Обратная сторона материализма

Предисловие

Эта книга представляет собой компиляцию моих размышлений о природе Бытия, Сознания и Материи. Я много лет занимался поэтическим обдумыванием сути этих сущностей: их связей, форм и крайностей.

Я нигде не находил ничего, что удовлетворило бы моё любопытство в этой теме, и решил, что проще и честнее подумать об этом самому, так я встал на этот скользкий путь исканий.

Год за годом моя позиция менялась, но её ядро, которое я ощущаю с детства, оставалось неизменным — ощущение бренности всего сущего.

К сожалению или к счастью, мистические и эзотерические объяснения и практики меня не впечатлили, и мне пришлось опираться на единственные доступные мне способы реагирования на проблемы: мифологизацию и интеллектуализацию суждений и эмоций.

В этом труде я в виде диалога кратко описал тропу, по которой шёл много лет. Для меня она уже очевидна и от того во много монологична, но пока я не знал куда идти было нелегко найти этот путь.

В основе изложения лежит лишь моя картина мира и некоторые общеизвестные мнения/факты. Я старался по возможности честно провести все суждения и вы сами можете это проверить, они даны в книге довольно полно, но кратко, местами даже афористично.

Изначально эта книга была задумана как развитие материализма, но в итоге вылилась в интерсубъектный реализм. Что как мне кажется примечательно, но размышления о природе этого и подобных переходов я оставлю на долю другой книги, здесь же упомяну лишь, что эту динамику контекстуальности изложения легко почувствовать за текстом — я постарался сгладить её, но для некоторых людей это будет видно как ясный день, особенно если их (ваше) мышление является системно-ориентированным.

ПРОЛОГ. Я.

Я ощущаю, как кричит земля,

Как воет ветер, стонет море…

Я в поле тяготения себя

Сам себе спутник,

Сам себе феномен.

— Бычков Дмитрий

Я: Для меня существование всегда было пропитано эфемерным предчувствием гибели всего сущего. Каждый объект или субъект в конце концов будет утерян и расщеплён на составляющие, даже это знание…

ОН: Попробуй думать иначе: ценность жизни именно в её конечности. Будь она бесконечной, она не значила бы ровным счётом ничего.

Я: С точки зрения логики и морали ты отчасти прав, но описываемое мной — это не позиция, с ней невозможно спорить. Это моя данность. Я просто ощущаю бренность как одно из чувств наравне с осязанием, обонянием, зрением и прочими.

К тому же, с чего ты взял, что жизнь вообще имеет ценность?

ОН: Ну хотя бы потому что она важна для нас, мы боимся её потерять. Разве не страх мерило ценности?

Я: Чтобы оценить что-то, нужно сравнить это с чем-то. Но с чем сравнить жизнь? Мы ведь не знаем ничего за её пределами, весь наш опят это и есть жизнь. А даже если бы и знали что-то за пределами жизни… по какому критерию проводить это сравнение?

У нас нет «объективных» критериев для подобного сравнения.

ОН: Ты хочешь сказать мы не можем получит такие критерии ведь их нельзя создать или открыть, их можно лишь получить. Это ты подразумеваешь под «объективностью»?

Я: Да, но моя интенция куда банальнее: мир слишком материалистичен для такого сравнения.

ЧАСТЬ I. ГДЕ Я?

Глава 1. Материя

ОН: Ты утверждаешь, что мы — всего лишь материя? Ни души, ни Бога, ничего?

Я: Да. Но «всего лишь» здесь лишнее. Материя — это замкнутая категория, единая субстанция. Нет ничего кроме материи.

ОН: Звучит очень категорично. Откуда ты можешь это знать?

Я: Это не моё знание, а определение сути материи. Знаешь, как мы отличаем материю от чего угодно остального?

ОН: Как же???

Я: Материя — это всё, что взаимодействует с нами (даже косвенно). Всё, что мы можем увидеть, потрогать, услышать и т. д. Вообще говоря, всё, что мы можем измерить / детектировать — это материя.

Я бы даже выразился более афористично: «Материя — это всё то, что похоже на НАС!»

ОН: Но где тогда сознание в этой парадигме?

