист Жан Одри, чтобы реконструировать лексику недостаточно сопоставлять лексемы. Для этого   необходимо реконструировать концептуальную систему, которую она выражает, культуру, которая ее поддерживает, материальную цивилизацию, которую ее окружает. А эта задача в свою очередь требует привлечения различных данных и их интерпретации собственно лингвистическими методами [25. Одри Ж. Индоевропейский язык // Новое в зарубежной лингвистике. Сборник статей / Сост. Вяч. Вс. Иванов. Вып. XXI. М.: Прогресс, 1988. С. 24-121].
            Теперь немного и о том, какое отношение авары из источников могли иметь к Дагестану? Так, после перечисления народов по «описанию вселенной» автор Захарий Ритор (6 в.) [26. Восточная литература] называет «тринадцать народов»: онагоры, огары, сабиры, бургары, оланы, куртаргары, абары, хазары, вирмары, сиругуры, баграсики, куласы, абделы, эфталиты. Как можно заметить, в списке перечисляемых племен и народов упоминаются и авары. Эти племена известны также по другим источникам — византийско-греческим, армянским и сирийским. Все они владеют Каспийским морем и живут за Каспийскими воротами - за Дербентским проходом, но, что важно подчеркнуть, не обязательно все в Дагестане. Они находятся на одном уровне культурного развития: они кочевники-варвары. «Эти тринадцать племен живут в палатках и питаются мясом скота, рыбой, мясом диких животных; они живут за счет (своего) оружия».
Однако в исторической литературе различают два типа аваров – истинных и псевдо- аваров. Поэтому важно их различить. Так, касаясь имени истинных аваров, известный советский исследователь Л.Гумилева [27. Политическая история первого тюркского каганата (546—659 гг.). Л. 1948] считает: «Прежде чем искать аваров народ, необходимо установить его истинное имя. Византийские греки ; (бета) читали как «В», но изображали ею звук «б». Значит ;;;;;;; должно читаться как абар. В китайском языке конечное «р» опускается, значит по-китайски это имя должно звучать а-ба. Это название мы находим: так называлось небольшое племя, жившее в VI—VII вв. на Тянь-шане», по китайским источникам, в VI-VII вв. это племя жило в Джунгарии.
            Единства по вопросу этногенеза абаров не существует. Вопрос о том, кто такие были «истинные авары» (в отличие от позже появляющихся «псевдоавар») до сих пор остается неразрешенным. С изрядной долей вероятности допускают мысль, что это может быть симбиозом протомонголо-восточнопарского происхождения на раннем этапе и с участием какого-то количества сино-кавказцев, позднее угров и тюрок.
            По данным Л.Гумилева, к 558 г., когда тюркюты вышли на Волгу, абары были уже разбиты — это предельная верхняя дата. Разгрому абаров предшествовала победа тюркютов над эфталитами. Китайские сведения дают другую дату — 555 г. — когда эфталиты были разбиты тюркютами. [28. Н. Я. Бичурин (Иакииф) История Китая, рукопись. Архив ИНА. Ф. 7].
            После разгрома тюркютами абары бежали частью к народу мукри, сяньбийскому племени, обитавшему на р. Или, а частью в Таугаст, т.е. к тобасцам Западной империи Вей. В 585 г. они выступили против тюркютов и разгромили ставку хана Далобяна, но скоро были усмирены. В 603 г. снова участвуют в восстании телесских племен против Дяньгу Бугяхана, и затем их следы теряются, а на месте их кочевий возникают тюргеши, которые в 7 в. создали свой каганат, просуществовавший, как Второй тюркский каганат, до середины 7 в. Анализ внутренних отношений в тюргешском каганате позволяет заключить, что абары стали компонентом тюргешей. По другим данным, потомки абаров известны: это каракалпаки, часть которых в 10-11 вв. попала в Древнюю Русь, сохранив своё название: «чёрные клобуки». 