Я: Сознание — это процесс, порождаемый определёнными материальными конфигурациями. Не объект, а явление, свойство материи. Это, кстати, касается не только Сознания: Материя в принципе обладает вычислительными свойствами.

Я могу привести в пример мышеловку. Она тоже отчасти «мыслит» — вычисляет момент схлопывания. Это простейший аналоговый компьютер с обобщённым описанием алгоритма вида {ЕСЛИ… ТО…}.

ОН: «Сознание — это процесс» — звучит очень догматично, разве нет?

Я: На самом деле это следует из транзитивности материальности. Если я определяю Материю как то, что похоже на меня, то и моё тело материально, и окружающий мир материален (по крайней мере, его часть), и т. д. А следовательно, и Сознание, раз оно может командовать телом, тоже материально, ведь иначе подобное взаимодействие было бы невозможно.

Это, к слову, основная проблема дуалистических воззрений. Если в них честно обдумать все связи, то либо Сознание/Душа/Разум будут полностью автономны и не связаны с телом никак (это фактически параллельный мир, при чём непознаваемый), либо дуализма как такового нет, потому что материально всё. И в том, и в другом случае мир сводится к обыкновенному субстанциальному монизму.

Глава 2. Бесконечность Бытия

ОН: Допустим, в твоих словах есть доля правды, но Вселенная всё равно ограничена.

Я: Отчасти ты прав, но:

— во-первых, ограничена не вся Вселенная, а только лишь наблюдаемая её часть. Это кстати не более чем аналог горизонта а не границы как таковой. А что касается всей Вселенной — мы не знаем, конечна ли она или нет. Но, лично по моему мнению, скорее «да», чем «нет».

— во-вторых, стоит различать понятия Вселенная и Бытие. Вселенная — это фактически пространственно-временная общность Материи, а вот Бытие — это нечто особенное в своей исключительности. Это не совсем вместилище, а скорее категория всего сущего. И Бытие, скорее всего, бесконечно и безгранично, иначе оно не смогло бы отличаться от Ничто.

ОН: Почему ты уверен, что Бытие бесконечно?

Я: Представь, что оно конечно. Тогда у него есть предел / граница. Граница отделяет одно сущее от другого. Но что за границей? Если там «ничто», то это не сущее. Но граница с не-сущим невозможна, потому что граница всегда между сущим и сущим. Небытия нет как того, с чем можно граничить. Значит, и границы нет. Бытие бесконечно и вездесуще. Это понимали ещё древние греки.

ОН: Звучит как-то слишком ловко. Может, граница — это просто отсутствие дальнейшего?

Я: Отсутствие — это не вещь. Нельзя граничить с отсутствием. Сама идея границы требует двух сторон, двух сущих. Если одна сторона — Бытие, то и вторая — Бытие. Иного нет.

К тому же, даже если граничить с отсутствием, то любую точку Бытия можно назвать таковой границей: ведь любая точка (или область) граничит со своим отсутствием вне себя. В такой форме всё Бытие и есть граница. Но граница не может иметь границ, иначе она не являлась бы границей.

Глава 3. Статистический постулат

ОН: Хорошо, допустим, Бытие бесконечно. Но что из этого следует?

Я: Вот здесь самое интересное. Классический материализм оперирует только материей как субстанцией, но его можно расширить без искажения сути материалистичности, добавив к нему динамику в виде статистических свойств материи.

Я уже упоминал, что материя обладает вычислительными свойствами в зависимости от конфигурации (пример с мышеловкой), и, учитывая, что конфигурации имеют вероятности спонтанного становления, вполне материалистичен постулат о статистических комбинациях вычислительных свойств материи (хотя это даже скорее в большей степени акцент, чем постулат, так как это уже есть в самом материализме, это не моя выдумка).

ОН: Согласен, вариативность уже присутствует в материализме априори, но что это даёт?

Я: Дело в том, что этот постулат/акцент (далее для удобства он будет именоваться как «Статистический постулат») позволяет сосредоточить рассуждения на вариативной стороне детерминизма.

Подразумевая верность детерминизма, мы получаем ситуацию, в которой все вычисления заранее предсказуемы. Следовательно, их можно представить как смену состояний.

Это приводит к выводу о том, что если Сознание является вполне материальной (пусть и абстрактной) сущностью, оно тоже состоит из череды состояний и может случайно реализоваться где-то и / или когда-то. Причём не обязательно только в нашей Вселенной — это может случиться и в иных слоях Бытия (если таковые имеются).

ОН: То есть ты говоришь о «перерождении», о «воскресении»?

Я: Почти, но не совсем. Давай по порядку. Те термины, что ты привёл, они описывают нечто иное — они о преобразовании души между телами. Я же веду речь о концептуально иной сути — о реконфигурировании Субъекта / Сознания.

Это легко понять, если обратить внимание на такое свойство Бытия, как «бесконечность». В бесконечном Бытии любые случайные конечные конфигурации, сколь бы сложными они ни были, будут реализованы, и притом бесконечно много раз. Это просто свойство бесконечности.

ОН: То есть где-то в другой галактике через триллионы лет возникнет мой мозг?

Я: Не обязательно мозг и не обязательно в другой галактике, как я уже говорил, это может быть нечто иное. Главное — конфигурация, эквивалентная твоему Сознанию. Важна динамическая система, а не материал носителя.

ЧАСТЬ II. КТО Я?

Глава 4. Сознание как поток конфигураций

ОН: Но если я воспроизведусь через триллионы лет, это буду не я. Между мной и той копией — разрыв длиной в мириады лет.

Я: Верно, разрыв. Но разрыв для кого? Для внешнего наблюдателя? Да. Для субъективной реальности самой реконфигурируемой системы — нет.

Сознание — это поток, идущий по правилам перехода. Не из любой конфигурации можно попасть в любую: как в шахматах, не любая расстановка преобразуется в любую по правилам преобразования.

Если ты возьмёшь шахматную партию, сожжёшь доску, а через миллиард лет кто-то случайно или намеренно воспроизведёт ту же позицию и сделает следующий ход — для партии разрыва не будет. По собственному субъективному времени она продолжалась без разрывов.

Тем более что органов фиксации времени у нас нет. Мы опираемся на время лишь на основе памяти и текущего состояния тела. Но память в Сознании — это тоже конфигурация, часть системы. Новый экземпляр наследует её через само состояние.

Если немного модернизировать шахматы, добавив туда несколько новых полей, то это будут шахматы с «памятью»… Это меняет игру, но не меняет концепцию спонтанного реконфигурирования.

То есть ты как Сознание даже не заметишь этого разрыва.

ОН: Допустим, но ты так и не ответил на вопрос: буду ли это я? Ты сам пишешь, что это новый экземпляр, то есть это будет лишь моя копия.

Я: Не совсем. Новый экземпляр — это не то же самое, что «не ты». Каждая смена состояния — это тоже новый экземпляр. В каждый момент обучения или забывания старый ты погибаешь, а новый ты воссоздаёшься. В этом смысле каждый из нас — это неточная копия самого себя. То есть мы и просто живя самокопируемся. Возможно, между какими-то копиями объективно проходит вечность, мы этого не знаем. Для нас мы в каждый момент времени консистентны, целостны, потому что помним себя собой.

То есть это будет тот же процесс, что есть сейчас — преобразование состояния. С такой точки зрения — это ты, а не твоя копия, но это и твоя копия, потому что мы и есть копии себя.

Глава 5. Закон сохранения потока наблюдения

ОН: То есть ты утверждаешь, что смерть — это всегда чья-то чужая смерть?

Я: Именно. Принцип такой: отсутствие опыта не есть опыт отсутствия. Нет такого мгновения, когда ты говоришь: «Ага, меня нет». Для самого потока наблюдения обрыва не существует.

ОН: Ты отрицаешь смерть? Это же объективный факт!

Я: Да, смерть — это факт. Но я веду речь о другом: объективно разрывы в потоке наблюдения могут быть огромны (это как раз объективный факт), даже несравнимы по времени — но субъективно это нулевое время. Ты просто заметишь что-то наподобие: «Фух, я чуть не умер… но я выжил».

ОН: То есть я не увижу саму смерть? Как было у Эпикура: «Когда мы есть, то смерти ещё нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет»?