            Второй тюркский каганат просуществовал недолго – примерно около двадцати лет. На западе степи к северу от Каспия были крайней периферией, контролируемых ими территорий. За это время по имеющимся данным они совершили в южном направлении всего лишь один военный поход. Однако нет никаких сведений о том, для чего он был предпринят, куда был направлен, куда войска дошли и, в целом, чем он завершился. Поэтому, на наш взгляд, довольно опрометчиво утверждать, что этническое имя дагестанских аварцев является результатом влияния абаров, пребывание в Дагестане которых в высшей степени сомнительно, к тому же к этому времени уже перестали существовать как самостоятельная политическая сила.
            Авары (обры), появившиеся в Европе в 6 в., никакого отношения к истинным абарам-степнякам не имели. Прикаспийские народы по ошибке приняли объединенных вар и хионитов за истинных абаров, некогда проявивших особую доблесть и свирепость. Варами (по-китайски - оат) называлась главенствующая орда белых гуннов - эфталитов, по имени которых называлась и столица (по-китайски - оат или ат-хоан). Вар по-армянски с добавлением -а вначале равен (=) авар, по-персидски – Вариджан, по-арабски - Валидж, аль-Валиджа, равно Валиджак или с удвоением Вал-валидж, Вал-Вализ [29. Макгварт. О племени Вар].    
            В 576 г., когда Византия вела войну с Ираном и была крайне заинтересована в помощи тюркютов, посол империи Валентин был встречен одним из тюркютских вождей, сыном Истеми Турксанфом, сердитыми упреками: «Не вы ли те самые римляне, употребляющие десять языков и один обман». Сказав это, он засунул десять пальцев в рот, а затем продолжал: «Как у меня теперь во рту десять пальцев, так у вас, у римлян, множество языков. Одним вы обманываете меня, а другим моих рабов вархонитов…». То есть, уже тогда тюргеши различали вархонитов (псевдоаваров) от абаров истинных.
            Учитывая определенное созвучие имени вархонитов (без суффикса собирательной множественности -та - вархонов) с названием страны v.h.rar и титула ее правителя [v.h.rarzanshah] из сообщения Аль-Белазури [30. Книга завоевания стран. / Восточная литература], можно было бы допустить, что псевдо-авары (или вары) каким-то образом проникли в Дагестан и создали здесь свое государственное образование. Ведь таким же образом поступили ранее гунны. Термин «вар» териотически может дать слово «а-вар», методом наращивания или редупликации гласного звука в начале слова. Однако дело тут в том, что упоминаемое Аль-Белазури государственное образование Варахрарзан уже существовало до появления вархонитов на политической арене, более того в 6 в. наряду с другими политическими образованиями региона через процедуру одаривания правителей их одеждами было аттестовано персидских монархом Ездегердом Ануширваном. Поэтому версия происхождения этнического имени аварцев через связь с псевдо-аварами (вархонитами / варами) также отпадает. И вообще необходимо подчеркнуть, что версия, связывающая этническое имя «аварцев» с кочевыми народами, пробравшими в горы, полностью опровергается результатами генетических исследований, согласно которым за исключением ногайцев, степной компонент ни в одном дагестанском народе не обнаруживается.
              Что касается этого термина применительно к дагестанцам, то впервые оно в письменных источниках отмечается в 10 в. у Ибн Руста, который сообщает, что царя Сарира зовут Авар. Однако в силу того, что это слово допускает двоякое чтение (Ава-р / Ава-з) при передаче его арабскими буквами (например, у Гардизи [31. Украшение известий], то особо полагаться на него не приходиться. В этом плане более интересен Рашидин, который пишет, что в своих военных походах первой половины 13 в. монголы на Восточном Кавказе дошли до области Авир. О взаимоотношениях монголов с аварцами пишет и автор [32. «Тарихи Дагестан»] Мухаммед Рафи, согласно сообщению которого правители Аварии во время монгольских походов смогли избежать разорения, так как вместо противостояния между сторонами был заключен официальный союз «на дружбе, согласии и братстве», подкрепленный к тому же узами династических браков.
                Однако наиболее достоверные сведения, где упоминается населения Нагорного Дагестана под названием авары относятся к 1404 г. и принадлежит католическому архиепископу персидского города Султанийи Иоанну де Галонифонтибусу, автору сочинения [33. «Книга познания мира»], который писал, что на Кавказе живут черкесы, леки, йассы, аланы, авары, казикумуки. Затем это имя встречается в «Завещание Андуника» 1485 г., в котором он именует себя эмиром вилаята Авар.
           Тем не менее, принято считать, что название «аварцы» самим аварцам было совершенно неизвестно. Вот как отзывается П. К. Услар по этому поводу в предисловии к своей грамматике аварского языка: «Название аварцы теперь преимущественно употребляется русскими, кумыками и даргинцами; это есть слово тюркское, значащее вообще: беспокойный, бродяга, сварливый; у русских под этим названием подразумеваются исключительно жители бывшего, так называемого, аварского ханства, средоточием которого был Хунзах» [34. Этнография Кавказа. Языкознание. IV. Лакский язык. Тифлис, 1890. С. 18]. В [35. Этнография Кавказа. Языкознание. III. Аварский язык. Тифлис, 1889. С. 36] даются различные варианты объяснения этнонима «авар». Тем не менее, самоназвание этого народа не «аварцы», а «маарулал». Как указано выше, в 60- 70-х гг. XIX в. слово «авары» прилагалось лишь к Аварскому ханству, совпадавшему с узкими границами Хунзахского плоскогорья, считает Б.Малачиханов. Такого же мнения придерживаются и ряд других исследователей. Так откуда вдруг возникло это название?
                Мы полагаем, что этноним авары является производным от названия раннесредневекового политического образования аварцев v.h.rarzanshah, отмеченного в различных вариациях (или искажениях) в письменных источниках, включая историческую хронику «Дербент-наме», сообщения Аль-Белазури и арабского историка X века Хамза ал-Исфахани [36. Летопись царей земли и пророков. Восточная литература] и т.д. 
                В «Дербент-наме» [37. Махачкала. 1992] это название приведено фрагментарно – Ихран, этимологически в результате выпадения инициального в- и пермутации (перестановки) звуков -х / -р в середине слова из *Вирхан (Вархан), а также представлено в нем составным фрагментом в названии Гельбах, которое в некоторых списках сочинения приводиться и в форме Бухх.
                В сообщении Аль-Белазури это название содержится в титуле правителя государства v.h.rar-zan-shah (см. разъяснения по данному поводу выше).
                А у Хамза ал-Исфахани оно фигурирует в рассказе о процедуре одаривания Ануширваном одеждами правителей подвластных ему областей. По этому поводу он сообщает, что помимо земельных участков выделяемых правителям пограничных областей, «каждому полководцу он (Ануширван. - Г.А.) выделил специального образца почетную одежду, по этим образцам или по рисункам, вытканным на одежде, стали называться эти возведенные в князья полководцы, отсюда возникли и названия: Ваhраншах (князь вепрь), Ширваншах (князь лев), Филаншах (князь слон), Аланшах (князь ворона), а одного он наградил серебряным троном — отсюда Сариршах». В другой редакции сообщения этот момент звучит следующим образом: "Он (Нуширван, сын Кубада) обосновал в каждой стране предводителя, выделив ему войско, отдав ему сук (земельный участок) в качестве дийа, определил его вакфом их потомкам. Их потомки стали с того времени охраной пределов страны (Дербентского оборонительного комплекса). Он одарил каждого из предводителей в день его назначения на охрану, определенного ему сагра (пограничной области) халатом, разрисованным различного рода рисунками. Предводитель носил титул по названию того рисунка, что на халате. Так появились имена: баграншах "шах кабанов", ширваншах "шах львов", филаншах "шах слонов". Один из них имел в своем распоряжении серебряный трон (потому) его назвали сериршахом, а по-арабски "владетель трона", а "серир" не арабское имя, а персидское".