Я: Наблюдатель не может зафиксировать собственное отсутствие. НО (!) можно зафиксировать приближение к этому отсутствию. В этом смысле классический взгляд на смерть, после которой будет просто «ничего» — это полуправда. Да, будет «ничего», но это «ничего» не наблюдаемо, поэтому наблюдение не остановится (субъективно). Именно это я и называю: «Закон сохранения потока наблюдения».

Даже после объективной смерти статистически возможна, и даже «почти гарантирована», неточная копия твоей текущей конфигурации Сознания за мгновение до смерти, которая продолжит наблюдение дальше.

Глава 6. Что такое «Я» в этом потоке

ОН: А если возникнет не одна копия, а две? Которая из них — я?

Я: Обе. И ни одна не «главная». Поток ветвится. Каждая ветвь считает себя единственным продолжением, потому что в ней живёт один наблюдатель. Каждая конфигурация разворачивает собственного наблюдателя. А даже если бы она разворачивала нескольких наблюдателей, то они всё равно бы наблюдали в первую очередь себя — это их свойство как наблюдателей.

ОН: И какая из копий права?

Я: А знаешь, права каждая — для себя. Эксклюзивность опыта зависит от состояния / конфигурации. Если из текущей конфигурации можно «гладко» перейти в следующую, то она — твоя. А то, что где-то есть ещё одно продолжение, ты не узнаешь, если этого уже нет в твоей конфигурации. Это обычное свойство этой системы.

ЧАСТЬ III. КАК ЭТО?

Глава 7. Реинкарнация без души

ОН: То есть ты, материалист, но веришь в реинкарнацию?

Я: Я не «верю». Я вывожу её аналог как прямое следствие материализма и статистических свойств материализма.

Реинкарнация без кармы, без морального закона, без души. Есть только материя и её конфигурации.

ОН: Признаться, звучит это совсем не по-материалистичному…

Я: Однажды возникнув, поток наблюдения уже не может полностью исчезнуть (субъектно), а реконфигурирование в бесконечном Бытии статистически неизбежно. Отсюда следует, что конфигураций с таким потоком сколь угодно много.

Глава 8. Субъективная вечность

ОН: Получается, я бессмертен?

Я: Субъективно — да. Ты никогда не переживёшь свою смерть. Всегда будет следующее мгновение. Статистически из любой конфигурации можно перейти в некий набор других, имеющих память о текущей.

ОН: То есть я буду помнить свою прошлую жизнь?

Я: Но не в том смысле, что это будет прямо целая прошлая жизнь. Память — это лишь часть конфигурации Сознания. А в том, что поток наблюдения субъективно не прерывается. Он — фундаментальное свойство определённых комбинаций материи. Как волна, бегущая по частицам. Частицы меняются — волна продолжается.

Наблюдатель всегда наблюдает себя в каждой подходящей конфигурации.

Глава 9. Всё и сразу

ОН: Если это так, то каждое Сознание осознаёт себя в моменте как текущее самонаблюдающее «Я»? Каждая конфигурация ведь независима?

Я: Именно так. Из статистического постулата следует наличие множества всех наблюдателей разом.

То есть каждое Сознание, если мыслить глобально, уже существует и всегда существовало: прямо сейчас существуешь и ты 10 лет назад, и ты 5 лет назад, и ты текущий, и ты будущий, и «все» вариации твоего восприятия. И так для каждой конфигурации.

Причём они существуют «объективно», но сами по себе не обязаны находиться в объективно хронологическом порядке, хотя само наличие объективно-хронологического порядка под большим сомнением. В мире, где всё предрешено, времени нет. Это статичная структура, которая уже реализована всюду. В ней нечему свершаться, так как нечего выбирать — всё уже выбрано.

ЧАСТЬ IV. ЧТО ЭТО?

Глава 10. Иллюзия времени

ОН: Что значит «времени нет»? Как это понимать?

Я: Это довольно просто и сложно одновременно. Дело в том, что если все конфигурации существуют, то существуют и все восприятия разом — то есть и то, что мы считаем будущим, и то, что мы считаем прошлым. В этом же и есть суть детерминизма. Если всё однозначно предопределено, то время — это просто одна из координат. То есть наблюдение не разворачивается во времени — оно уже произведено в каждой конфигурации каждого Сознания (если так можно выразиться).