                В источниках сведения подаются в запутанном виде. Упоминаемый в тексте Ваhраншах «князь вепрь» / (или «баграншах "шах кабанов»; в>б по гиперкорреляции -усилению артикуляции звука), «в распоряжении которого имелся серебряный трон, отчего его называли сериршахом», как раз-таки относиться к раннесредневековому политическому образованию аварцев.
                В Петербургском списке «Дербент-наме» сообщается, что «Ихран является крепостью, где восседал сепахсалар (главнокомандующий) Исфандияра - прежнего правителя Ираншахра. В других списках это трон эмира Гельбаха». «Поэтому [правителя] Ихрана называют «Владельцем трона» (Сахиб серир) и т.д.
                Из всех приведенных версий наиболее близко к оригиналу с точки зрения особенностей исторической структуры дагестанского слова стоит Ваhраншах из текста Хамза ал-Исфахани. Единственное нарушение здесь – это перестановка звуков -р и -хъ, который в иноязычных текстах передается то через -г, то через -h. В дагестанских словах в их историческом состоянии сонорные звуки всегда предшествовали корневым согласным (см. по этому поводу позицию известного лингвиста С.Старостина [38. «Сравнительно-историческая грамматика лезгинских языков. 1980], который совместно с М.Е.Алексеевым впервые разрабатывал эту тему). Поэтому, с учетом высказанных замечаний, название государства в оригинале должна была иметь форму *Варахъ-зан, что должно читаться буквально, «страна Варахъ» и переводится «Горная страна».
          В дагестанских языках *варахъ является одним из обозначений горы. В современном состоянии это слово в форме «бурух» сохранилось в удинском языке. В форме бяг1 «куча камней», а в топонимах - «гора» оно встречается в агульском языке и в значении «горный склон» в кайтагском диалекте даргинского языка. Присутствует оно и в названии лакского селения Балхар, названного по признаку расположения у подножия высокой горы. См. также в лакском барх "хребет".
            Существует мнение, что это слово в дагестанских языках является заимствованием из древнеиранского и на дальнем хронологическом уровне сопоставляется с санск. barh "расти, увеличиваться", brhand "высокий, большой", с которым в этимологическом плане сопоставляются и поздние иран. основы barz "возвышаться, увеличиваться", имеющей множество вариантов: берг, барж, брус, бырц, барч.  В пушту bar "верхний, возвышаться".
                Основа названия страны Вахранзан в результате упрощения структуры с одной стороны, а с другой – перестановки звуков в начальной позиции слова может дать производное «авар»: *вархъа-зан — авархъа-зан — авархъа - авар, которое впоследствии из устной традиции мог войти в средневековые письменные источника, а затем в 19 в. в источники на русском языке, через которые получили и более широкое распространение.
                В свете приведенного расклада большой интерес представляет старые имена аварцев: лезгинское (по диалектам) «бархъаяр / баркьуяр при соответствующих лезг. дархъаяр и агул. даркьу - «даргинцы» и цахурское — былхъадарар (булхъадарар) «аварцы». Тут нетрудно догадаться, что они восходят к прежнему названию аварского политического образования *варахъ / барахъ и находятся друг к другу в таком же соотношении, какое имеется между Россия и русские / россияне.  Таким образом совершенно однозначно устанавливается, что этническое имя аварцев восходит к названию их раннесредневекового политического образования «Варахъзан» связанное с основным местоположением в горах. Следовательно, производное от него этноним «авар» также означает «горцы».
                Неменьший интерес представляет сообщение армянского историка VII в. Моисея Хоренского, который в своей [39. «Истории Армении». Ереван. 1990. С.48] приводит фрагменты из труда сирийского историка Мар-Абас Котины, жившего в III в. о булгарах. Ему в свое время уже было хорошо известно это этническое имя. Они переселились на армянские земли задолго до него в результате того, что «в горах Кавказа произошла какая-та смута» и жили там и в его время. Считается, что таких переселений было несколько. Первое переселение, согласно этим данным, произошло во времена царя Аршака, сына Вахаршака, который правил с 127 по 114 г. до н.э.