И всё это будет существовать и дальше, так как время — это лишь иллюзия субъективности. Оно не существует объективно как разворачивание нарратива. Нарратив уже развёрнут, мы лишь фиксируем его «срезы». Но не объективные срезы а субъективные, определяемые памятью Субъектов.

Здесь видно, что время вообще не участвует в такой системе. Потоки всегда связны и безразрывны — статистически почти со 100% вероятностью. То есть они «все разом» уже явлены (более подробно об этом будет в следующих главах), и каждый из них моментально осознаёт себя неким «Я» в некотором окружении и с некоторой памятью — это суть Наблюдателя.

Глава 11. Сон реальности

ОН: То есть ты хочешь сказать, что все конфигурации моего «Я» уже существуют объективно? В материальном мире?

Я: Да, и даже самые странные и невероятные, более того — даже физически невозможные. Но более точное обсуждение градуса существования предлагаю обусдить позже.

ОН: Хорошо, тогда ответь в каком смысле конфигурации могут быть «странные и невероятные»?

Я: В смысле, они не обязательно подчиняются известной физике или порядку вещей.

ОН: Это уже не материализм, а мистицизм какой-то.

Я: Нет… Не совсем… Это всё ещё рассуждения в рамках материализма. Мы нигде не вводили ни богов, ни чудес, ни чего-либо иного сверхъестественного. Каждый вывод базируется на материализме в бесконечном Бытии, но они действительно похожи на какую-то фантазию. Тем не менее всё это логично вытекает из предыдущих рассуждений. Дело в том, что конфигурации наблюдателя могут быть не только в «реальности», но и быть как бы «виртуальными» внутри других сознаний. Например, когда тебе снится сон — это же не обязательно физически корректная субъективная реальность, и она как структура может эмулировать некую конфигурацию.

ОН: То есть все Сознания Бытия являются своего рода машинами реконфигурирования Наблюдателей?

Я: Именно, и даже больше. Здесь можно провести некий спекулятивный вывод-обобщение о том, что и наше текущее Сознание тоже может быть симуляцией, которая снится какому-то иному Сознанию. Да — это вольное допущение, но оно является логичной экстраполяцией этой метафизической особенности. Мы не можем выделить какой-то уровень по нашему хотению. Таким образом, вся сеть Сознаний замыкается в единую самопредставимую композицию снов о самой себе — сно-сеть.

ОН: «Сно-сеть»?

Я: Да, название вычурное, но оно подчёркивает масштабность этого явления — оно самодостаточно, не нуждается во внешнем мире, так как оно сновидит само себя, пусть и частями.

Так мы приходим к хоть и спекулятивному, но выводу о том, что Сознание является одним из пластов Бытия в целом, Сознание — это фундаментальное свойство Бытия.

Глава 12. Материя — инвариант восприятия

ОН: Но в системе, где Сознание является субстратом существования других сознаний, где Материя? Куда делся материализм?

Я: Это отличный и самый интересный вопрос, вскрывающий дуалистичность понятий Материя / Сознание и показывающий, как предельный материализм и идеализм замыкаются в единую сущность.

Если оставаться в рамках вольного вывода о сно-сети, то мы видим, что каждое из сознаний-узлов этой сети в некотором смысле фрактально, так как может содержать вложенные сознания (даже не осознаваемые, но моделируемые) и так же само может быть моделировано другими сознаниями.

В такой сети Сознаний есть нечто независимое от взгляда что претендует на роль Материи (субъективно) — это особый «сигнал», пропускаемый через всю сеть без искажений. Точнее, с искажениями всех восприятий, но такими, которые не искажают сам сигнал (как передаточная функция в теории фильтрации). Материя — это инвариант восприятия сно-сети самой себя.

ОН: То есть Материя — это иллюзия?

Я: Нет, не иллюзия, но и не реальность. Как я уже говорил: скорее это особый инвариант. Но он не объективный, а скорее предельно интерсубъективный. Материя — это и субстрат для Сознания, и одновременно его продукт. В этом состоит весь сущностный дуализм субстанциального монизма, основанного на материи.