               Ученые, в связи с этим полагают, что тут речь идет о тюркских племенах, которые называли себя булгарами и появились в Восточной Европе задолго до гуннов. В подкрепление этой мысли ссылаются на современника Хоренского Анания Ширакаци, который в своей [40. «Армянской географии»], опираясь на Птолемея (II в.), при перечислении народов, живущих в низовьях Волги, наряду с хазарами и барсилами упоминает и «бушов» или «булхов», с которыми они идентифицируют поздних булгар. Исследователи их называют протобулгарами. Следовательно, говорят они, и болгары, о которых сообщает Мар-Абас Котина, являются частью этих приволжских протобулгар. При этом признаются, что западные источники впервые имя булгар отмечают в [41. Анонимном хронографе. Восточная литература] в 4 в. (354 г.), в завершение списка народов, обитавших на востоке, где они названы среди народов Кавказа.
             «На этом основании, - пишет А.В. Гадло [42. Этническая история Северного Кавказа X—XIII вв. СПб., 1994], - наиболее вероятной представляется трактовка булгар как одной из самых ранних тюркоязычных групп, передвинувшихся к западу от Волги и не проявлявших себя до конца V в. Этноним «булгары» начинает упоминаться в византийских источниках с V в. как название конкретных тюркоязычных групп, проникших в область Западного Прикаспия, а затем и в Северное Причерноморье. А начиная с VI в., название «булгары» употребляется в собирательном смысле для обозначения всех тюркоязычных групп населения Северного Причерноморья».

              Следует также отметить, что наряду с попытками объяснить ситуацию, связанную с этим вопросом, делают и категоричные заявления, подвергающие сомнению не только достоверность истории Армении Моисея Хоренского и сведений из него, но и сирийца Мар-Абас Котина и даже древность армянского языка, которым написано эта книга. Но фактологически такие заявления ничем не подкреплены, порой даже наивны. Более подробно об этом смотрите в [43. Умеров Э.Ш. Мовсес Хоренаци — письменный источник по истории государства «Magna Bulgaria» «с II в. н. Эры». УДК 811. 512. 145' 276].
            Разброс мнений объясняется противоречивостью сообщений и затруднением, вызванным необходимостью объяснить возникающий в этом вопросе когнитивный диссонанс.  Набор аргументов, привлекающих здесь также противоречивы и не убедительны.  На наш взгляд, помимо всего прочего, при решение этой задачи, необходимо в первую очередь учесть, что до рубежа эр раговор не только о тюркском компоненте в булгарах, но и о тюрках вообще следует исключить. Связано это с результатами глоттохронологических исследований по тюркским языкам, которые были не только проведены, но и продублированы известным советским тюркологом, чл-корр. РАН А.В.Дыбо [44. Институт языкознания РАН) и ссылкой на ее доклад размещены в 2016 году на сайте РАН].
                Так, согласно этим данным (2.1.), «Глоттохронологически датированное генеалогическое древо тюркских языков дает датировку первого распада пратюрков в районе рубежа эры. Эта дата хорошо коррелирует с тем фактом, что реконструируемые для пратюркского состояния слова, представляющие собой китайские заимствования, заимствованы в фонетическом облике, свойственном эпохам Западной и Восточной Хань; более того, цитируемые в ханьских исторических источниках слова из языка сюнну — это главным образом слова тюркского праязыка. Это позволяет отождествить носителей пратюркского языка с какой-то частью народов кочевой империи сюнну, которая как раз в это время выходит на историческую арену. Лексика природного окружения, восстанавливаемая для пратюркского состояния, позволяет связывать прародину тюрков с широкой территорией от монгольского Алтая до Ордоса. Мы находим заимствования из пратюркского языка в лексике, реконструируемой для прасамодийского и праенисейского состояний». Поэтому говорить о булгарах Мар-Абас Котина в контексте тюркской истории в высшей степени не реально.
                Для ясности отметим, что, когда речь идет о пратюрком языке, то имеется в виду гипотетический общий предок всех современных тюркских языков, реконструируемый лингвистами с помощью сравнительно-исторического метода, а не является зарегистрированным лингвистическим фактом.
           Например, согласно альтернативной точке зрения, тюркские языки – это не результат деления праязыка по принципу «материнский язык – дочерние языки», а результат миксации уже существующих, но разных языков в процессе интенсивных контактов.
           Тем не менее, сторонники первой из этих версий на основе собранного материала и ее хронологического расклада полагают, что гипотетический пратюркский язык мог существовать примерно 2500 лет назад и распался на различные ветви (включая булгарскую и общетюркскую) в районе рубежа эры, дав начало, таким образом, десяткам самостоятельных языков от Турции до Якутии. И, следовательно, пока существует такая версия, мы при всем желании не сможем, перепрыгнув через нее, булгар Мар-Абас Котины связать с булгарами поздних времен. Между их упоминаниями лежит временной интервал равный полтысячи лет, тем более что этноним поздних булгар обнаруживает индоевропейские корни (букв. бул «военный» и гар «народ»), а не тюркские. Тюрками булгары стали по ассимиляции гораздо позже. Однако ситуация, связанная с этим вопросом, резко меняется, как только мы начинаем в этой истории учитывать дагестанских булхъаров / булхъадаров.
     В целом, рисуется следующая картина. Существовало раннесредневековое политическое образование Варах-зан (позднее - Ихран) с одноименной столицей, которая располагалась на стыке гор и равнины у входа в Сулакскую теснину. На правой стороне реки, где была столица также располагалась иранская военная крепость Эндери, название которой переводится как «Внутренние ворота», что можно понять как «Ворота во внутренний Дагестан»». 
         По всей вероятности, она возникла еще в досасанидский период, особенно, в результате взаимодействия местных народов с иранцами в период шаха Исфандияра, сына Гуштаспа (Гистаспа, Биштаспа, Виштаспа) – легендарного иранского царя поборника веры Зороастра, который и приказал построить здесь крепость. Эта мысль становиться более объективной, если учитывать сведения Мар-Абас Котины, которые дают возможность предположит, что история аварского локального политического образования началась задолго до новой эры. В крепости Эндери находилась ставка военного губернатора области (сепахсалара), о чем сообщается в хронике «Дербент-наме». Согласно сведениям источника, в крепости восседал сепахсалар Исфандияра, сделав золотой трон. Поэтому (правителя) Ихрана называют «Владелец трона» (сахиб ас-Сарир). Арабы, однако, называют его Хатем ал-Джабли - «Печать гор».
              Что также интересно, в «Дербент-наме» сообщается, что после укрепления дербентской стены Кубад-шахом, хакан Хазарии «Залежи золотой руды, которые были на той границе, и залежи серебряной руды, имевшиеся на Тереке, передал сепахсалару (главнокомандующему) этой пограничной линии – правителю Ихрана. После этого при-мирения, между Кубадом и Хаканом не было больше нарушения (мира)».
              То есть, власть правителя Вархана/ Ирхана не только доходила до Терека, но простиралась и дальше. Так, в период интенсивных арабо-хазарских войн Балх (позднее название Гельбах) не раз становился военной ставкой хазарского кагана. В 732 году стотысячная армия под командованием сына его Пашенека возле Дербента была разбита войсками Абу Убейда Джерраха и тот в панике отступает в Эндирей. После этого - уходит на родину. Сын кагана Пашенек перед своим уходом на родину правителям укреплений и городов, расположенных севернее Гельбаха, в частности Батрасу – правителю Малого Маджара приказывает подчиниться правителям Ихрана: «Повинуйся приказаниям Гельбаха – правителю Ихрана. Если тот сильный враг (мусульманское войско) придет в эту сторону, соберитесь все в Ихране и, объединившись, ведите войну с врагом…
        Правитель Ихрана не нарушал приказов Гельбаха, потому что Ихран издревле был троном падишаха, известного по имени Исфандияр ибн Гуштасп. Кто бы ни становился правителем Ихрана, правители вышеупомянутых городов (Сурхаб / Кизляр, Малый Мад-жар и др.) должны подчиняться ему».