Материя и Сознание — это не противоположности, а разные аспекты одного устройства Бытия.

ЧАСТЬ V. О РАЗНОМ

О свободе воли

ОН: Ранее ты уже упоминал выбор как отсутствующую категорию в детерминизме, так как всё предрешено. Получается, у нас нет свободы?

Я: Верно, в детерминизме нет свободы, но это зависит от того, что мы будем понимать под свободой. Так как всё предрешено, то выбор очевидно отсутствует. Однако разнообразие конфигураций Сознаний подразумевает ситуацию, в которой все возможные выборы так или иначе сделаны. То есть субъективно свобода не просто есть — она тотальна, ибо реализованы все возможности выбора.

ОН: То есть выбор всё же есть?

Я: Есть. И даже более того: Материя, как было выяснено ранее, является инвариантом всех наблюдений сно-сети и, следовательно, является обусловленной всеми мировоззрениями в том или ином виде.

То есть мы получаем ситуацию, в которой Материя и детерминирована, и обусловлена некоторыми (или всеми) качествами всех конфигураций всех наблюдателей.

О дуальности Материи и Сознания

ОН: То есть Материя и Сознание — это взаимодополняющие сущности?

Я: Даже ещё связнее: Материя и есть Сознание, а Сознание и есть Материя. Это просто две стороны проявления одной сущности. Точнее, две стороны проявления этой сущности для самой себя, когда она одним из своих наблюдателей смотрит на часть себя.

Материя спит, видя сон о Материи, которая спит, видя сон о… и т. д. — это рекурсия, продолжающаяся в обе стороны. Хотя это даже точнее назвать не просто рекурсией, а скорее совместной индукцией.

ОН: Но тогда получается что Материя безосновательна.

Я: Именно так. Материя не просто не имеет первоосновы, но и сам вопрос «Что такое материя?» не имеет смысла, потому что она сама является основой всего и просто «возникает», но не сама по себе, а в паре с Наблюдателем (сно-сетью).

Мы конечно можем постулировать объективность материи, но не сможем этого проверить.

ОН: То есть Материя состоит из Сознаний?

Я: Я бы так не хотел говорить, потому что это не структурный состав Материи, а скорее концептуальный, но об этом следует думать не как о том, что Материя построена из «кирпичиков-сознаний», а скорее как о том, что Материя является другой стороной одной сущности с Сознанием. Как сигнал и его Фурье-образ, и то и другое как бы существует, но не по отдельности а сугубо вместе, но увидеть одновременно можно только что-то одно из этого.

Но инвариант это только по отношению ко всей сно-сети, а не для каждого отдельного наблюдателя.

Более алгебраично можно выразиться так: сно-сеть это своего рода тождественный оператор (с точностью до переконфигурации), но нетривиальный оператор — сложноустроенный внутри себя, а материя это инвариант этого автоморфизма.

О генезисе сно-сети

ОН: Но откуда взялась эта сно-сеть? И главное… где она?

Я: Это замечательный и самый интригующий вопрос. Из данной модели на него вряд ли можно ответить содержательно, но если обратить внимание на бесконечность Бытия, то можно предположить, что она просто возникла как одна из естественных конфигураций. Как идеалы возникают в упорядоченных множествах с операциями, так и эта сущность могла просто явиться. Её отличие от остального в том, что она, скорее всего, является самоопределяемой и, возникнув, не может исчезнуть, точнее «возникнуть» и означает «не исчезать», так как она не находится внутри времени и причинности как таковой.

О смерти

ОН: Ты многое сказал, но главный вопрос — с которого ты начал — остался без ответа: что же будет после смерти?

Я: Это, наверное, самый животрепещущий вопрос (по крайней мере для меня), и на него никто не знает ответа. Однако что-то можно предположить в соответствии с изложенной ранее концепцией.

Например, ты не увидишь своей гибели. Ты будешь видеть что-то, ощущать что-то, даже ощущать, как ты умираешь, да, но до самого конца не дойдёшь. Скорее всего, твоё Сознание воплотится в одной из ближайших по памяти конфигураций. Но какая это конкретно конфигурация будет — не известно. Это зависит от множества факторов, и большую часть из них мы не можем предугадать, но точно на это влияют качества собственного Сознания: страх, любовь, ненависть, обида, счастье и т. д.

Скорее всего, следующая конфигурация будет близка к тому, как ты ощущаешь себя сейчас, но я снова могу сказать, что это лишь моё предположение. Однако оно небезосновательно.

ОН: То есть моя идентичность сохраняется после смерти?

Я: То, что я описал с переходом между конфигурациями это как бы субъективное ощущение этого механизма, но сама онтология устроена так, что в ней нет как таковой идентичности. Все конфигурации всех наблюдателе существуют сразу, единомоментно и вечно, так как они за пределами времени. для них нет понятия «было» и «стало», в этом смысле они похожи на математические структуры (подробнее о них в отдельной главе).

Ты уже существуешь во всех своих проявлениях сразу, а «Я» — это особый эффект восприятия основанный на согласовании ряда эстетик: если субъект ощущает что сейчас двигает рукой и помнит что он начал ей двигать недавно, то для него это ощущается как согласованность опыта действия, он как бы является актором. Но он всегда живет в этом ощущении. Каждая конфигурация просто существует в своём спектре эстетик. Даже их сменяемость это эффект памяти: память некоторых конфигураций может быть похожа на действительность других, — мы как мыслители можем выделить их как ряд конфигураций, но они сами по себе не сменяются.

О наблюдаемости материи

ОН: Ранее ты упоминал, что материя — суть инвариант восприятия себя сно-сетью, но она не существует объективно. Как это возможно?

Я: Дело в том, что материя в этой парадигме не просто «творима» этой сно-сетью, а обладает рядом свойств, связанных с наблюдением напрямую. Например, не существует Материи, которую никто не наблюдает. Наблюдение — это акт творения.

ОН: То есть пока кто-то не наблюдал Плутон, его не существовало?

Я: Не совсем так. Конфигурации Наблюдателей уже существуют, и, следовательно, они уже наблюдают. То есть Плутон не существовал как знание для конкретных Наблюдателей (нас), но существовал для всей сно-сети как инвариант его же структуры.

То, что принято называть объективностью, на деле не проверяемо. Это просто вера в то, что за пределами знания всё эквивалентно текущему знанию (наблюдению). Но это полностью противоречит принципу фальсифицируемости: наблюдатель не может узнать ничего того, что находится за пределами его наблюдения, потому что «узнать» — это значит провести наблюдение.

Это подводит к мысли о том, что объективность — это наивно-экстраполированная интерсубъективность.

О антропном принципе

ОН: Если мир творится Наблюдателями, то получается, мы живём в мире, подходящем для нас? Неужели это пресловутый «лучший из миров»?

Я: И да, и нет, как обычно. Мир действительно подходит под всех Наблюдателей, но для каждого по-своему. И нет, это не обязательно «лучший» из всех миров. Скорее это своеобразный консенсус всех субъектов во «все времена».

Это и есть реализованный антропный принцип, но замкнутый: мир таков, чтобы в нём существовал Наблюдатель, но и Наблюдатель таков, что он творит именно такой мир. Это монистическая гармония аспектов единой субстанции.

ОН: То есть мир и Наблюдатели самоопределены?

Я: Вероятнее всего, да, но в особой форме: ранее мы рассуждали о всевозможных конфигурациях Наблюдателей и инварианте их наблюдений в виде Материи, так вот это было довольно общее размышление, мы можем его конкретизировать выявив общую структуру. Она заключается в том, что, как я думаю, Наблюдатели «существуют» не вообще все, а некоторая их часть, и Материя как инвариант тоже существует не любая, не под любой набор Наблюдателей, а строго специальная.

Скорее всего, точнее предположительно, Материя и Наблюдатель должны находиться в гармонии друг с другом, должны быть согласованы, и при чём таким образом, что некоторая часть Наблюдателей организует некоторую инвариантность Материи.

ОН: То есть мы можем наблюдать лишь «наблюдаемый» мир?

Я: Это звучит как тавтология, но по сути это соответствует логике рассуждений. Это самосогласованность Наблюдаемого и Наблюдателя: Наблюдаемое (как сущность) создаёт Наблюдателей (сно-сеть) осуществляющее его (наблюдаемого) наблюдение, — самонаблюдаемость как она есть.