           В период после появления на Восточном Кавказе арабов местные власти вынуждены были перенести столицу в более безопасные районы страны. И, согласно аварской устной традиции, столицей становится селение Тануси, расположенное в горной зоне в нынешнем Хунзахском районе. В Балхе правитель Вархана / Ихрана оставляет своего брата в качестве командующего войсками, занимающие здесь оборонительные позиции (Об этом см. «Дербент-наме»). Затем, когда ситуация выправилась столицу переносит в более подходящее в коммуникативном плане место — Хунзахское плато в районе села Итлятль (Илъалъ), которое постепенно было поглощено возникшем поблизости Хунзахом. Старое название сохранился лишь у ахвахцев, которые используют его для обозначения села вместо слова Хунзах. Самое главное для нашей темы, вместе с административным аппаратом на Хунзахское плато переносится и название прежней столицы, которое трансформируется по знакомой нам схеме (*вархъа-зан — авархъа-зан — авархъа – авар) и закрепляется за группой пришлого населения. Обо всем этом более подробно см. в нашем [45. Алхасов Г.А. Этимология названий некоторых дагестанских сел. Махачкала. 2025. с. 144-150; 168-177].
              Таким образом, подводя вышесказанному итог, можно отметить, что появление этнического имени аварцев в связи с миграционными процессами части равнинного населения в горы находит свое подтверждение, но имевшем место быть не в связи с продвижение в глубь Дагестана кочевых элементов, а совершенно в другом формате. Кроме того, по времени этноним «авар» мог появиться лишь после 8 века, то есть, после появления в регионе арабов и переноса административного центра страны, в связи с этим в горную зону. А это означает, что этноним «авар» не может быть связан ни с одним созвучным словом, бытовавшем до этого в каком бы то ни было языке с каким бы ни было статусом. Он является производным от старого названия раннесредневекового образования аварцев, которое на основе бытующим в источниках вариантов, восстанавливается в форме *Вархъазан / Вархазан и поэтому является оригинальным образованием в лоне собственно аварского языка. Из устной традиции эти названия могли войти в средневековые письменные источники, а затем в 19 в. в источники на русском языке, через которые получили и более широкое распространение. И наконец немаловажный момент: имеющиеся исторические данные позволяют говорить о том, что история аварского локального политического образования началась задолго до новой эры.



Литература


1.Картлис Цховреба. История Грузии // Под ред. Р. Метревели. Тбилиси, 2008. – 268 с.
2.Волкова Н.Г. Из кавказской этнонимии // Материалы по этнографии Грузии. Вып. XXII. Хелеури (Сборник). Тбилиси, 1985. С. 109.
3. Вахушти Багратиони. История царства Грузинского // Пер., пред., слов. и ук. Н.Т. Накашидзе. Тбилиси, 1976. с. 185–186.
4. Картлис Цховреба. История Грузии // Пер. с древнегрузинского, предисловие и комментарии Г.В. Цулая. М., 1982, с. 21.
5. Древний Хунзах и хунзахцы. Махачкала, 1990. – 177 с.], А.А.Мамедова [Авары в Азии, на Кавказе и в Европе // VI-е Дзагуровские чтения «От античности к возрождению». Материалы международной научно-методической конференции. Махачкала, 2007. С. 69–71.
6.Айтберов Т.М. Древний Хунзах и хунзахцы. Махачкала, 1990. – 177 с.
7.«Аликберов А.К. О ранних формах названия Дагестана в письменных источниках», 2025 г.
8.Мамедова А.А. Авары в Азии, на Кавказе и в Европе // VI-е Дзагуровские чтения «От античности к возрождению». Материалы международной научно-методической конференции. Махачкала, 2007. С. 69–71.
9. Гейбуллаев Г.А. К этногенезу азербайджанцев. Баку, 1991. Т. I. С. 154.
10. Новосельцев А.П., Пашуто В.Т., Черепнин Л.В. Пути развития феодализма: (Закавказье, Средняя Азия, Русь, Прибалтика). М., 1972. с. 40.