О математике

ОН: То есть в основе материалистической картины мира, если двигаться к её пределу, лежит «наблюдение»?

Я: Фактически это мы и получаем рассуждая о Материи и Сознании. Более того, если поразмыслить, получается что все наблюдения связаны отношениями, но эти отношения не объективные, а субъективные, в виде соответствия конфигураций. Следовательно и математические абстракции тоже являются по сути элементами и отношениями между ними.

Но это в точности соответствует самим конфигурациям, а значит чистые конфигурации — это суть наборы отношений, впечатлений, данные в виде априорных эстетических переживаний.

ОН: То есть наблюдение — это соответствие субъективной эстетике наблюдателя?

Я: Наблюдение это ведь и есть эстетическое переживание, это ощущение узнавания, гармонии, соответствия. В этом смысле материя — это инвариант математической гармонии, ощущаемый наблюдателями. И он сам себя организует таким образом, что содержит сам себя как свою часть. Физика — это инвариант совокупной эстетики всех наблюдателей организованных на базе этой физики.

ОН: Разве такое возможно?

Я: В качестве аналогии или прецедента для доказательства возможности подобного механизма я могу привести в пример рекуррентное определение некоторых чисел по типу золотого сечения.

ОН: То есть математика реальна?

Я: Реальна в том смысле который нам доступен в качестве действительности — интерсубъективна и не случайна — является результатом строгого согласования Материи и Наблюдателя.

То есть среди всех возможных миров и представлений о них, наш мир концептуально единственный и строго упорядоченный через математику.

Заключение

В завершении этого диалогичного монолога я скажу, что он получился почти таким, каким я его задумывал. Не изначально, а в процессе. Скорее всего спустя время я, и возможно вы уже, отыщите здесь много изъянов или даже нестыковок, но сразу предостерегу вас — это не мои окончательные мысли, я постоянно нахожусь в процессе их переобдумывания и уточнения, они лишь зафиксированы на текущий момент в этом тексте.

Можно считать это чистовым черновиком моей мысли. Если удастся сделать переиздание, то оно будет и дополненным, и более строгим, иначе я и не приступлю к нему.

Тем не менее, не смотря на незаконченность (процессуальность) мысли эта система уже имеет более-менее целостную структуру, хотя многое из того, что я сказал, и может звучать странно или неправдоподобно (особенно для приверженцев материализма), я всюду старался описывать все рассуждения максимально прозрачно, с примерами и аналогиями. Это просто логичные следствия, если идти в размышлениях максимально далеко.

Но я как человек думающий об этом вижу больше чем могу описать и уже сейчас понимаю что можно развить эту онтологию чуть иначе и при этом интереснее, структурированнее. Но это уже отдельная работа с примесью философии систем (так я называю математику). Это значительно повысит строгость выводов хоть и затруднит чтение теми кто не привык к ней.

Например можно конкретизировать структуру самой конфигурации как сущности, или выявить если не сам инвариант то хотя бы условия его существования, что окажет значительно влияние не представления о Наблюдателе. А ещё всё это замечательно связывается с теоремой Гёделя, иерархией полноты, ординалами и классификацией (сравнимостью) формальных систем.

В общем эта самообоснованная онтология имеет много векторов развития и открытых вопросов. Так же можно освятить как её элементы прослеживаются в трудах: Платона, Канта, Беркли и остальных мыслителей (включая современных), это тоже по своему интересно. Они все касались этой структуры с разных сторон, но останавливались в шаге от неё. Все эти возможности развития я описал скорее как задание самому себе, но вы, если поняли эту онтологию можете самостоятельно их обдумать.

И последнее что хочется сказать…
Истина ли ЭТО? Я не отвечу ни «нет», ни «да», потому что философия это лишь любовь к мудрости, а не сама мудрость и не путь достижения какой-либо мудрости.

Философия — это свобода, и каждый мыслитель сам выбирает границы своей свободы и её глубину, потому что выдерживать абсолютную свободу невыносимо тяжело, как и абсолютную скованность. Потому что одно является свободой выбирать, а второе свободой не выбирать.