11.  Боровкова Л.А. Народы Средней Азии III-VI веков. (по древним китайским и западным источникам). // М. 2008, c.118.c.118.
12. Егише, 1971, с. 178, прим. 21 и 19.
13.Алхасов Г.А. Аух или по следам скифов в Дагестане. // Этимология названий некоторых дагестанских сел. Махачкада. 2025. С.101-102.
14.  14. ЭСОЯ, 1, 25.
15. ЭСИЯ, 6, 146- 247, 159.
16.Ибн Руст. Книга драгоценных ожерелий. с. 447.
17. Давудов О.М. Материальная культура Дагестана албанского времени (III в. до н.э. – IV в. н.э.). Махачкала, 1996. – 40 с.
18.Бейлис В.М. Из истории Дагестана VI–XI вв. (Сарир) // Исторические записки. Вып. 73. М., 1963. С. 256-255.
19.Товма Артсруни. История дома Артсруни. Тифлис, 1917. с. 144.
20. Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербенда. М., 1963. – 270 с.
21. Хапизов Ш. К вопросу о происхождении этнонима аwar.
22.Дьяконов И.М.  Алародии (Хурриты, урарты, кутии, чеченцы и дагестанцы) // Алародии (этногенетические исследования). Махачкала, 1995. С. 10.
23. Нозадзе Н. Лексика хурритского языка. Тбилиси, 2007. с.150.
24. Малачиханов Б. «К вопросу о хазарском Семендере в Дагестане» (1965).
25. Одри Ж. Индоевропейский язык // Новое в зарубежной лингвистике. Сборник статей / Сост. Вяч. Вс. Иванов. Вып. XXI. М.: Прогресс, 1988. С. 24-121.
26. Захарий Ритор. Восточная литература.
27. Гумилев Л. Политическая история первого тюркского каганата (546—659 гг.): Тезисы на соискание учёной степени кандидата исторических наук. — Л.: Ленингр. гос. ун-т., 1948.
28.  Бичурин (Иакииф) Н.Я. История Китая, рукопись. Архив ИНА. Ф. 7.
29. Макгварт Й. О племени Вар // «О народности куманов», Google Книги), изданная в 1914 году в Берлине.
30. Аль-Белазури. Книга завоевания стран. (пер. Л. Е. Куббеля, В. В. Матвеева)
Текст воспроизведен по изданию: Древние и средневековые источники по этнографии и истории Африки южнее Сахары, Том 1. Восточная литература
31. Гардизи. Украшение известий. Восточная литература.
32. Мухаммед Рафи. Тарихи Дагестан.
33.  Иоанну де Галонифонтибус. «Книга познания мира».
34.Услар П.К. Этнография Кавказа. Языкознание. IV. Лакский язык. Тифлис, 1890. С. 18.
35. Услар П.К. Этнография Кавказа. Языкознание. III. Аварский язык. Тифлис, 1889. С. 36.
36.Хамза Исфахани. Летопись царей земли и пророков. Восточная литература.
37. Дербент-наме. Махачкала. 1992.
38. Старостин С., Алексеев М.Е. Сравнительно-историческая грамматика фонетика лезгинских языков.
39. Моисей Хоренский. История Армении / пер. с арм. Г. Саркисяна / М. Хоренаци. - Ереван, 1990. - 48 с.
40. Ширакаци Анания. Армянская география.
41. Анонимном хронограф. Восточная литература.
42. Гадло А.В. Этническая история Северного Кавказа X—XIII вв. СПб., 1994.
43. Умеров Э.Ш. Мовсес Хоренаци — письменный источник по истории государства «Magna Bulgaria» «с II в. н. Эры». УДК 811. 512. 145' 276.
44.А.В.Дыбо. Доклад о хронологических исследованиях языков. Институт языкознания РАН. 2016. Сайт РАН.
45. Алхасов Г.А. Этимология названий некоторых дагестанских сел. Махачкала. 2025. С. 144-150; 168-177.